— Сяо Чжан, ты что делаешь?
Тонкая, сильная ладонь зажала ей рот. Чэнь Вэньцзинь слегка рассердилась, её прелестное личико густо покраснело, и она инстинктивно попыталась вырваться.
— Не двигайся, смотри.
Холодный голос Чжан Цилина раздался прямо над её ухом, и Чэнь Вэньцзинь машинально замерла, ошеломленно застыв на месте.
Остальные тут же столпились за спиной Чжан Цилина, с испугом глядя вперёд.
В густом белом тумане неизвестно когда появилась человеческая фигура!
Чэнь Вэньцзинь широко раскрыла глаза, её внезапно бросило в холодный пот — подумать только, ведь ещё мгновение назад именно она находилась ближе всех к этому силуэту.
Фигура словно совершенно их не замечала, волоча ноги и нелепо двигаясь вперёд.
Когда они наконец разглядели её как следует, то с удивлением поняли, что это был У Саньсин в водолазном костюме.
Все разом выдохнули с облегчением. Чэнь Вэньцзинь рассердилась и уже собиралась выругаться, но Чжан Цилин резко оттянул её назад.
— Смотри.
Чэнь Вэньцзинь послушно перевела взгляд и увидела, что У Саньсин, словно одержимый, стоял перед гладкой каменной стелой, складывая пальцы и поглаживая волосы так, будто причесывалась женщина. От этого жеманного зрелища по её телу побежали мурашки.
Стоявшая позади Хо Линь с любопытством вытянула шею, разглядывая странно ведущего себя У Саньсына, и выпалила раньше, чем Чжан Цилин успел её остановить:
— У Саньсин, ты когда пришёл? Чего ты там разглядываешь, жутко ведь!
Черт!
Мысленно выругался Чжан Цилинь. Больше всего на свете ему хотелось сейчас отделаться от Хо Линь.
И точно: У Саньсин резко обернулся, издал странный вопль и бросился бечЬ.
Чжан Цилин поспешил в погоню, но всё же потерял его в густом тумане.
Добравшись до края каменной стены, Чжан Цилин протянул руку и ощупал её. Он не верил, что У Саньсин способен проходить сквозь стены — здесь обязательно должен быть проход.
Вернувшись к стеле, Чжан Цилин чувствовал себя несколько раздосадованным. Стоило признать: на этот раз он проявил беспечность.
Он пересказал остальным всё, что только что произошло. Те явно были озадачены, а Чэнь Вэньцзинь, немного подумав, подошла к каменной стеле.
Точно так же, как и У Саньсин, она протянула руку и принялась расчёсывать волосы, но в её исполнении эти жеманные движения выглядели невероятно красиво и изящно.
— Нашла! — радостно воскликнула Чэнь Вэньцзинь. Все тут же обступили её, но по-прежнему ничего не увидели.
— Нет, вы должны делать так же, как я, и присесть немного ниже.
С этими словами она ещё раз продемонстрировала всё остальным.
Услышав это, Чжан Цилин кивнул, тоже подошёл ближе, согнулся в пояснице и, подражая ей, принялся расчёсывать волосы, искоса поглядывая на каменную стелу.
На этот раз он разглядел: в отражении на камне проступали три соединенные хвостами и головами рыбы. Они были крайне нечёткими, и стоило хоть немного изменить угол зрения, как они мгновенно исчезали.
Чэнь Вэньцзинь приоткрыла рот, восторженно и неотрывно глядя на излучавшего сейчас некую «соблазнительную» грацию Чжан Цилина.
Его гибкая, лишённая лишнего веса талия плавно подалась вперед, словно в ней совсем не было костей, являя взорам окружающих безупречные пропорции его тела: стройные и прямые ноги, красивую линию спины и... это изящное, холодно-красивое лицо.
Неизвестно почему, уголки губ Чэнь Вэньцзинь приподнялись, а на сердце поднялось странное волнение. А вот Хо Линь была совсем иной: её глаза, казалось, буквально прилипли к Чжан Цилину.
Впрочем, Чжан Цилин не обращал на это никакого внимания. Он просто поднял фонарик и двинулся в сторону замеченного ориентира.
Тот знак только что сместился — судя по всему, это был механизм, управляющий вращением погребальной камеры.
— Вот оно!
В тот миг, когда луч фонаря совпал с отметкой, прямо перед ними возник проход.
Все были ужасно взволнованы и, следуя за Чжан Цилином, шагнули в потайную дверь.
В коридоре царила непроглядная тьма, и даже с фонариками видимость оставалась крайне низкой. Чжан Цилин невольно дивился тому, откуда У Саньсин мог так хорошо знать эти места.
Через несколько минут впереди забрезчил свет. Все мгновенно оживились и наперегонки бросились вперёд.
Вскоре перед ними открылась просторная квадратная гробница.
Нужно признать, это была самая грандиозная и величественная усыпальница из всех, что им доводилось видеть.
Десятки монументальных колонн из нанимуса под лучами света отливали золотом, свод был сплошь покрыт росписями, а по самому периметру тянулся целый ряд круглых ночных жемчужин — зрелище в полной мере оправдывало слова о сияющем золоте и переливающейся яшме.
Прямо посреди усыпальницы стоял макет, поражавший своей детализацией до глубины души — небывалые чертоги и нефритовые палаты во всей красе.
Чжан Цилин подбежал к нему, с восторгом обошел вокруг несколько раз и в тот же миг понял, что это такое.
Макет Небесного дворца над облаками!
Неужели Небесный дворец над облаками и впрямь существует, причём находится где-то в небесах?!
Все были вне себя от восторга. Совершенно забыв про У Саньсына, спутники принялись ликовать. Хо Линь же возбужденно вскарабкалась на каменный постамент и, едва успев заглянуть внутрь как следует, испуганно завизжала:
— А! Здесь мертвец!
Чжан Цилин одним прыжком взлетел наверх. Прямо посреди макета, со скрещенными ногами, сидел до неузнаваемости иссохший труп. Одна его рука указывала в небо, другая — в землю, а длинные ногти сравнялись по длине с самими пальцами, выглядя жутко и неестественно.
Заметив, что он замер, Чэнь Вэньцзинь тоже поднялась следом, подошла к Чжан Цилину и, с мрачным выражением глядя на него, бросила:
— Взять чужое без чести — навлечь небесную кару.
Сказав это, она пристально посмотрела на него и повернулась, чтобы уйти.
Чжан Цилин проводил её взглядом и тоже направился прочь.
Чэнь Вэньцзинь происходила из северной школы и чтила кодекс чести; да и сам Чжан Цилин не был из тех, кто оскверняет тела ради наживы. И хотя оба они заметили неестественно раздутый живот покойника, ни у одного из них не возникло желания шарить по карманам.
Однако в самый момент ухода Чжан Цилину вдруг показалось, что с высохшим трупом что-то не так.
Казалось бы, мумия... вроде бы улыбалась?
Чжан Цилин широко раскрыл глаза и инстинктивно принял боевую стойку. В этот момент рука мертвеца, прежде указывавшая в небеса, резко качнулась и зловеще указала на восток, а ночные жемчужины на потолке разом померкли, вновь погружая гробницу во тьму.
— На стене... на стене лица...
http://bllate.org/book/19986/1970181
Готово: