— Ох... какая стыдоба! И впрямь до смерти застыдили девицу!
Лоу Цинъянь, не оборачиваясь, закрыл лицо руками и спешно убежал в дом.
Старик и Лу Юй лишь безмолвно проводили его взглядом.
Кашлянув, старик невозмутимо продолжил прерванный разговор:
— Моя внучка чрезвычайно робка, прошу прощения за её несдержанность.
Лу Юй заставил себя выкинуть это из головы и сосредоточиться на главном. Странный старик, странное семейство — впрочем, одно другого стоило, и ничего подозрительного в этом не виделось.
Лоу Цинъянь довольно долго прятался в каменном доме. Даже когда снаружи всё стихло, он всё ещё стоял в той же нелепой позе.
Минуло около получаса.
— Они ушли, — негромко произнёс вошедший в комнату старик.
Лоу Цинъянь неловко кашлянул, поднялся и принялся стряхивать пыль с подола.
— Прошу простить за эту глупую сцену, почтенный, — он натужно поклонился.
Сложенные в благообразном жесте руки и нелепый наряд деревенской бабы смотрелись вместе невероятно комично.
Старик поднял веки и неторопливо оглядел его с головы до ног. Его хриплый голос прозвучал как-то двусмысленно:
— Уж не думал, что человек, которого я ждал столько лет, предстанет передо мной в подобном виде.
— Вы ждали меня? — удивился Лоу Цинъянь.
— Именно так, — вздохнул старец. Он подошёл к круглому столу посреди комнаты и плеснул в две чашки простой воды. — Садись.
Лоу Цинъянь замялся. Судя по всему, старик намеревался открыть ему некую тайну. Какие ещё интриги скрывались за этой историей?
Не успел Лоу Цинъянь коснуться стула, как в его сознании раздался монотонный механический голос:
[Запущен неиспользованный сюжетный сценарий № 2]
[Пожалуйста, сделайте выбор самостоятельно]
Прежде чем Лоу Цинъянь успел обдумать услышанное, старик заговорил снова:
— С тех пор как покойный император покинул этот мир, я безвыездно нахожусь здесь. Мой долг — оберегать Амулет Небесного Орла и ждать твоего прихода.
— Ждать меня? — Лоу Цинъянь искренне изумился. — С какой стати покойному государю оставлять Амулет Небесного Орла мне? Я ведь чужой человек, никак не связанный с императорским родом!
В его голове мгновенно пронеслись самые дикие и пошлые сюжеты бульварных романов. Его ведь воспитал прежний глава ордена Сюаньюань, а в оригинальном тексте новеллы о его происхождении не упоминалось ни слова.
«Неужели этот неиспользованный сценарий делает меня внебрачным сыном старого императора? — по спине Лоу Цинъяня пробежал холодок. — Тогда мы с Лу Юем... О боги, какой кошмар!»
Заметив выражение его лица, старик пренебрежительно хмыкнул:
— Выбрось эту дурь из головы. К императорской крови ты не имеешь никакого отношения.
— Но почему тогда усопший правитель решил передать Амулет Небесного Орла мне?
Старец тяжело вздохнул и устремил взор в мутное окно:
— Не то чтобы он сам этого желал. У него просто не оставалось выбора. И виной всему — вот это.
С этими словами он коснулся собственной шеи сзади.
Озадаченный Лоу Цинъянь повторил его жест и пальцами нащупал на затылке знакомое клеймо — метку Демонического клинка Скрытой Стрелы.
Старик поднял чашку с водой и принялся неторопливо рассказывать.
В те далёкие времена на континенте свирепствовала междоусобица, и государств было гораздо больше, чем нынешние три. Бесконечные войны превратили земли в пепелище, повсюду лилась кровь. В конце концов образовалось хрупкое равновесие трёх великих держав, но любая попытка одной из них уничтожить соперников привела бы к взаимной гибели.
Тогда на историческую сцену вышла грозная, но безгласная сила, существовавшая обособленно. Она не примыкала ни к одной из фракций и обладала колоссальным могуществом, однако упорно избегала придворной возни. Благодаря вмешательству этого беспристрастного судьи правители трёх стран наконец подписали мирный договор.
Поразительно, но именно тогда на стыке трёх границ с небес рухнул метеорит — кусок священного железа. Люди сочли это знамением свыше, повелевающим прекратить кровопролитие.
Из небесного металла выковали три священные реликвии — по одной для каждого царства. Они служили залогом нерушимости мира и символом легитимности правящих династий в глазах соседей. Амулет Небесного Орла достался императорскому дому Ся.
После воцарения мира та таинственная нейтральная сила, повинуясь воле своего предводителя, разделилась на три равных отряда, каждый из которых обязался подчиняться владельцу соответствующего артефакта.
Но шли века, империи переживали смуты и моры. В двух других государствах тайные отряды со временем лишились преемственности и сгинули в пучине истории. Лишь в Великой Ся тайный магический отряд уцелел, тайно пополняя свои ряды лучшими из лучших и бережно передавая древние техники из поколения в поколение.
— Никто не помнит имени того великого мастера, что велел разделить воинство, — продолжал старик. — Созданные им отряды обладали сокрушительной мощью и беспрекословно подчинялись воле владельцев реликвий. Так предводитель стремился удержать правителей от взаимного уничтожения.
— Но как всё это связано со мной?
— Через несколько лет после заключения союза тот мастер вновь объявился в землях Ся. О его визите знали лишь единицы. В руках он держал оружие.
— «Скрытую Стрелу»?! — Лоу Цинъянь непроизвольно прижал ладонь к шее.
Этот клинок, как и три священных амулета, был отлит из того самого метеорита.
Таинственный мастер поведал тогдашнему императору, что поднять оружие сумеет лишь тот, чья судьба в точности повторит его собственную. И этот человек станет полноправным хозяином клинка.
Старик выдержал многозначительную паузу:
— Согласно хроникам, он предупредил: «Когда явится тот, кто сможет обнажить этот меч, Поднебесная вновь погрузится в хаос».
В подтверждение своих слов мастер взмахом лезвия рассёк надвое горный хребет, явив поистине божественное могущество. Сила эта не имела ничего общего со смертными возможностями. Однако сразу после этого предзнаменования и загадочный путник, и его грозное оружие бесследно исчезли.
Многие годы правители тщетно пытались отыскать их следы. Но однажды утром в личных покоях императора, охраняемых отборной гвардией, таинственным образом появилось запечатанное послание. В нём значилось:
«Всё вышло из-под контроля. Я дерзнул заглянуть за грань дозволенного и заплатил за это своей жизнью. Перед смертью я завершил последнее гадание: когда в мире разгорится пламя войны, победа достанется тому царству, чья реликвия окажется в руках владельца клинка».
Лоу Цинъянь ошеломлённо округлил глаза:
— И потому вы хотите отдать Амулет Небесного Орла мне?
— Точно такие же письма получили правители всех трёх царств, — кивнул старик. — Императоры Ся отнеслись к пророчеству со всей серьёзностью и веками разыскивали людей с необычной судьбой, но демонический меч так и не объявлялся. Лишь в начале правления покойного государя последний человек с Судьбой Небесного Чертога замертво рухнул на Башне Звездочётов. Из его глаз, ушей и рта хлестала кровь. Террасу мгновенно оцепили войска, никто не мог туда проникнуть, однако растёкшаяся по плитам кровь сама собой сложилась в иероглифы. Почерк был точь-в-точь как в том старом письме.
Кровавая надпись гласила: «Через тридцать лет клинок явится миру, трон пошатнётся, а реликвия обретёт иного хозяина».
— Перед кончиной император поручил мне сберечь Амулет Небесного Орла и дождаться того, кто овладеет мечом. Каждое бревно в этом доме, каждый камень уложены в строгом соответствии с указаниями величайших астрологов, — старик подался вперёд. — Это великая игра, ставка в которой — будущее империи. Если ты готов принять предначертанное, забирай Амулет Небесного Орла. Если откажешься — я верну его молодому императору, который только что ушёл.
В сознании Лоу Цинъяня вновь щёлкнул системный триггер:
[Взаимодействие неиспользованных сценариев № 1 и № 2 успешно завершено]
Лоу Цинъянь оцепенел.
Его пальцы, сжимавшие глиняную пиалу, побелели от напряжения.
Перед смертью покойный правитель поведал об этом плане старшему брату Лу Юя, который должен был унаследовать трон, но так и не успел открыть ему точное местонахождение тайника. А когда Лу Юй поднял мятеж и его брат погиб прямо на троне, секрет оказался окончательно похоронен в веках.
Лоу Цинъянь брёл к выходу из каменного дома как в тумане, а в ушах его набатом звучали последние слова старца:
— Амулет укрыт в недрах защитной формации на заднем дворе. Извлечь его можно лишь в полнолуние. Сегодня как раз наступает нужный срок. Жду тебя в час Петуха. Молодому государю я назначил встречу на четверть часа позже. Если ты не явишься вовремя, Амулет Небесного Орла уйдёт к нему.
***
Солнце неумолимо клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона, а Лоу Цинъянь метался по своей комнате, не находя места от тревоги.
Женское платье лежало на лавке, и он то и дело бросал на него беспокойные взгляды.
Стоит ли делать этот шаг?
В первоначальном сюжете новеллы он так и не сумел сбежать из заточения, не нашёл этот злополучный клинок, и старик, разумеется, не дождался избранника. В итоге Амулет Небесного Орла без лишних препон достался проезжавшему мимо Лу Юю.
Но стоило ему вырваться на свободу, как вся история покатилась по совершенно иному руслу. Он чудом выбрался из дворца, волей случая столкнулся с Лу Юем в придорожном трактире, решился перерезать ему путь по реке, наткнулся на речных разбойников, упал за борт, очнулся у заброшенного святилища... и обрёл проклятую сталь.
От этих мыслей у Лоу Цинъяня мороз прошёл по коже.
«Удалось ли мне изменить предначертанное? Или я послушно движусь по запасной колее, заботливо проложенной чьей-то невидимой рукой?»
«Система! Эй, отзовись!»
Но в ответ не раздалось ни звука — интерфейс словно завис или отключился от сети.
Лоу Цинъянь в раздражении взъерошил волосы.
Его пугал не столько выбор, кому должен принадлежать амулет, и даже не те два ужасающих финала, что показала ему Система. Больше всего его терзала гнетущая мысль, что он — всего лишь марионетка в чьём-то изощрённом кукольном представлении.
Те два финала... Он не знал, почему кража Амулета Небесного Орла неизбежно приведёт его к пожизненному заточению в глубинах императорского дворца. Не понимал он и того, почему отказ от борьбы за артефакт толкнёт его на отчаянный шаг — принуждение государя к отречению.
Система твердила, что они бросают вызов самой судьбе.
«Но если каждый мой шаг просчитан наперёд, имеют ли смысл все судорожные попытки выжить?»
Пока он предавался безрадостным размышлениям, дверь с негромким стуком распахнулась.
Лоу Цинъянь вздрогнул.
В комнату стремительно вошёл Лу Юй. На его лице отразилось облегчение:
— Ты наконец пришёл в себя!
Лоу Цинъянь, борясь с накатившим чувством вины, слабо кивнул и слегка откинулся на подушки, симулируя крайнюю немощь.
Лу Юй подошёл ближе, опустился на край ложа и крепко сжал его ладони в своих руках.
Молодой император был настолько воодушевлён, что не заметил смятения, отразившегося на лице своего спутника.
— Мне удалось разузнать, где спрятан Амулет Небесного Орла, — выдохнул он.
У Лоу Цинъяня внутри всё заледенело.
Лу Юй прижал его ладонь к своей щеке, преданно заглядывая в глаза:
— С этой реликвией никто в Поднебесной не посмеет усомниться в моём праве на трон. Как только я наведу порядок в столице и укреплю власть, я смогу открыто заявить о наших отношениях и представить тебя двору.
Лоу Цинъянь заставил себя натянуть мягкую улыбку и согласно кивнул.
Внезапно Лу Юй замолчал, его взгляд стал пристальным и серьёзным.
— Что-то не так? — Лоу Цинъянь слегка склонил голову набок, силясь сохранить безмятежный вид.
— Скажи мне честно, — негромко произнёс Лу Юй, заглядывая ему в самую душу, — ты действительно этого хочешь? Быть рядом со мной на таких условиях?
Сердце Лоу Цинъяня пропустило удар.
Его будущее сужалось до двух беспощадных альтернатив: золотая клетка дворца или смерть. Он выбрал первый путь ради спасения жизни, но ни разу не спросил себя — готов ли смириться с этой участью?
Он привык считать, что Лу Юй просто берёт то, что хочет, не считаясь с чужой волей. И этот неожиданный, полный искренней заботы вопрос застал его врасплох.
— Разве моё мнение что-то меняет? — с горькой усмешкой отозвался он. — Моя жизнь целиком принадлежит вашему величеству.
— Нет, — покачал головой Лу Юй. — Если ты откажешься от прежних замыслов и не станешь вредить империи, я не стану принуждать тебя. Твоё желание для меня закон... Конечно, если только ты не замышляешь новую измену.
У заговорщика Лоу Цинъяня нервно дрогнули веки. Чтобы скрыть замешательство, он поспешно ухватился за плечи Лу Юя и притянул его к себе.
— Старший брат, ты... — изумился тот столь неожиданной ласке.
Лоу Цинъянь не дал ему договорить, заглушив слова поцелуем.
Глаза Лу Юя изумлённо расширились, но он быстро поддался этому порыву, решив, что это и есть безмолвный ответ. Сладкая истома мгновенно разлилась по его телу, заставив прикрыть глаза от наслаждения.
Лу Юй крепко обнял его, бережно поддерживая ладонью затылок и запуская пальцы в растрёпанные волосы.
— Старший брат, я люблю тебя, — прошептал он в самое ухо в короткий миг, когда их губы разомкнулись.
Лоу Цинъянь промолчал. Вместо ответа он вновь нетерпеливо вовлёк его в поцелуй.
Его сердце бешено колотилось о рёбра, дыхание сбилось, и он физически не смог бы выжать из себя ни единого слова.
Возможно, где-то в глубине души он по-прежнему противился этой связи, но у него не хватало духу открыто заявить: «Я буду предан тебе и помогу укрепить государство, но не желаю делить с тобой ложе». А может, он лишь убеждал себя в своей холодности, не решаясь признаться в тайном влечении, и теперь пытался скрыть это притворством, завлекая молодого императора в расставленные сети.
Но скорее всего, его просто душил стыд перед этой чистой, беззащитной любовью. Он знал, сколько лжи прячет за пазухой, и понимал, что не имеет права принимать эти чувства.
«Лоу Цинъянь, Лоу Цинъянь... Ты всю жизнь искусно лгал и изворачивался, находя подход к любому подлецу и праведнику. Так почему же сейчас твой язык онемел и ты не можешь вымолвить ответную ложь?»
***
«Тебе-то какое дело?» — мысленно огрызнулся Лоу Цинъянь.
«Замолчи. Мне пора идти»
Он спешно натянул женское платье и бесшумно выскользнул через окно в сгущающиеся сумерки.
Старик ясно дал понять: час Петуха. Если он опоздает хотя бы на четверть часа, реликвия перейдёт к Лу Юю.
Пока ему удалось сплавить настырного государя и сменить наряд, назначенное время уже наступило. Лоу Цинъянь мчался по тропе, путаясь в длинных юбках, его сердце готово было выпрыгнуть из груди, а мысли метались в хаотичном вихре.
«Зачем ты продолжаешь бессмысленное сопротивление? — раздался в голове сухой механический голос. — Решив присвоить Амулет Небесного Орла, ты добровольно соглашаешься на тот ужасный финал, что я тебе продемонстрировал»
«Я и не думаю сопротивляться, — сердито отозвался он. — Раз уж суждено столкнуться с неизбежным, почему бы не провести репетицию заранее?»
Система ненадолго умолкла, после чего выдала:
«Знаешь... Лу Юй ведь действительно дорожит тобой. Он обращался бы с тобой ласково»
На губах всё ещё горело воспоминание о недавнем поцелуе, и Лоу Цинъянь на миг замедлил шаг, утеряв нить реальности.
«Ого! Только не говори, что ты крадёшь амулет лишь потому, что втайне мечтаешь оказаться запертым в его спальне!»
«Заткнись!»
«Ага, попался! Ты злишься, потому что это правда. Иначе ты бы давно заблокировал мой канал связи»
Лоу Цинъянь немедленно заглушил Систему.
Когда он, тяжело дыша, ворвался в каменный дом, внутри стояла мёртвая тишина.
«Кажется, успел. Четверть часа ещё не прошла», — подумал Лоу Цинъянь и прямиком направился во внутренний дворик.
Старика нигде не было видно, но всё необходимое находилось прямо перед ним.
Посреди двора высился массивный бронзовый треножник, тускло мерцавший в наступающих сумерках. В его плоском, литом центре сработал потайной механизм, явив взору небольшую, размером с ладонь, металлическую пластину, окутанную мягким, таинственным свечением.
Лоу Цинъянь облегчённо перевёл дух, шагнул вперёд и протянул руку к Амулету Небесного Орла.
Вдруг в его голове вновь громыхнул тревожный сигнал Системы:
[Внимание! Зафиксировано критическое отклонение от основного сценария. Сюжетная линия деформирована!]
Лоу Цинъянь нахмурился.
Разве его попытка забрать Амулет Небесного Орла не была частью заложенной Системой вариативности? С чего вдруг паника?
В то же мгновение небеса над головой разверзлись, и на землю обрушился яростный ливень.
Лоу Цинъянь мысленно хмыкнул: и это всё? Неужели внезапный дождь — это и есть «критическое отклонение»?
Он снял светящуюся пластину с треножника и бережно спрятал её за пазуху.
Ледяные струи в считаные секунды промочили его до нитки, но Лоу Цинъянь не обратил на это внимания — его тело, закалённое духовными практиками ордена Сюаньюань, легко справлялось и не с такими невзгодами.
Он развернулся, намереваясь поскорее скрыться в темноте.
Но в следующую секунду кровь застыла в его жилах.
У самого входа во дворик, преграждая путь, стоял Лу Юй. В его взгляде сквозила беспросветная тьма.
Лоу Цинъянь непроизвольно попятился и спиной наткнулся на холодный край бронзового треножника.
Вид у него сейчас был неописуемо жалкий: нелепый наряд деревенской бабы насквозь промок, дешёвые белила и румяна потекли от воды, грязными разноцветными струйками стекая по подбородку и капая на каменные плиты.
— Ты... — Лоу Цинъянь не смог выдавить из себя больше ни слова.
До него наконец дошло, в чём заключалась суть системного предупреждения о деформации сюжета. Он действительно опередил Лу Юя и первым завладел артефактом. Но тот застукал его прямо на месте преступления.
[Система производит перерасчёт. Активирован альтернативный сценарий: «Провал миссии по изъятию Амулета Небесного Орла»]
Лоу Цинъянь словно погрузился в ледяную бездну. Конечности онемели, не повинуясь воле.
Он уже и забыл, каким пугающим может быть этот человек.
Стоило Лоу Цинъяню пойти на уступки, умерить гордыню и прикинуться покорным, как Лу Юй мгновенно превратился в ласкового, предупредительного юношу. Но Лоу Цинъянь прекрасно знал: под этой мягкой личиной скрывается безжалостный, властный правитель с собственническим инстинктом хищника.
Пока ты верен ему, он дарит тебе лишь нежность. Но стоит предать его доверие... И на тебя обрушится первобытный, сметающий всё на своём пути гнев.
Этот удушающий, смертельно опасный воздух Лоу Цинъянь уже вдыхал однажды — в полумраке Императорской тюрьмы.
Лу Юй тоже вымок до нитки. Мокрые пряди облепили его бледное лицо. Он стоял, опустив голову, и в его глазах клубился мрак столь глубокий, словно на дне преисподней пробудился свирепый демон.
Тяжёлый, влажный воздух вокруг словно налился свинцом, дышать становилось всё труднее.
Лу Юй медленно поднял взор. В его глазах не осталось и следа прежней теплоты.
— Значит... всё это время ты мне просто лгал.
http://bllate.org/book/19817/2161471
Готово:
