Готовый перевод Marked General's Death Escape / Я пометил имперского генерала и сбежал, притворившись мертвым: Глава 24

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Слова о свидании ещё не рассеяли ощущение абсурда, как брошенные с нескрываемым презрением фразы — убирайся отсюда и совсем потерял соображалку — уже ударили по ушам.

Мясистое лицо Батона подёрнулось, напускное дружелюбие вмиг испарилось, а взгляд стал зловещим.

Находившиеся за его спиной цы-чуны тоже зашевелились, издавая недовольное тихое шипение.

Се Ижань же, казалось, получил удовольствие от такой реакции, и в нём всколыхнулись охотничьи инстинкты.

Он легко усмехнулся и небрежно хлопнул Эмюса по напряжённой пояснице.

— Постой в сторонке.

От этого шлепка тело Эмюса вздрогнуло, но он всё же инстинктивно попытался схватить Се Ижаня за руку.

— Се Ижань! Ты...

Батон — это тебе не какой-нибудь Трак. Этот тип был свиреп и жесток, к тому же когда-то служил в армии, так что его можно было считать наполовину военным цы-чуном.

Эмюс вспомнил прошлые короткие стычки с Батоном: хоть он тогда и не остался в дураках, лёгкими те столкновения точно не назовешь.

Этот самец жуков хоть и силен, но...

Но как самец жуков может в открытую бросать вызов военному цы-чуну?

Однако Се Ижань даже не обернулся на его слова, лишь легко повёл запястьем и без труда выскользнул из хватки Эмюса.

Затем он шагнул вперёд, оставляя Эмюса позади в тени.

Почти одновременно Батон издал короткий смешок, и его массивная туша бросилась прямо на него, целясь кулаком в лицо Се Ижаня.

Этот удар был лишён всякой сентиментальности — Батон не собирался сдерживаться лишь потому, что Се Ижань был самцом жуков или красивой наружности. В тюрьме сначала нужно забрать добычу себе, а уже потом разбираться, хороша она или нет.

Почти в тот же миг стоявшие за ним цы-чуны тоже бросились вперед, окружая Се Ижаня со всех сторон.

А оказавшийся в окружении самец жуков лишь слегка опустил уголки губ. Улыбка мгновенно исчезла, и в тёмно-зелёных зрачках мелькнул холодный блеск.

Он даже не принял явной защитной позы, а просто внезапно поднял руку, чуть шевельнув мыслью...

Вжух!

Незримая, но мощная волна Духовной силы внезапно взорвалась.

В воздухе мгновенно материализовались бесчисленные тончайшие серебристо-белые нити, с абсолютной точностью устремившись за всеми жуками, посмевшими приблизиться.

Пауки — практически вершина хищников в мире насекомых, и абсолютный контроль над добычей и её подавление заложены в них самой природой.

— Угха!

— Что за чёрт?!

Внезапно раздались испуганные возгласы и стоны боли.

Эти паутинные нити двигались с невероятной скоростью. В момент натяжения они не давали никому ни малейшего шанса на реакцию, намертво опутывая конечности и шеи нападавших, а затем резко сжимались и взмывали вверх.

Не прошло и мгновения, как толпа цы-чунов, ещё секунду назад излучавших свирепость, повисла в воздухе, задрав ноги и не касаясь земли.

Пересекающиеся узоры паутины ярко силели в лучах тусклого света, и всё это пространство стало похоже на искусно созданное произведение искусства.

Се Ижань, засунув руки в карманы, запрокинул голову и любовался собственной работой.

Смотрел, как они отчаянно бьются, а их лица багровеют и синеют от удушья.

Смотрел, как паутина глубоко врезается в плоть, заставляя даже Кольца подавления издавать надрывный гул.

В шахтном тонходе мгновенно воцарилась мертвецкая тишина.

Слышны были лишь бесполезные всхлипывания подвешенных цы-чунов да шуршание одежды при их попытках вырваться.

Эмюс стоял за спиной Се Ижаня, широко распахнув тёмно-синие глаза и глядя на эту невообразимую сцену.

Он знал, что Се Ижань силен, но никогда бы не подумал... что Духовную силу самца жуков можно применять подобным образом?

Настолько материальную, настолько... точную и мощную.

Он почти не почувствовал резких колебаний энергии вокруг Се Ижаня — всё произошло бесшумно, но сокрушительно.

Се Ижань стоял на прежнем месте, и лишь пряди его волос на мгновение растрепались от пронёсшегося потока.

— Сектор Ц?

Он усмехнулся, и его голос отчётливо прозвучал в затихшем туннеле.

— С сегодняшнего дня никакого Батона больше нет. Отныне сектор Ц подчиняется только мне.

Его взгляд упал на отчаянно барахтающегося Батона.

— Понял, ублюдок?

Из горла Батона вырвался хриплый звук, а в глазах застыли ужас и неверие.

Се Ижань даже не удосужил его ещё одним взглядом, лишь слегка ослабив мысленный контроль.

Бум-бум-бум!

Подвешенные цы-чуны, словно пельмени, попадали на землю, свалившись бесформенными кучами. Они тяжело кашляли и задыхались, а в их взглядах, устремлённых на Се Ижаня, остался лишь первобытный страх.

Только тогда Се Ижань повернулся и перевёл взгляд на замершего позади Эмюса.

Тусклый свет шахты падал на его профиль, подчёркивая резкие линии скул, а в тёмно-зелёных глазах всё ещё таилась не до конца угасшая ледяная жестокость, смешанная с долей ленивой игривости.

— Покончено.

Его голос звучал так непринуждённо, будто он просто стряхнул пыль с плеча.

— Господин майор... пойдёмте, поищем другое место для свидания.

Слово «свидание» вновь легко слетело с его губ, прозвучав как нечто само собой разумеющееся и тяжело ударив по Эмюсу.

Тёмно-синие глаза Эмюса резко дрогнули, а кончики пальцев инстинктивно сжались.

Он смотрел на Се Ижаня.

На это смазливое лицо, источающее наглость и жажду контроля.

На валяющихся на земле цы-чунов, что корчились от боли по его милости.

Невероятно сложное чувство змеями обвило его сердце.

Он не двигался, лишь холодно глядя на Се Ижаня, и произнёс хриплым голосом:

— Чего именно добивается Ваша милость?

Се Ижань лишь легко усмехнулся, делая вид, что вовсе не расслышал этого вопроса.

Он пожал плечами и склонил голову набок.

— Чего добиваюсь?

Протянув слово, он изогнул губы в той самой вызывающей улыбке, от которой сводило зубы.

— Свидания. Разве я только что не сказал?

Его взгляд скользнул по всё еще стонущим на полу цы-чунам.

— Я не привык уединяться под взглядами толпы слепых ублюдков.

Тёмно-синие глаза Эмюса молча смотрели на него.

Они напоминали замерзшее озеро или поверхность Северного Ледовитого океана, где под гладью бушуют скрытые течения.

В шахтном тоннеле раздавалось лишь тяжёлое дыхание да сдавленные всхлипы. На несколько секунд воцарилась полная тишина.

Вдруг Эмюс шевельнулся.

Он сделал шаг вперёд — движение вышло лёгким, но казалось, будто он сокрушил какую-то невидимую преграду.

На мгновенье он замер, словно взвешивая что-то про себя, а затем опустил ресницы, пряча любые эмоции, и, опустив голову, шаг за шагом направился к Се Ижаню.

Се Ижань удивлённо приподнял бровь.

Видя, как этот гордый и колючий цы-чун на самом деле послушно идет к нему, он почувствовал, как на дне тёмно-зелёных глаз разливается ничем не прикрытое удовольствие и удовлетворение.

Волна раздражения и злости от прерванного уединения мгновенно испарилась.

Хмыкнув, он протянул руку и притянул подошедшего Эмюса к себе, прижав ладонь к его прохладной пояснице.

— Редкая покладистость.

Се Ижань опустил голову, едва не касаясь кончиком носа белых волос Эмюса, а в его голосе зазвучали ленивые нотки победителя.

— Наш майор сегодня на редкость благоразумен.

Тело Эмюса напряглось в его объятиях, но он не сопротивлялся и ничего не ответил.

Лишь отвёл взгляд в сторону, уставившись на неровную стену из породы, а линия его подбородка была натянута до предела.

Конечно, он благоразумен.

Угрозы Скадиро всё ещё звучали в ушах, а предательство семьи Эллер уже стало свершившимся фактом.

Эта тюрьма была чистейшими дикими дебрями, а лишившийся всякой защиты цы-чун ранга двойной S походил на кусок свежего мяса, брошенный в стаю голодных волков.

Он не мог умереть.

Не мог покончить с собой.

И уж тем более не мог позволить другим самцам жуков заиграть его до смерти, словно какую-то вещь.

Да, по сравнению с теми отбросами, что привыкли выплескивать похоть с помощью наркотиков и насилия, Се Ижань...

Се Ижань был опасен, он был непредсказуемой переменной.

Но в то же время оставался единственным, кто пока не жаждал его смерти.

Даже вчера в тех обстоятельствах он не стал пользоваться ситуацией, чтобы подвергнуть его ещё более унизительным оскорблениям.

К тому же, между ними...

Эмюс закрыл глаза, чувствуя, как изнутри поднимается холодная, горькая усмешка.

Верно, они уже через всё прошли.

Начиная с той хаотичной метки в шахте и заканчивая вынужденным совместным сном прошлой ночью.

Его тело запомнило чужой запах, а железы хранили чужой отпечаток.

Самое худшее уже случилось, границы давно были растоптаны и разбиты.

Так почему бы в этот момент не воспользоваться единственным кажущимся безопасным и опасным вариантом, чтобы выкроить себе передышку посреди этого тупика?

Гордость?

От неё почти ничего не осталось в тот день, когда его обвинили в измене родине и бросили в этот ад.

Се Ижань почувствовал напряжение и покорность в теле у себя на руках.

Пусть Эмюс ничего не ответил, такое молчаливое согласие всё равно его позабавило.

Обнимая Эмюса, он развернулся и зашагал вглубь туннеля, не желая больше тратить ни единого взгляда на валяющуюся позади кучу мусора.

— Идём, — бросил он легко, словно только что избавился от мелкой пыли на плече. — Найдем тихое место.

Эмюс, наполовину прижимаемый к нему, спотыкаясь,следовал следом, безмолвный, как бледная тень.

Его тёмно-синие глаза были опущены, скрывая беспросветную ледяную бездну.

Шагая рядом с Се Ижанем, он вдруг тихо позвал его:

— Се Ижань...

— М?

Се Ижань повернул голову в его сторону, с удовольствием откликаясь на зов.

— Се Ижань... я жду ребёнка.

http://bllate.org/book/20053/1982475

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода