Валит густой снег, и бесчисленные снежные хлопья укрывают всю деревню Линкун серебряным покрывалом.
Приход зимы вовсе не заставлял людей со страхом прятаться под одеялами. Напротив, в деревне Линкун царил шум и гам, отовсюду доносились детские голоса и звонкий смех.
На сельской тропинке деревни Линкун.
Худой, тщедушный юноша с вязанкой хвороста за спиной брёл вперед, дрожа от напряжения. Из-за своего слабого здоровья он был вынужден то и дело останавливаться, тяжело дыша, а вырывавшийся из его груди горячий воздух превращался в облачко белого пара перед лицом.
Пожилая женщина с топором в правой руке неспешно шагала следом за юношей. С тревожным выражением лица она смотрела на то, как парню дается каждый шаг, и наконец не выдержала:
— Цюбай, дитя моё! Ты ведь еще так слаб, разве можно тащить такую тяжелую вязанку! Давай-ка лучше я сама понесу!
Не в силах больше смотреть, как Шэнь Цюбай надрывается, а капли пота беспрерывно падают с его лба, оставляя маленькие ямки на земле, она уже протянула руку, чтобы забрать дрова с его плеч.
Шэнь Цюбай резко ускорил шаг, тяжело задышал и с огромным трудом обернулся к старухе:
— Тетя... тетя Ван, всё в порядке, я справлюсь!
Он прибавил шагу, но от этого его походка стала еще более шаткой: казалось, что он делает широкие шаги, а на самом деле едва держался на ногах.
Из-за падающего зимнего снега деревенская тропинка, и без того представлявшая собой грязную дорогу, стала еще непроходижнее.
— Ай! — Шэнь Цюбай поскользнулся, и его тело тяжелым мешком рухнуло на ледяную дорогу. Дровяная вязанка придавила его так, что лицо покраснело от прилива крови, а дышать стало тяжело.
Увидев это, пожилая женщина бросила зажатый в руке топор, поспешно подбежала, раскидала дрова и помогла Шэнь Цюбаю подняться. Заметив, что штанины и грудь юноши покрыты грязью, а сам он насквозь промок от ледяного снега, она с виноватым выражением лица произнесла:
— Цюбай, это тетя Ван виновата, дрова оказались слишком тяжелыми. Ты как, не ушибся?
Шэнь Цюбай отряхнул грязь с одежды, ни капли не заботясь о том, что его вещи промокли насквозь, торопливо подошел, заново сложил дрова в аккуратную кучу и, виновато почесав в затылке, с улыбкой произвел:
— Тетя Ван, это я виноват! Нечего было геройствовать!
Он быстро взвалил вязанку на плечи, собираясь снова нести ее.
Тетя Ван поспешно остановила его, выхватив дрова из рук, и сказала:
— Не неси больше, а то еще где-нибудь ушибешься, так деревенский староста меня живьем сожрет! Ступай живо домой переодеться, тетя Ван и сама донесет!
Шэнь Цюбай хотел было что-то возразить, как вдруг позади послышался знакомый голос.
Обернувшись, он увидел бегущую девушку. Ее длинные волосы развевались на ветру, а большие глаза сияли чистотой и ярким блеском. Ее белое личико раскраснелось от быстрой беды, выглядя невероятно очаровательно.
Это была его младшая сестра, Шэнь Юэ.
Опираясь руками о колени и тяжело дыша, Шэнь Юэ заговорила:
— Брат, ты почему опять помогаешь тете Ван таскать дрова?! Если дедушка узнает, он опять тебя отругает!
— Ты не скажешь, я не скажу, кто узнает-то? — Шэнь Цюбай развел руками, изобразив беззаботный вид.
— Юэ-эр, веди давай брата домой переодеваться, а не то вернется староста, увидит Цюбаева в таком виде, опять ругаться начнет! — с улыбкой проговорила тетя Ван, закинула вязанку за спину и зашагала по направлению к дому.
— Поняла, тетя Ван! — с улыбкой кивнула Шэнь Юэ. Заметив, что тетя Ван идет немного хромая, она поспешила ей на помощь и подхватила под руку. При этом она обернулась и крикнула Шэнь Цюбаю: — Брат, я провожу тетю Ван до дому, а ты живо возвращайся и переодевайся!
— Знаю! — беспечно бросил Шэнь Цюбай и тут же принялся скатывать на земле пару снежков, чтобы потереть ими места, испачканные грязью, в надежде отмыть хоть часть грязи талой водой.
Днул легкий ветерок. Хотя он и был слабым, но в сочетании с зимней стужей кусал кожу не хуже острого меча. Стоило ветерку коснуться Шэнь Цюбая, как его тут же пробрала дрожь, и тело невольно сжалось в комок.
— Лучше и правда возвращаться! Одежда вот-вот ледком покроется! — Шэнь Цюбай посмотрел на промокшие участки своей одежды, которые уже начинали превращаться в ледяную корку. Хоть одет он был тепло, но слабое здоровье брало свое, и противостоять ледяному ветру он не мог.
Шэнь Цюбай поспешил домой, петляя по деревенским переулкам. Детишки, игравшие вокруг, завидев бегущего рысцой Шэнь Цюбая, с хихиканьем принялись кидать в него снежки.
— Цюбай-гэ такой грязный, фу, совсем грязный!
— А ну кыш, марш по домам, вам что, не холодно? — на ходу оборачиваясь, отчитывал детвору Шэнь Цюбай.
— Цюбай-гэ всё тренируется и тренируется, а становится только тощее!
— Цюбай, давай поднажми!
Детишки подзадоривали его, видя, как тяжело ему дается даже легкий бег.
Пятнадцать лет назад падающая звезда прочертила ночное небо над этой планетой, и этим небесным телом оказался не какой-нибудь предмет, а младенец по имени Шэнь Цюбай.
С тех самых пор все три с лишним сотни жителей деревни Линкун знали, что Шэнь Цюбай с детства отличается слабым здоровьем. Однако он не желал мириться с судьбой и горел стремлением стать могущественным воином.
Полгода назад в деревне Линкун внезапно появился незнакомец, назвавший себя мастером боевых искусств. Неизвестно, какая муха укусила Шэнь Цюбая, но он поверил этому человеку и даже взял да и признал в нем своего учителя.
Однако за эти полгода тело Шэнь Цюбая не только не изменилось к лучшему от тренировок, а напротив, стало еще слабее.
Дошло до того, что нанятый дедушкой Шэнь Ченом за огромные деньги лекарь из города вынес вердикт: Шэнь Цюбай не доживет до следующего лета и умрет этой холодной зимой.
Односельчане наперебой отговаривали Шэнь Цюбая продолжать тренировки у этого незнакомца, дети тоже подхватывали уговоры. Но Шэнь Цюбай оставался глух ко всему и по-прежнему каждый день чуть свет отправлялся на поиски учителя в горный хребет Тяньлан, что простирался неподалеку от деревни Линкун.
Именно поэтому и произошла сцена, свидетелями которой мы только что стали: никто в деревне, ни взрослые, ни дети, не хотел гибели Шэнь Цюбая.
Он был добр сердцем и всегда с радостью готов был протянуть руку помощи любому, кто попадал в беду. За это его очень любили все жители деревни.
Сельчане не раз ходили к деревенскому старосте, но, как ни странно, староста вовсе не пытался остановить Шэнь Цюбая, а напротив, всячески поддерживал его стремление к боевым искусствам. Жителям деревни оставалось лишь втайне вздыхать, оплакивая скорый уход столь замечательного ребенка.
Шэнь Цюбай добежал до своего дома, остановился, немного перевел дыхание, осторожно отворил калитку и, виновато высунув голову, тихонько позвал:
— Дедушка?
Он заглянул во двор, затем бросил взгляд на комнату деда, проверяя, нет ли там движения. Убедившись, что в ответ тишина, он быстро шмыгнул за порог, запер за собой дверь на засов и облегченно выдохнул.
В этот самый момент чья-то рука легла ему на плечо.
— Мама! — Шэнь Цюбай до смерти перепугался и резко обернулся. Перед ним возникло знакомое морщинистое лицо.
— Дед, ты меня до инфаркта доведешь! — Шэнь Цюбай перевел дух и, прижав правую руку к груди, принялся успокаивать испуганное сердечко.
— Где шлялся? — сурово сдвинув брови, спросил Шэнь Чен.
— Я... эм... с тренировки возвращался да поскользнулся. Вот, пришел переодеться! — Шэнь Цюбай долго мямлил, пока наконец не подобрал правдоподобное оправдание.
— Правда? — Шэнь Чен слегка нахмурился и недоверчиво посмотрел на него.
— Да... конечно правда! — машинально почесав в затылке, заикаясь, ответил Шэнь Цюбай.
— Ладно уж! — Шэнь Чен заметил, как внук рефлекторно потрепал себя по голове, и сразу понял, что тот снова врет. Впрочем, допытываться он не стал — толку-то, даже если наказать его сейчас, в следующий раз он сделает то же самое. Повернувшись в сторону кухни, старик бросил: — Живо переодевайся и пей лекарство!
Шэнь Цюбай тяжело вздохнул, радуясь, что пронесло, и быстро направился к себе в комнату, на ходу отворяя дверь:
— Понял!
— Учитель сказал, что уже совсем скоро сможет начать исцелять мое тело! — привычно отыскивая чистую одежду, Шэнь Цюбай вспомнил слова наставника, сказанные ему перед возвращением в деревню. — Ха-ха, столько времени тренировался, наконец-то прорвусь сквозь Сферу Закалки Тела! Как же я этого жду!
Боевой путь в этом мире делится на десять ступеней: Сфера Сбора Духа, Сфера Закалки Тела, Сфера Раскола Земли, Сфера Разрыва Небес, Сфера Небесного Сюань, Сфера Парения в Пустоте, Стадия Владыки, Стадия Императора, Стадия Монарха и Стадия Божества.
Сам Шэнь Цюбай в данный момент находился на Девятой ступени Сферы Сбора Духа, однако из-за врожденной слабости организма его боевая мощь сильно уступала силе обычных практиков этой же ступени, у него даже не сформировалось Озеро Духовной Энергии, положенное на Сфере Сбора Духа.
Озеро Духовной Энергии — это вместилище, где воины накапливают духовную энергию небес и земли, и оно присутствует в теле каждого практика. Размер этого озера определяет мощь воина и его выносливость в бою.
Шэнь Цюбай быстренько переоделся, толкнул дверь и на пороге своей комнаты столкнулся с Шэнь Ченом, который держал в руках пиалу с отваром.
Жидкость в пиале имела бурый оттенок — один лишь взгляд на нее давал понять, насколько горьким было это снадобье! Шэнь Цюбай указал на пиалу и с гримасой страдальца протянул:
— Дедушка, а можно мне не пить это?
— Живо! — вспылил Шэнь Чен и рявкнул так громко, что у парня душа в пятки ушла.
Испугавшись дедового крика, Шэнь Цюбай поспешно перехватил пиалу и осушил ее до дна единым махом, так что даже не успел толком распробовать всю горечь лекарства.
— Дед, еще что-то нужно? Если нет, я пойду в комнату, продолжу тренировку! — Шэнь Цюбай рукавом смахнул капли отвара, оставшиеся на губах, и уже собрался захлопнуть дверь.
— Постой-ка, выйди. Нам с тобой нужно поговорить о том, о чем ты вечно расспрашиваешь! — Шэнь Чен указал на стол во дворе, жестом показывая внуку, чтобы тот садился, а сам направился на кухню, чтобы поставить пустую пиалу.
— Правда?! — лицо Шэнь Цюбая озарилось восторгом, он мигом подскочил к столу во дворе, притащил две табуретки и поспешно уселся.
Шэнь Чен неспешно вышел из кухни и занял место напротив внука.
— Ты ведь с младенчества у меня на воспитании, знаешь об этом с малых лет? — начал старик.
Шэнь Цюбай кивнул. Еще когда он только начал себя осознавать, старшая сестра Юэ Си с восточной окраины деревни рассказала ему, что младенцем его подобрали в лесу на восточной границах селения.
Шэнь Чен извлек из-за пазухи сильно потрепанное ожерелье. Само ожерелье было очень тонким, а в самом его центре красовался редчайший минерал лазурного цвета. На камне был высечен какой-то диковинный узор.
Несколько крупных пятиконечных звезд пересекались друг с другом, но между их лучами сохранялось небольшое расстояние. На каждом луче сияла крошечная точка света.
— Ого! — Шэнь Цюбай замер от восхищения, едва взглянув на украшение. Несмотря на потертость, множество царапин и даже почерневший от времени лазурный камень, ожерелье безумно ему понравилось.
То ли он еще ничего в жизни не видел, то ли и впрямь проникся любовью к этой вещице.
— Это единственная вещь, которую нашли на тебе в тот день! — Шэнь Чен вложил ожерелье в ладонь внуку, позволяя тому вволю налюбоваться им.
Шэнь Цюбай, казалось, вовсе не расслышал слов деда — все его мысли были прикованы к ожерелью. Он в упор разглядывал украшение.
— Пройдет совсем немного времени, и ты сможешь отправиться на поиски своих настоящих родителей, захватив его с собой! — с болью в голосе произнес Шэнь Чен, и в каждой его нотке сквозила тоска по расставанию.
— Дедушка, к чему ты это говоришь? — Шэнь Цюбай поднял голову на старика, озадаченный до предела. Он никак не мог взять в толк, с чего это дед завел такие речи!
— Ни к чему. Вот дойдешь до Сферы Закалки Тела, тогда и сможешь выйти за пределы деревни, взглянуть на большой мир! Заодно и родителей своих сыщешь! — срывающимся голосом проговорил Шэнь Чен, и его глаза внезапно покраснели.
— Дед, ты что такое говоришь? Ты что, больше не хочешь меня держать? — растерянно пролепетал Шэнь Цюбай, выслушав старика.
Шэнь Чен ничего не ответил, лишь молча смотрел на внука взглядом, полным нежности и нежелания расставаться. Опустив голову и украдкой вытерев слезящиеся глаза, он снова посмотрел на него:
— Завтра ступай на тренировку к своему учителю, вернись только попозже, понял?
— Угу! — озадаченно кивнул Шэнь Цюбай, не придавая этому особого значения.
Оба молчали несколько долгих секунд.
— Ты же вечно допытывался, где искать секты боевых искусств? Сегодня как раз выдалась свободная минутка, так что послушай! — подумав немного, хрипловатым голосом промолвил Шэнь Чен.
— Хорошо! — кивнул Шэнь Цюбай, пряча ожерелье в карман, и навострил уши.
— Прежде чем рассказывать тебе о сектах, я поведаю о том, что тебе положено знать!
— Планета, на которой мы живем, зовется Цисюань. На планете Цисюань принято выделять восемь великих семей и одну секту, — начал Шэнь Чен.
Восемь семей — это восемь могущественных кланов, разделивших между собой власть над всеми уголками планеты Цисюань, а под одной сектой подразумевается сильнейшая сила планеты — Секта Сюаньсин.
Когда-то давным-давно Секта Сюаньсин единолично властвовала на Цисюане, но после того, как она закрепила за собой статус гегемона, на всей планете осталась лишь эта единственная секта. Истинные причины этого никому не ведомы.
— Теперь уяснил? Когда в будущем отправишься странствовать, просто остерегайся людей из этих влиятельных семей! — наставительно произнес Шэнь Чен и протянул Шэнь Цюбаю томик Краткой истории Цисюаня.
В книге детально описывалось нынешнее положение дел каждого из великих кланов, границы их влияний и внешний вид их фамильных одеяний.
Шэнь Цюбай бегло пролистал страницы, и все сразу отложилось у него в памяти. Как бы ни был слаб физически Шэнь Цюбай, но в плане духовной силы и памяти он обладал поистине выдающимся талантом.
— Всё, что нужно было, я тебе поведал, дальше полагайся только на себя! — Шэнь Чен поднялся на ноги и тяжело опустил руку на плечо внука.
— Раз у дедушки больше нет дел, я пойду в комнату, помедитирую! — видя, что старик умолк, Шэнь Цюбай собрался уйти к себе.
— Ступай, — махнул рукой Шэнь Чен.
— Угу! — бросил Шэнь Цюбай и зашагал в комнату.
Проводив внука взглядом, Шэнь Чен тихо пробормотал себе под нос:
— Столько лет прошло, наконец-то все начнется!
http://bllate.org/book/19503/1912839
Готово:
