Вань Цзиньцянь по запаху вычислил виновника и уставился на Цао Гэнвэя.
— Ну ты и бзданул, сука! Чего вонь-то такая дикая?!
Цао Гэнвэй неловко почесал затылок и виновато улыбнулся:
— Да ладно тебе, перебрал за ужином. Острые соевые полоски с газировкой — убойная смесь. Прямо в космос уносит.
Чжао Хаочэн молча приоткрыл окно, сохраняя ледяное спокойствие.
Вань Цзиньцянь соскочил с места и с размаху пнул ножку стула Гэнвэя:
— Сдохнуть можно! Вали в свое гнездо! Это не пердеж, это химическое оружие какое-то!
Потоком воздуха эту вонь понесло с задней парты вперед. Невидимое ядовитое облако, способное уложить целую армию, накрыло одиннадцатый класс.
В классе поднялся ропот, отовсюду посыпались жалобы:
— Кто это сделал?
— Ну и вонища!
— Окно откройте быстрее!
В полумраке зашумели, смотреть кино стало решительно невозможно.
Ли Лили, услышав возню, поспешила из кабинета. Едва переступив порог, она резко выскочила обратно в коридор, перевела дух и только тогда вошла.
Зажегся свет. Первым делом учительница увидела стоящего Вань Цзиньцяня с полупустой пачкой чипсов в руках и усыпанной крошками грудью. Цао Гэнвэй судорожно пытался оттащить свой стул на место, Сун Ян метался от кондиционера к мусорному баку, будто завидев неведомого зверя, а Чжао Хаочэн с каменным лицом сидел перед этой троицей, делая вид, что абсолютно ни при чем.
Подойдя ближе, она лицезрела на парте Цзиньцяня полнейший хаос: ни одной тетрадки, абсолютно голая столешница, по которой из надорванного пакета растекалась острая подливка от соевых палочек, гора пустых упаковок и три пустые бутылки из-под газировки.
— Вы тут что, Новый год празднуете?! — Ли Лили едва сдерживала ярость, она помрачнела.
Цзиньцянь, щурясь от яркого света, наконец разглядел классную руководительницу и торопливо сгреб мусор в сторону:
— Э-э... да мы тут... кино смотрим...
— Всем выйти и стоять в коридоре! — отрезала Ли Лили. Ребята никогда не видели её такой рассерженной. Оказалось, вся её былая мягкость — лишь маска, под которой скрывался настоящий тиран.
Кое-как дождавшись конца самоподготовки, Вань Цзиньцянь поплелся в общежитие, едва волоча затекшие ноги. Стоило ему открыть дверь комнаты, как застыл на пороге:
— Охренеть... Вы че тут устроили?
Прямо посреди комнаты толпа парней стояла на коленях перед свежекупленной статуэткой бодхисаттвы. Все новые благовония Цзиньцяня уже растащили: каждый держал по дымящейся палочке и истово кланялся.
— О милосердный Бодхисаттва, помоги мне подтянуться на грядущих экзаменах, чтобы я больше не тянул класс на дно...
— Сделай так, чтобы после экзаменов вышло солнце и мы поехали на осеннюю экскурсию...
— Пожалуйста, помоги мне похудеть, и пусть дождь кончится, очень хочется на экскурсию...
Чжао Хаочэн спокойно сидел за своим столом, с легким безразличием наблюдая за этим балаганом.
— Ну-ка брысь отсюда! Раскурились тут, дышать нечем! Да и комната у нас аварийная, рухнет еще — жить надоело? Валите в свои палаты! — заворчал Вань Цзиньцянь, выставляя гостей наружу.
— Вань-гэ, мы тут доставку заказали ночную, — заговорщицки шепнул Сун Ян. — С нами будешь?
Вань Цзиньцянь кашлянул и украдкой покосился на Чжао Хаочэна, беззвучно шевеля губами: «Ну что, можно?»
Чжао Хаочэн никак не отреагировал — ни кивнул, ни покачал головой.
— Ладно, давайте сюда! Жрать охота — помираю, ноги после этого коридора вообще не держат, — обрадовался Вань Цзиньцянь. — Чё заказали-то? Пицца есть? А крылышки острые? Проголодался ужасно, капец.
— Тут есть одна мелкая загвоздка... — замялся Цао Гэнвэй. — Курьера на территорию школы не пустят. Придется как-то самим забирать.
"Твою мать. Так и знал, что без геморроя не обойдется"
Дождь ненадолго приутих. Пользуясь передышкой, банда во главе с Вань Цзиньцянем кралась вдоль школьного забора, подсвечивая себе путь фонариками.
— Здесь? — Вань Цзиньцянь тихонько постучал по кирпичной кладке.
— Не, повыше вроде. Надо еще пройтись, — прошептал Цао Гэнвэй, сверяясь с картой курьера на экране. — Ага, чуть дальше.
— А тут? — Цзиньцянь снова постучал по стене чуть впереди.
— Точно, здесь! — обрадовался Гэнвэй и приглушенно позвал: — Эй! Есть кто снаружи?
Из-за стены донесся тихий ответ:
— Да, да, я тут! Номер заказа заканчивается на 3846? Баскет «Деливери»?
— Он самый! — просиял Цао Гэнвэй. — Нашли!
Сун Ян тут же вручил Цао Гэнвэю заранее заготовленный инвентарь: пластиковое бельевое ведро и моток прочной веревки.
— Да Цао, лезь на дерево, оно вплотную к забору растет, — скомандовал Вань Цзиньцянь. — Я подам тебе ведро. Курьер положит туда еду, а ты аккуратно затащишь её наверх.
Эту гениальную схему Цзиньцянь вынашивал в своей лысой голове весь вечер. Он даже специально бегал в соседнюю комнату просить веревку.
Лезть через забор самому — полбеды, но карабкаться обратно со жратвой в руках — верная смерть для ужина. Всё помнется, остынет или, чего доброго, вообще улетит в грязь.
Ради еды они были готовы на любые безумства.
Цао Гэнвэй проявил недюжинную ловкость: мигом взлетел по стволу, зацепился одной рукой за ветку и замахал свободной:
— Ведро давай! Быстрее!
Вань Цзиньцянь ловким броском закинул веревку повыше:
— Тащи её быстрее, жрать охота!
Сун Ян мимоходом подумал, что в этой фразе звучит какой-то двусмысленный подтекст, но размышлять было некогда — он поспешно протянул ведро наверх.
Курьер за стеной знатно прифигел. Он-то думал, пацаны просто перемахнут через забор, а тут развернулась целая спасательная операция.
— Дружище, засунь баскет прямо в ведро! — донесся до него голос Цао Гэнвэя с верхушки дерева.
Курьер ошарашенно уставился на плавно опускающийся перед его носом большой красный пластиковый таз:
— Э-э... ладно. Без проблем, сейчас сделаем.
Желание клиента — закон.
— Вира! — скомандовал Вань Цзиньцянь. — Наша победа близка!
Цао Гэнвэй поднапрягся — груз весил прилично, а балансировать на ветке было не так-то просто.
— Ян-цзай, лезь на подмогу Да Цао, — Цзиньцянь громко чихнул. Сам он карабкаться на дерево не решался — если бы мог, давно бы там сидел. Стыд и срам: глубокой ночью шнырять под забором и вылавливать собственную доставку с веточки. Какое падение нравов!
После дождя поднялся холодный осенний ветер. Цзиньцянь зябко потрогал свою бритую голову — без шевелюры он чувствовал себя бездомным бродягой на теплотрассе.
Сун Ян, шустрый как кролик, взлетел на дерево в два счета. В четыре руки они быстро втащили ведро наверх.
Наконец заветный баскет коснулся земли Третьей средней школы Жунчэна.
— Уважаемый клиент 3846, не забудьте поставить пять звезд в приложении! — прокричал курьер из-за забора.
— Обязательно! В лучшем виде! — хором отозвалась троица.
Схватив ведро, они во весь опор помчались обратно к комнате 548.
— Чжао Житянь! Накрывай поляну, жратва прибыла! — заорал Вань Цзиньцянь еще с лестницы. От его зычного вопля на этаже послушно зажглись все сенсорные лампы.
Чжао Хаочэн как раз выходил из умывальника и столкнулся в дверях с влетающим Цзиньцянем. Тот не упустил шанса бесцеремонно хлопнуть соседа по плечу:
— О-о, а ты в отличной форме, красавчик! Налетай, пока горячее!
В глазах Чжао Хаочэна это явление Вань Цзиньцяня с красным ведром выглядело так, будто тот сейчас достанет огромный половник, застучит им по борту и зычно закричит: «Хавать подано, свинки, хрю-хрю!»
Абсолютное ощущение, что их пришли кормить в свинарнике.
— Я вообще-то уже зубы почистил, — буркнул Хаочэн, вытирая полотенцем свежевымытую бритую голову. Шевелюры у него, к слову, тоже давно не наблюдалось — состригли под ноль.
Вань Цзиньцянь бесцеремонно шлепнул его пониже спины:
— Да ладно тебе, почистишь еще раз! Ты хоть представляешь, какими трудами мы добывали этот баскет? Мы его буквально с дерева удили!
С этими словами он нагнулся, чтобы поднять таз, в который капала дождевая вода с потолка.
— Глаза разуй, таз уже через край льется, вылить не судьба?
Но стоило ему выпрямиться, как он поскользнулся на мокром полу. Цзиньцянь не удержал равновесие. Таз с грохотом вылетел из рук, устроив локальный всемирный потоп. Холодная грязная вода окатила его с головы до ног, а брызги щедро долетели до остальных парней.
— Моя спина! — взвыл Цзиньцянь, рухнув на пол. — Поясницу заклинило! Бля-я, сорвал!
Все замерли в гробовом молчании.
Покалеченного страдальца бережно водрузили на кровать. Чжао Хаочэн, решив хоть как-то утешить бедолагу, выудил из баскета самую большую куриную ножку и протянул ему:
— Держи, рыбак. Заслужил.
— И то верно, на ловца и зверь бежит, — вздохнул Цзиньцянь, утыкаясь лицом в подушку и с благоговением принимая жареную голень. — Ох, какими трудами она нам досталась...
Цао Гэнвэй тем временем сгонял в соседнюю 547-ю за табуретками. Вся честная компания расселась вокруг постели Цзиньцяня, превратив его в центр этого импровизированного пиршества.
— Ну чё, добавим перчинку? — ухмыльнулся Цао Гэнвэй.
Он вытащил смартфон, открыл запароленную папку и выкатил на экран скрытые гигабайты торрент-загрузок:
— Пацаны, это же чистое золото. Лучшее сопровождение к ужину, проверенное временем. Тут вся мировая классика собрана, от зари времен до наших дней.
— Опять Акэсин мувэй? — лениво поинтересовался Вань Цзиньцянь. Он настолько вжился в роль уличного пижона, что никак не мог выйти из образа. Настоящий актер станиславской школы, ни дать ни взять.
— Что ты сказал? — переспросил Чжао Хаочэн. Даже зная, что у соседа туго с английским, он не сразу расшифровал это дикое «Акэсин мувэй».
— Кто надо, тот понял, — отмахнулся Цзиньцянь и заговорщицки подмигнул остальным: — Парни, вы-то шарите?
Цао Гэнвэй и Сун Ян переглянулись и согласно закивали в один голос:
— Шарим-шарим, ещё как шарим!
"Да ладно вам, — мысленно усмехнулся Цзиньцянь. — Когда я вовсю крутил кассеты с клубничкой, вы еще под стол пешком ходили и в подгузники дули"
Сам он этот период юношеского гормонального буйства давно перерос.
Но молодость — прекрасная пора. Время, когда мир полон загадок, а будущее кажется ярким и манящим. И, конечно, всё запретное разжигает аппетит с тройной силой.
Цао Гэнвэй не стал размениваться на пустую болтовню и решительно зашел в одну из папок:
— Ну что, кого выберем? Маи Асада или Мию Исикава?
— Ты их еще и по категориям рассортировал? — удивился Сун Ян.
— А как иначе? Добра навалом, всё в Full HD, без цензуры. Настоящие шедевры кинематографа! — Гэнвэй ткнул пальцем в первый попавшийся файл.
Вань Цзиньцянь уныло жевал куриную ножку, лежа на животе, и всем своим видом демонстрировал полнейший скепсис. Чжао Хаочэн молча снял очки, аккуратно отложил их на край стола и принялся за крылышко.
Тем временем Гэнвэй и Сун Ян уже вовсю уставились в экран. Оба расплылись в глупых улыбках, то и дело издавая тихое, довольное квохтанье.
— Слушайте, а вам не кажется, что современная порноиндустрия зашла в глухой тупик? — глубокомысленно изрек Вань Цзиньцянь. Он выбросил обглоданную кость в ведро, вытер пальцы салфеткой и уставился на хихикающих оболтусов. — Продукция штампуется по одному шаблону, сюжеты заезжены до дыр, а деградация режиссерской мысли видна невооруженным глазом. С каждым поколением всё хуже и хуже.
Звучало это на удивление авторитетно.
— Чего-о? — Цао Гэнвэй оторвался от экрана и округлил глаза. — Вань-гэ, ты и в этом деле эксперт? Ну ты даешь, глубоко копнул!
Чжао Хаочэн тоже невольно прислушался, открывая для себя новые грани в характере своего странного соседа.
— Да вы только на названия посмотрите — банальщина на банальщине, — авторитетно заявил Цзиньцянь, ткнув пальцем в список файлов. Он сейчас выглядел как заправский профессор культурологии перед аудиторией первокурсников.
А за его спиной сидели трое наивных пацанов, внимая каждому слову.
http://bllate.org/book/20139/2185265
Готово:
