За последнее время не только Чу Цзю успел напрочь позабыть о той мимолётной ночи любви, но и сам Юй Нань.
К нему ещё даже не вернулись воспоминания прежнего владельца тела о том, как тот караулил Чу Цзю на парковке с охапкой цветов и клялся родить ему сына.
Пока Чу Цзю мотался по делам в Европе, Юй Нань с головой ушёл в работу.
Звонок доктора Чжана перевернул его картину мира с ног на голову. Юй Нань ещё не успел переварить услышанное, как его телефон зазвонил снова — на этот раз вызывала женщина по имени Чжоу Ялань.
Юй Нань нажал на кнопку ответа, но не успел произнести и слова, как из динамика раздался яростный женский голос:
— Юй Нань! Ты там чем занимаешься?! Время видел?! Почему ещё не на работе? Если генеральный директор уехал за границу, это не значит, что можно бить баклуши! Ты заявление об увольнении подал? Если не явишься, запишу прогул! Не хочешь работать — так и скажи, в следующем месяце лично подпишу приказ о твоём увольнении!
Сейчас Юй Нань числился рядовым сотрудником в секретариате Корпорации Чу. Профессиональными талантами он не блистал, поэтому занимался в основном рутиной: принести кофе, подготовить переговорную, распечатать документы. Называлось это гордо — «помощник секретаря», а по факту — обычный мальчик на побегушках.
Университет он окончил совсем недавно и работал здесь меньше трёх месяцев. Ему просто повезло: одна из сотрудниц ушла в декрет, а поскольку она была его старшей сокурсницей, то порекомендовала Юй Наня на своё место. Главной его пользой для отдела, пожалуй, было то, что он заметно повышал средний уровень привлекательности коллектива.
Секретариат такой крупной компании принял его по трём причинам: чистое везение, диплом профильного вуза без опыта работы и, конечно, незаурядная внешность. В конце концов, лицо приёмной — это лицо всей фирмы. Выдающимися талантами там и не пахло.
Чжоу Ялань, директор секретариата, была его непосредственной начальницей.
Она уже давно спала и видела, как бы его уволить. Однако сейчас корпорация активно осваивала международный рынок. Дел у всех было невпроворот, и тратить драгоценное время на кадровые перестановки и бумажную волокиту никто не хотел.
К тому же Юй Нань выполнял простейшую работу, не требующую особого ума, так что у Чжоу Ялань просто руки до него не доходили.
А почему она так жаждала избавиться от него? Всё просто — работал он из рук вон плохо.
Но новоиспечённый Юй Нань прекрасно понимал: ссориться с начальством — себе дороже. Корпорация Чу — гигантская корпорация, под сенью которой тепло и сытно. Позволить директору Чжоу вышвырнуть его на улицу было никак нельзя.
Как опытный и прагматичный наёмный рабочий, он твёрдо знал одну истину: в каком бы мире ты ни оказался, без денег долго не протянешь.
Кормиться с блога, где едва набралось две сотни подписчиков, точно не выйдет.
Рассыпавшись в искренних извинениях, Юй Нань пулей помчался в офис.
Когда он влетел в здание компании, директор Чжоу как раз проводила утреннюю летучку.
Этой деловой женщине было слегка за тридцать. От неё так и веяло стальной хваткой и решимостью — один в один его прежняя старшая медсестра.
Она одарила его взглядом, какой обычно предназначался самым безнадёжным прогульщикам с нулевой эффективностью. Казалось, директор Чжоу готова была лично пинком отправить его за дверь.
В своей прошлой жизни, работая медбратом, под давлением профессионального долга, вечного стресса и хронического безденежья, Юй Нань волей-неволей стал настоящим трудоголиком.
За исключением чисто женских наград вроде грамоты к Восьмому марта или звания выдающейся труженицы, он собрал все возможные знаки отличия. Уж в корпоративных играх он собаку съел и прекрасно знал, как вести себя в подобных ситуациях.
Разве было сейчас хоть что-то важнее сохранения рабочего места? Абсолютно ничего. Даже гипотетическая беременность отходила на второй план.
Скорчив виноватую мину, Юй Нань робко кивнул директору Чжоу, прокрался к своему столу и сел, выпрямив спину и преданно глядя на начальницу.
Чжоу Ялань уставилась на него так, словно увидела привидение. Так учителя смотрят на заядлого двоечника, который внезапно написал контрольную на высший балл без единой ошибки.
Желание избавиться от сотрудника невозможно скрыть, оно так и читалось в её глазах.
Но Юй Нань даже бровью не повёл. Золотое правило любого новичка: если хочешь удержаться на месте, первым делом продемонстрируй безупречное рвение.
Против обезоруживающей и к тому же чертовски привлекательной улыбки сложно устоять. Чжоу Ялань не стала устраивать сцену при всех, лишь жестом велела ему садиться и вернулась к оглашению задач на неделю.
Юй Нань ловил каждое слово, аккуратно записывая пункты в блокнот.
Обязанности офисного клерка кардинально отличались от медицинских будней. Задавать глупые вопросы было нельзя — сочли бы за сумасшедшего, поэтому приходилось по крохам собирать информацию из контекста и рабочих деталей.
В конце собрания директор Чжоу подвела итог:
— Работайте на совесть. Председатель вернётся из командировки и щедро наградит всех, кто себя проявит.
Юй Нань с важным видом закивал и принялся усердно хлопать вместе со всеми, напоминая прилежного первоклассника на школьной линейке.
Директор Чжоу подошла к его столу и заглянула в блокнот:
— Всё успел записать? Ну-ка, покажи.
Юй Нань послушно протянул тетрадь.
Женщина на секунду опешила. На страницах аккуратным почерком были расписаны все поручения — чётко, структурированно, без единого лишнего слова. Одарив подчинённого озадаченным взглядом, она молча удалилась.
«И надо же ей было проверять мои записи...»
Но стоило ему пролистать блокнот назад, как всё встало на свои места. Прежний Юй Нань рисовал там карикатуры: «Растения против Чжоу Ялань», «Золотоискатель Цзян Вэйгуан»...
Сплошные злые насмешки над коллегами. Задумка, конечно, забавная, но исполнение хромало.
Юй Нань со вздохом захлопнул тетрадь и решил завести новую, от греха подальше.
Только совещание подошло к концу и Юй Нань собрался углубиться в работу, как к нему ленивой походкой подошёл Цзян Вэйгуан — тот самый «Золотоискатель». Он ухмыльнулся и полушутя спросил:
— Сяо Юй, ты же грозился, что после этих выходных швырнёшь заявление об уходе прямо в лицо сестре Чжан?
Юй Нань внимательно посмотрел на него. Тот действительно походил на персонажа старой компьютерной игры про добычу золота, разве что без бороды.
— Да неужели? — невинно округлил глаза Юй Нань.
— Ещё как! — хмыкнул Цзян Вэйгуан. — В пятницу, когда ты сбежал пораньше, а она тебя поймала, ты заявил: мол, погоди, наступит понедельник, и эта Чжоу Ялань сама будет перед тобой стелиться и кланяться, как перед женой босса.
—...
Подобный пафос и глупость явно выдавали в прежнем Юй Нане зелёного новичка, ещё не успевшего познать все «прелести» суровой корпоративной жизни.
Если сейчас же не замять эту неловкость, коллеги будут подкалывать его до скончания веков.
Юй Нань принялся демонстративно раскладывать бумаги с покорным и сокрушённым видом взрослого человека, смирившегося с суровой реальностью:
— Эх... Думал, наш дом под снос пустят, компенсацию огромную дадут и я наконец-то заживу красиво. Но увы, проект отменили. Так что цирк окончен, возвращаюсь к реальности и продолжаю вкалывать.
Работники секретариата, привыкшие крутиться среди высшего руководства, были людьми тёртыми. Хоть они и считали Юй Наня балластом, но лишних вопросов задавать не стали. Посмеявшись, они похлопали его по плечу и разошлись по своим местам.
Юй Нань мысленно перевёл дух. Теперь у его внезапного преображения из ленивого бунтаря в примерного сотрудника появилось вполне логичное оправдание, и никто не станет допытываться, с чего вдруг его отношение к труду изменилось на сто восемьдесят градусов.
Слухи о сорвавшемся богатстве мигом разлетелись по офису. Коллеги порой посмеивались за его спиной, но Юй Нань не обращал на сплетни никакого внимания, полностью погрузившись в дела.
Будни в приёмной оказались невероятно суматошными. Двери кабинета генерального директора оставались запертыми, но помощники и секретари носились по этажу так, что присесть было некогда.
Недавно продажи бытовой химии в Юго-Восточной Азии побили все рекорды, и теперь компания готовилась принять иностранную делегацию для обмена опытом. Вся бумажная и организационная нагрузка по подготовке визита легла на плечи секретариата.
Для человека, который в двадцать лет окончил медучилище и почти пять лет отпахал акушером в роддоме, нынешняя нагрузка казалась детским лепетом. Юй Нань справлялся со своими задачами играючи и, решив закрепить успех, начал проявлять инициативу, то и дело спрашивая директора Чжоу, чем ещё он может помочь.
Чжоу Ялань по-прежнему поглядывала на него с подозрением, но из-за повального завала ей было не до предрассудков. Она загружала его мелкими поручениями. К её удивлению, парень работал без единой помарки.
К концу недели взгляд начальницы наконец-то потеплел, и в нём больше не сквозило прежнее желание стереть его в порошок.
На традиционном пятничном собрании хмурое лицо директора Чжоу впервые за несколько дней разгладилось.
— Мы отлично потрудились на этой неделе, — подвела она итоги. — Председатель возвращается на следующей неделе, и я уверена, он останется доволен результатами. Спасибо всем за усердие.
Юй Нань слушал её с таким благоговением, какому позавидовали бы воспитанники элитного детского сада.
— Отдельно хочу отметить Юй Наня, — добавила Чжоу Ялань. — Твоё отношение к делу кардинально изменилось в лучшую сторону. Так держать.
Парень скромно наклонил голову, внутренне празднуя маленькую победу.
Почти круглосуточная пахота дала плоды — его точно не уволят в ближайшее время. Оклад тут был средним, но на оплату квартиры и скромную жизнь вполне хватало.
Юй Нань трезво оценивал свои способности. Выдающимся умом он никогда не отличался — в своё время еле наскрёб баллов на заштатный вуз, талантами обделён. Простая, стабильная работа со своевременной зарплатой и тихая жизнь — предел его мечтаний.
Месяц пролетел в монотонном ритме «дом-офис-дом». За безупречную службу Юй Нань получил высшую оценку эффективности и, заглянув в банкомат за честно заработанной премией, в прекрасном расположении духа вышел на улицу. Буквально на пороге офисного центра у него зазвонил телефон. На экране высветилось имя Чжан Пэна.
— Завтра в восемь утра жду у себя, — без лишних вступлений заговорил доктор Чжан. — Сделаем ультразвуковое исследование. Прошло чуть больше месяца, так что плодное яйцо уже точно должно было закрепиться в полости матки.
Юй Нань замер как вкопанный и инстинктивно прижал ладонь к животу, потеряв дар речи.
Все эти недели он вёл жизнь обычного здорового мужика: работал не покладая рук, плотно ел, спал без задних ног и думал только о том, как бы не лишиться заработка. Мужские биологические привычки вкупе со стрессом начисто вымели из его головы мысль о том, что это тело способно вынашивать жизнь. И уж тем более он забыл, какими немыслимыми ухищрениями прежний владелец пытался забеременеть от одного влиятельного господина.
***
Новость о мужской беременности всё ещё казалась ему полнейшим бредом, однако врождённый медицинский прагматизм взял верх. Ровно без пяти восемь утра Юй Нань перешагнул порог клиники Чжан Пэна, решив лично во всём разобраться.
Такая спешка объяснялась прозаично: кузен предупредил, что после восьми аппарат УЗИ расписан под завязку и должен приносить прибыль.
Чжан Пэн когда-то работал акушером-гинекологом в государственной больнице. Он приходился Юй Наню каким-то седьмым киселём на киселе через троюродную родню, был старше его на пять лет и оставался единственным близким человеком в этом чужом мире.
Из государственной клиники его с треском уволили за систематическое нарушение закона — он регулярно сообщал будущим родителям пол ребёнка за вознаграждение. Оставшись без работы, Чжан Пэн не растерялся: открыл частный кабинет, нанял пару пожилых травников на пенсии и стал лечить местных жителей от сезонной простуды.
Разумеется, подпольное определение пола плода никуда не делось и приносило львиную долю дохода.
Помимо прочего, доктор Чжан помогал зачать бесплодным парам. Процедура напоминала искусственную инсеминацию: поскольку у некоторых мужчин семявыносящие пути слишком узкие и сперматозоиды попросту не могут добраться до цели сами, Чжан Пэн вводил биоматериал напрямую.
В коридоре перед кабинетами скопилась приличная очередь. Юй Нань заметил среди ожидающих людей с округлившимися животами — как женщин, так и мужчин. Похоже, дела у клиники шли в гору.
Юй Нань с любопытством разглядывал беременных парней. Те вели себя совершенно естественно, непринуждённо беседуя между собой. Очевидно, в этом мире мужская беременность хоть и оставалась редким явлением, но никого особо не шокировала.
Выдавив прохладный прозрачный гель на живот пациента, Чжан Пэн начал неторопливо водить датчиком по коже, то и дело приглушённо цокая языком.
Юй Нань, всё ещё пребывая в глубоком смятении, неуверенно спросил:
— Слушай, я ведь биологический мужчина, верно?
— Хочешь, чтобы я прямо сейчас провёл ректальный осмотр и развеял твои сомнения? — усмехнулся врач.
— Но как мужчина вообще может забеременеть? Это же противоестественно!
Чжан Пэн бросил на него мимолётный взгляд:
— Мы же это уже обсуждали. Тебе крупно повезло: у тебя редкая врождённая особенность — полноценная женская репродуктивная система внутри мужского тела. Есть матка, яичники функционируют. Тебе даже искусственный орган вшивать не пришлось.
Юй Нань опешил от таких анатомических подробностей:
— Погоди... То есть мужчинам ещё и искусственную матку могут пересадить?!
— А как иначе? — пожал плечами доктор. — Что, по-твоему, делать однополым семьям, которые мечтают о собственном продолжении рода? Использовать суррогатное материнство или обманом втягивать сторонних женщин? Наука шагнула далеко вперёд. Но тебе и тратиться не пришлось — природа наградила всем необходимым от рождения.
—...
«Поверить не могу... Какая безумная научная фантастика. Я что, перенёсся на несколько веков вперёд? Или человечество подверглось массовой мутации?»
«Если бы я мог вернуться в свой прежний мир с этими технологиями, мне бы точно вручили Нобелевскую премию по биологии».
— Конечно, далеко не каждый парень способен на это, — продолжил Чжан Пэн. — Нужна соответствующая анатомия. У обычных натуралов вроде меня или у стопроцентных активов ничего подобного отродясь не росло. Тебя же небеса одарили щедро: мало того что матка на месте, так ещё и маточные трубы развиты отлично. Причём каналы достаточно широкие, проходимость идеальная — никакого риска непроходимости.
—...
Юй Нань мысленно поклялся, что никогда в жизни не забудет этот день — день, когда фразу «какой широкий и крепкий» применили к его внутренним органам, не имеющим отношения к первичному мужскому достоинству.
Прослушав экспресс-лекцию кузена, Юй Нань наконец осознал масштаб трагедии: он был настоящим сокровищем среди пассивных геев. В эпоху разрешённых однополых браков способные рожать без хирургического вмешательства ценились на вес золота.
Его внешность осталась прежней, мужественной и привлекательной, но внутренняя структура изменилась самым радикальным образом.
Более того, в здешнем обществе решение мужчины родить ребёнка вызывало искреннее уважение.
Юй Нань вздохнул, удобнее устраиваясь на кушетке:
— До чего дошёл прогресс... Рожающие мужчины.
— А ты как думал? Настоящее гендерное равенство, — хохотнул Чжан Пэн.
«У меня только что перевернулись представления о равноправии... Но если вдуматься, это и есть абсолютная справедливость. Рожать могут и те, и другие».
Тем не менее Юй Нань до последнего сомневался, что у того красавчика из отеля настолько жизнеспособные сперматозоиды. Приятная внешность вовсе не гарантирует феноменальную скорость и выносливость клеток.
К тому же всю прошлую неделю он вкалывал сверхурочно, испытывал постоянный стресс и питался как придётся. В таких экстремальных условиях плодному яйцу закрепиться в матке практически нереально. Наступление беременности — процесс хрупкий.
Если бы всё происходило так просто, клиники репродуктивного здоровья давно бы разорились.
«Да и никаких симптомов я у себя не замечал. Наверняка доктор ошибается...»
В этот момент Чжан Пэн нажал клавишу на клавиатуре, и кабинет заполнил ритмичный, глуховатый звук: «Тук-тук-тук-тук...»
Бывший акушер замер. Этот звук он знал слишком хорошо. Сердцебиение плода.
В ушах зашумело. Юй Нань медленно перевёл взгляд на монитор ультразвукового аппарата, затем проследил за шнуром, ведущим к датчику, плотно прижатому к его собственному животу.
Аппарат действительно исследовал его тело. И быстрый, чёткий стук крошечного сердца исходил именно из его утробы. Сомнений быть не могло.
Вытерев датчик, Чжан Пэн нажал кнопку печати на принтере и уверенно резюмировал:
— Поздравляю. Ты действительно беременен. Частота сердечных сокращений — сто пятьдесят ударов в минуту. Развитие в пределах нормы, патологий нет.
— Что?! — выдохнул Юй Нань.
«Выходит, тот богатенький красавчик не просто хорош собой, но и чертовски плодовит?!»
— Как так быстро? Сердце уже бьётся?
— С момента зачатия прошло около четырёх недель, так что ничего удивительного, — пояснил врач.
«Какое безумие...»
Доктор оторвал распечатанный снимок УЗИ и протянул будущему отцу:
— Иди пока в мой кабинет, подожди меня там. Я выпишу тебе витамины и лёгкие поддерживающие препараты для профилактики.
Юй Нань бережно взял листок термобумаги. Голова раскалывалась, а земля уходила из-под ног — реальность происходящего казалась зыбкой, словно сон.
— Чем ты занимался всю неделю? — спросил Чжан Пэн, выходя следом. — Хоть бы позвонил, спросил о результатах анализов.
Юй Наню стало неловко признаваться, что из-за страха остаться без копейки он напрочь выкинул из головы мысль о возможном отцовстве. Он лишь уклончиво буркнул:
— Работал. Надо же как-то на жизнь зарабатывать.
Чжан Пэн понимающе усмехнулся:
— О каком труде может идти речь, когда ты носишь под сердцем золотую жилу? Теперь ты обеспечен до конца дней своих. Смотри только, не забудь старого друга, когда станешь богачом.
Юй Нань озадаченно нахмурился. Неужели в этом безумном мире процветает торговля детьми? А как же закон? Он с тревогой спросил:
— В каком смысле? Хочешь сказать, за детей от суррогатных отцов платят огромные деньги?
Врач посмотрел на него как на умалишённого и многозначительно произнёс:
— Да при чём тут торговля? Ты хоть понимаешь, КТО отец этого ребёнка?
В том-то и дело, что Юй Нань понятия не имел, кем был тот случайный любовник. Да и та бурная ночь произошла по обоюдному согласию, глупо теперь заявляться к солидному мужчине и требовать алиментов. К тому же, судя по обрывкам воспоминаний прежнего хозяина тела, инициатором близости выступал он сам...
И что ему теперь делать со всем этим богатством? Он действительно ждёт ребёнка.
В памяти Юй Наня внезапно всплыл забавный случай из его практики в роддоме. Одна из рожениц, узнав об измене мужа прямо перед началом схваток, яростно кричала супругу в лицо: «Ублюдок! Надеюсь, когда-нибудь медицина дойдёт до того, что рожать заставят вас, козлов!»
В то время Юй Нань крутил интрижки сразу с несколькими ухажёрами, поэтому слова обманутой женщины заставили его слегка понервничать. Похоже, проклятие сработало и настигло его в другой вселенной.
«М-да... Интересно, а местные петухи тут яйца ещё не несут?»
http://bllate.org/book/19803/2106199
Готово:
