Глава 11. Первое знакомство с Девятым отделом Госуправления по делам аномалий
Пройдя дальше через незаметную красную потайную дверь, скрытую в подвале под номером 301 по адресу: улица Луминцзе, дом 16, что у самого края дороги, можно было попасть на территорию стационарного пункта Девятого отдела Госуправления по делам аномалий. Здесь располагалась администрация тех, кого в нашем городе и его окрестностях называли необычными людьми — аномалами, чья природа отличалась от человеческой.
Вопреки представлениям тех, кто лишь недавно столкнулся с миром аномалий, царившие здесь порядок и чистота поражали воображение. Пространство было разделено на аккуратные рабочие зоны, а сновавшие туда-сюда люди с папками под мышкой шагали уверенно и целеустремленно. Окажись они сейчас на открывшейся совсем недавно и гремевшей на весь город центральной станции метрополитена, которую величали местным Ванфуцзином, они бы растворились в непрерывном людском потоке, не привлекая к себе ни капли подозрительного внимания.
Именно здесь и находился 135-й стационарный пункт Девятого отдела Госуправления по делам аномалий.
Сейчас я стоял в небольшой комнатке с табличкой 000 на двери — именно сюда должен был явиться каждый новичок, впервые прикоснувшийся к тайне аномалий в нашем городе или его окрестностях.
Внутри обнаружились красный письменный стол, настольный компьютер, а за столом сидела девушка-регистратор в строгом, безупречно сидящем черном костюме.
Если бы не знание о том, где я нахожусь и чем занимаюсь, можно было бы легко подумать, что перед нами офис какой-нибудь крупной корпорации, проводящей собеседование с соискателями.
— ФИО?
Девятиклассница… тьфу, девушка-регистратор вывела на мониторе рабочий интерфейс и, не поднимая головы, застучала по клавишам, монотонно задавая дежурные вопросы.
— Юнь Цзинмин.
В этот момент я уже не раздумывал ни о чем другом, решив просто представить, что устраиваюсь на работу в какую-то обычную контору «наверху».
— Имя вполне приличное. Возраст?
— Восемьдесят… Ой, нет, девятнадцать. Через несколько дней исполнится девятнадцать.
Девушка-регистратор подняла голову. Только сейчас я заметил, что на ней были крупные круглые очки, делавшие ее довольно симпатичной. С видимым недоверием она произнесла:
— Послушай-ка, я кручусь в Девятом отделе уже не первый год и повидала всякого. Меня не проведешь, так что даже не пытайся лгать. Самый молодой аномал, которого отправляли ко мне на регистрацию, разменял по меньшей мере восьмой или девятый десяток. Чтобы кто-то заявлялся сюда и утверждал, будто ему всего девятнадцать — с таким я сталкиваюсь впервые. Ты уверен, что тебе действительно девятнадцать, а не со старческим маразмом попутал собственные года? Или, может, в тебе до сих пор играет детство, и ты попросту не хочешь принимать свой истинный возраст, предпочитая нести всякую чушь, чтобы заморочить голову старшей сестре Сюй?
— Сестрица, уверяю вас, я действительно, по-настоящему девятнадцатилетний, — в голосе пробивалось горькое разоблачение, а вместе с ним пришло и глубокое осознание пропасти между мной и прочими «аномалами». Оставим всё прочее, но одна лишь разница в возрасте заставляла меня чувствовать себя неловко перед теми, кто видел в этой жизни гораздо больше моего.
— Правда? — брови девушки за круглыми стеклами сошлись на переносице. — Ты в самом деле девятнадцатилетний, а не сбрендил на старости лет от слабоумия? Послушай меня, старшая сестра плохого не посоветует: в преклонном возрасте и старческом маразме нет ничего постыдного, а вот перепутать при регистрации собственный возраст — это уже сущая беда. Установление подлинного возраста аномалов помогает Девятому отделу вести их упорядоченный учет. В прошлом году, между прочим, произошло сразу несколько случаев, когда телефонные мошенницы из числа молоденьких девчонок-людей обманом выманивали все сбережения у пожилых аномалов-лисиц. В самом жутком эпизоде столетняя бабуля-лисица чуть не осталась без гроша в кармане и была готова идти в зоопарк наниматься живой моделью-лисой, чтобы свести концы с концами. В конце концов за эту заварушку лично взялся Сяо Чжао из Девятого отдела и всё уладил...
— Ох, матушка вы моя дорогая, может, лицом я и старею быстрее положенного, но мне действительно, поистине через несколько дней стукнет девятнадцать!
Никогда бы не подумал, что из-за своей внешности — пусть она и стремительно скатывалась в сторону подозрительной физиономии, но всё же позволяла определить примерный возраст — меня заподозрят в обмане. Я чуть было не проболтался о том случае из предыдущих глав этой истории, когда мне пришлось переодеться в женское платье, после чего мой образ снискал горячее одобрение у читателей. И всё же рассказывать об этом девушке по имени Сюй я не стал.
Еще сильнее меня поразило то, что столетняя старуха-лисица едва не лишилась всего состояния из-за какой-то двадцатилетней девицы и была близка к тому, чтобы зарабатывать на жизнь в зоопарке. Мир людей с аномальными способностями, скрытый от глаз обывателей, поверг меня в глубокий шок. Куда катится этот мир? Неужели мораль деградировала, а человеческая суть окончательно исказилась? А ведь поговаривали, будто стоит лишь набраться опыта и повидать мир, как даже столетняя лиса научится крутить интриги...
— Ладно, — наконец оставила попытки выяснить мой точный возраст сестра Сюй и снова застучала по клавишам, бормоча себе под нос: — Раз сам товарищ начальник Хань лично распорядился тебя зарегистрировать, я внесу в базу всё, что ты скажешь...
Обладая острой восприимчивостью, я уловил эти слова из волнового коллапса числовых спектров, переданного «кровью». Однако раз она говорила так тихо, значит, не хотела, чтобы я услышал. Расспрашивать я не стал, но в душе галочку поставил. Меня, правда, слегка интриговало, почему этот «начальник Хань», о котором упомянула женщина, лично отдал приказ зарегистрировать меня именно здесь.
Когда подобные вещи всплывают наружу, полезно держать их на заметке — если вдруг что-то произойдет, будет проще сориентироваться на месте. Пусть во мне порой и не хватает серьезности, это вовсе не значит, что у меня за душой нет никакого плана и я не знаю, как себя вести с теми или иными людьми.
Дальнейшая процедура прошла как по маслу. Если бы не то небольшое недоразумение с возрастом, у меня и впрямь создалось бы впечатление, что я нахожусь в каком-нибудь обычном земном ведомстве, оформляющем прописку.
В завершение сестра Сюй попросила достать телефон, соединить его с компьютером через провод и скачать одно приложение — на этом ознакомительная регистрация подошла к концу.
Стоило мне завершить процедуру и свернуть за угол, как сестра Сюй, еще минуту назад спорившая из-за моих лет, тут же распечатала все регистрационные данные в виде бумажной таблицы и вложила её в синюю папку. Зажав папку подмышкой, она покинула небольшое помещение с табличкой 000, пересекла просторный зал с перегородками, прошла по ярко освещенному и безупречно чистому коридору вглубь здания и постучала в дверь одного из кабинетов этажом ниже, на которой значился номер «0».
Массивный письменный стол с компьютером, кресло на колесиках и несколько человек в самой разной одежде, стоявших перед столом — вот картина, представшая моим мысленным взором в этот момент.
— Товарищ начальник Хань, вот полные данные на человека, чью регистрацию вы поручили провести лично, — начальник оперативного отдела стационарного пункта 135 Сюй Сянъюэ положила папку на край стола.
— Хорошо, сестра Сюй, оставьте пока здесь, — ответила женщина, сидевшая в кресле и крутившая в пальцах простой карандаш. По манере одеваться она ничем не отличалась от генерального директора какой-нибудь крупной фирмы в деловом центре города. Названная Сюй Сянъюэ начальником Хань, нынешняя руководительница Девятого отдела Госуправления по делам аномалий Хань Сяоянь продолжала вертеть карандаш.
Сюй Сянъюэ оставила папку на столе и удалилась. Человек, ради регистрации которого сам начальник Хань отдал личное распоряжение, а затем потребовал положить досье ей на стол, обладал уровнем секретности, выходившим далеко за рамки полномочий начальника оперативного отдела рядового стационарного пункта.
Проводив ее взглядом, Хань Сяоянь отложила карандаш, открыла папку и, прищурившись, принялась изучать собранные сведения, параллельно делая пометки карандашом на полях. У нее была такая рабочая привычка: знакомясь с новым делом, она всегда записывала собственные соображения и выводы.
Закончив чтение, Хань Сяоянь закрыла папку и обратилась к собравшимся у ее стола коллегам в разномастных нарядах:
— Ознакомьтесь все.
Дождавшись, пока последний человек вернет папку, Хань Сяоянь откинулась на спинку кресла и прищурилась:
— Какие будут мнения?
— Судя по текущим материалам, всё выглядит стандартно и предсказуемо. Если отбросить происхождение, к нему вполне можно относиться как к обычному гражданину из числа аномалов, — скрестив руки на груди, произнес Линь Хуэй, начальник Управления по делам безопасности аномальных существ Девятого отдела (сокращенно — Управления по делам аномалий), одетый в строгий черный костюм, чьи пуговицы были застегнуты под самую горловину, несмотря на стоящую на улице жару.
— Относиться как к обычному гражданину? — скривив губы в усмешке, протянула женщина в длинном черном платье с аякс-бантом и ярко-алыми волосами. По специальному разрешению старейшины Госуправления ей было дозволено носить окрашенные волосы. Бывший руководитель Девятого отдела, а ныне специальный связной заграничной группы связи того же отдела Дунмэнь Юй прибыла из-за моря специально для участия в совещании. — Семейка этого паренька отправила к старику сразу трех старейшин с заявлением о готовности подчиняться правилам Госуправления. И вы действительно полагаете, что Девятый отдел способен относиться как к заурядному аномалу к родному сыну главного старейшины, который долгие годы был потерян на землях Китая, а теперь клан намерен бросить все силы на то, чтобы компенсировать ему разлуку?
— Мне плевать, чей он сын. Пока этот человек находится на территории Китая, он обязан подчиняться установленным правилам Госуправления, — возразил Линь Хуэй. — Если мы будем действовать строго по протоколу, никто не сможет предъявить нам претензий. К тому же, от таких избалованных мажоров больше пользы, если они сидят тихо, а не устраивают нашему Девятому отделу грандиозные скандалы, которые потом приходится расхлебывать...
— Вы правы, но поймите и мои чувства. По возрасту тогда я годилась в младшие лишь этим старикам, однако за прошедшее столетие бурных перемен в Китае я, некогда зеленая девчонка, превратилась в одну из немногих ветеранов Девятого отдел. И заслужила право покрасить волосы в угоду моде лишь потому, что разрешение подписал сам старик...
Дунмэнь Юй предалась воспоминаниям минувших дней:
— Бурные бури того столетия не только многому нас научили, но и четко показали, кто нам друг, а кто враг, как следует относиться к тем, кто искренне добр к нам, и как бороться с теми, кто замышляет недоброе. С чисто человеческой точки зрения, меня связывает крепкая дружба со многими старейшинами того клана, прошедшая проверку жизнью и смертью. И я бы хотела оказать младшему сыну их главного старейшины, оставленному в свое время на китайской земле, посильную поддержку, разумеется, не нарушая дисциплины и принципов...
Уголки губ Дунмэнь Юй дрогнули в фирменной лукавой улыбке:
— Мне вот другое любопытно. Судя по собранным данным, родной сын старейшины клана отщепенцев, потерянный много лет назад на территории Китая, оказался совершенно обычным человеком, лишенным каких-либо аномальных способностей. Это обстоятельство пробуждает во мне жгучее любопытство к прошлому того самого старейшины, о котором говорят, что в молодости она была писаной красавицей...
— Прямо как в истории самой Дунмэнь и того ученого мужа? — Хань Сяоянь открыла глаза и неожиданно для всех подшутила над старой знакомой. — Говорят, когда-то давно во время выполнения задания Дунмэнь довелось встретиться с почтенным старцем возрастом за восемьдесят. Тот схватил ее за руки и со слезами на глазах причитал, что не ожидал дожить до дня, когда вновь увидит ту самую первую любовь собственного отца, о которой с тех давних пор не было ни весточки. И по старшинству ему впору бы опуститься на колени и почтительно назвать ее наложницей дедушкиного сердца...
— Товарищ начальник Хань, неужели это правда? У старшей сестры Дунмэнь было такое прошлое? Вот это сенсация!
Ань Ли, следователь Управления № 0 Девятого отдела, выглядевшая и звучавшая как школьница-прогульщица в топике и джинсовой юбке, при этих словах широко распахнула глаза. Она уже мысленно предвкушала, как украсит эту потрясающую сплетню, услышанную от боевой подруги начальницы Хань, новыми подробностями и безответственно пустит слух гулять по рядам коллег из Управления № 0.
Услышав это, лицо старейшины Дунмэнь — точнее, ее молодое личико, на котором время словно не оставило следов — залилось краской.
— Кхм, маладой человек, то есть… Малышка Ань, у нас вообще-то рабочее время, попрошу соблюдать серьезность! Если не прекратишь баловаться, я выпишу тебе строгий выговор и отправлю к Южно-Китайскому морю — сидеть перед рыбами и кораллами и пересказывать им чужие тайны прошлого...
Однако угроза старейшины Дунмэнь отскочила от Ань Ли как горох от стены. Девчонка подскочила к Хань Сяоянь, вцепилась ей в руку и заискивающе заканючила:
— Начальник Хань, отдайте это дело мне! Малышка Ань гарантирует, что выполнит поручение в лучшем виде...
— Ладно-ладно, — махнула рукой утомленная уговорами начальница Девятого отдела, не выдерживая натиска девчонки. — Пусть этим занимаются Ань Ли и Линь Хуэй вдвоем. Уверена, их совместных талантов хватит, чтобы разобраться с вопросом как положено...
http://bllate.org/book/19300/1889017
Готово:
