Готовый перевод Soulmates Across Worlds / Героиня и злодейка — идеальная пара [Быстрое прохождение]: Глава 28

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Она покрутила в руке рукоять игрового пульта:

— Это же, по сути, джойстик от старой приставки Сяобаван?

Там были только «вверх», «низ», «влево», «вправо» и «подтвердить»… Точь-в-точь как геймпад из её засыпанного пылью детского детства, валявшийся под кроватью! Будучи закоренелой домоседкой преклонных лет, она это прекрасно узнала.

Глава редакторской группы сделал вид, что ничего не расслышал, и продолжил серьёзно объяснять:

— У каждого типа героинь есть свои особенности. Например, зелёный чай и белые лилии выглядят примерно одинаково, но по сути совершенно разные. Если не понимаешь, можешь сначала погуглить в интернете их типажи.

(Глава редакторской группы молча обливался внутренними слезами: «Да, ты угадала! Цзиньцзян — жуткий скряга, здесь вечно экономят на всём, на чём только можно. Даже этот джойстик от Сяобавана — и тот изъяли из моих детских запасов. Эх, работать в такой прижимистой компании так стыдно! Если бы не истинная любовь, я бы уже давно уволилась~~~(>_<)~~~~»)

— Не нужно, я разбираюсь в женщинах, — уголки губ Бу Юньфэй тронула лёгкая улыбка.

— Что ты сказала? — редактор не расслышала.

— Ничего.

Уголки рта тут же опустились, и на лице Бу Юньфэй вновь появилось невинное и сосредоточенное выражение:

— Кстати, а где моя система?

— Какая система? — с абсолютно невозмутимым лицом.

— Ну, та самая привязанная система, которая в критический момент подкидывает мне золотые пальцы. В романах про ускоренную попаданщину они всегда есть, специально чтобы помогать героине искать влиятельных покровителей и всячески читерить.

— Ты и есть главный покровитель, — редакторша солидно похлопала Бу Юньфэй по плечу. — Все авторы нашего Цзиньцзяна — мастера на все руки с мощным багажом. Как топ-автор исторических романов Цзиньцзяна из XXI века, попав в древность, ты гарантированно со всем справишься. Ты и есть тот самый золотой палец.

— То есть… никакой системы? Только я одна?!

— Система не нужна. Поверь в себя, ты со всем справишься. Твои исторические романы в Цзиньцзяне так популярны и написаны на столь высоком уровне, что, попав в древность, ты сможешь за считанные секунды подчинить себе весь мир. Никакие дворцовые интриги, разборки во внутренних дворах и борьба сквозь небеса — всё это сущие пустяки. А уж захомутать парочку мужчин — и вовсе проще простого.

Редактор изо всех сил пыталась заставить себя поверить в собственные слова.

— …Я ещё успею пожалеть об этом?

— Уже поздно. Ты подписала контракт.

В тот же вечер Бишуй снова стоял на ушах.

[Тема: Вы слышали? Одного из топовых авторов исторических романов выбрали для перемещения в книгу!]

Текст: Ну что, слышали новость?

Скажу я вам, этот автор невероятно смел — решиться довериться такому глючному сайту, как Цзиньцзян! Неужели не страшно застрять там навсегда?

№0 от Поклонник великого автора, 19.03.2017, 12:00:12

Попала? И когда успела? Значит ли это, что Цзиньцзян снова начнёт нещадно лагать? Надо срочно бежать делать бэкап черновиков…

№1 от ==, 19.03.2017, 12:00:49

Пфф, братишка, ну ты и красавец~

№2 от ==, 19.03.2017, 12:01:05

Ох ё, братуха, ну не нагнетай. Раз до сих пор не зависло, может, и пронесёт? Наверное, техподдержка Цзиньцзяна и правда сменила состав.

№3 от ==, 19.03.2017, 12:02:11

Как бы не так. С циньцзянскими нравами смена технарей вряд ли поможет, тут, судя по всему, директора менять надо.

Гуань Сань страстно обожает тискать сервера.

№4 от ==, 19.03.2017, 12:03:23

А-а-а, умоляю, третий дядя, не трогай сервера~~

(Хотя все мы знаем, что это невозможно (T▽T))

№5 от Умоляю третьего дядю не трогать сервера, 19.03.2017, 12:04:33

Проходя мимо, брошу лишь фразу: любите её — не упоминайте на форуме.

Стиль у того автора всё-таки неплох, забираю её себе.

№6 от --, 19.03.2017, 12:05:26

А я её не люблю (ー_ー)!!

№7 от Автор темы, 19.03.2017, 12:10:22

Предыдущий оратор, вы…

№8 от ==, 19.03.2017, 12:12:03

Раз уж заговорили про того автора, неужели и впрямь никто не знает, что у неё есть второй аккаунт, где она пишет исключительно байхэ?

Указываю направление в раздел байхэ.

Подсказка: псевдоним из четырёх иероглифов, один совпадает с основным ником, обожает писать про ускоренные перемещения, шедевр — Окучить все пять тысяч лет истории.

55. То ли подлая, то ли безумная

Вам необходимо приобрести 50% всех VIP-глав, чтобы продолжить чтение прямо сейчас, иначе возвращайтесь через 12 часов.

Э?

Бу Юньфэй сжав в руке львиную голову, захлопала глазами, и наконец до неё дошло: неужели это та самая легендарная передача звука в закрытой комнате?!

Ходили слухи, что в цзянху существует особое искусство: когда внутренняя энергия достигает определённого уровня, можно передавать мысли на расстоянии. Губы остаются неподвижными, а слова звучат в голове собеседника благодаря одной лишь силе мысли, оставаясь при этом абсолютно недоступными для окружающих.

Это нечто вроде отправки личного сообщения в общественном чате →_→

Не прошло и полдня с момента её попадания в этот мир, как ей довелось столкнуться с такой диковинкой (что за чушь? Поимейте совесть..), и это всё ещё вызывало жуткое любопытство.

Она задумалась, как ответить обратно.

— Эй-эй-эй, матушка, ты меня слышишь? — возбуждённо позвала красивую женщину Бу Юньфэй про себя.

Никакого ответа.

Очевидно, собеседница ничего не получила.

Бу Юньфэй слегка пала духом. Ладно, судя по всему, передача звука в закрытой комнате — это не просто мысленные разговоры, тут нужны особые навыки.

Хм, в общем-то логично. Если бы для этого было достаточно просто подумать о чём-то внутри себя, то в мире боевых искусств не существовало бы столько сожалений и недомолвок в стиле я люблю тебя, но признаться не смею.

Однако сейчас не время забивать себе голову подобными мелочами — главная героиня ещё не улажена.

— Матушка, раз уж эту девушку приволокла твоя дочь, то и решение отпустить её я принимаю сама.

В глазах красавицы промелькнуло удивление. Поразмыслив пару секунд, она взвешенно произнесла:

— Любимая доченька, подумай хорошенько. Не бойся, пока твоя матушка жива, никому в обиду тебя не дам.

Произнося это, она бросила свирепый косой взгляд в сторону Сяо Люйюй, в котором чётко читалось предупреждение.

Настоящая маньячка-защитница.

Бу Юньфэй тут же бросилась вперёд, загораживая матушке обзор, а про себя подумала: «Матушка, родная моя, не надо тут раскидываться убийственными взглядами! Она же главная героиня, её читерские золотые пальцы работают на полную катушку, нам, пушечному мясу и второстепенным персонажам, с ней тягаться не по зубам!»

Растянув лицо в улыбке, она прощебетала:

— Ха-ха, матушка шутит, кто же посмеет меня обидеть? Не переживай, я абсолютно искренна. Что до этого… Мужун Уцзи он или Чжан Уцзи, он мне больше не нравится.

Стоило ей произнести эти слова, как все вокруг испытали сильнейший шок.

Каждому было прекрасно известно, до чего же сильно Бу Юньфэй сходила по уму от Мужун Уцзи! С малых лет она липла к нему как банный лист, ведь он приходился ей старшим соучеником: со всеми остальными она вела себя сурово и холодно, зато перед ним таяла сахарным сиропом. Каждый день она бросала мечи, забивая на тренировки, и неслась стряпать для него всевозможные супы (пусть это и были сплошные кулинарные кошмары). Ради него она даже выкрала у учителя и мачехи их заветную уникальную технику и передала её ему!

А в этот раз, стоило Мужун Уцзи переметнуться к Сяо Люйюй, она лично притащила людей, скрутила его и явилась сюда с требованием жениться по принуждению. Если бы не правило, что для интимных дел требуется искреннее согласие и желание самого мужчины, она бы наверняка уже давно его изнасиловала ╮(︶﹏︶)╭

Хотя Бу Юньфэй ещё не до конца разобралась в сюжете этой истории, по реакциям окружающих она могла примерно всё себе представить.

Но к счастью, кожа у неё была толстая, поэтому она по-прежнему лучилась весенними улыбками:

— Матушка, я серьёзно. Этот Мужун Уцзи — тот еще мерзавец, и жалеть тут абсолютно не о чем. Сегодня он может переметнуться к одной, а завтра — к другой. Какой смысл возвращать его силой? Как там говорится? Мужчина, изменивший своему сердцу, — всё равно что серебряная монета, упавшая в кучу дерьма: не подберешь — жалко, а подберешь — потом всю жизнь вонь не отмоешь. Но раз уж наша семья богата, то и хрен с ним, выбросим его к чёртовой бабушке!

Она вещала с таким воодушевлением, что лица собравшихся окрасились самыми причудливыми оттенками.

Единственной, чьё лицо не изменилось ни на йоту, оставалась главная героиня Сяо Люйюй.

Хотя в глубине души у неё, конечно, шевельнулось какое-то странное чувство.

Закончив свою высокопарную тираду, Бу Юньфэй осталась крайне довольна:

— Короче говоря, этот мужик мне больше не нужен.

Смысл её слов сводился к тому, что некий Уцзи теперь был выброшен как стоптанная туфля.

На лице Сяо Люйюй по-прежнему не было ни единой эмоции, но смутное чувство внутри стало ещё отчётливее.

Выходит, она подобрала то, что другие выбросили как мусор?

Она вообще-то Святая Дева Секты Демонов, ей всегда доставалось только самое лучшее, к тому же она страсть как любила грабить и отбирать.

Воевать за прежнего Мужун Уцзи было хоть как-то интересно. А теперь, когда соперница вдруг швырнула его в её сторону, словно ненужный хлам, ей внезапно стало как-то пресно и скучно.

Конечно, вида она не подавала.

Поэтому Бу Юньфэй решила, что её лесть возымела грандиозный успех, и с улыбкой подалась вперед:

— Ну как, ты довольна?

Её раболепный трепет так и пер изо всех щелей, да так сильно, что у зрителей мурашки по коже побежали.

И лишь главная героиня сохраняла неизменное каменное лицо:

— Хорошо.

С этими словами она перевела взгляд на небо.

Жители Горы Цинчэн увидели, что младшая соученица приняла решение, и послушно вывели Мужун Уцзи под конвоем.

У него и правда оказалась смазливая физиономия — с первого взгляда было ясно, что перед нами главный герой из категории всеобщих любимчиков.

Однако Бу Юньфэй даже не взглянула на него. Она лишь улыбалась и заискивающе смотрела на главную героиню, точно щенок, ожидающий поощрения. Ладно уж, будь у неё в этот момент хвост, она бы наверняка начала им бешено вилять.

При виде такого её поведения все присутствующие остолбенели: подумать только, раньше стоило прежней Бу Юньфэй зависеть глазами Мужун Уцзи, как она тут же теряла рассудок.

Даже сама героиня заподозрила неладное.

Эта паршивка, разве она раньше не бросалась на Мужун Уцзи едва завидев его?

Впрочем, будучи обладательницей лица-камня, внешне она никак не отреагировала, но в душе уже начала верить, что Бу Юньфэй действительно разлюбила Мужун Уцзи.

Неужели Мужун Уцзи и впрямь сотворил что-то такое, что ранило сердце этой девчонки?

Хотя по выражению лица этой девчонки вовсе не скажешь, что ей больно. Может, она и вправду прозрела и поняла, что Мужун Уцзи — отъявленный подлец?

— Юй-эр! — завидев Сяо Люйюй, Мужун Уцзи безумно обрадовался и, наплевав на взгляды окружающих, бросился прямо к ней.

Сяо Люйюй не разделяла его бурного восторга.

Она лишь холодно бросила хм в знак согласия.

А затем развернулась и зашагала прочь.

Мужун Уцзи последовал за ней хвостом, удалившись, не оглядываясь.

Все присутствующие мысленно облились холодным потом за Бу Юньфэй: неужели этот Мужун Уцзи и впрямь не испытывает к ней ни малейших чувств?

Эх, цветы тянутся к воде, да вода оставляет цветы без ответа.

— До свидания, барышня Сяо, заглядывайте почаще! — некая увядшая роза с улыбкой помахала ручкой.

Секта Цинчэн дружно рухнула.

Благодаря вмешательству Бу Юньфэй этот инцидент благополучно разрешился. Проводив парочку голубков, она принялась изучать суть истории.

Уединившись в тихом месте, она вытащила игровой пульт и принялась исследовать этот сюжет.

Тут-то она и обнаружила, что кнопка на джойске была зажата прямо на опции «каменное лицо». Судя по всему, служба поддержки Цзиньцзяна не солгала: эта кнопка застряла потому, что во время страстных кувырков с Сяо Люйюй в императорском дворе они слишком увлеклись, и та случайно на неё нажала. Впрочем, пока срок изгнания не вышел, эта кнопка всё равно не действовала — иначе, после стольких постельных марафонов, её бы давным-давно закинуло обратно за счёт давления.

56. Моё, всё моё!

Вам необходимо приобрести 50% всех VIP-глав, чтобы продолжить чтение прямо сейчас, иначе возвращайтесь через 12 часов.

И это жестокое избиение тоже стало первопричиной всей той ненависти, что пылала между императрицей Бу и Сяо Люйюй.

Конечно же, эта Бу Юньфэй вовсе не собиралась позволять истории повторяться.

Вернее, она просто не смела==

Поэтому Бу Юньфэй легко улыбнулась и выступила вперёд:

— Холодный дворец и вправду невероятно холоден. Я провела там немало дней, и от сырости у меня теперь ноют суставы. Хоть на дворе и ранняя весна, кисть в руке держать по-прежнему невыносимо…

Услышав это, окружающие скривились в выражении скрытого презрения.

Кто же не знал, что она пустая баба без капли таланта. И сейчас, красиво распевая соловьем, она наверняка ищет лишь повод отказаться от написания стихов.

Однако Бу Юньфэй ещё не закончила:

— Поэтому я бы хотела попросить сестрицу Люйюй взять на себя кисть и записать всё под мою диктовку.

Произнося эти слова, она, разумеется, не забыла одарить Сяо Люйюй подобострастной улыбкой.

Все вокруг замерли.

Во-первых, от того, что императрица вздумала сочинять стихи.

Во-вторых, от того, с какой нежностью императрица обошлась с Сяо Люйюй — до такой степени нежностью, что… почти подобострастно. Ой, да им всем наверняка показалось.

— Сестрица Люйюй, скажи, не согласишься ли ты мне помочь? Эм, а если не хочешь, я могу попросить кого-нибудь другого. Просто мне кажется, что почерк у сестрицы лучше всех.

Она внимательно изучала выражение лица Сяо Люйюй и в то же время расцветала в улыбке, словно подсолнух, обращённый к солнцу.

Эх, похоже, им всё-таки не показалось…

Присутствующие наложницы принялись яростно тереть глаза.

Уголки губ Сяо Люйюй непроизвольно дёргнулись.

Она вовсе не горела желанием становиться всеобщим объектом ненависти. И, разумеется, не смела оскорблять императрицу — пускай даже та была хозяйкой Холодного дворца.

— Для меня честь послужить вашему величеству, императрица.

— Тогда вся надежда на сестрицу!

Улыбаясь во все 32 зуба, Бу Юньфэй бережно поднесла кисть и протянула её Сяо Люйюй, в точности как послушная собачонка, которая держит в зубах тапочки для любимого хозяина.

Уголки губ Сяо Люйюй дёргнулись ещё раз.

Она отчетливо почувствовала, что её худшие опасения вот-вот сбудутся.

— Императрица, прошу вас, — Сяо Люйюй оттопырила изящный мизинец, почтительно растёрла тушь и замерла в ожидании «поэтического порыва» императрицы.

— Нет-нет-нет!

Бу Юньфэй испугалась до полусмерти и стремглав схватила Сяо Люйюй за руку:

— Разве можно поручать такую грязную работу по растиранию туши тебе, главной гер… то есть девушке?! Я сама, я всё сделаю!

Шутки шутки, но героиня — превыше всего. У неё бы храбрости не хватило заставить главную героиню прислуживать ей с тушью.

Вообще-то она попросила Сяо Люйюй записывать по двум причинам: во-первых, чтобы избежать позора и не выдать своё неумение обращаться с традиционной кистью; а во-вторых, чтобы расхвалить почерк героини и задобрить её. Куда уж ей было сметь утруждать великую героиню растиранием туши для себя любимой?!

Её реакция заставила всех присутствующих вновь обменяться ошеломлёнными взглядами.

Хотя в тот день Сяо Люйюй случайно застала Бу Юньфэй за любовными утехами с другой обитательницей гарема и уже смутно догадывалась об отклонениях её сексуальных предпочтений, сейчас, когда та так резко проявила к ней интерес, она всё равно испугалась. А под пристальными взглядами остальных ей стало совсем не по себе. Опасаясь недомолвок и сплетен, она поспешно выдернула руку, перехватила тушечницу поудобнее и строго произнесла:

— Императрица шутит. Вы — пресветлая государыня, мать Поднебесной, а служить вам — великая честь для нас… то есть для меня.

— Нет-нет-нет, давай лучше я…

— Вы слишком любезны, императрица, позвольте мне…

Они тянули тушечницу в разные стороны, Бу Юньфэй аж покраснела от напряжения, а Сяо Люйюй смущенно залилась румянцем.

В конце концов обе сошлись на том, что продолжать эту борьбу дальше бессмысленно.

Тогда Бу Юньфэй, тяжело дыша, ткнула пальцем в Благородную наложницу Ли:

— Ладно, благородная наложница Ли, растирай тушь ты.

Какого чёрта, эта Сяо Люйюй с виду такая худенькая и хрупкая, а силищи в ней откуда столько?! Она билась добрую половину минуты, но так и не смогла перетянуть тушечницу на свою сторону, да ещё и запыхалась вся. Тела прежней Бу Юньфэй чертовски слабые, судя по всему, в ближайшее время придётся срочно вводить в расписание тренировки, иначе если ей вдруг выпадет шанс замутить с главной героиней или злодейкой по линии юри, она же в постели опозорится (о чём она вообще думает?!)

Пока она отдувалась, Благородная наложница Ли замерла с открытым ртом:

— Я?

— Ой, а кто ещё? Не заставлять же дев… девушку тушь растирать?

Измотанная до полусмерти женщина явно не выбирала выражения.

Разве она не «девушка», а «парень» что ли?!

Нос Благородной наложницы Ли чуть не скривился от злости.

Что за бред она несёт?! Мало того, что её заставили прислуживать и растирать тушь, так её ещё насильно записали в мальчишки!.. Теперь ей казалось, что это ей самой пора начинать завидовать Сяо Люйюй==

Додумавшись до этого, она вспомнила о главной цели сегодняшнего банкета любующихся цветами. Подавив внутреннее негодование, она шагнула вперёд, перехватила тушечницу и принялась за дело.

Только тогда Бу Юньфэй успокоилась.

Она сделала глоток воды, чтобы смочить горло, и глубоко вздохнула, унимая недавнюю одышку.

Затем она закрыла глаза, приняв утончённо-вдохновлённый вид.

Благородная наложница Ли так и рвалась схватить её за плечи и яростно потрясти: «К чему этот пафос? Пиши давай быстрее!!!!»

Когда терпение наложницы Ли было уже на исходе, многоуважаемая императрица наконец снова глубоко вздохнула и открыла свои златоустые уста:

В персиковой роще — персиковый скит, под персиковым скитом — небожитель.

Бессмертный сажает деревья у ворот, а персики срывает на вино и мёд.

Пьян — так сидит под цветами весь день, а пьяный уснет — у цветущих ветвей.

Полупьян-полутрезв — день за днем пролетает, и годы уходят, и цвет опадает.

Хотел бы средь вин и цветов умереть, а не кланяться знати в дорожной пыли.

В каретах и пыли — удел богачей, скитальцу милее бокал и цветы.

Коль мерить богачей с отшельником мудрым — один на земле, а другой в небесах.

Коль чашу с вином сопоставить с каретой — чего суетиться им? Я же свободен.

Смеются над тем, что безумен я с виду, а я — что постичь не способны других.

Не видно могил ни героев, ни знати — лишь персики с вином превратились в пашню[1].

Она декламировала ни что иное, как шедевр Тан Боху: Стихи о персиковом ските.

Она уже успела уяснить, что мир этот вымышленный, а значит, с реальной историей он не пересекается. А раз так, творениями Тан Боху вполне можно воспользоваться.

В определенный период времени в интернете безумно популярны были романы про попадание в древний мир или иные миры в качестве великих литераторов. Суть их сводилась к тому, что главный герой с системой TXT или флешкой наперевес отправлялся в чужой мир и выдавал бесчисленные шедевры китайской и зарубежной классики за свои собственные труды, публикуя их с невероятной скоростью. Только представьте: от Сна в красном тереме и Троецарствия до Полного собрания сочинений Цин Юна и всевозможных сетевых фэнтези-романов. Хотите литературный слог — вот вам слог, хотите захватывающий сюжет — вот вам сюжет, да ещё и с поражающей воображение скоростью обновления… Разве можно после этого не взлететь на вершину популярности?!

Подобные произведения пользовались особой любовью авторов-неудачников из сети, которые зачитывались ими до потери пульса, лелея те же мечты о мгновенном обретении божественного статуса, что и у протагонистов.

Бу Юньфэй же, будучи главным автором исторических романов в Цзиньцзяне, никогда не увлекалась чтением этой Мэри Сьюшной шелухи, поскольку лучше кого бы то ни было понимала, как выглядит настоящий путь к успеху. Тем не менее, раз читателям нравилось, ей приходилось писать подобное.

А как автор с профессиональной этикой, она подходила к написанию текстов основательно и всегда проделывала колоссальную работу с материалом. И хотя заучивать наизусть все литературные шедевры человечества она не собиралась, многое прочно засело в её памяти. Этого с лихвой хватало, чтобы заткнуть за пояс здешних обитательниц гарема.

Стихи Тан Боху о персиковом ските были её излюбленным произведением, обладающим, по её мнению, колоссальным уровнем крутизны и стиля.

И действительно, стоило ей закончить чтение, как вся площадка погрузилась в абсолютный шок.

Даже Сяо Люйюй глядела на неё совсем иначе.

Все собравшиеся здесь девушки с малых лет обучались игре на цине, шахматам, каллиграфии и живописи, так что бездарными их назвать было нельзя. И изысканный стиль этого стихотворения они оценили по достоинству.

На мгновение их охватили глубокие раздумья.

И правда.

Хотел бы средь вин и цветов умереть, а не кланяться знати в дорожной пыли. Если бы был выбор, кто по своей воле пожелал бы запереться в этих глубоких дворцовых покоях, чтобы ради призрачных капель императорской благосклонности вести бесконечную грызню с толпой других женщин за внимание мужчины, чьего лица и возраста они даже толком не знали?

Не видно могил ни героев, ни знати — лишь персики с вином превратились в пашню… Не видно могил ни героев, ни знати — лишь персики с вином превратились в пашню…

В воздухе повисло тяжелое, тоскливое молчание.

А главная героиня Сяо Люйюй унеслась мыслями еще дальше.

Прежнюю императрицу Бу она знала прекрасно.

http://bllate.org/book/19859/1955121

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода