Наступила ночь.
Фан Юй, которого изначально ещё кто-то сопровождал, в этот момент остался совсем один. Неподалёку тлел лотос Чэнь Юйчжи, но Фан Юй не понимал, что происходит, поэтому не стал ничего предпринимать.
Юэ Ин по-прежнему хранила молчание.
— В животе чувствуется такая пустота. С Пилюлей Багу есть не нужно, но к пустоте в желудке всё-таки как-то непривычно.
Фан Юй лежал на земле, глядя на усыпанное звёздами небо, и гладил себя по животу, ощущая странный дискомфорт.
— Пожалуй, лучше займусь культивацией.
Когда культивация завершится и он лучше во всём разберётся, тогда и свяжется со своим горе-наставником.
Теперь, поразмыслив над всем, Фан Юй пришёл к выводу, что среди всех этот горе-наставник всё же был самым надёжным, к тому же он лучше разбирался в Формуле Великой Сны Древности и Современности.
Закрыв глаза, он заснул за три секунды.
Открыв глаза, Фан Юй, как и ожидалось, оказался в море розовых цветов. Никакой неожиданности.
Он перевёл взгляд на цветочные заросли.
Неподалёку в море цветов то появлялась, то исчезала маленькая головка. При этом до него доносились урывками детские хихиканье и смех.
Девочка была всё той же. Фан Юй улыбнулся и, прикинув траекторию её перемещения, тихонько передвинулся. Затем, приняв удобную позу точно так же, как в прошлый раз, он затаился в ожидании её появления.
Юэ Ин перед этим ничего ему не объяснила, поэтому Фан Юй был только рад притвориться, будто ничего не знает.
При этой мысли на лице Фан Юя невольно появилась улыбка. Заметив, что девочка приближается, он поспешно зарылся в цветы, задрал зад кверху и растрепал волосы, чтобы закрыть ими лицо.
Девочка прыгала и скакала, находя всё вокруг милым и забавным. Она то тут, то там рассматривала цветы, листья и муравьёв на земле.
В поле зрения внезапно возник какой-то чёрный предмет. Девочке стало любопытно, и она подбежала ближе, но стоило ей приблизиться, как чёрная штуковина резко подпрыгнула и издала странный звук.
— У-у-у…
— Ай!
Девочка испуганно всхлипнула, а её круглые глазки мгновенно затуманились влагой.
— Не плачь, не плачь, я просто шучу.
Фан Юй откинул волосы в сторону и, заметив, что девочка собирается заплакать, поспешно поклонился и извинился.
— Злюка, чёрная бяка.
Девочка закусила губу и легонько заколотила крошечными кулачками по голени Фан Юя.
— Злюка, чёрная бяка.
Поняв, что от ударов толку нет, девочка зачерпнула пригоршню земли и бросила её в ногу Фан Юю, потом ещё одну и ещё.
— Ладно-ладно, прости.
Фан Юй подхватил девочку на руки. Сначала она заупрямилась и попыталась укусить его за ладонь, но, широко раскрыв рот, тут же брезгливо скривилась и в конце концов так и не укусила.
— Злюка, чёрная бяка.
Маленькие ножки девочки беспомощно дрыгали в воздухе, но в следующий миг её внимание привлекло новое зрелище.
— Как красиво! Повыше, ещё повыше!
Громко крича, девочка замахала руками, требуя, чтобы Фан Юй поднял её ещё выше.
Фан Юй без лишних слов усадил её себе на плечи, и девочка, ухватившись ручонками за его волосы, вполне устойчиво устроилась наверху.
— Беги, беги, чёрная бяка, беги быстрее! Какой приятный ветерок.
Девочка теребила волосы Фан Юя, то дёргая, то хлопая по ним ладошками, и продолжала топать ногами.
— Хорошо-хорошо.
Фан Юй позволил девочке усесться ему на шею и побежал.
— У-у! Ха-а!
Сидя на шее у Фан Юя и зажав в каждой руке по пучку волос, девочка стоило ей захотеть повернуть в сторону, тут же тянула за соответствующую прядь.
— Ну как, достаточно быстро, Юэ Ин?
Пробежав некоторое расстояние, Фан Юй снял Юэ Ин со своей шеи и опустил на землю.
— А? Чёрная бяка, откуда ты знаешь моё имя?
Юэ Ин потрогала две маленькие шишечки-бублика, в которые были заплетены её волосы, и с любопытством уставилась на Фан Юя.
— Разве я тебе говорил? — Маленькое личико Юэ Ин выражало полное недоумение.
— Разве ты забыла? В прошлый раз мы тоже были здесь.
На сердце у Фан Юя стало тяжело.
У него возникло нехорошее предчувствие.
— Нет же, здесь всегда была только одна маленькая Юэ Ин. Раньше я как-то не обращала на это внимания, но после того, как появилась чёрная бяка, мне стало так весело и радостно!
— Но потом маленькая Юэ Ин останется совсем одна. Чёрная бяка, давай ты не уйдёшь, а?
Глядя на детское личико малышки Юэ Ин, Фан Юй вспомнил ту старую Юэ Ин, которая любила являть перед ним свой облик полудемона.
— Хорошо, я не уйду.
Успокаивая маленькую Юэ Ин, Фан Юй чувствовал некоторую растерянность.
— В Формуле Великой Сны Древности и Современности практика делится на четыре этапа: вхождение в сон, выход из сна, пробуждение и осознание. Но раз это место — вовсе не мой сон, значит, сама основа изначально неверна. Будет ли дальнейший путь правильным и безопасным?
— К тому же, согласно Формуле Великой Сны Древности и Современности, после вхождения в сон необходимо пройти три стадии: прояснение разума, сгущение формы и копирование. Только тогда можно обрести ясность рассудка и цельное тело, ничем не отличающееся от реальности, как это произошло со мной.
При этой мыслью Фан Юй взглянул на собственные руки, и всё вокруг показалось ему невероятным бредом.
Боль, эмоции, дыхание, сердцебиение — ничто из этого не казалось иллюзией.
Фан Юй поднял Юэ Ин перед собой, внимательно разглядывая эту красивую малышку.
Никакой размытости, всё было до крайности чётким. В её утонченных чертах лица едва угадывались будущие взрослые черты, только сейчас её глаза были куда чище, словно прозрачная до самого дна родниковая вода, а не те прекрасные взрослые глаза, в которых таилось столько неведомых тайн, притягательных, но непостижимых.
— Ты нагляделся? Я хочу кататься повыше!
Фан Юй слишком долго витал в облаках, и маленькая Юэ Ин начала раздражаться от того, что её так долго держали на весу.
— Ладно-ладно, кататься повыше.
Фан Юй усадил её себе на шею, и в тот же миг раздался заливистый смех — хотя он так и не понял, что именно в этом было столь радостным.
Сколько ни размышляй, а без практики и опыта всё это пустые разговоры. Фан Юй не верил в необратимость пути культивации, он больше верил в то, что у будущего есть бесконечные возможности.
— Юэ Ин устала? Не хочешь слезть и отдохнуть?
— Нет, туда, чёрная бяка! Туда-туда!
Голос маленькой Юэ Ин звучал нетерпеливо, и она принялась отчаянно пинать Фан Юя ногами.
Похоже, она вовсе не устала. Фан Юй тяжело вздохнул, но, видя, как сильно она веселится, не смог отказать и пошёл в указанном ею направлении.
Пройдя немного, Фан Юй заметил, что на этот раз всё выглядит несколько иначе.
Раньше Юэ Ин всегда таскала Фан Юя играть среди цветочных зарослей, но теперь она безостановочно указывала куда-то за их пределы.
Сразу за бескрайним морем розовых цветов лежала цепь тёмно-зелёных гор.
Между ними пролегала словно невидимая граница, чётко разделявшая эти два мира.
Раньше Фан Юй любопытствовал, но не придавал этому особого значения — в конце концов, это всего лишь сон, он не может быть бесконечным. Те горы казались величественными, но размытыми, различимыми лишь в общих чертах.
Однако по мере того, как Фан Юй приближался, горы не становились более размытыми, а, напротив, проступали всё чётче.
— Где это мы? Юэ Ин, ты знаешь?
Тёмно-зелёные горы поражали своей грандиозностью и величественностью, а деревья были донельзя чёрными — скорее даже не тёмно-зелёными, а чернеющими от зелени.
— Не знаю. Мне просто очень страшно.
Юэ Ин робко сидела на шее у Фан Юя, вцепившись ручонками в его лицо, словно собираясь слезть.
Фан Юй прижал Юэ Ин к груди и почувствовал, как её тело подрагивает.
— Тогда давай вернёмся.
Поведение Юэ Ин казалось Фан Юю странным, а глядя на эти жуткие горы, он и сам начал тревожиться.
— Нет, там нужно кое-что забрать. Обязательно нужно!
В голосе Юэ Ин послышались нотки плача, но она упрямо отказывалась уходить, вызывая у Фан Юя жалость.
— Что именно? Я пойду и принесу это для тебя, а ты пока вернись в цветочные поля, ладно?
Фан Юй мягко похлопал Юэ Ин по спине и посмотрел в ту сторону, куда она указывала.
Там стоял высохший ствол огромного дерева. Его исполинские сучья словно о чём-то безмолвно вещали, а середина была насквозь источена червями, оставив лишь тонкую кору. Изломы коры странным образом складывались в очертания человеческого лица.
Эта жуткая картина... И хотя он твердил себе, что это всего лишь сон, успокоить сердце это не помогло — Фан Юй ощутил, как его дыхание участилось.
Частый стук сердца заставил его ещё сильнее усомниться: а сон ли это на самом деле?
— Нет, пойдём вместе!
Юэ Ин вцепилась в Фан Юя с ещё большей силой, и её тело затряслось сильнее.
— Идём!
Видя, что Фан Юй всё ещё колеблется, Юэ Ин заплакала и закричала, а из её глаз брызнули слёзы.
Фан Юй стиснул зубы, сделал шаг вперёд и побежал к дуплу.
По мере приближения Юэ Ин в его объятиях замолкла. Ветер становился всё сильнее, небо чернело на глазах, словно разгневанные небеса.
Но дупло всё ещё оставалось далеко, а страх в сердцах Фан Юя и Юэ Ин продолжал нарастать.
Каждый шаг — каждый сделанный Фан Юем шаг заставлял ветер бушевать сильнее, а ночь — становиться чернее.
Плач и крики Юэ Ин уже стихли, Фан Юй больше не чувствовал собственных конечностей — он ощущал лишь то, что Юэ Ин всё ещё рядом.
В этот момент он, казалось, продолжал двигаться вперёд, но уже не чувствовал своих движений. Он знал, что движется, но тело... тело, похоже, исчезло. Осталось лишь одно сознание, одна воля, продолжавшая идти вперёд.
Внезапно небо окончательно погрузилось во мклу.
Огромные горные хребты задрожали, сплошные массивы деревьев рушились на землю, а катившиеся вниз валуны походили на горные реки. Спящий гигант пробудился.
— Нет! — взревел Фан Юй, и на мгновение весь мир словно замер.
В его сознании Юэ Ин исчезла.
— Остановись! Вернись!
Глас, донёсшийся с небес, был оглушительным.
Никаких гор, никаких валунов — этот мир перестал существовать. Остался лишь этот первозданный, вечный голос.
Фан Юй удивился тому, что всё ещё сохраняет сознание, но это удивление длилось лишь миг.
Потому что за это кратчайшее мгновение мир окончательно рухнул.
Сон рассеялся.
http://bllate.org/book/19234/1887160
Готово:
