Половина благовония...
Верно, из кармана одежды выпало и засияло божественным светом обгорелое подношение длиной с палец.
Сюй Юань с серьезным выражением лица сжал половину палочки в руке, он не знал ни ее свойств, ни предназначения...
Однако некий голос в глубине души нашептывал ему, что эта вещица невероятно важна.
Более того, в голове словно звучал еще один голос, настойчиво завлекавший его: Скорее зажги меня, стоит тебе лишь зажечь меня, и я исполню любое твое желание... Иди сюда...
Звуки нарастали, божественное сияние клубилось вокруг, взгляд Сюй Юаня постепенно затуманился. Его левая рука, словно чужая и совершенно неподвластная воле, судорожно вытянулась и вытащила из лужи черной крови серебряную ветрозащитную зажигалку.
Раздался звонкий щелчок, взметнулся синий язычок пламени, и обломок благовония тут же вспыхнул. Божественное сияние мгновенно взмыло ввысь, пронзая небо, и из столба света потянулась тонкая струйка сизого дыма, соединив землю и небеса в единую линию.
А труп Стервятника в углу двора начал меняться самым причудливым образом. Тело словно подверглось сильнейшему выветриванию: налитая плоть стремительно превращалась в белые кости, которые на глазах рассыпались в прах, оседая на землю серой пылью.
***
В этот момент на окраине трущоб на большой скорости мчался джип. Когда столб света взметнулся в небо, машина резко взвизгнула тормозами и замерла на месте.
Дверь с шумом распахнулась, и наружу высыпали пять человек в длинных черных мантиях. На груди каждого был вышит красивый, словно парящий дракон, иероглиф Питающий, а ниже шел ряд мелких знаков, судя по количеству — личные имена.
Среди пятерых было четверо мужчин и одна женщина: двухметровый громила, длинноволосый красавец, невысокий мужчина, тощий очкарик и девушка с конским хвостом.
Все пятеро смотрели на столб света с тяжелыми лицами, словно приближалось нечто ужасное.
Помолчав немного, четверо перевели взгляд на громилу и осведомились: — Каков наш дальнейший план, капитан?
Громила глядел на проступающие в столбе света санскритские письмена, и лицо его было мрачно. Он никак не ожидал, что Стервятник решится зажечь Благовоние Крови Богов.
Столько времени они вели облаву — и все труды пошли прахом!
Громила тяжело вздохнул и с безысходностью в голосе произнес: — Раз Благовоние Крови Богов уже горит, значит, Стервятник мертв. Как только санскритские знаки стабилизируют канал передачи, явится Бог Майтрея. Нашему отряду с ним не справиться, так что остается только доложить наверх! И одновременно с этим нужно эвакуировать людей...
— Есть, капитан! — очкарик вытащил черное устройство и принялся за работу.
— Докладываю: в Третьем районе Саньтан ожидается нисхождение Бога Майтрея. Серия три. Десять тысяч... то есть Город Шиличэн. Просим подкрепления, объявляем карантин.
— Есть, капитан!
Громила обвел подчиненных взглядом и бросил очкарику: — А Хао, ты не создан для боя, да и Вэйвэй только-только ступила на этот путь, ее божественная сила еще нестабильна. Отправляйся с ней и займитесь эвакуацией гражданских.
— Есть, капитан! — кивнул Ли Хао. Его способности больше тяготели к аналитике, так что в бою от него и впрямь было мало толку.
Цао Вэйвэй, новичок в команде, тоже не стала возражать и молча встала рядом с очкариком.
Громила повернулся к остальным двоим: — Чжансунь Ухэнь, А Ху, вы идете со мной блокировать Путь Передачи Божественного. Задержим нисхождение Бога Майтрея, чтобы выиграть время для А Хао и остальных.
— Есть, капитан! — отозвался низкорослый боец. Длинноволосый мужчина промолчал и лишь холодно кивнул.
Громила снова посмотрел на столб света, где письмена становились все гуще, и его лицо помрачнело еще сильнее.
Затем он кивнул товарищам, больше не колеблясь, провел ладонью по лезвию огромного тесака — на нем выступила кровь. Аугурация взметнулась изнутри, словно у него в груди взорвалась сверхновая; тело окутало золотое сияние. Оттолкнувшись ногами от земли, он расколол мостовую и взмыл в воздух на добрый десяток метров.
Длинноволосый и коротышка повторили его маневр: окропив оружие кровью, они высвободили жуткую ауру и помчались следом.
Девушка с хвостом проводила взглядом прыгающих товарищей, и в ее глазах мелькнула зависть: — Когда же я стану такой же сильной, как капитан и остальные? Стоит чуть оттолкнуться — и уже летишь на десять метров...
Ли Хао поправил очки и сурово произнес: — Лучше и не мечтай сравняться с капитаном. Если этот день все же настанет... возможно, тебе уже не захочется быть сильной...
Пойдем, поживем эвакуацией людей, капитану и остальным долго не продержаться...
С этими словами Ли Хао зашагал по направлению к трущобам.
Девушка последовала за ним, недоуменно бросив: — Почему? Разве не лучше быть как можно сильнее?
В этом мире сила — не всегда благо. В нашем кругу действует правило: чем больше твои способности, тем тяжелее ноша. А для нас, Питающих Богов, чем тяжелее ноша, тем быстрее смерть...
— Почему?
— Потому что мы в буквальном смысле скармливаем себя богам. Чем чаще используешь силу, тем сильнее пробуждается запечатанная божественная сущность, и в конце концов ты неизбежно превращаешься в простой расходный материал для высших сил... Если только...
— Если только что?
— Если однажды ты не сольешься с божественной сущностью целиком — тогда ограничения падут...
Потому что в таком случае ты сам станешь богом... Правда, останутся кое-какие побочные эффекты...
***
Потому что... только бог способен убить бога!
Две фигуры постепенно растворились в сумерках переулка, и их голоса окончательно затихли.
***
Сюй Юань чувствовал себя совершенно потерянным. В его взгляде помимо растерянности плескался страх перед неизведанным; тело оцепенело, он не смел сделать ни единого движения.
Он понятия не имел, как очутился в этом странном пространстве. Вокруг простиралась непроглядная тьма, и лишь пятачок земли в три фута ширине, на котором он стоял, был залит светом.
В пределах этих трех футов возвышалась статуя. Расстояние между человеком и каменным изваянием составляло ровно в один кулак.
Больше всего Сюй Юаня пугало то, что при столь близком знакомстве он совершенно не мог разглядеть лица статуи.
С первого взгляда казалось, будто она скрыта в тумане, преисполнена иллюзий и не принадлежит миру смертных...
Со второго взгляда перед ним открывался бескрайний океан трупов: восьмикрылый мужчина преклонял колена, а гигантские чудовища длиной в десятки тысяч метров повергались ниц...
С третьего взгляда он увидел самого себя — парящим над звездным небом, взмахом руки рассекающим небеса мечом. А в небе... виднелся огромный глаз...
Увиденное заставило Сюй Юаня буквально окаменеть. Он решил, что столкнулся с легендарной чертовщиной, способной осквернять самую душу.
Поэтому он боялся пошевелиться и даже сдерживал дыхание, опасаясь привлечь внимание жуткой статуи.
Однако шли минуты, а изваяние все так же молчаливо стояло рядом.
У Сюй Юаня начали сводить мышцы. От неприятной ломоты отчаянно хотелось топнуть ногой или наклониться и помассировать затекшие места, но он не смел: ему казалось, что стоит хоть калыхнуться и задеть статую, как тут же случится нечто ужасное.
Но против воли не пойдешь: судорога в ногах лишила его равновесия, и тело непроизвольно качнулось вперед.
Гул!
В тот миг, когда человек соприкоснулся со статуей, черное пространство разлетелось на куски, словно разбитое стекло. Из земли взметнулась укутанная туманом Небесная Лестница, уходящая прямо в небосвод, источая древнюю и величественную ауру.
***
Бах!
Раздался треск раскалывающегося асфальта: троица громилы неслась вперед на предельной скорости и вскоре приблизилась к столбу света.
Когда они прибыли на место, столб уже густо покрылся санскритскими письменами, а вокруг разносилось эхо торжественного, наполненного смертоносной силой шепота божеств.
Внезапно длинноволосый воскликнул: — Капитан, внутри Пути Передачи Божественного кто-то есть...
Громила помрачнел, вгляделся внимательнее и холодно бросил: — Смотрите, у основания столба света осталась лужа божественного пепла — судя по всему, это все, что осталось от Стервятника. Можно с уверенностью сказать, что он мертв.
А Благовоние Крови Богов, должно быть, зажег тот, кто находится внутри столба, использовав Стервятника в качестве жертвы.
Хе-хе, а я-то гадал, с чего это Стервятник вдруг рванул в эту сторону! Оказывается, здесь его ждали подельники! Только он никак не ожидал, что сам послужит жертвой для призыва бога, — ухмыльнулся невысокий Ван Ху, стоявший рядом.
Громила покачал головой: — Еще не факт, что это сообщник. А что, если это обычный нищий из трущоб?
Чжансунь Ухэнь холодно бросил: — Лучше убить невиновного, чем упустить врага. Все, что связано с богами, должно умереть.
— Эй... полегче! — возмутился коротышка Ван Ху. — Мы сами получили силы лишь потому, что оросили себя божественной кровью, и это напрямую связывает нас с божествами. Ты что, и нас собрался прикончить?
Чжансунь Ухэнь бросил на него леденящий взгляд, и его меч мгновенно вылетел из ножен.
— Отставить! — громила сердито зыркнул на них и процедил: — За работу.
С этими словами он подхватил свой тяжелый тесак, взмыл в воздух и с ошеломляющей мощью обрушил на Путь Передачи Божественного первый удар...
http://bllate.org/book/19274/1887981
Готово:
