Лин Сихуан только завернула за угол, как сзади послышались торопливые, но осторожные шаги.
— Госпожа! Прошу, постойте! Госпожа! — разнеслись два слегка детских, но чрезвычайно твердых голоса.
Она остановилась и оглянулась. Те самые юноша и девушка, которых она недавно спасла, запыхавшись, догоняли ее, а на их лицах читались крайняя тревога и искренность.
Юношу звали Су Цинфэн, а девушку — Су Цинюэ.
Подбежав к Лин Сихуан, они оба с глухим стуком опустились на колени.
— Большое спасибо вам за спасение нашей жизни и за великую доброту, равную новому рождению! Я век этого не забуду! — Су Цинфэн уперся лбом в землю, его голос дрожал от почтения.
Су Цинюэ тоже покраснела и со слезами на глазах всхлипнула:
— Если бы не вы, госпожа, мы, брат и сестра, давно бы погибли, и наш учитель тоже…
Лин Сихуан посмотрела на стоявших на коленях двоих и слегка приподняла брови:
— Зачем вы увязались за мной?
Су Цинфэн поднял голову, его взгляд был тверд и полон отчаянной решимости:
— Госпожа, мы с сестрой остались совсем одни, секта наша пришла в упадок, учитель при смерти, и в этом мире нам больше нет места. Мы не смеем просить о многом, лишь бы позволили нам оставаться рядом с госпожой: подавать чай и воду, стирать одежду и готовить, служить вам верой и правдой, мы на все согласны!
Он прекрасно понимал, что такой несравненный эксперт, как Лин Сихуан, способна прикончить их одним пальцем, но у них не было выбора. Если они не ухватятся за эту могущественную опору, то рано или поздно погибнут в этом жестоком мире бессмертных, где сильный пожирает слабого.
Су Цинюэ тоже поспешно закивала:
— Госпожа, мы очень трудолюбивые! Мы умеем собирать травы, варить пилюли и распознавать сокровища! Мы абсолютно не станем вам в тягость!
Лин Сихуан посмотрела на них: юноша — сдержанный и стойкий, девушка — упрямая и добрая, в глазах ни жадности, ни страха — лишь искренность и благодарность.
Она недавно ступила в мир смертных, и еще никто не следовал за ней по пятам: одна ела, одна шла, одна любовалась пейзажами… Казалось, и впрямь было немного скучновато. К тому же ей претило то, как этих двоих притесняли.
— Встаньте, — спокойно произнесла Лин Сихуан.
Су Цинфэн и Су Цинюэ на мгновение замерли, а затем безумно обрадовались и поспешно поднялись на ноги:
— Госпожа согласилась принять нас?
Лин Сихуан хмыкнула:
— Следовать за мной можно, но у меня есть одно условие.
— Говорите, госпожа! Мы обязательно всё исполним! — в один голос отозвались они.
Тон Лин Сихуан был спокойным, но в нем звучало непререкаемое величие:
— Первое: не позволено кичиться силой и притеснять слабых.
Второе: не позволено творить зло, прикрываясь моим именем.
Третье: если кто-то вас обидит — скажите мне, я помогу вернуть им должок.
Брат и сестра задрожали всем телом, их глаза мгновенно покраснели. В этом холодном и безжалостном мире бессмертных они терпели сплошные унижения, и еще никто не защищал их. А теперь эта великая небожительница, способная одним движением сокрушить Золотое Ядро и сдуть Зарождающуюся Душу, заявила, что будет их защищать.
— Благодарим вас, госпожа! — они снова низко поклонились, их голоса дрожали от волнения.
С этого момента они больше не были безродными бродячими практикующими, у них появилась опора, способная в одиночку смести весь Мир Смертных.
Лин Сихуан посмотрела на еще не зажившие раны на теле Су Цинфэна, затем на усталость в глазах Су Цинюэ и негромко сказала:
— Подойдите.
Су Цинфэн торопливо шагнул вперед. Лин Сихуан протянула один палец и легко коснулась его груди. Никаких потрясающих воображение знамений, ни малейшего всплеска бурной духовной энергии — лишь едва уловимое дуновение тихо влилось в тело Су Цинфэна.
В следующий миг —
Су Цинфэн вздрогнул всем телом, на его лице застыло выражение крайнего блаженства. Накопленные за долгие годы скрытые травмы, закупоренные меридианы, застой духовной силы… Все проблемы в этот же миг полностью исчезли! Мало того, его уровень культивации неожиданно взлетел со ступеней Ранней Закладки Основания до Средней ступени Закладки Основания, а фундамент укрепился так надежно, как никогда прежде!
— Э-это… — Су Цинфэн вытаращил глаза, не веря происходящему.
Су Цинюэ тоже остолбенела:
— Брат, твои раны… полностью зажили?!
Су Цинфэн резко опомнился, снова рухнул на колени и задрожавшим голосом произнес:
— Благодарю вас, госпожа, за дарованную милость! Цинфэн до конца своих дней, даже рассыпавшись прахом, не сможет отплатить за это благодеяние!
Разве это было обычное лечение? Это было перерождение фундамента и дерзкий вызов самой судьбе!
Лин Сихуан убрала палец и небрежно бросила:
— Встаньте, это всего лишь пустяковые раны.
Для нее устранение подобных повреждений было проще, чем задуть лампаду.
Су Цинюэ посмотрела на исцеленного брата, одновременно завидуя и испытывая восторг, и тихонько проговорила:
— Госпожа, у-у меня тоже есть раны…
Лин Сихуан невольно улыбнулась, протянула руку и потрепала ее по голове. Тот же слабый приток энергии проник внутрь — Су Цинюэ сразу почувствовала приятное тепло, усталость от долгих переходов и скрытые раны мгновенно испарились без следа, а в культивации даже затеплился признак скорого прорыва.
Девушка радостно засияла глазами:
— Спасибо, госпожа! Вы лучше всех!
Глядя на их счастливые лица, Лин Сихуан чуть заметно улыбнулась уголками губ.
Пожалуй… иметь рядом парочку таких спутников тоже довольно забавно.
— Госпожа, наш учитель он… — Су Цинфэн немного помедлил, но все же набрался храбрости вымолвить: — Учитель тяжело ранен и без сознания, исцелить его способна лишь легендарная Трава Нирваны, но она бесценна, а мы…
Под конец его голос наполнился горечью. Ведь они изо всех сил пытались добыть Траву Сбора Душ именно для того, чтобы сперва поддержать в учителе искру жизни, а уже потом искать способ раздобыть Траву Нирваны. Но Трава Нирваны — это же легендарная бессмертная трава духовного происхождения, в Мире Смертных ее отродясь не сыскать.
Услышав это, Лин Сихуан слегка кивнула:
— Ведите, навестим вашего учителя.
Су Цинфэн и Су Цинюэ вздрогнули, не веря собственным ушам:
— Госпожа, вы… вы согласны помочь нам спасти учителя?
Лин Сихуан спокойно ответила:
— Раз уж вы последовали за мной, то раз он ваш учитель, он теперь тоже мой человек, и умирать никому не дозволено.
Фраза мои люди, брошенная небрежно, упала в сердца брата и сестры с тяжестью целого мира.
На глаза обоим навернулись слезы, они глубоко поклонились:
— Благодарим вас, госпожа!
Теперь они точно знали, что на сей раз им удалось ухватиться за величайшую опору во всем белом свете. Под предводительством брата и сестры Су Лин Сихуан направилась к уединенному и обветшалому дворику на окраине города Цинъян. Двор оказался крайне убогим, с бедной духовной энергией — сразу было видно, что здесь обитают практики низшего пошиба.
Внутри хижины на кровати лежал иссохший старик с еле теплившимся дыханием. Он был без сознания и в любой момент мог отдать богу душу. Полученные им раны выглядели чудовищно тяжелыми: меридианы перебиты, душа расколота, и даже лучшие целители города Цинъян уже давно вынесли вердикт, что он безнадежен.
Су Цинюэ посмотрела на старика, и из ее глаз невольно брызнули слезы:
— Учитель…
Лин Сихуан подошла к кровати, опустила взгляд и убедилась, что повреждения действительно тяжелейшие — для смертного практика это неминуемая смерть.
Но для нее это сущий пустяк, и она тут же произнесла:
— Отойдите.
Брат и сестра поспешно отступили назад. Лин Сихуан протянула правую руку и легко коснулась межбровья старика. Никаких заклинаний, никаких пилюль, никаких формаций. Лишь поток энергии, стоящий много выше законов жизни и смерти, тихо хлынул в тело старика.
В тот же миг —
Золотое сияние скрылось внутри, бурно вспыхнула жизненная сила, и разорванные меридианы старика стали срастаться с видимой глазу скоростью. Расколотая душа вновь собралась воедино, увядшие духовные корни обрели второе рождение, а бледное, как бумага, лицо стремительно порозовело. Прошло всего три дыхания, как старик резко распахнул глаза, его аура мощно взметнулась вверх, и он очнулся от беспамятства. Причем его культивация не только не упала, но даже незаметно пробила прежнее «горлышко»!
— Э-это… — старик растерянно приподнялся, оглядел собственные руки и замер в полном потрясении.
Су Цинфэн и Су Цинюэ бросились к нему, плача от радости:
— Учитель! Вы очнулись! Вы наконец пришли в себя!
Старик осмотрел свое исцелившееся тело, перевел взгляд на девушку в алых одеждах, стоявшую перед ним, вмиг всё понял и, с трудом сдерживая себя, попытался подняться с постели, чтобы отдать земной поклон:
— Старик Су Чанкун выражает глубочайшую благодарность старшей за спасение жизни!
Прожив большую часть жизни, он с первого же взгляда понял, что эта юная госпожа перед ним — абсолютная, скрывающаяся от мира великая воительница!
Лин Сихуан отдернула руку и равнодушно бросила:
— Не нужно церемоний. Раз эти двое теперь со мной, он ваш учитель, так что можете спокойно восстанавливаться.
Су Чанкун задрожал от потрясения. Взгляд, которым он окинул брата и сестру, был полон изумления и благоговения. Он понял, что его ученикам выпала поистине грандиозная удача.
Больше не говоря ни слова, Лин Сихуан развернулась, вышла во двор и подняла глаза на небо над городом Цинъян.
Ее божественное сознание мгновенно уловило, как несколько мощных аур стремительно приближаются. Люди Секты Черного Камня явились.
Уголки ее губ изогнулись в легкой усмешке, а в мыслях прозвучало пренебрежительное фырканье:
— Как раз вовремя, покончу со всеми разом.
http://bllate.org/book/19709/1938029
Готово:
