— Доктор, спасите этого человека! Его избили до полусмерти, у него множественные переломы, к тому же он ранен пулей. Сначала извлеките пулю.
Цзян Нань смутно услышал женский голос.
— Госпожа Цзинь, вы ничего не перепутали? В него не стреляли, он в полном порядке. Да, весь в крови, но она явно не его — на теле нет ни единой раны!
— Нет ран? Как такое возможно? Я собственными глазами видела, как его избивали до полусмерти.
Женщина собралась подойти ближе, чтобы осмотреть его, как вдруг лежавший на койке Цзян Нань резко сел и закричал:
— Мама! Го-Го!
Только что ему приснилось, что его дочь и мать ушли из жизни.
В нос ударил тонкий аромат. Цзян Нань присмотрелся к женщине перед собой, и невольно воскликнул про себя:
«Ого! Вот это да! Фигура — просто дьявольская: формы, длинные ноги, черные чулки, идеальные пропорции».
Он перевел взгляд на лицо женщины:
«Красота… неземная. Словно богиня спустилась с небес. Холодная, неприступная, как императрица».
— Ты настоящий живучий гад, даже после такого не сдох. Регенерация поразительная, — Цзинь Мулань была крайне удивлена. И это хорошо, это как раз соответствует моим критериям выбора мужа.
— Это вы меня спасли? — выпалил Цзян Нань.
Цзинь Мулань холодно посмотрела на него:
— Верно. Твою жизнь подобрала я, поэтому теперь ты будешь моим мужчиной.
— Деньги есть? Дайте мне миллион, и я стану вашим мужчиной.
Цзян Нань выдвинул свое условие. Деньги — сейчас они были ему жизненно необходимы. Он не понимал, зачем этой ослепительной красавице понадобился именно он, но ради денег был готов на всё.
— Деньги — не проблема. Я дам тебе пять миллионов, если ты станешь мужем Цзинь Мулань на шесть месяцев. Сначала я переведу тебе два миллиона в качестве задатка. Если через полгода ты будешь жив, получишь остальные три миллиона. А если умрешь — эти деньги достанутся твоей семье.
Цзинь Мулань смотрела на него сверху вниз, излучая властность.
— Цзинь Мулань? — это имя показалось Цзян Наню знакомым, но он никак не мог вспомнить, где его слышал.
Тем временем Цзинь Мулань достала контракт и ручку, бросив их Цзян Наню.
— Подумай хорошенько. Став моим мужчиной, ты можешь в любой момент погибнуть или столкнуться с немыслимым позором. Но не бойся, я сделаю всё, чтобы сохранить твое достоинство.
Цзян Нань, не раздумывая, подписал бумаги и поставил отпечаток пальца.
Достоинство? Позор? Жизнь? Разве это имеет значение? Чтобы спасти Го-Го и мать, он готов пожертвовать всем, даже самой жизнью. Такой шанс получить деньги упускать нельзя.
— Контракт подписан. Когда придут деньги? — спросил Цзян Нань. Деньги реальны, только когда они на счету.
— В любой момент! — ответила Цзинь Мулань своим привычным высокомерным тоном.
— Хорошо, тогда будьте добры, пройдемте со мной, переведите деньги на мой больничный счет.
После того как Цзинь Мулань перевела средства, она отправилась в VIP-отделение на встречу с клиентом, велев Цзян Наню ждать её. Но разве он мог ждать? Как только она ушла, он бросился в ординаторскую.
— Лечащий врач! Лечащий врач! Деньги на счету, скорее продлите лечение моей дочери и начните диализ для матери!
— Деньги правда пришли? — врач недоверчиво нахмурился.
Он проверил баланс и оторопел: на счету действительно лежали два миллиона! Он не понимал, где этот парень достал такую сумму, но раз деньги пришли, его больше не будут отчитывать за долги.
— Хорошо, деньги списали. Иди в морг, забирай тела, — равнодушно бросил врач, махнув рукой.
— В морг? Забирать тела? Что вы несете? Врач, объяснитесь!
Цзян Наня затрясло от ужаса.
— Ушли? Мама и Го-Го… они правда ушли?
Он не верил! Не мог поверить!
— А что тут непонятного? Они умерли. Твоя дочь скончалась от боли, а мать покончила с собой. Не веришь — посмотри записи с камер.
Чтобы избежать скандала, врач заранее сохранил видео.
— В час дня твоя дочь ушла, а следом за ней и твоя мать.
Врач включил запись. На экране Цзян Нань увидел, как его дочь, измученная болью, лежит на кровати. У неё не было сил даже бороться. Она пыталась открыть рот, беззвучно шепча: папа, папа. Две тонкие, как спички, ручки тянулись вверх.
— Папа, обними… Папа, обними…
Цзян Нань рыдал, захлебываясь слезами. Руки дочери внезапно обмякли, и больше она не шевелилась. Го-Го ушла! Его маленькая Го-Го ушла! Цзян Нань кричал, разрывая сердце. Нет, Го-Го, не оставляй папу!
На записи было видно, как мать, увидев, что внучка мертва, не проронила ни слезинки. Она взяла кухонный нож, легла на кровать, прижала Го-Го к себе и вонзила лезвие прямо в сердце.
— Мама! — вскричал Цзян Нань.
Он, не помня себя, помчался в морг. Его скорость была пугающей.
Бах!
Цзян Нань вышиб дверь морга. Там лежали два тела, накрытые белыми простынями — одно большое, другое совсем маленькое. Дрожащими руками он откинул ткань. Увидев дочь, он почувствовал, как его сердце рассыпалось в прах. Он прижал её к груди и завыл, глядя в потолок.
Внезапно в его сознании возник поток информации. Там говорилось, что Кровь сущности Цилиня способна воскрешать мертвых.
Кровь Цилиня… Откуда она у меня?
Вспомнив странные события последних часов, он понял: если это правда, то она внутри него. Суеверие это или магия — сейчас было неважно. Цзян Нань решил действовать: утопающий хватается за соломинку. Он укусил себя за палец и капнул кровью в рот дочери, а затем — матери.
Произошло чудо. Щеки обоих налились цветом, а затем забились сердца. Да, Цзян Нань отчетливо слышал, как внутри них застучала жизнь.
Кхе! Кхе!
Раздались два кашля, и бездыханные тела начали дышать. Но это было не всё. На глазах у Цзян Наня на лысой головке дочери начали расти волосы, кожа стала гладкой и розовой. Раны от химиотерапии затягивались прямо на глазах. С матерью перемены были менее радикальными: она ожила, раны затянулись, она даже немного помолодела, но не так сильно, как Го-Го.
— Папа! — Го-Го села на кровати.
Цзян Нань зарыдал от счастья, крепко обнимая дочь.
— Сяо Нань! — мать тоже открыла глаза.
— Мама! — всхлипнул Цзян Нань.
Они обнялись. Немного придя в себя, Цзян Нань нашел одежду для матери и дочери, и они тайком покинули больницу, договорившись встретиться в соседнем переулке. К счастью, в морге не было камер, иначе произошедшее было бы невозможно объяснить. Уходя, Цзян Нань наказал матери и Го-Го никому не говорить о воскрешении.
Затем он вернулся к стойке регистрации, чтобы вернуть остаток денег.
— Господин, лечение вашей дочери и матери обошлось в восемьсот восемьдесят тысяч. На вашем счету было два миллиона, мы возвращаем вам миллион сто двенадцать тысяч.
— Что вы сказали? Восемьсот восемьдесят тысяч? Вчера было тридцать, а сегодня уже восемьсот восемьдесят? — возмутился Цзян Нань.
— Чего орешь? Я только принимаю деньги, рецепты не я выписываю, — кассирша с недовольным видом распечатала детализацию и швырнула ему в лицо. — Если хочешь орать, иди к врачу, нечего здесь истерики закатывать.
— Чертова больница! Обдираловка, и слова сказать нельзя?
Цзян Нань начал внимательно изучать чек и обомлел. Оказывается, на диализ матери ежедневно тратилось пятьсот килограммов лекарственного раствора! За лечение дочери, которое даже не проводилось, списали восемьдесят тысяч! А самое возмутительное — на обезболивающие для девочки выписали сто упаковок в день.
Цзян Нань закипел от ярости. Он знал, что больницы жадные, но чтобы до такой степени? Это же грабеж средь бела дня! Он ворвался в кабинет лечащего врача и с грохотом швырнул детализацию на стол.
— Ублюдок! Даже у обдираловки должны быть границы! Ты держишь меня за банкомат? Разве так лечат пациентов?
Лечащий врач Ван Дэкай встал и с презрительной усмешкой посмотрел на него.
— Проблемы со счетом? Дай-ка посмотрю.
Он привык к таким жалобам от родственников, которых обманул. Прежде чем начать «развод», он всегда наводил справки о клиенте. Он давно знал подноготную Цзян Наня и изначально не планировал его грабить. Просто хотел проверить, вернет ли тот долг, а тут такой сюрприз. Два миллиона — разве можно упустить такую возможность, занимая должность лечащего врача?
— Здесь всё нормально, счет составлен вполне обоснованно, — небрежно бросил Ван Дэкай.
— Обоснованно? — Цзян Нань выхватил счет и ткнул пальцем в строчки. — Моей матери делают только диализ, а ты выписываешь пятьсот килограммов раствора в день! Это промывка почек или мытье в ванной? Мама уже скончалась, а ты продолжаешь выписывать лекарства! Мертвецам тоже нужны растворы?
Цзян Нань перечитал детализацию еще раз и понял, что ошибся — лекарства были выписаны не только на сегодня, но и на месяц вперед! Сто упаковок обезболивающего в день на месяц!
— Тварь! — Цзян Нань теперь всерьез подозревал, что почки матери и печень дочери этот негодяй испортил намеренно.
Он сжал кулаки и бросился на Ван Дэкая. Тот даже не шелохнулся, наоборот — шагнул навстречу.
— Бей! Давай, ударь меня, ничтожество! Если тронешь меня, я обдеру тебя как липку. Думаешь, я кого-то боюсь? Я Ван Дэкай, и еще никто не смог мне навредить!
У него были основания для такой наглости: заместитель главврача больницы приходился ему зятем.
— Ты, бесправный мусор, пришел сюда качать права? — Ван Дэкай презрительно сплюнул.
Цзян Нань больше не чувствовал страха. Раньше он, может, и проглотил бы обиду. Но теперь всё иначе. В его жилах текла кровь божественного зверя, а знания в голове были настоящими. Дайте ему время — и деньги, и власть, и влияние придут сами собой.
Он уже занес кулак, как вдруг из-за двери раздался холодный, властный голос:
— Доктор Ван, у вас слишком длинный язык. Вы посмели тронуть моего мужчину?
http://bllate.org/book/19745/1942041
Готово:
