Первый этап экзамена в Федеральную военную академию был открыт только для тех, кто успешно прошел предварительное тестирование. Результаты и рейтинги должны были опубликовать сегодня вечером, а завтра всех прошедших ждал финальный этап. Нужно было явиться в представительство академии, расположенное у космопорта, имея при себе электронное подтверждение квалификации.
Чен Мо прикинул свои баллы и решил, что шансы пройти высоки. Вернувшись в арендованную каморку, он решил отпраздновать это событие. В конце концов, если его зачислят, он сможет возвращаться домой лишь раз в неделю, а за Энни некому будет присматривать. По пути домой с продуктами он услышал шум. У дверей их дома стояла пожилая женщина и настойчиво стучала, приговаривая:
— Малышка, поверь мне, я правда пришла, чтобы заботиться о тебе.
Изнутри донесся голос Энни:
— Не верю! Брат сказал, что будет присматривать за мной, он ничего не говорил о тебе! Уходи, а то я выйду и задам тебе жару! Папа учил, что нельзя обижать женщин и стариков, но если Энни разозлится, она на многое способна!
— Крошка, я правда здесь, чтобы помочь. Смотри, у меня есть сбережения. Кто-то перевел мне деньги, чтобы я приглядывала за тобой, пока твой брат будет учиться.
— Врешь! Брат мне ничего не говорил, он сказал только про экзамены!
— Что здесь происходит? — Чен Мо стремительно подошел к ним. Услышав слова старушки, он сразу понял: кто-то нанял человека для присмотра за Энни, причем этот кто-то знал, что он собирается уезжать. Имя этого человека было очевидно. — Будьте добры, расскажите подробно, как вас наняли. Я тот самый брат, о котором говорит девочка. Если вы не дадите мне внятных объяснений, я не смогу доверить вам ребенка, когда меня не будет рядом.
— Вы наконец-то вернулись! Вчера у моей двери оставили этот сверток. Внутри была карта — я проверяла, она не именная, можно расплачиваться где угодно, и на ней много денег. Еще была записка: сказано, что у девочки по имени Энни нет опекунов, и попросили меня приходить к ней каждый день. Эти деньги — оплата за работу.
— То есть вы не знаете, кто это сделал?
— Нет. Я всегда любила детей, часто помогала соседям, а раз уж деньги дали и никто их обратно не требует, я обязательно буду присматривать за девочкой. Не могу же я брать плату и ничего не делать, я всю жизнь честным трудом зарабатывала.
Похоже, Рид не собирался встречаться с Энни лично. Какие же у него были причины скрываться? Да, Чен Мо уже не сомневался, что Рид жив — никто другой не стал бы так заботиться о каждой мелочи в жизни маленькой Энни. Рид наверняка заранее просчитал, что Чен Мо поступит в академию, поэтому и нанял человека. Выбрал пожилую женщину — вероятно, потому, что у Энни упрямый характер, и справиться с ней может только человек с жизненным опытом, способный терпеливо относиться к ее капризам.
Проверив документы женщины, Чен Мо пригласил ее в дом. Ее звали Ван Ин. В молодости она славилась крутым нравом и даже служила в армии, но из-за своей прямолинейности так и не обзавелась семьей. Она была строгой, но при этом души не чаяла в детях. Узнав, что Энни страдает от болезни таяния снега, она прониклась к ней глубоким сочувствием. Чен Мо оставил их в гостиной, чтобы они привыкли друг к другу, а сам отправился на кухню готовить ужин — ведь он скоро уедет.
Чен Мо с детства привык полагаться только на себя, поэтому готовил мастерски. Раньше, когда был голоден, он сам собирал дикорастущие травы и коренья. Здесь ингредиенты выглядели иначе, но вкус можно было подобрать похожий. Единственное, что его раздражало — местные ножи. Раньше он пользовался обычными кухонными ножами, а здесь их заменили выдвижные лазерные лезвия. Они были безопаснее, но Чен Мо постоянно испытывал странное чувство неловкости, держа в руках лишь рукоятку.
Он выставил на стол бульон, который томился с вечера. Он купил на рынке птицу, похожую на земного петуха, и варил ее так долго, что кости стали мягкими. Добавив приправы и немного перца, он приготовил хого. Энни, учуяв аромат, выскочила из комнаты и, как щенок, прижалась к кухонному столу, с восторгом глядя на котел.
— Брат, что это? Выглядит так аппетитно! — Энни никогда не видела ничего подобного. Ван Ин, несмотря на свой опыт, тоже была удивлена: ароматный пар, исходящий от большого круглого котла, и яркие краски овощей и мяса вызывали небывалый аппетит.
— Это хого. Идите в гостиную, сейчас принесу. Энни, убери вещи, расстели коврик, будем есть на полу.
Энни радостно умчалась, обняла робота-помощника, который как раз заходил на кухню, и побежала накрывать на стол. Когда Чен Мо внес дымящийся котел, атмосфера в доме стала по-настоящему праздничной. Они ели, болтали о домашних делах и новостях, и Чен Мо подумал, что это и есть счастье. Даже робот получил свою порцию энергии и довольно урчал.
После ужина, когда Энни с помощью Ван Ин принялась мыть посуду, Чен Мо ушел в кабинет проверить результаты экзаменов. Руки слегка дрожали.
Он прошел. Первая дисциплина — 73 балла, вторая — 85. Чен Мо остался доволен: это соответствовало его ожиданиям. Вспоминая, как мучился над этими тестами Кочи, он почувствовал гордость — наверняка его результаты выше, чем у их бывших командиров. Он хотел связаться с ними, но вспомнил слова Фейрлана: не искать контактов, чтобы не подвергать себя опасности.
Сердце, только что согретое теплым вечером, снова похолодело. Впереди еще столько дел.
Чен Мо не знал, что его результаты уже привлекли внимание.
***
Экзаменационные листы направлялись в Гуманитарный факультет. Это был общий термин, включавший в себя два направления: кафедру истории, изучавшую древние военные теории и стратегии, и кафедру проектирования вооружений. Большинство студентов считали этот факультет второстепенным, и на него шли либо энтузиасты, либо те, кому не хватило баллов для престижных специальностей.
Преподаватель Кевин просматривал тесты. Объективная часть была катастрофической: экран пестрел красными пометками. Студенты были одержимы мехами и быстрым заработком, полностью игнорируя теорию.
Кевин вздохнул. Факультет принимал тех, кого не взяли другие — «ни то ни се». Он уже собирался закрыть программу, как вдруг наткнулся на тест Чен Мо. Ответы на вопросы о датах войн и характеристиках древних кораблей были безупречны. Ни одной ошибки. Данные были точными, будто студент сам был свидетелем тех событий.
Кевин листал дальше. В середине теста пошли ошибки — студент отвечал старательно, но верно лишь в двух третях случаев. Однако в последнем блоке объективных вопросов снова пошли сплошные правильные ответы. Это было странно. Кевин поднял записи с камер наблюдения. Чен Мо сидел в последнем ряду, где вероятность списывания была практически нулевой. Анализ времени ответов показал: студент действовал с идеальным расчетом, пропуская сложные вопросы и возвращаясь к ним лишь при наличии времени.
Кевин открыл второй тест Чен Мо — результат был еще выше, более 80 баллов. Этот студент обладал удивительной способностью добиваться максимума за минимальное время. Кевин обвел имя Чен Мо в списке.
В этот момент в кабинет ворвался коллега:
— Кевин, я нашел потрясающего студента! Посмотри на его ответы по механике.
Он показал тест Чен Мо с блестящим анализом эволюции вооружений.
— Ты записал его имя? Это талант, — спросил Кевин.
— Да, Чен Мо. Кстати, он скачал свои ошибки для разбора. Редкое рвение.
— Чен Мо? — Кевин улыбнулся. — Похоже, мы говорим об одном и том же человеке.
Чен Мо, не подозревая о том, что стал предметом обсуждения преподавателей, спокойно разбирал свои ошибки. Он понимал, что сдал экзамен, но пробелы в знаниях нужно было закрыть.
Он подключился к сети, чтобы узнать подробности следующего этапа. Финальный экзамен, в отличие от прошлых лет, проводился не в главном кампусе, а прямо в космопорте столичной планеты. Причина была неясна, но Чен Мо ввел свои данные в форму допуска. Теперь, когда Энни была под присмотром, он мог сосредоточиться на предстоящем испытании.
***
Космопорт ожил. Отовсюду приземлялись корабли с разными опознавательными знаками.
— Федерация не поскупилась, — переговаривались сотрудники порта. — Говорят, все оплатил Дом Лу. Странно, у них такой богатый род, а единственный наследник — никчемный Лу Вэньи, от которого нет никакого толку.
— Не скажи, поговаривают, Второй принц проявляет к нему интерес. Кто-то видел, как принц составлял список детей, похожих на погибшего четвертого принца-предателя, и Лу Вэньи был в этом списке.
— Да ну, глупости. Даже если бы он был четвертым принцем, он все равно безнадежен.
Тем временем сам Лу Вэньи сидел в кабине виртуального симулятора меха. Рядом с ним стоял пакет с дешевым фастфудом, к которому он даже не притронулся. Его взгляд был холодным и расчетливым, совсем не похожим на образ легкомысленного юноши, который видели окружающие.
***
— Брат, желаю тебе занять первое место! — Энни смотрела на Чен Мо как на героя.
Чен Мо собирал вещи. Бабушка Ван Ин, увидев его старый, сшитый из лоскутов рюкзак, с утра пораньше сходила и купила ему новый. Старый рюкзак, который когда-то смастерил Кочи, выглядел как мешок из-под картошки, но был очень прочным. Однако сегодня Ван Ин настояла на новом: она уже начала относиться к этим детям как к родным и не хотела, чтобы Чен Мо выглядел неуместно в лучшей академии Федерации.
http://bllate.org/book/19842/1953634
Готово:
