Готовый перевод Sickly Male Insect Breaks Steel Armor with Bare Hands / Хрупкий Самец-Зерг голыми руками разбивает стальную броню ✅: Глава 25. Девять конфеток~

— Буэ-э…

После трех гиперпрыжков подряд чудовищное головокружение и перегрузки взяли свое — Хес'анзе не выдержал и его стошнило.

Ли Фуцин, который тоже был слегка бледен и не отрывал взгляда от иллюминатора, незаметно отодвинулся в сторону.

Заметив это, Хес'анзе помрачнел. Он резко вскочил, сделал пару шагов и демонстративно плюхнулся вплотную к Ли Фуцину. Его темно-синие глаза сверлили Аттикуса ледяным взглядом, словно говоря: «Только попробуй еще раз отодвинуться!»

Ли Фуцин посмотрел на его побелевшие от тошноты губы, немного подумал и вытащил из кармана конфету.

Хес'анзе принял ее, небрежно развернул, закинул в рот и, откинув голову на спинку сиденья, уставился в потолок. Перекатывая конфету языком, он произнес:

— Твое отношение к этому рабу какое-то странное.

Ли Фуцин посмотрел на него.

— Слишком много внимания.

— Ты ко всему относишься с холодком, тебе на многое плевать. Но в этого раба ты вкладываешь слишком много внимания.

— Он спас меня, — Ли Фуцин отвернулся к иллюминатору. За стеклом простирался темный, бескрайний и абсолютно безмолвный космос, в котором лишь изредка вспыхивало слабое сияние звезд.

— На Заброшенной планете. Он спас мне жизнь.

— Он закрыл меня своим телом. Больше половины костей у него были переломаны. Под градом артиллерийского огня его чуть теплая кровь стекала со лба прямо мне на лицо.

Дым, взрывы, руины, запах крови, тяжелое, хриплое предсмертное дыхание возле самого уха... И эти глаза — как у одинокого волка, полные безжалостной свирепости, но отчаянно жаждущие жить.

Это было первое впечатление Ли Фуцина об этом мире.

Когда Ли Фуцин был еще совсем маленьким, он рос в волчьей стае. А когда стаю вырезали, тяжелораненый вожак схватил его за шкирку и под покровом ночи бросился бежать, спасая ему жизнь.

Умирая, вожак спрятал его под своим телом. Его кровь капала Ли Фуцину прямо в глаза. И в тех свирепых волчьих зрачках, отражавшихся в его взгляде, до последнего вздоха читалось нежелание сдаваться и отчаянная жажда жизни.

Хес'анзе перестал перекатывать конфету во рту и повернул голову к Ли Фуцину.

Холодный свет ламп падал на его профиль, густые ресницы были полуопущены, а в его великолепных золотых глазах не было ни единой эмоции — лишь абсолютный покой.

Но Хес'анзе почему-то стало не по себе. Он снова начал гонять конфету во рту:

— Вот оно как… Неудивительно, что тогда, придя за ним ко мне, ты аж руку себе сломал.

Услышав это, Рейлер, сидевший впереди, на мгновение замер и перевел взгляд на руку Аттикуса.

Хес'анзе с хрустом раскусил конфету:

— Ну, раз так, то спасти этого раба не грех… Буэ-э…

Очередной приступ головокружения и чувство, будто тело сплющивает под прессом из-за гиперпрыжка, заставили Хес'анзе снова склониться над пакетом.

Увидев это, Ли Фуцин всё-таки незаметно отодвинулся еще дальше.

…

Путь, на который у Норна ушло пять дней, отряд Ли Фуцина благодаря серии непрерывных прыжков преодолел всего за три часа.

Когда они вышли из военного крейсера, лицо Хес'анзе было мертвенно-бледным, а на Ли Фуцина даже смотреть было страшно — он выглядел так, будто в нем не осталось ни капли крови, отчего у Рейлера сжалось сердце.

Ступив на планету Санк, они сразу почувствовали, что атмосфера здесь натянута как струна. От самок и суб-самок на улицах исходила аура крайнего гнева и неконтролируемой ярости. А на проспекте Гил, где всё и произошло, творился настоящий хаос.

Здания были разрушены, в небо поднимались столбы черного дыма. У огромной толпы самок и суб-самок произошел бунт духовного моря, они впали в состояние слепой, первобытной ярости.

Вооруженные до зубов патрульные отряды один за другим высаживались из аэрокаров, беря улицу в оцепление. Ситуация грозила выйти из-под контроля, и патрульные уже готовились применить силовое подавление, как вдруг невидимая духовная сила накатила волной, легко и непринужденно успокаивая бушующие духовные моря самок.

Капитан патруля Лео, который и сам находился на грани срыва, резко обернулся. Его взгляд упал на Ли Фуцина и Хес'анзе, и зрачки мгновенно сузились.

*Самцы?! Сразу двое?!*

Духовная сила Ли Фуцина с невероятной скоростью распространилась на бóльшую часть города, но он так и не нашел следов Норна.

Его взгляд остановился на капитане:

— Где Норн?

Лео, чью ярость удалось подавить, но которого теперь трясло от возбуждения, поспешил вперед. В его голосе звучал нескрываемый трепет:

— Норн? Прошу прощения, господин самец, я не знаю, кто такой Норн. Но если у вас есть его данные... пока он в этом городе, я найду его для вас!

Ли Фуцин достал терминал и вывел на экран фотографию Норна, сделанную в момент его победы на турнире в Хайте:

— Вы видели этого самку?

Взгляд Лео застыл на фото. Подавленная ярость мгновенно вспыхнула с новой силой. Его глаза налились кровью, из горла вырвалось инстинктивное, угрожающее рычание. Острый костяной хвост от ярости пробил асфальт, а в сузившихся зрачках запылала неприкрытая жажда убийства.

Он действительно видел этого самку. Всего час назад он, словно обезумев, напал на самца.

Для самок зергов ранение самца — это сигнал к атаке. Крайняя степень ярости толкает их на самоубийственный порыв: уничтожить всё, что причинило вред самцу.

Они не могут смириться с тем, что самец пострадал. Защищать их — это инстинкт, заложенный в генах с самого рождения.

Поэтому, когда этот самка ранил самца, все присутствующие самки и суб-самки без исключения впали в состояние боевого безумия.

Если бы он не взял раненого самца в заложники, обезумевшая толпа самок разорвала бы его на куски.

В итоге этот разъяренный самка, удерживая избитого до полусмерти самца, угнал с космопорта малый боевой катер и скрылся в направлении пограничных планет.

Хес'анзе, вспомнив вереницу военных кораблей, покидающих космопорт Санка, тихо цыкнул:

— Дело дрянь.

И не просто дрянь. Если тот самец умрет от рук раба, Норна уже никто и ничто не спасет!

Ли Фуцин и его спутники вернулись на малый боевой катер и присоединились к флоту, преследующему Норна в сторону пограничных планет.

В бескрайнем космосе сотни огромных черных военных крейсеров двигались единым строем, источая давящую ауру. Удушающая аура убийства, исходившая от них, заставила бы любую расу содрогнуться от ужаса.

Во всей галактике никто не хотел бы столкнуться с флотом зергов.

Для других рас эта нация, не ведающая страха смерти и приходящая в экстаз от запаха войны, была сборищем абсолютных боевых психопатов.

И что самое страшное: эти психопаты обладали величайшей боевой мощью во всем космосе.

А ведь это был лишь гарнизон планеты Санк. Когда новость разлетится и в дело вступят все семь легионов, масштаб и давление будут такими, что у любого перехватит дыхание от ужаса.

Они догнали Норна на заброшенной планете под названием Y03.

Он стоял посреди дыма и артиллерийского огня, прижимая к груди мертвое тело Ноя. Его черные, некогда устрашающие костяные крылья превратились в изодранные лохмотья. Алая кровь текла по пепельным волосам, пересекала рассеченную бровь, заливала полные безумной ярости глаза, скользила по изрезанным узорами щекам и стекала по шее вниз.

Его грудная клетка была жутко проломлена. Правое бедро сломано — почерневшая кость с ошметками плоти торчала наружу, превратив ногу в кровавое месиво. Он стоял, опираясь только на левую ногу. Кровь непрерывно стекала с него, как ручеек, быстро образуя на земле алую лужу.

Под небом, затянутым черными боевыми кораблями, Ли Фуцин смотрел на него. Кровь и пыль скрывали его лицо, но резкий запах крови и едкий пороховой дым были до боли отчетливыми.

Время словно обратилось вспять, возвращая Ли Фуцина в тот день, когда он только попал в этот мир. Как тогда, будучи отброшенным в полуразрушенную хижину, он поднялся с земли и сквозь пыль и руины встретился взглядом с залитым кровью Норном.

Часто Ли Фуцину казалось, что Норн похож на его любимую черную саблю. На клинке, черном как тушь, вились темно-красные узоры. В нем скрывалась дикая, первобытная тайна и безудержная мощь.

Каждый раз, когда этот клинок пробовал кровь, от него исходила такая яростная жажда убийства и жажда крови, что казалось, он был создан исключительно для бойни — и в этом было пугающее совершенство и смертоносная красота.

Но сейчас этот клинок был готов сломаться.

Под гул двигателей часть флота развернулась и устремилась дальше, оставив лишь один малый крейсер для поимки преступника.

Ли Фуцин смотрел на Норна. Его золотые глаза были безмятежны. Он всегда терпеть не мог лишних проблем.

Но…

Он развернулся и спрыгнул с крейсера. Приземлившись, он уверенно зашагал в сторону Норна.

Артиллерийский огонь, готовый обрушиться с корабля, чудом успел остановиться в тот момент, когда в поле зрения появился Ли Фуцин.

Те заряды, что остановить не удалось, резко сменили траекторию. Упав на землю, они взорвались с оглушительным грохотом, раскалывая скалы и разбрасывая осколки камней.

Острый осколок чиркнул Ли Фуцина по щеке, и на его бледной коже моментально выступила капля яркой крови.

Увидев это, Рейлер инстинктивно нахмурился.

Ли Фуцин не любил проблемы, но… еще больше он не любил быть в долгу.

— Господин самец! Немедленно вернитесь, там опасно!

— Господин самец, этот преступник впал в крайнюю степень безумия, он может вас ранить! Назад!

— Господин самец!..

Крики раздавались со всех сторон. Десятки военных самок спрыгнули с крейсера, намереваясь силой увести самца, прежде чем он приблизится к обезумевшему преступнику.

Увидев это, Ли Фуцин сорвался на бег. Чем ближе он подходил, тем гуще становился запах крови. В его глазах на мгновение вспыхнула дикая, кровавая ярость, но он тут же подавил её.

Остановившись перед Норном, Ли Фуцин поднял голову, глядя на возвышающегося над ним самку. Вблизи Норн выглядел еще страшнее: от левой брови до правой челюсти его лицо пересекал свежий, жуткий шрам.

Норн опустил взгляд на подошедшего Аттикуса. Его дыхание было тяжелым и хриплым. Губы скривились в усмешке, обнажив белые зубы, окрашенные кровью. В глазах плескалось абсолютное безумие.

— Аттикус… ты вот так… подошел ко мне. Не боишься, что я… возьму тебя в заложники? — прохрипел он сорванным, страшным голосом.

Ли Фуцин окинул его ледяным взглядом. Не дожидаясь, пока подоспеют военные самки, он резко протянул руку и сорвал с шеи Норна грязные, пропитанные кровью бинты.

Бинты упали на землю. И то, что Норн считал своим величайшим позором и всегда прятал — черные узоры зергов, клеймо раба — предстало перед глазами подбежавших самок.

…

В обществе зергов всё, что принадлежит рабу, всецело является собственностью его хозяина. И это касается всего: его тела, его свободы, его имущества и... его жизни!

Используя это как неоспоримый аргумент, Ли Фуцин жестко осадил военных самок и временно спас Норну жизнь.

И получилось это только потому, что Норн не убил Сархоса на месте. Впрочем, то, что он сделал, было не сильно лучше убийства: он швырнул тяжело раненого Сархоса прямиком в логово группировки «Бешеных Псов» из Армии повстанцев.

Зная повадки этих «бешеных псов», Сархосу перед смертью предстояло пройти через все круги ада.

Но военные корабли уже мчались к базе повстанцев на предельной скорости. Пока не было точных данных, что самец мертв, еще оставался шанс всё исправить.

Когда Миллер получил эту информацию от Системы, он впал в такую истерику от этих ломающих все планы психопатов-зергов, что буквально начал наворачивать круги по комнате, рвя на себе волосы.

У зергов убийство самца каралось абсолютной, мучительной смертью!

То, что Норн не убил Сархоса, произошло не из милосердия. В тот момент, когда Ной перестал дышать, разум Норна рухнул. В состоянии слепой ярости он почти разорвал Сархоса на куски.

Но обезумевшим самкой управляют исключительно инстинкты. А инстинкты запрещают самке убивать самца, как бы тот ни был переполнен ненавистью.

Поэтому под безумный, издевательский смех Сархоса Норн просто вышвырнул его, тяжело раненного, на территорию базы повстанцев.

И если бы Норн просто ушел к повстанцам — у него был бы шанс выжить. Но он этого не сделал. Он забрал тело Ноя и полетел обратно — туда, где когда-то погибли их родители.

Лицо Миллера на секунду исказила жуткая гримаса ярости.

По его плану Ной должен был умереть только через месяц. И Норн не должен был видеть его смерть! Тогда бы он не сорвался и не напал на самца в состоянии аффекта, а последовал бы плану Миллера: шаг за шагом сверг бы режим зергов и лишь потом уничтожил всех самцов.

А в итоге Сархос какого-то хрена покинул планету Кроу раньше времени! Каким-то хреном наткнулся именно на Норна и Ноя! И по чистой, самка-мать её, случайности убил Ноя!

Миллер скрипел зубами.

*Эти зерги... они все, твою мать, больные на всю голову!!*

*Абсолютно конченые психи!!!*

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Проект был переведен командой Sherekili Novels

http://bllate.org/book/20162/2085888