— Извините! Абонент, которому вы звоните, недоступен. Sorry!
После звонка он услышал лишь стандартное сообщение: телефон собеседника выключен.
Он набрал ещё дважды — и каждый раз получал тот же ответ.
«Эта девчонка! Неужели уже уехала из отеля в университет?»
Ли Шаоцзинь больше не стал ждать у двери номера. Убрав телефон, он направился к стойке обслуживания на этом этаже: если Линь Инуо уехала, сотрудники наверняка об этом знали.
Расспросив персонал, он узнал, что Линь Инуо покинула отель ещё час назад. Тогда он сел в машину и поехал в её университет.
Подъехав к воротам кампуса, Ли Шаоцзинь вдруг вспомнил слова Линь Инуо. Окинув взглядом студентов, входящих и выходящих через ворота, он решил не заходить внутрь — не хотелось, чтобы она снова разозлилась на него.
Тук-тук-тук!
Кто-то постучал в окно машины. Ли Шаоцзинь инстинктивно обернулся — и перед ним внезапно предстала Линь Инуо. Он быстро опустил стекло и посмотрел на неё.
— Почему ты так рано ушла из отеля? Позавтракала?
Взглянув на неё, он вдруг вспомнил вчерашний вечер.
— Ты меня искал в отеле? — спросила Линь Инуо, но тут же поняла, насколько глупо прозвучал её вопрос, и поспешила добавить: — Я уже поела, сейчас иду на пару.
Это было равносильно: «Можешь уезжать».
— В ближайшие дни мне нужно кое-чем заняться, — сказал Ли Шаоцзинь. Он ещё вчера решил, что Линь Инуо лучше пожить пока в общежитии: ему предстояло по очереди с другими членами семьи дежурить в больнице у дедушки, пострадавшего из-за него. Он не хотел, чтобы повторилось нечто подобное вчерашнему — сейчас, вспоминая об этом, ему становилось не по себе.
Наконец-то вернувшись в университет, Линь Инуо, однако, не почувствовала той радости, которую ожидала. Наоборот, в душе стало тяжело. Она с усилием растянула губы в улыбке:
— Поняла. Занимайся своими делами спокойно, я сама о себе позабочусь.
— Я буду звонить тебе, — через окно Ли Шаоцзинь сжал её руку, в глазах читалась нежность и неохота отпускать. — Телефон должен быть включён двадцать четыре часа в сутки. Я свяжусь, как только появится возможность.
Если он не сможет ни увидеть её, ни дозвониться — это будет невыносимо.
— Хорошо, — тихо ответила Линь Инуо и больше ничего не сказала. Она стояла, ожидая дальнейших указаний от него.
— Не забывай вовремя есть. Если при встрече я замечу, что ты похудела, тебе не поздоровится. Посмотрим, как я с тобой тогда расправлюсь, — сказал он, но тон его звучал так властно и категорично, что Линь Инуо стало неприятно.
«Невыносимый тип!» — мысленно закатила она глаза, но внешне сохранила покорный вид:
— Поняла.
— Не просто «поняла» на словах. Хочу, чтобы ты запомнила мои слова навсегда, — не отводя взгляда, он смотрел ей прямо в глаза. В них мелькнула тень грусти, и его сердце сжалось. Он бессознательно крепче сжал её руку.
Линь Инуо явственно почувствовала, как он усилил хватку. Она решила, что он таким образом напоминает ей запомнить его слова, и недовольно надула губы:
— Твои слова — указ к исполнению. Как я могу не запомнить? Разве что сама себе неприятностей ищу.
— Ты…
— Тебе пора ехать. Мне уже пора на занятия.
Ли Шаоцзинь только начал говорить, как Линь Инуо перебила его. Пытаясь вырвать руку, она почувствовала, что он сжал её ещё сильнее. Она забеспокоилась:
— Отпусти меня! У меня совсем мало времени!
Она боялась, что он начнёт болтать без конца. Время и правда поджимало — пора было идти готовиться к паре.
— Плохая девчонка! Как только у меня появится время, я с тобой разберусь! — крепко сжав её руку в последний раз, Ли Шаоцзинь, хоть и неохотно, отпустил её.
Линь Инуо не стала спорить с ним. Как только он разжал пальцы, она даже не попрощалась — развернулась и быстро зашагала вглубь кампуса.
Ли Шаоцзинь долго смотрел ей вслед. Лишь когда её фигура исчезла из виду, он медленно отвёл взгляд.
Завёл двигатель, развернул машину и уехал.
Он и не подозревал, что в углу парковки стоит ещё одна машина. И уж тем более не мог знать, что их встречу полностью заснял Ли Шаофэн.
Ли Шаофэн не стал следовать за ним. Он остался в машине и начал просматривать только что сделанные фотографии. Отобрав несколько снимков, он отправил их своему отцу и тёте, приписав одно короткое сообщение:
«Именно из-за этой женщины Шаоцзинь вчера вышел из себя и толкнул дедушку на пол.»
На занятиях Линь Инуо никак не могла сосредоточиться. Глаза то и дело подёргивались — она чувствовала, что вот-вот случится что-то плохое.
— Линь Инуо! Тебя кто-то ищет! — крикнула однокурсница с порога аудитории после первой пары.
Сердце Линь Инуо екнуло. Предчувствие беды стало ещё сильнее.
— Иди спокойно, — тихо сказала Е Ваньюй, решив, что это Ли Шаоцзинь. — На паре я всё прикрою.
Линь Инуо лишь слабо улыбнулась в ответ, взяла телефон со стола и вышла из аудитории.
Едва она вышла, как увидела женщину, стоявшую неподалёку от двери. Та казалась знакомой, но Линь Инуо не могла вспомнить, где её видела.
— Что, правда не узнаёшь? Или притворяешься? — спросила Ли Хунъянь, заметив растерянность девушки, и подошла ближе.
Линь Инуо внимательно всмотрелась в неё и вдруг вспомнила:
— Вы тётя Ли Шаоцзиня!
«Почему его тётя вдруг приехала в университет? Мы же встречались всего раз — и то в роли старшей сестры. Откуда она узнала мою настоящую личность?» — пронеслось у неё в голове.
— Поговорим где-нибудь, — сказала Ли Хунъянь не как просьбу, а как приказ, и первой направилась вниз по лестнице.
Линь Инуо, полная сомнений, последовала за ней. Они дошли до ворот университета, и тут Линь Инуо остановилась:
— Тётя, вы…
— Не смей так меня называть. Я тебе не тётя, — резко оборвала её Ли Хунъянь, указав на неё пальцем. Её лицо стало ещё мрачнее, а в глазах не осталось и тени тепла — только ледяной холод.
Линь Инуо почувствовала, как вокруг резко похолодало, и невольно вздрогнула. Больше она не стала называть её «тётей» и прямо спросила:
— Что вы хотите обсудить со мной?
По всему было видно, что разговор будет неприятным. Она уже примерно догадывалась, о чём пойдёт речь.
— Ты уверена, что хочешь говорить об этом здесь? — Ли Хунъянь окинула взглядом ворота университета, затем перевела глаза на Линь Инуо, всё ещё стоявшую на месте, и ждала ответа.
Линь Инуо посмотрела на неё. Увидев решимость и враждебность в её взгляде, поняла: сегодня от неё не отвяжутся. Она покачала головой:
— Не уверена.
— Пошли, — сказала Ли Хунъянь и направилась к своей машине.
Линь Инуо быстро последовала за ней.
— Садись! — Ли Хунъянь уже открыла дверь, но, видя, что Линь Инуо медлит, нетерпеливо подбодрила её, а затем села сама.
Постояв у двери ещё немного, Линь Инуо всё же открыла заднюю дверь и села.
Как только обе оказались в машине, Ли Хунъянь без промедления завела двигатель и тронулась с места.
Глядя, как знакомые улицы стремительно уходят назад, Линь Инуо чувствовала, что её мысли в полном хаосе. Она пыталась разобраться в происходящем, но это казалось почти невозможным.
Ли Хунъянь привезла Линь Инуо в кофейню. Было около девяти утра, посетителей почти не было. Они сели за столик у окна на втором этаже.
— Два капучино! — не спрашивая мнения Линь Инуо, Ли Хунъянь сразу сделала заказ.
Официант быстро принёс кофе:
— Приятного аппетита!
Едва он ушёл, Ли Хунъянь заговорила:
— Полагаю, ты уже знаешь: сегодня утром семья Ли официально расторгла помолвку с вашей семьёй. Не питай больше иллюзий и не цепляйся за Шаоцзиня. Мы никогда не позволим тебе войти в нашу семью.
Она получила подтверждение от Чу Эрлань и поэтому без колебаний явилась сюда.
— У меня и в мыслях не было питать иллюзии. Я и не собиралась входить в вашу семью, — сказала Линь Инуо. Вчера ещё только обсуждали расторжение помолвки, а сегодня утром уже официально отменили. Она не ожидала, что всё произойдёт так быстро. Теперь её приёмный отец наверняка подумает, что всё это она сама устроила.
Ли Хунъянь удивилась. Она не ожидала такой реакции и такого пренебрежительного тона — это совершенно не соответствовало тому, что она видела на фотографиях.
«Наверное, притворяется передо мной. Должно быть, так и есть», — решила она.
— Не нужно изображать передо мной благородную девицу. Я не куплюсь на это, — с паузой продолжила Ли Хунъянь. — Сколько денег тебе нужно, чтобы ты перестала преследовать Шаоцзиня?
Она была уверена: нет такой проблемы, которую нельзя решить деньгами.
«И правда, в одной семье все одинаковые», — подумала Линь Инуо с горечью. «Сначала мать, теперь тётя — обе лезут с деньгами. Если так пойдёт, через пару месяцев я стану миллионершей».
Ей стало и обидно, и противно, и она резко выпалила:
— В прошлый раз его мама дала мне пять миллионов. А вы сколько собираетесь предложить?
Она смотрела на женщину напротив большими, влажными глазами, но выражение лица было совершенно серьёзным.
Ли Хунъянь не поверила своим ушам. Это было совсем не то, что она ожидала. Она даже не знала, что Чу Эрлань уже предлагала деньги, и уж тем более не ожидала, что Линь Инуо сама назовёт сумму.
— Восемь миллионов! — выпалила она, прибавив три миллиона. Всё равно платить будет не она — можно было называть любую цифру.
Линь Инуо слегка растянула губы в усмешке:
— Всего на три миллиона больше? Я думала, вы предложите десять.
Она и правда ожидала десять миллионов — восемь даже в голову не приходили.
— Боюсь, твой аппетит не настолько велик!
http://bllate.org/book/2011/231112
Готово:
