Повстанцы в Хэси всё ещё держались, юго-восточные водные разбойники свирепствовали безнаказанно, а по всему Цзяннани хозяйничала секта Белого Лотоса…
Юань Цзинъюй перелистывал донесения тайной стражи и не удержался от ледяной усмешки.
Все эти угрозы, подтачивающие основы государства, словно по сговору обрушились на империю в одно и то же время. При ближайшем рассмотрении становилось ясно: здесь не обошлось без чьей-то руки.
Юань Чэньчжоу! Мой добрый дядюшка!
Что же ты задумал?
Неужели решил, наконец, воплотить в жизнь свою многолетнюю жажду трона?!
Юань Цзинъюй быстро уловил суть происходящего, но северо-западные шпионы не сообщали ни о чём подозрительном. Значит, его добрый дядюшка, вероятно, намерен решить всё прямо в столице.
Если так, то, возможно, придётся нанести удар первым!
В глазах Юаня Цзинъюя вспыхнула сталь. Он немедленно начал тайно созывать доверенных министров. Сети, сплетённые вокруг княжеского дома, незаметно для посторонних начали сжиматься.
Сяо Сяошао уныло сидела на ветвистом дереве во дворе княжеского дома. В последнее время Юань Цзинъюй был так занят, что даже не замечал её. Она с трудом выбралась из дворца, лишь чтобы обнаружить, что самого Юаня Чэньчжоу в резиденции нет.
Тот, кто спокойно читал книги в кабинете, — не настоящий Юань Чэньчжоу!
Осознав это, Сяо Сяошао невольно вспомнила день императорской свадьбы. Тогда она уже поняла: этот человек, скорее всего, двойник.
Но куда же делся настоящий Юань Чэньчжоу?
У неё уже мелькнуло подозрение.
Не задерживаясь, Сяо Сяошао тут же вернулась во дворец. Она уже полностью оправилась после недавних событий, но пока не собиралась уходить.
— Куда ты пропала?!
Только она вошла в императорский сад, как перед ней возник разъярённый Юань Цзинъюй. Сяо Сяошао испуганно сжалась, но, не дожидаясь взрыва гнева от этого человека, окутанного мрачной аурой, ловко прыгнула ему в объятия.
Юань Цзинъюй машинально поймал пушистый комок и крепко сжал её пушистый хвост.
— С этого момента ты будешь рядом со мной. Если ещё раз сбежишь без моего разрешения, приковать тебя цепью!
Сяо Сяошао вырвала свой хвост из «злодейских» лап, фыркнула и безвольно свернулась калачиком у него на груди.
— Будь послушной, и я исполню любое твоё желание.
Ладонь погладила её по спине. Сяо Сяошао едва не вздрогнула. Она часто не понимала замысловатых мыслей Юаня Цзинъюя и находила его речи крайне раздражающими. Ей казалось, что у этого человека явные задатки безумца.
В последующие дни Юань Цзинъюй стал ещё заносчивее, но ни на минуту не выпускал Сяо Сяошао из виду, будто боялся, что она снова исчезнет.
Новость о внезапной кончине регента прокатилась по столице, как гром среди ясного неба. Событие было настолько неожиданным, что в это трудно было поверить. Министерство юстиции немедленно начало расследование, но ничего не обнаружило.
При дворе поднялась буря. Без главы фракция регента стремительно теряла влияние. Юань Цзинъюй воспользовался моментом и начал безжалостно вычищать сторонников своего дяди.
Разумеется, всё проходило не гладко. Юань Цзинъюй трудился день и ночь, и его лицо с каждым днём становилось всё более измождённым. Лишь когда дворцовые волнения улеглись, он наконец смог немного передохнуть.
Сяо Сяошао уже вернула человеческий облик. Фиолетовое платье придавало ей воздушность и отстранённость. Она спокойно смотрела на Юаня Цзинъюя, готового вот-вот взорваться, и повторила уже сказанное:
— Юань Цзинъюй, я ухожу.
— Ты забыла мои слова! — лицо императора потемнело до предела, уголки губ изогнулись в жестокой усмешке, а в глазах вспыхнула ярость.
— Я не хотела уходить тайком. Просто хочу извиниться. Когда мы встретимся вновь, скорее всего, окажемся по разные стороны баррикад.
— Ты не сможешь меня остановить.
Боясь затягивать, Сяо Сяошао быстро договорила всё, что хотела, слегка прикусила нижнюю губу — и в следующее мгновение фиолетовая вспышка озарила пространство. Мелькнула тень фиолетовой белки, и она исчезла с невероятной скоростью.
Юань Цзинъюй застыл на месте. Его кулаки сжались так сильно, что ногти впились в ладони, и на коже выступила алость крови.
Он холодно коснулся укуса на большом пальце — того самого, который нарочно не заживлял — и в глубине души закипел бурный поток тьмы.
Отлично! Сбежала!
Ну и что с того? Поймаю снова. На этот раз переломаю ноги и приковать цепью.
Лю Фуцюань поспешно вошёл в императорский кабинет. Увидев явно разгневанного государя, он сглотнул ком в горле и всё же решился заговорить:
— Ваше Величество, случилось несчастье!
— Что ещё? — ледяной взгляд Юаня Цзинъюя скользнул по нему. Император прикрыл глаза, глубоко вздохнул и спокойно вернулся к трону.
— Регент поднял мятеж на северо-западе! Его армия уже готова к наступлению!
Голос Лю Фуцюаня дрожал. Зрачки Юаня Цзинъюя резко сузились, но он лишь холодно уставился на докладчика:
— Регент умер. Откуда взяться регенту!
Едва он произнёс эти слова, как в кабинет доставили экстренное донесение. Юань Цзинъюй лично встал, чтобы принять его. Пробежав глазами содержимое, он не удержался от горькой усмешки.
— «Казнить Люй Хуэя! Очистить двор от злодеев!»
— Неужели Юань Чэньчжоу считает народ глупцами?!
Четвёртого числа четвёртого месяца, всего за три дня, северо-западная армия захватила Лянчжоу; двенадцатого числа — подавила восстание в Хэси; шестнадцатого — разгромила императорские войска и казнила генерала Чжэн Тяньлуна; двадцать третьего — взяла город Юнчжоу, после чего Сичжоу и Бинчжоу добровольно перешли на сторону мятежников; двадцать девятого — двадцатитысячная армия вступила на земли Цзинчжоу, продвигаясь стремительно, как буря.
Менее чем за месяц северо-западные войска прорвались вглубь империи, прямо к столице в Янчжоу.
При дворе началась паника. Юань Цзинъюй сидел на высоком троне, насмешливо и саркастически улыбаясь.
Армией мятежников командовал сам регент Юань Чэньчжоу. Каждое его решение было безупречно, каждая победа — безоговорочной. Его тактика — решительной и жестокой. Все военачальники прекрасно знали, насколько опасен этот человек. Те, кто раньше громко хвастался своими подвигами, теперь молчали, опустив головы.
— Если не оказать немедленную помощь, Цзинчжоу продержится не дольше двух недель. Как только падёт Чаньсинский перевал — последний рубеж обороны столицы — Янчжоу окажется совершенно беззащитным перед врагом! — Юань Цзинъюй с гневом сбросил все донесения на пол. — У вас ещё есть время спорить?! Лучше подумайте, как отразить нападение!
Его взгляд, острый, как лезвие, прошёл по замершим министрам, и в душе вновь закипела ярость.
— Министр Хэ, как вы считаете, что следует предпринять в сложившейся ситуации?
В зале воцарилась зловещая тишина. Юань Цзинъюй медленно перевёл взгляд на бритоголового военачальника — маркиза Хэ Ляна.
Хэ Лян вышел вперёд. Его массивная фигура источала грозную мощь:
— Ваше Величество, предлагаю объединить армии Юйчжоу, Цзичжоу и Юйчжоу, чтобы вернуть утраченные Бинчжоу и Сичжоу. Одновременно войска Ичжоу и Цзяочжоу должны окружить северо-западную армию. А основные императорские силы нанесут прямой удар. У мятежников всего двадцать тысяч солдат, а у нас — более миллиона. В этой войне нет повода для страха.
История знает немало примеров, когда меньшие силы побеждали большие. Но, видя уверенность маркиза, Юань Цзинъюй лишь слегка усмехнулся:
— Хорошо. Назначаю вас главнокомандующим. Во главе пятидесяти тысяч войск отправляйтесь на подавление мятежа.
Хотя армия империи насчитывала более миллиона солдат, реально подконтрольных Юаню Цзинъюю было лишь восемьдесят тысяч. Тридцать тысяч он оставил для обороны Чаньсинского перевала, а остальные пятьдесят — отдал маркизу Хэ без остатка.
Маркиз Хэ повёл пятьдесят тысяч солдат к Цзинчжоу. В это же время Юань Чэньчжоу, находившийся в Цзинчжоу, получил известие.
— Пятьдесят тысяч солдат… Даже если они уступают нашим в боеспособности, сражаться с численно превосходящим врагом будет нелегко.
— Нам нужно как можно скорее взять Цзинчжоу. Много продовольствия ушло на усмирение Хэси. Теперь у нас запасов хватит максимум на месяц.
— Губернатор Цзинчжоу Чжан Синь — человек неглупый. Жаль, что нам так и не удалось внедрить туда своих людей.
...
Юань Чэньчжоу слушал споры своих генералов и задумчиво молчал. Наконец он произнёс:
— Если сегодня не удастся прорваться, отправьте нескольких ловких людей в город. В этом мире всегда найдутся жадные.
— Ваше Высочество.
Едва он договорил, как в дверях появился Чэн Вэнь. В руках он держал пушистый комочек.
— Это… белка императора? — прищурился Юань Чэньчжоу, разглядывая необычного зверька. Фиолетовая шерсть была редкостью.
Чэн Вэнь кивнул с улыбкой:
— Похоже на неё. Очень сообразительная. Неизвестно, как добралась аж до Цзинчжоу.
Сяо Сяошао, увидев Юаня Чэньчжоу, сразу узнала его. Она тихонько пискнула и, как только Чэн Вэнь остановился, прыгнула к регенту.
— Пи-пи!
Она не собиралась превращаться при всех, поэтому просто пискнула пару раз и задела шейным ремешком маленький бамбуковый цилиндрик о стол.
— Бум-бум.
Глухой звук столкновения цилиндрика с деревом привлёк внимание Юаня Чэньчжоу. Особенно его заинтересовал зелёный оттенок, свисавший с шеи зверька.
— Что это? — удивлённо спросил он, глядя на белку.
Сяо Сяошао снова пискнула и передними лапками подтолкнула цилиндрик в его сторону.
— Это для меня?
Юань Чэньчжоу нахмурился, но любопытство взяло верх. Эта белка и вправду была необычайно умна. Хорошо, что он не отмахнулся от неё, когда та прыгнула к нему.
Он осторожно снял цилиндрик с шеи зверька и осмотрел. Затем аккуратно приоткрыл крышку и заглянул внутрь.
Цилиндрик был крошечным — всего треть ладони. Внутри виднелся свёрнутый лист бумаги.
Руки Юаня Чэньчжоу замерли. Он бросил взгляд на белку, которая с надеждой смотрела на него, и медленно извлёк содержимое.
Бумага оказалась невероятно тонкой. Свёрнутая, она занимала совсем немного места, но, развернувшись, превратилась в огромный лист.
Чёрные чернила глубоко впитались в бумагу. Сложенный, лист казался пятнистым месивом, но, полностью расправив его, Юань Чэньчжоу застыл в изумлении.
— Это…
Чэн Вэнь, стоявший ближе всех к столу, мельком взглянул и широко раскрыл глаза:
— Карта обороны Цзинчжоу, — тихо произнёс Юань Чэньчжоу, догадавшись, что хотел сказать Чэн Вэнь.
— Кто это прислал? — Чэн Вэнь невольно шагнул вперёд, пристально глядя на белку. В голове крутились тревожные мысли.
Сяо Сяошао мысленно закатила глаза, фыркнула и передними лапками ухватилась за рукав Юаня Чэньчжоу. Знакомый запах обволок её, и она нежно потерлась щёчкой о ткань.
Юань Чэньчжоу не мог не заметить этого жеста. В памяти всплыл порванный на свадьбе придворный наряд. Он машинально поднял пушистый комочек и начал осторожно гладить по шерстке, одновременно приказав генералам проверить подлинность карты.
Карта была украдена Сяо Сяошао из кабинета губернатора Цзинчжоу, так что подделка маловероятна. Но осторожность Юаня Чэньчжоу и его людей вполне объяснима. Сяо Сяошао фыркнула, потерлась ещё раз и спокойно закрыла глаза.
Она почти без сна добиралась сюда и устала как собака.
— Карта полная и подробная. Некоторые детали совпадают с данными наших шпионов. Скорее всего, подлинная, — сказал один из генералов спустя полчаса напряжённого изучения. — Но зачем кто-то присылает нам такой бесценный подарок?
В этом мире не бывает ничего даром, особенно такого, что может решить исход войны.
Какова же настоящая цель отправителя?
И почему он выбрал для передачи белку — любимца императора? Всё это выглядело крайне подозрительно.
http://bllate.org/book/1937/216195
Готово:
