Мо Юань покорно выпрямился и встретил глубокий взгляд Бибидун, казалось, способный пронзить любую ложь в этом мире. Его лицо оставалось бесстрастным, даже более спокойным и отстраненным, чем в тихом уединении Библиотеки свитков. Казалось, он находился не во Дворце Папы Римского, символе высшей власти, а все в том же залитом солнцем укромном уголке.
— Отвечаю Вашему Величеству, — его голос звучал ровно, без малейших колебаний. — Таков мой долг, моя прямая обязанность. Я не смею не хранить это в памяти, чтобы быть готовым к любым вопросам.
Ответ был безупречен. Он ловко превратил свое недавнее дерзкое заступничество в Библиотеке свитков в обычное исполнение служебных обязанностей администратора, действующего строго по уставу, и без следа развеял подозрения, которые могли стоить ему жизни.
На прекрасных губах Бибидун едва заметно дрогнула тень улыбки — настолько слабая, что невозможно было понять: одобрила ли она его находчивость или же насмехалась над его изворотливостью. Ее взгляд скользнул мимо Мо Юаня, словно по пустому месту, и остановился на Юнь Сянь, которая старательно прятала глаза, пытаясь стать как можно незаметнее.
— Юнь Сянь.
Голос Папы был негромким, но в нем ощущалась странная сила правил. Слова отчетливо и властно проникли в самое сознание девушки, заставив ее вздрогнуть.
— Подними голову.
Юнь Сянь послушно подняла взгляд. На ее лице отразились именно те эмоции, которые требовались: легкая растерянность и испуг. Она робко посмотрела в сторону трона, но, встретившись с глубокими фиолетовыми глазами, тут же опустила веки, подобно испуганному олененку. Эта игра была безупречной — она идеально изображала страх и трепет мелкого Мастера Духа, никогда не видевшего ничего подобного. Этого хватило бы, чтобы обмануть почти любого.
Однако под опущенными ресницами Око данных работало на пределе возможностей, анализируя малейшие колебания энергетического поля Бибидун, частоту ее эмоций и даже микроскопические сокращения зрачков.
[Стабильность энергетического ядра цели: 99,7%, состояние абсолютного контроля. Поверхностные эмоции: спокойствие. Глубинные намерения: интенсивное исследование. Оценка угрозы: индекс убийственного намерения ниже 1%. Оценка склонности к вербовке: 67,3%, значительно выше склонности к наказанию...]
— До меня дошли слухи, — вновь заговорила Бибидун. Ее тон оставался отстраненным, будто она обсуждала пустяковое дело. — Се Юэ и Ху Лена из Золотого поколения не раз обращались к тебе в Библиотеке свитков за советами по тренировкам. И, судя по всему, они извлекли немалую пользу, добившись значительного прогресса.
Она сделала небольшую паузу, вперив в Юнь Сянь свой взгляд, способный поглощать свет.
— Даже я, посетив тебя лично, не смогла... до конца разгадать, что скрывается за твоей внешностью.
Не дожидаясь ответа, она едва заметно подалась вперед. В тот же миг на Юнь Сянь обрушилось колоссальное, концентрированное духовное давление. Это не было разрушительной атакой — скорее, тяжелой, неостановимой поступью горной гряды, призванной сломить внутреннюю защиту и вырвать наружу истинную суть.
— Отвечай, — голос Бибидун внезапно стал холодным, как арктическая вьюга. — Кто ты на самом деле? Зачем скрываешь свою личность в Библиотеке свитков Зала Духа?
В момент, когда прозвучал последний вопрос, давление многократно возросло. Словно гигантская волна, поднявшаяся посреди штиля, оно обрушилось на духовный барьер Юнь Сянь, пытаясь смять ее маскировку.
Лицо Юнь Сянь мгновенно побледнело — на семь частей от мастерской игры и на три от реального истощения при сопротивлении давлению. Ее тело непроизвольно качнулось, ноги подкосились, словно она вот-вот должна была рухнуть на колени. Стиснув зубы, она довела технику сокрытия и силу Трона Тишины до предела, поддерживая защитный слой, который сливался с окружающим пространством. При этом она намеренно сделала колебания своей духовной силы хаотичными и слабыми, как пламя свечи на ветру.
— В-Ваше Величество, умоляю... я невиновна! — голос Юнь Сянь дрожал от слез, в нем слышались искреннее отчаяние и животный ужас. Она говорила прерывисто, словно из последних сил. — Я всего лишь самая обычная, низшая библиотекарша Зала Духа. Мой врожденный боевой дух — бесполезные Книги, а духовная сила ничтожна, до сих пор не пробила даже двадцатый уровень... Если мне и удалось случайно помочь господину Се Юэ и госпоже Ху Лене, то лишь потому, что я провожу в библиотеке все время и перечитала кучу всякой всячины, а память у меня от природы чуть лучше, чем у других... Я предана Залу Духа и Вам, Ваше Величество, у меня нет ни единого злого умысла! Небо свидетель!
Ее выступление, сопровождавшееся слезами (выдавить которые стоило немалых трудов), идеально рисовало образ запуганного мелкого Мастера Духа, который случайно оказался в центре интриги из-за своей удачи и природной смекалки.
Давление, от которого веяло безнадежностью, словно живое щупальце, ощупывало ее несколько мгновений, не пропуская ни единой энергетической вибрации. Юнь Сянь, благодаря железной воле, закаленной в экстремальных условиях иных миров, держалась до последнего, не допуская ни единой ошибки.
Наконец, когда она почувствовала, что ее барьер вот-вот лопнет, гнетущая тяжесть исчезла так же внезапно, как схлынул прилив.
Бибидун медленно откинулась на спинку украшенного драгоценными камнями трона. Ее нефритово-белые пальцы принялись ритмично постукивать по подлокотнику. Звук «тук-тук» разносился по пустому залу, отзываясь в самом сердце.
— Перечитала много книг? Хорошая память? — она повторила оправдания Юнь Сянь, и в ее тоне невозможно было разобрать, поверила она или нет. — Увидеть с первого взгляда узкое место в авторском духовном навыке Се Юэ Полная Луна, в двух словах указать на суть ограничений духовной силы Боевого духа Лисы-демона у Ху Лены... Такое понимание основ вряд ли объяснишь простой начитанностью.
Ее взгляд, словно острый зонд, переместился на Мо Юаня, который все это время стоял неподвижно, как скала.
— И ты, Мо Юань. Узнать с первого взгляда древнюю карту, выделанную из кожи вымершего Древнего Зверя Пустоты, вести себя передо мной так, будто всего лишь цитируешь правила библиотеки... Твое происхождение и проницательность тоже вряд ли присущи обычному библиотекарю.
Она не стала ждать оправданий, словно заранее зная, что услышит лишь новую ложь. Как опытный игрок, она перешла к делу, выкладывая на стол свои условия.
— Мне неважно, кто вы, откуда пришли и каковы ваши цели, — голос Бибидун вновь стал спокойным, но в этом спокойствии сквозила абсолютная уверенность человека, держащего в руках судьбы миллионов. — Зал Духа всегда ценил таланты. Учитывая ваши способности, прозябать в библиотеке среди пыльных свитков — значит растрачивать дар впустую.
Она посмотрела на Юнь Сянь, и в ее голосе зазвучали соблазнительные нотки:
— Юнь Сянь, если ты искренне перейдешь на мою сторону и начнешь служить Залу Духа, я сделаю исключение и буду лично направлять тебя в тренировках. Все сокровища, секретные методы и Кости Духа в хранилищах Зала Духа — все будет в твоем распоряжении! У меня есть тайные техники, которые, возможно, помогут тебе преодолеть ограничения твоего боевого духа Книг и перестроить основу. В будущем ты вполне можешь занять место в Зале Старейшин.
Затем она перевела взор на Мо Юаня:
— Мо Юань, с твоей рассудительностью и глубокими познаниями ты можешь сразу войти в ядро Зала Старейшин для обучения и накопления опыта. Или же получить назначение на важный пост — власть, которая будет уступать лишь Папе Римскому и Верховным Понтификам.
Ее слова рисовали перед ними ослепительную картину: власть, ресурсы, надежда на прорыв через оковы судьбы. Это было будущее, о котором большинство Мастеров Духа не смели и мечтать.
Однако за этим искушением скрывался холодный ультиматум. Примешь — взлетишь к вершинам власти. Откажешься — последствия будут такими, что им не выдержать.
Атмосфера в главном зале Дворца Папы Римского натянулась, как тетива, готовая лопнуть в любую секунду.
Мо Юань едва заметно нахмурился и покосился на Юнь Сянь, словно спрашивая, не поддастся ли она на этот соблазн.
А Юнь Сянь в тот самый момент, когда Бибидун упомянула о «личных тренировках» и «тайных методах», с помощью Ока данных уловила в глубине энергетического ядра Папы мимолетную, леденящую душу вибрацию — нечто злое и искаженное. Это было дыхание Бога Ракшас.
Стать ученицей Бибидун? Принять эти «тайные методы»?
В ту же секунду инстинкт самосохранения окатил ее ледяным душем. Это был не путь к вершине силы, а приглашение на операционный стол, где ее будут препарировать и перекраивать по чужой воле.
Она глубоко вздохнула, словно принимая окончательное решение, и снова медленно подняла голову. В ее глазах все еще читалась робость, но под ней теперь проступала непоколебимая, твердая, как скала, решимость.
http://bllate.org/book/19393/1897956
Готово:
