— Прежде господин Су только и делал, что бегал повсюду в поисках нужных знакомств, но теперь, кажется, он наконец понял, в чём кроется главная загвоздка, и потому явился к вану.
Если говорить об этом деле, то Су Мусяо, безусловно, была главной виновницей. Поначалу, отправившись в Резиденцию принцессы с повинной, она не захотела уходить с миром, а вместо этого заманила принцессу на окраину города и даже вынашивала мысль избавиться от неё раз и навсегда.
Не будь император в курсе истинных замыслов Су Мусяо, он бы не пришел в такую ярость и не приказал заточить её в темницу.
Это был первый подобный случай за всю историю династии Да Юань, однако когда простые люди узнали всю подоплёку произошедшего, они единодушно сошлись во мнении, что принцесса Юньинь пострадала больше всех и была здесь совершенно невиновна.
Вот только соизволит ли сегодня ван Жуй принять гостя — это было главным вопросом, который сейчас волновал Ученого Су.
Он почтительно опустился на колени в главном зале. Прошло благовоние времени, четверть часа, полчаса...
Но ван Жуй всё не появлялся.
Даже несмотря на то, что Ученый Су уже более двадцати лет делал карьеру при дворе, под таким жестоким давлением он начал сдавать.
Но он знал: ради собственной дочери он должен вытерпеть всё, что бы ни потребовалось.
Наконец до него донеслись шаги вана Жуя. Для него этот звук прозвучал как небесная музыка.
— Ваш покорный слуга приветствует Вашего Высочества ван Жуя.
Теперь, когда здоровье вана Жуя пошло на поправку, можно было не сомневаться, что те государственные дела, которые он ранее вернул Императору, теперь снова свалятся на его плечи.
Да ещё и предстоящая свадьба с принцессой... Пожалуй, в скором времени даже седьмой ван уступит вану Жую по степени влияния.
— С чего это господин Су пожаловал к нам в столь неурочный час? Род Су сейчас переживает далеко не самые спокойные времена, и всё же вы пришли ко мне. Не подскажете, какова цель вашего визита?
Разумеется, в данный момент полагалось прикинуться дурачком и включить непонимание, хотя ван Жуй прекрасно знал, что Шэнь Ци изначально раскусила: кто-то намеренно слил ей информацию, чтобы заманить в ловушку.
Однако намерения преступницы были чернее ночи — Су Мусяо всерьёз вознамерилась убить принцессу.
— Ваш покорный слуга явился к вану из-за дела моей недостойной дочери. Я знаю, что сейчас любые лицемерные речи будут бесполезны, но всё же смею надеяться, что ван выслушает меня.
— Если бы Мусяо действительно замышляла убить принцессу, я бы не смел просить о снисхождении. Но дело в том, что даже посреди этого хаоса ваш покорный слуга сумел отыскать того, кто попытался половить рыбку в мутной воде.
Ученый Су извлек на свет клинок. По всем признакам это было то самое оружие, что находилось в руках людей в черном, напавших сегодня на принцессу.
— Род Су — чиновники гражданские, и если мы и можем быть как-то связаны с наемными убийцами, то разве что через Павильон Темного Золота. Перед тем как её арестовали, Мусяо не произнесла ни слова.
Она лишь повторяла одну и ту же фразу: «Почему всё так?» Пусть я и не знаю, до каких безумств её довела одержимость идеей стать супругой вана Жуя...
Но ваш покорный слуга полагает, что в подобных обстоятельствах человек выказывает лишь самые искренние, подлинные чувства. Поэтому я осмелился последовать за теми людьми из Павильона Темного Золота до уединенного поместья.
Ученый Су, будучи человеком совершенно неспособным постоять за себя и не умеющим даже цыпленка зарезать, разумеется, не стал бы вступать с ними в открытую схватку.
Но ему всё же посчастливилось обнаружить кое-какие улики.
— Вот это мне и удалось отыскать, прошу вана взглянуть беспристрастно.
Ученый Су достал второй, точно такой же меч, однако этот клинок резал железо словно грязь.
Другой же меч при беглом взгляде оказывался обыкновенной подделкой, не годной ни на что, кроме запугивания.
— Если бы Мусяо действительно хотела сорвать свадьбу вана и принцессы, у неё было бы два пути.
Первый — похитить принцессу и удерживать её до тех пор, пока церемония не сорвется, тем самым выиграв время. Второй — запугать принцессу.
Яды, ву-гу — до тех пор, пока удается подчинить волю принцессы... Покушение же на убийство было худшим из возможных вариантов. Стоило делу всплыть наружу, и пострадала бы не одна лишь Су Мусяо.
Ученый Су старался изо всех сил сдерживать охватившее его волнение.
— Но что еще более любопытно: Шэнь Ци тоже находилась в бамбуковой роще. С какой стати Цзюньчжу Фуцзя понадобилось отправляться в такое место?
За несколько дней до происшествия я дни напролет проводил во дворец, обсуждая с Его Величеством приготовления к свадьбе принцессы. И как раз в те самые дни Шэнь Ци поддерживала крайне тесный контакт с моей дочерью.
Прежде между ними, возможно, и существовали подозрения и отчужденность, но как только они прознали, что человеком, которого одолжили вану, была принцесса, я убежден: эти двое пришли к полному согласию.
Поэтому цель визита Ученого Су заключалась в том, чтобы дать вану Жую понять: именно Шэнь Ци была главным организатором всего заговора.
— Тогда перед лицом принцессы Шэнь Ци заявила, будто случайно раскрыла замыслы Мусяо, а потому привлекла лучников, чтобы спасти принцессу.
Уверен, даже сама принцесса, услышав подобные речи, нашла бы их смехотворными.
В конце концов, если ты действительно хочешь кого-то спасти, не говоря уже о том, чтобы подать весть, совсем рядом с бамбуковой рощей дежурил целый отряд стражи.
Позже я понял: принцесса не взяла с собой Воинов в золотых доспехах именно потому, что заранее знала о готовящемся нападении. Это была ловля на живца.
Ученый Су глубоко вздохнул:
— Но ваш покорный слуга также надеется, что ван осознает: Цзюньчжу Фуцзя — главная бенефициарка во всей этой истории.
При нынешнем положении дел, озвучь я подобное вслух, я неминуемо навлеку на себя гнев седьмого вана.
Но ваш покорный слуга отчаянно хочет спасти жизнь собственной дочери. Это я был неправ с самого начала.
Когда Мусяо впервые заговорила о своем желании выйти замуж за вана, мне следовало пресечь эти нелепые мысли на корню. Сделай я это тогда, мы бы наверняка не докатились до сегодняшнего дня.
Шэнь Ци никак не ожидала, что стоит ей лишь захотеть уединиться с ваном Жуем для тайного свидания, как она тут же услышит подобные речи.
Происходящее стремительно прояснялось. Если бы Су Мусяо узнала, что всё это время Шэнь Ци бессовестно её использовала, трудно даже представить, как бы она себя повела.
Юй Фэн, стоявший в стороне и заметивший подол платья принцессы, осторожно приблизился к вану.
Ван Жуй, разумеется, тоже всё понял.
— Юй Фэн, подай господину Су чаю. Кажется, некоторые вопросы действительно требуют дальнейшего обсуждения.
Ван Жуй поднялся и направился к выходу. Услышав эти слова, Ученый Су должен был признать: на душе у него сразу стало намного спокойнее.
Пройдя в главный зал, Ученый Су с удивлением обнаружил, что восседающей там особой была сама Шэнь Ци. Неужели всё, что он только что наговорил, было услышано от начала и до конца?
Шэнь Ци смотрела на слегка дрожащие колени Ученого Су.
— Не сделай Ученый Су сегодняшнего предупреждения, меня, боюсь, продолжали бы водить за нос.
Однако то, что Шэнь Ци сумела переложить всю вину на Су Мусяо, стало возможным лишь благодаря покровительству седьмого вана.
Если Ученый Су желает, чтобы я пощадила Су Мусяо, это, конечно, осуществимо. Но оставлять Шэнь Ци безнаказанной после всего содеянного — по меньшей мере странно.
Шэнь Ци, разумеется, не собиралась заниматься благотворительностью. Раз уж Шэнь Ци пряталась столь глубоко, сначала следовало подрубить корни влияния седьмого вана, и только потом со спокойной душой браться за неё.
Если господин Су считает такую сделку невыгодной, воля ваша. Вот только Су Мусяо, пожалуй, придется остаться в темнице до конца своих дней, без малейшей надежды на освобождение.
Су Мусяо могла остаться в живых — в конце концов, в сердце Шэнь Ци подозрения в отношении неё уже рассеялись.
Но нападать на Шэнь Ци прямо сейчас было бы чересчур опрометчиво. Нужно было дождаться, пока та сторона потеряет бдительность, и только тогда переходить к решительным действиям.
Ученый Су не хотел портить отношения с седьмым ваном, но при этом страстно желал спасти жизнь дочери. В этом мире не бывает столь удобных сделок.
Слова Шэнь Ци дошли до Ученого Су предельно ясно.
— Как только обнаружим промахи седьмого вана, уверен, мы сможем продолжить наш разговор о судьбе барышни Су.
Впрочем, в конечном счете всё упирается в то, что господин Су не сумел как следует присмотреть за Су Мусяо. Не вздумай она тогда заманить меня в бамбуковую рощу, мы бы не скатились к сегодняшней точке.
Но желание Шэнь Ци причинить мне вред было куда сильнее. Думаю, все мы прекрасно понимаем истинное положение дел.
Что же до седьмого вана... господину Су еще предстоит хорошенько всё обдумать.
Ван Жуй стоял поодаль, словно верный страж, безмолвно оберегая Шэнь Ци. На любые её слова он отвечал неизменным согласием.
Наблюдая за тем, как этот мужчина явно пытается выслужиться и продемонстрировать свою преданность, Шэнь Ци находила это забавным.
— Господин Су, время уже позднее, пожалуй, вам пора возвращаться.
Ученый Су прекрасно понимал, что последнее слово в любом случае останется за принцессой.
Однако у самого выхода Шэнь Ци внезапно бросила ему вслед:
— Если Ученый Су решит вдруг переметнуться на сторону врага и попытается втянуть в это дело седьмого вана, он несомненно меня разочарует.
Поэтому я бы не хотела, чтобы в конце концов дело дошло до открытого столкновения мечами между нами. Вам понятно?
Ученый Су почему-то продрог до костей. На дворе еще даже не зима, с каких это пор принцесса Юньинь стала столь искусно просчитывать человеческие сердца?
И главное, он действительно подумывал о подобном исходе. Интересно, в какой момент он выдал себя, раз принцесса сумела раскусить его замысел?
— Я верю, что господин Су горим желанием вызволить Су Мусяо, иначе он не стал бы поступаться многолетним достоинством ради безопасности собственной дочери.
На лице Шэнь Ци застыло выражение глубокого умиротворения.
Ученому Су оставалось лишь напустить на лицо подобающее выражение — раз уж разговор зашел так далеко, отступать было некуда.
— Цинлин, Юй Фэн, проводите гостя.
Теперь Шэнь Ци вела себя поистине как хозяйка дома.
Проводив Ученого Су взглядом, она тут же помрачнела.
— Не скажи я тогда тех слов, он наверняка попытался бы усидеть на двух стульях. Отыщи седьмой ван лазейку получше, этот старик без колебаний предал бы нас, — в голосе Шэнь Ци прозвучала едкая ирония.
— Порой человеческое сердце — самое непостижимое из всего сущего. Но раз уж мы раскусили его намерения, правила игры придется скорректировать.
Ван Жуй видел, что Шэнь Ци твердо вознамерилась вытащить Шэнь Ци на чистую воду.
Если Ученый Су действительно отыщет что-нибудь любопытное и они сумеют этим воспользоваться, то Шэнь Ци не удастся и дальше прятать голову в песок, словно трусливой черепахе.
— Раз уж выдалась свободная минутка, давай-ка заглянем в темницу.
Строго говоря, Шэнь Ци не было никакой нужды навещать Су Мусяо, но к этой девчонке, питавшей к ней столь стойкую неприязнь, у неё оставалось еще немало вопросов. Быть может, та знала о Шэнь Ци что-то еще.
Если удастся вытянуть из неё правду на этот раз, всё станет куда интереснее.
Ван Жуй не имел ничего против. Цинлин семенила позади, с беспокойством поглядывая на госпожу, но, вспомнив, что ван сопровождает их, немного успокоилась — с принцессой точно ничего не должно случиться.
Стражники у входа в темницу состояли из тех же Воинов в золотых доспехах: одних приставили к особе принцессы в качестве личной охраны, другие несли караул здесь. При виде принцессы лица всех до единого мгновенно стали суровыми и каменными.
— Отодвиньте засов, мы войдем взглянуть.
Раз сама принцесса изъявила такое желание, возражений быть не могло.
Су Мусяо жалась в самом темном углу камеры, жалкая и несчастная; судя по всему, соседи по заточению уже успели словесно унизить её.
Истасканная избалованная барышня, в одночасье потерявшая всё — зрелище поистине убогое.
Узнав вошедшую, Су Мусяо из последних сил попыталась скрыть обуревавшие её эмоции, но при виде Шэнь Ци в её глазах на мгновение мелькнула свирепая жажда убийства.
Победитель получает всё, а побежденный отправляется на дно — закон суров.
— Знаешь, почему я решила навестить тебя лично именно сейчас? Интересно, нашептывал ли тебе кто-нибудь предостережения перед тем, как ты ввязалась во всё это?
Судя по развитию сюжета, впереди Су Мусяо ждало далеко не самое сладкое будущее.
И хотя Шэнь Ци прибыла сюда исправить сюжетные рельсы, она не могла собственной волей насильно перекроить всю историю в другую сторону.
Потому-то всё зависело от того, удастся ли Ученому Су раздобыть реальные улики — лишь тогда у них появится пространство для маневра.
— Разве ты пришла не затем, чтобы позлорадствовать над моим падением? Шэнь Ци, тварь ты этакая!
Су Мусяо явно потеряла рассудок. Знанье о том, как её родной отец сбивается с ног в тщетных попытках спасти её, наверняка разбило бы ей сердце, но Шэнь Ци вовсе не собиралась выкладывать ей правду о происходящем снаружи.
— Всё предельно просто. Если ты взвалишь всю полноту вины на себя, то в дальнейшем нам с Шэнь Ци придется бороться друг с другом. Уверена, когда Шэнь Ци навещала тебя, она пела тебе ровно ту же песню, верно?
Во взгляде Су Мусяо что-то резко переменилось. Откуда Шэнь Ци было знать, что Шэнь Ци приходила к ней?
— Ты думала, я останусь в неведении? Но ты совершенно не подумала о судьбе собственного рода Су. Преступление против венценосной особы карается истреблением девяти родов, и в тот момент ты бы стала всеобщим проклятием своей семьи.
И всё это ради мужчины, который даже не смотрел в её сторону.
С точки зрения Шэнь Ци, это было поистине жалко.
Видимо, насмотревшись на бесчисленных безумно влюбленных женщин, которых жестоко предали мужчины, вдобавок к тому, что Су Мусяо намеревалась стереть её с лица земли в день свадьбы, в то время как Шэнь Ци планировала её руками устранить соперницу...
Лицо Су Мусяо мгновенно побелело.
— Так это была Шэнь Ци... А я-то думала, она помогала мне от чистого сердца.
Пусть даже признавать собственные промахи перед Шэнь Ци было невыносимо, Су Мусяо уже успела сообразить, что клан Шэнь с самого начала видел в ней лишь пешку.
— Если я сейчас поведаю тебе, о чем раньше говорила мне Шэнь Ци, ты поверишь?
Она словно продолжала испытывать терпение Шэнь Ци на прочность.
— Правду ты говоришь или лжешь — я сумею отличить сама. Но если это окажется ложью, положение рода Су станет еще плачевнее, ведь шансов у тебя почти не осталось.
Су Мусяо прекрасно это понимала.
— Принцесса, помните ли вы? С самого начала вы ведь выбрали ван Жуя.
Но потом вы внезапно воспылали страстью к Тун Чжоюю. Вот тогда-то мне и показалось, что дело нечисто.
И тем не менее я безумно обрадовалась, ведь на одну соперницу в будущем стало бы меньше.
Однако вскоре я заметила, что увлечение принцессы Тун Чжоюем становилось всё сильнее и безумнее с каждым днем.
Чем подробнее Су Мусяо описывала те события, тем яснее выстраивалась картина в голове у Шэнь Ци.
— Хоть я и не знаю, что именно Шэнь Ци сотворила с принцессой в те дни...
Ведь они тогда были не разлей вода, лучшими подругами. К тому же принцесса славилась своим отшельническим нравом и избегала общества столичных девиц.
По сути, Шэнь Ци была её единственной подругой, а потому никто и подумать не мог дурного.
Такой классический сюжетный поворот — и надо же было ей самой упустить его! Шэнь Ци мысленно уже восстановила всю цепочку событий.
— Пожалуй, эта новость и вправду способна спасти тебе жизнь.
Судя по признаниям Су Мусяо, в момент прошлого смещения мировой линии сюжета было утрачено множество первоклассных артефактов, но теперь слова арестантки косвенно подтверждали один неоспоримый факт.
Шэнь Ци и впрямь плела интриги с поистине дьявольским упорством.
Больше не сказав Су Мусяо ни слова, Шэнь Ци развернулась и покинула темницу в сопровождении вана.
Су Мусяо тешила себя надеждой, что сегодня ей удастся хотя бы на мгновение приковать к себе взгляд вана, но в глазах его Высочества отражалась лишь одна Шэнь Ци.
И ведь раньше ван Жуй выказывал к Шэнь Ци лишь отвращение. Так почему же в ловушке в итоге оказалась она, а спасать её должен собственный отец?
Можно ли описать нынешнее состояние души Су Мусяо одним лишь словом «раскаяние»?
Выйдя наружу, Шэнь Ци шумно втянула ночной воздух. Ветер приятно освежал лицо, но отчего-то сердце в груди билось с тревожной, неестественной частотой.
Уж не из-за ли слов Су Мусяо до неё дошло осознание: с самого начала объектом её симпатий был вовсе не Тун Чжоюй?
Ван Жуй, заметив перемену в выражении лица принцессы, неожиданно улыблся — так, словно ему только что довелось узнать тайну, о которой не положено ведать никому.
Ждать, пока Ученый Су соизволит прислать весточку, было бы слишком пассивно. К счастью, в голове у Шэнь Ци родился блестящий план, который, возможно, сумел бы выманить эту ядовитую змею по имени Шэнь Ци наружу.
Мгновение спустя Юй Фэн стремглав выбежал из темноты, очевидно, принеся очередные известия.
Шепнув что-то на ухо вану Жую, они оба синхронно повернулись к ней.
Шэнь Ци всё поняла без лишних слов.
— Похоже, Ученый Су всё же отыскал третий путь.
Ван Жуй вглядывался в лицо принцессы: она была умна — до того умна, что даже Императору приходилось считаться с ней с оглядкой.
Ученый Су, судя по всему, выложил Императору обе версии сразу.
И в конце концов внес предложение: он сам покинет столицу и вернется в родовое гнездо в Сяняне, навсегда отрекаясь от участия в партийной борьбе.
Вдобавок к этому, Ученый Су был осведомлен о последних волнениях при дворе; помоги он Императору разрешить наболевшую проблему, это стало бы гарантией сохранения жизни его дочери.
— Ученый Су понимает: если седьмой ван прознает, какие именно секреты тот выдал, даже если ему удастся уцелеть, избежать расплаты не получится.
В конечном счете всё упиралось в недоверие к самой Шэнь Ци.
Ван Жуй перевел взгляд на принцессу, но новость эта не вызвала на его лице ни единой эмоции.
— Раз уж Шэнь Ци проявляет такую выдержку, мы обязаны разыграть великолепный спектакль. Ван, завтра на утреннем докладе вы должны официально попросить моей руки.
Однако при этих словах на лице вана Жуя на секунду промелькнуло отчетливое раздражение. Шэнь Ци была уверена, что ей не показалось.
— Что такое? Если этот план не годится, я могу... — Шэнь Ци попыталась продолжить, но ван Жуй пресег её слова взмахом руки.
— Раз уж принцесса так решила, я непременно исполню задуманное. Вам не о чем беспокоиться.
Пусть Шэнь Ци и не имела богатого опыта в сердечных делах, а все её романы доселе разворачивались лишь на страницах сюжета, от того, как прозвучала эта реплика, у неё внутри всё заскреблось.
Юй Фэн бросил на принцессу опасливый взгляд. И когда ван Жуй уже собирался развернуться и уйти, Шэнь Ци резко схватила его за рукав.
— Ван, сейчас вы выглядите вовсе не так, будто горим желанием плодотворно сотрудничать. Если вы на самом деле согласны, подобные отговорки здесь неуместны.
В конце концов, если вам претит сама мысль об этом, я могу обратиться к Августейшему отцу напрямую. Но если не покончить с Шэнь Ци сейчас, впереди нас ждут тяжелые времена.
Ван Жуй, глядя на то, как хладнокровно Шэнь Ци раскладывает всё по полочкам, вдруг свирепо прищурился, однако при её ответном взгляде мгновенно вернул себе невозмутимый вид.
Юй Фэн едва сдержал смешок. Шэнь Ци в недоумении переводила взгляд с господина на слугу.
— Неужели принцесса и впрямь не понимает, к чему я веду? — ван Жуй с интересом воззрился на нее, словно подталкивая к самостоятельной догадке.
Шэнь Ци встретилась с ним взглядом: ответ уже давно теснился на сердце, но признавать его вслух ей не хотелось.
— Ван, в прошлый раз перед лицом Августейшего отца вы изволили заявить, что Резиденцию вана и Резиденцию принцессы следует объединить под одной крышей. По мне так впредь именовать это место следует исключительно Резиденцией принцессы.
Вы-то в доме старший, а мне еще предстоит держать марку главной имперской принцессы перед лицом всего света.
http://bllate.org/book/19885/1957460
Готово:
