Мужун Цзинь долго смотрел на Су Юя, какое-то время напрочь не понимая, где реальность, а где иллюзия.
Не в силах сдержаться, он поднялся с инвалидного кресла и быстрыми шагами подошел к Су Юю. Словно одержимый, он рывком прижал Су Юя к углу стены. Его лицо приблизилось к лицу Су Юя, они оказались так близко, что между их телами не оставалось ни малейшего зазора.
Черты лица Мужун Цзиня внезапно, без всякого предупреждения, оказались слишком близко, из-за чего сердце Су Юя пропустило удар.
То самое странное чувство, что и в карете, разлилось по всему телу Су Юя.
С трудом и напряжением сглотнув слюну, Су Юй осмелился заговорить, его голос слегка дрожал: — Ты… что с тобой?
Мужун Цзинь не ответил на вопрос Су Юя, лишь в упор глядя на его испуганные глаза. Помолчав довольно долго, он на глазах у остолбеневшего Су Юя стал медленно снимать с себя одежду.
Если предыдущие действия Мужун Цзиня повергли душу Су Юя в сильнейшее потрясение, то то, что он вытворял сейчас, было равносильно гросчу среди ясного неба — Су Юя словно прошибло молнией так, что он полностью онемел и еще долго не мог прийти в себя.
Ой-ой-ой, уж если разговариваешь, так и разговаривай! Нельзя ли обойтись без самоуправства?
Что это за фокусы — чуть что, сразу раздеваться?
Нет, нельзя! Непристойное не дозволено созерцать!
И всё же, несмотря на такие мысли, почему его глаза абсолютно не подчинялись его воле и так и норовили то и дело скользнуть по телу Мужун Цзиня?
Ого-го-го, ключицы уже обнажились. Какая нежная, какая белая кожа! Кожа, подобная топленому салу, что растает от одного дуновения — пожалуй, именно это и имело в виду данное выражение. И хотя подобные слова обычно используют для описания женщин, казалось, ничто не мешало применить их к Мужун Цзиню.
Тц-тц, такому оттенку кожи даже он, взрослый мужчина, позавидовал бы…
Да-да, именно позавидовал. Никаких иных мыслей у него и в помине не было.
Изначально казалось, что обнаженные ключицы — это предел. Но к полнейшему удивлению Су Юя, руки Мужун Цзиня продолжили двигаться ниже.
Сам не зная почему, Су Юй вдруг почувствовал необъяснимую вину. Казалось, он даже не смел смотреть на открытую кожу Мужун Цзиня.
Просто кошмар какой-то. С каких пор он стал таким трусливым? Ведь раньше он мог совершенно спокойно и бесстрастно таращиться по сторонам в мужской общественной бане, где все вокруг были лишь в полотенцах. В какой же момент его душевное состояние изменилось настолько, что он не смеет взглянуть на грудь взрослого мужчины?
Пока Су Юй терзался стыдом, Мужун Цзинь окончательно сбросил тончайшую, словно цикадиновое крыло, верхнюю одежду, полностью обнажив грудь.
Бросая украдкой взгляды, Су Юй с удивлением обнаружил, что у этого болезненного вана, которому даже для разговора требовалось перевести дыхание, на удивление хорошая фигура.
Стандартные восемь кубиков пресса! Настоящий арсенал современной соблазнительницы. Тц-тц-тц, он сам смотрел на это с неприкрытой завистью.
Единственным изъяном было лишь то, что родимое пятно размером с кулак на его груди немного портило всю картину.
Если бы не это родимое пятно, фигура Мужун Цзиня и вовсе была бы безупречной.
— Ой! Какая странная форма у этого пятна, почему оно похоже на собачью кость? — Су Юй впервые видел родимое пятно подобной формы и на мгновение даже заинтересовался. Не в силах сдержаться, он протянул руку и ткнул пальцем в тот самый кубик пресса с отметиной в виде косточки.
Его движение было не слишком сильным и не слишком слабым — в самый раз.
Тело Мужун Цзиня невольно слегка задрожало.
Именно благодаря этому его потемневший взгляд внезапно прояснился.
Сначала он опустил глаза на мягкую руку Су Юя, а затем перевел взгляд на его лицо.
Любопытство на лице Су Юя не укрылось от его глаз.
Иными словами, Су Юй тоже видел родимое пятно на его теле впервые.
При этой мысли Мужун Цзинь невольно почувствовал легкое разочарование и тяжело вздохнул. Затем он закрыл глаза, скрывая истинные эмоции на дне зрачков.
— Сходи в кладовую и выбери пару приличных подарков, — произнес Мужун Цзинь, после чего отвернулся, поднял с пола одежду и, не обращая внимания на то, покрылась ли она пылью, набросил её на плечи.
Су Юй окончательно растерялся. Его рука так и замерла в полушаге с пальцем, готовым снова ткнуть в пресс.
Мужун Цзинь точно не в своем уме! То разделся ни с того ни с сего, то снова оделся! И ладно бы скорость, но ведь молчал всё это время.
Вот же черт.
Не мог он подождать чуть-чуть подольше? Ему так нравилось тыкать в пресс, это ощущение было просто… Тьфу-тьфу-тьфу! Никакой он не любитель тыкать в пресс, ему просто нравилось тыкать в родимое пятно!
В конце концов, какой же тот мелочный! Ему жалко дать ему потыкать еще немного, что ли, от этого бы кто-то умер?
Су Юй показал язык в сторону Мужун Цзиня и не преминул язгливо бросить: — Тц-тц, ну и скука. Раз уж ты сам снял верхнюю одежду, я-то думал…
— Что? Тебе нравится видеть меня абсолютно голым? Если так, я с радостью удовлетворю желание моей любимой жены, — прямо перебил Су Юя Мужун Цзинь, после чего опустил голову, собираясь стянуть штаны.
Лицо Су Юя мгновенно залилось краской — он-то всего лишь решил поупражняться в острословии. Разве смел он на самом деле позволить Мужун Цзиню зайти так далеко? В панике замахав руками, он запротестовал: — Нет-нет-нет, я вовсе не это имел в виду. Прошу тебя, старейшина, не совершай глупостей.
Мужун Цзинь изначально лишь поддразнивал Су Юя, а потому не стал настаивать и убрал руки: — Ступай в кладовую выбрать подарки, иначе завтра поднимешь суматоху.
— А? — Су Юй озадаченно приподнял брови, не до конца понимая к чему это.
Мужун Цзинь тяжело вздохнул: порой ему действительно безумно хотелось вскрыть череп Су Юя и посмотреть, что же там такое творится. Когда этот глупыш впадал в свой туман, это просто сводило с ума. И как такой недоумок вообще умудрялся выживать в логове хищных волков и тигров в Резиденции Первого министра?
— Завтра мы едем навестить твоих родителей. Ты что, собираешься являться туда с пустыми руками?
Только тут до Су Юя дошло: в этой стране существовал обычай на второй день после свадьбы навещать родительский дом. Если бы Мужун Цзинь не напомнил, он бы и впрямь забыл об этом. До самого этого момента у него всё еще не уложилось в голове осознание того, что он вышел замуж.
— А разве нельзя пойти с пустыми руками?
Если честно, ему вовсе не хотелось, чтобы эта отвратительная парочка супругов из Резиденции Первого министра получила хоть малейшую выгоду.
Даже если речь шла о самом обычном кинжале, и то было жалко. По его мнению — ну и что, что кинжал? Если расколотить, его хоть на металлолом сдать можно! Во всяком случае, нельзя отдавать добро даром этим двоим.
Лицо Мужун Цзиня моментально почернело: — С пустыми руками? Хватает же у тебя наглости спрашивать! Завтра я поеду вместе с тобой, неужели ты не боишься, что об этом поползят слухи и люди начнут тыкать в меня пальцем за спиной? Станут говорить, будто я настолько жаден, что пожалел даже подарков.
Су Юй ни капли не испугался: — Ну так не езди, я и сам могу съездить!
— Ты… — Мужун Цзинь обнаружил, что его хваленое терпение рядом с Су Юем испаряется в считанные секунды. Правая рука сама собой сжалась в кулак, в нем вспыхнуло непреодолимое желание встать и хорошенько отлупить Су Юя.
— Ладно-ладе, пойду я выбирать, так устроит?! Только не злись.
Боясь довести Мужун Цзиня до какого-нибудь приступа, Су Юй поспешно смягчил тон и поднял руки вверх в знак капитуляции. Бросив на Мужун Цзиня пару недовольных взглядов, он бегом бросился прочь.
http://bllate.org/book/20005/1973594
Готово: