Но сейчас Ло Хаоюй был так взбешён, что ему было не до имиджа — ведь даже смерть его отца втянули в эту грязь. Как он мог остаться спокойным?
Он ледяным взглядом окинул окруживших его журналистов и низко, с яростью рыкнул:
— Вон отсюда!
Репортёры дрогнули и на шаг отступили, но не спешили расходиться. Тогда Ло Хаоюй в бешенстве заорал в сторону двери:
— Адэ! Вы что, совсем ничего не делаете? Выгоните их прочь!
В ответ — лишь гробовое молчание. В его сознании мелькнуло смутное подозрение, и он снова рявкнул:
— Вон отсюда!
На этот раз журналисты, испугавшись его взгляда, полного убийственной ярости, поспешно ретировались. Фух! Конечно, им безумно хотелось раскопать правду о сексуальной ориентации генерального директора Ло, но разве стоило рисковать жизнью? Ведь он, по слухам, способен отравить даже собственного отца — что уж говорить о них, простых смертных!
Когда Ло Хаоюй подошёл к двери, женщины, подстроившей весь этот скандал, уже и след простыл.
Он вышел наружу и ледяным взглядом обшарил окрестности. Наконец его глаза остановились на лестничном пролёте второго этажа, где он увидел Адэ и его людей. Кулаки Ло Хаоюя сжались до хруста. Чёрт! Эта женщина успела подсыпать им снотворное.
Адэ и его подчинённые безвольно прислонились к перилам, их глаза были мутными, а лица — растерянными и отсутствующими.
«Лэнсинь, — подумал Ло Хаоюй, бросив холодный взгляд на вход в „Юйшань“, — ты действительно непроста! Но знай: я, Ло Хаоюй, не из тех, кого можно так легко унижать!»
А в это время Лэнсинь уже сидела в частном автомобиле, лениво откинувшись на заднем сиденье. Её длинные пальцы сняли парик, и густые, шелковистые волосы рассыпались по поясу. Взгляд скользнул в сторону входа в «Юйшань». Губы изогнулись в лёгкой усмешке: «Ло Хаоюй, с нетерпением жду твоего выступления завтра!»
— Главная Лэн! Куда теперь едем? — почтительно спросил Ли Фэн, сидевший за рулём. Его миндалевидные глаза мельком взглянули в зеркало заднего вида на соблазнительный наряд Лэнсинь — и тут же внизу что-то напряглось. Нельзя было отрицать: в таком образе Лэнсинь была по-настоящему ослепительна.
— Ли Фэн, — вдруг ледяным тоном произнесла Лэнсинь, не открывая глаз, — хочешь, чтобы я вырвала тебе глаза?
— Простите… Главная Лэн, я… — запнулся Ли Фэн, покраснев до корней волос.
— Возвращаемся на базу!
— Есть, Главная Лэн!
Ли Фэн почтительно кивнул и незаметно поднял зеркало заднего вида повыше. Фух! Не смотри на то, что не положено!
Лэнсинь открыла глаза, достала заранее приготовленную одежду и быстро переоделась, сняв соблазнительное платье. Теперь на ней была чёрная кожаная куртка, обтягивающие кожаные брюки и высокие английские сапоги. Да, именно такой образ подходил ей больше всего.
Вскоре они прибыли на базу банды «Лунху» в городе А. Ли Фэн вежливо подошёл к лифту и нажал кнопку. Как только двери распахнулись, перед ними уже стояли люди в чёрных костюмах, поклонились и хором произнесли:
— Главная Лэн!
В кабинете Лэнсинь сидела, словно повелительница, излучая царственное величие. Её ледяной взгляд скользнул по собравшимся мужчинам в чёрных костюмах.
— С сегодняшнего дня «Юйшань» в городе А принадлежит нам. Отныне это наша база. Вы поняли?
Люди замялись.
— Это…
— Что, есть возражения? — холодно усмехнулась Лэнсинь.
— Никак нет, Главная Лэн!
Все переглянулись и перевели взгляд на Ли Фэна.
Тот, понимая, что от него ждут инициативы, сделал шаг вперёд и почтительно сказал:
— Главная Лэн, если мы разместимся в «Юйшане», нас наверняка обнаружат люди Ло Хаоюя. Ведь у нас в руках его сын! А с нашими нынешними силами мы не сможем противостоять «Чёрной Тени». Разве это не самоубийство?
Лэнсинь презрительно усмехнулась:
— Не волнуйся. Сейчас Ло Хаоюй слишком занят, чтобы обращать на нас внимание. Кроме того, мы вовсе не похитили его сына — просто решили немного облегчить ему заботы и позаботиться о мальчике! Разве не так?
Люди переглянулись и с трудом выдавили:
— Так точно, Главная Лэн!
Их лидер, конечно, мастер в искажении истины.
В этот момент в кабинет стремительно вошёл Чжан Юй и доложил:
— Главная Лэн, всё произошло так, как вы и предполагали. Ло Хаоюй вывел всех своих людей из «Юйшаня» без остатка. Кроме того, в три часа ночи он и его команда вернулись в офис «Ло».
Лэнсинь кивнула:
— Принято к сведению. Как там мальчик?
Вопрос был адресован Ли Фэну.
— Сяо Юй — настоящий бесстрашный малыш, — ответил тот с уважением. — С тех пор как приехал, каждый день виснет на Жасмине и заставляет её рассказывать сказки. Совсем не боится, ест с аппетитом, будто в гостях у друзей.
Лэнсинь улыбнулась:
— Недаром он сын Ло Хаоюя — смелый парнишка! Ли Фэн, забирай Сяо Юя и переезжайте в «Юйшань».
— Есть, Главная Лэн!
После того как Лэнсинь закончила все поручения, на улице уже начало светать. Она встала, потерла виски и ледяным тоном сказала:
— Чжан Юй, подготовься. Нам пора возвращаться в группу «Му». Пора действовать от лица Данны — иначе кто-то может рассердиться!
Ли Фэн не понял, о чём она, но, заметив усталость на лице Лэнсинь, нахмурился и с беспокойством сказал:
— Главная Лэн, вы работаете без отдыха день и ночь. Ваше здоровье не выдержит! Вы…
Он хотел сказать, что ему больно видеть её такой измождённой.
Лэнсинь взяла со стола приготовленный ледяной компресс и приложила ко лбу:
— Ничего страшного. Вперёд!
Два-три дня без сна для неё — пустяк. Бывало, она не спала десять дней подряд.
Ли Фэн больше ничего не сказал, но в его сердце зародилось новое чувство — восхищение.
Тем временем в офисе «Ло» царила неразбериха. Ло Хаоюй сидел в кресле, листая один финансовый отчёт за другим.
Внезапно он со злостью ударил по столу и швырнул бумаги на пол.
— Чёрт! Мои два месяца упорного труда пошли насмарку!
Его репутация была разрушена. Благотворительные фонды, в которые он вкладывал средства, теперь парализованы. Какой смысл в благотворительности от человека с подмоченной репутацией? Люди начнут задаваться вопросом: откуда у него эти деньги?
И всё это — заслуга той проклятой женщины! Ло Хаоюй поклялся про себя: «Этот долг обязательно будет возвращён!»
В этот момент вошёл Адэ:
— Господин Ло, вы были правы. Люди банды «Лунху» сегодня утром уже перебрались в «Юйшань», а сама Лэнсинь отправилась в группу «Му».
Ло Хаоюй медленно поднялся:
— Удалось ли засекретить вчерашний инцидент?
— Журналисты сдали все плёнки и дали слово, что не станут публиковать ни слова о случившемся.
После возвращения из «Юйшаня» Ло Хаоюй немедленно приказал своим людям запугать прессу и заставить замолчать.
Однако некоторые упрямцы всё же попытались выложить информацию в сеть.
Ло Хаоюй знал: это делалось намеренно.
— Что выяснили насчёт неё? — спросил он.
Адэ нахмурился:
— Ничего. Лэнсинь почти не появлялась в США. Единственное, что известно — она убила Хутоу и заняла его место. Вся остальная информация о ней — чистый лист. Что до её личности как Данны — такая персона действительно существует. Данна — известный зарубежный дизайнер ювелирных изделий. Два года назад она якобы получила ужасные ожоги лица и с тех пор почти не даёт интервью. Поэтому никто толком не знает, как она выглядит.
Адэ замолчал на мгновение и прямо посмотрел на Ло Хаоюя:
— Ты что-то подозреваешь? Мы же уже проверяли её личность — результаты те же самые. Что именно ты хочешь выяснить?
Ло Хаоюй оперся спиной о стол:
— Я хочу знать… не она ли Ро Аньци?
Адэ изумился:
— Она?.. Но как она может быть Ро Аньци? Внешность у них — небо и земля! Да и характер: Ро Аньци — наивная и робкая, а Лэнсинь — жестокая и ледяная. Это же совершенно разные люди!
— Внешность можно изменить хирургически, характер — тоже, — возразил Ло Хаоюй. — А от неё исходит знакомый запах…
— Знакомый запах? — переспросил Адэ. — Ты хочешь сказать, что такой же запах был у Ро Аньци?
Ло Хаоюй подошёл к панорамному окну и устремил взгляд на небоскрёбы за стеклом.
— Не знаю… В моей памяти всплывают обрывки воспоминаний о какой-то женщине. Её глаза очень похожи на глаза Лэнсинь. И это ощущение знакомства… Но имя «Ро Аньци» звучит одновременно и чуждо, и знакомо.
Он повернулся к Адэ:
— Расскажи мне всё, что между нами происходило. Всё — и радостное, и горькое. Я готов принять любую правду.
В его голосе звучала почти мольба. Он сам не понимал, что с ним творится. Он любил Ро Аньци, но почему-то испытывал странное чувство при виде Лэнсинь — не влечение, а именно ощущение чего-то давно знакомого.
Увидев тяжесть в глазах друга, Адэ глубоко вздохнул:
— Хорошо, Хаоюй. Если ты хочешь вспомнить прошлое, поехали кое-куда. Возможно, там ты найдёшь ответы.
— Поедем, — без колебаний ответил Ло Хаоюй и последовал за ним.
Адэ привёл его к элегантному жилому комплексу.
— Это…
Ло Хаоюй поднял глаза на здание, которое казалось ему одновременно чужим и знакомым.
— Это место, где вы раньше жили вместе, — сказал Адэ и первым вошёл внутрь. Код от двери был простой — 1234.
— Этот пароль установила Ро Аньци, — пояснил Адэ, набирая цифры. — Помнишь, когда она только пришла к тебе в помощницы, она при нас с тобой изменила код? Ты тогда ещё подтрунивал над ней, мол, даже пароль запомнить не может.
Ло Хаоюй промолчал, нахмурившись. Ему действительно мерещились смутные воспоминания об этом эпизоде, но они были слишком размыты.
Они вошли в квартиру. Снаружи здание выглядело роскошно и изысканно, но интерьер оказался совершенно иным.
На белом диване лежали несколько розовых плюшевых мишек, а шторы были нежно-жёлтого цвета. Первое, что бросилось Ло Хаоюю в глаза, — фотография на журнальном столике. На снимке девушка прижималась к нему и, держа в руке телефон, улыбалась в камеру.
В этот миг в его сознании начали всплывать обрывки воспоминаний, но картина всё ещё оставалась неполной.
http://bllate.org/book/2007/229675
Готово:
