Ли Чжэнь, увидев это, помрачнел и холодно произнес:
— Чего же ты стоишь? Живо извинись перед молодым господином Су!
— Что?!
Ли Чэнхэ словно громом поразило. Он недоверчиво уставился на второго дядю, не веря своим ушам. Его избили, а теперь требуют, чтобы он просил прощения у Су Чэ?
Члены клана Су и вовсе застыли, разинув рты. Они не могли поверить в происходящее. Это было уже не просто вежливостью — Резиденция градоправителя открыто ставила Су Чэ на небывало высокую ступень! Они с опаской и любопытством косились на него, отчаянно желая узнать, кто же он такой на самом деле.
— Ты еще здесь? — Ли Чжэнь нахмурился, его брови сошлись на переносице, образуя складку, похожую на иероглиф «чуань». Он был крайне раздосадован бестолковостью племянника. Человека, на которого положил глаз Маркиз Цзяньлин, Резиденция градоправителя не смела обижать, иначе ждала бы беда.
— Ранее я был опрометчив, прошу прощения, — Ли Чэнхэ вздрогнул, подавил гнев и отвесил поклон.
— Уходим, — Су Чэ не пожелал тратить на него лишний взгляд и, дав пару наставлений Су Ле, развернулся.
— Ха-ха, прошу сюда! — Ли Чжэнь рассмеялся и увел Су Чэ вместе с ранеными охранниками и Ли Чэнхэ.
Как только они скрылись, в Павильоне Ясюань поднялся невообразимый шум. Члены клана Су, ошеломленные увиденным, принялись гадать, что же связывает Су Чэ с Резиденцией градоправителя. И то ли осознанно, то ли подсознательно, многие начали сторониться Су Чэ. Тот стоял с лицом, темнее тучи, терзаемый яростью и сожалением. Напротив, вокруг Су Ле собралась толпа, наперебой расспрашивающая о Су Чэ. Такая разница в отношении к ним смущала Су Ле.
Вскоре в павильон поспешно вошел мужчина средних лет — отец Су Инъин, Су Юньхай. Узнав о случившемся, он помрачнел.
— Об этом деле никому ни слова! — холодно приказал он, обводя взглядом собравшихся. — Кто проболтается — будет изгнан из клана!
Члены клана, опешив, лишь молча кивнули.
— Яньчэнь, вернись и передай отцу, чтобы зашел ко мне в кабинет сегодня вечером, — тихо сказал Су Юньхай, подойдя к Су Яньчэню.
— Что случилось, дядя Хай? — недоумевал тот.
— В клане Су грядут перемены, — спокойно ответил Су Юньхай. Седьмой, восьмой и девятый старейшины всегда придерживались нейтралитета, но теперь все изменилось.
***
Тем временем в Резиденции градоправителя: мостики, ручьи, павильоны и благоухающие цветы создавали атмосферу утонченного покоя. Ли Чжэнь привел Су Чэ в одну из беседок. Почтительно поклонившись сидевшему там старцу, он встал снаружи, словно верный страж, не шелохнувшись. В Городе Цинъюнь никто, кроме второго человека в Резиденции, не удостоился бы такой чести.
Су Чэ поднял глаза и увидел старца, который неспешно попивал чай, улыбаясь уголками губ. Напротив него сидела женщина под вуалью, а сам градоправитель Ли Цзюнь стоял рядом, не имея даже права присесть.
— Не ожидал, что мы встретимся так скоро, молодой господин Су. Присаживайтесь, — Маркиз Цзяньлин погладил бороду и указал на табурет.
Су Чэ без лишних церемоний сел.
— Зачем звали? — прямо спросил он.
— Слышали ли вы когда-нибудь о Маркизе Цзяньлине? — усмехнулся старец.
— Один из тридцати восьми маркизов Великой Ся, — Су Чэ прищурился.
— Это я, — Маркиз Цзяньлин улыбнулся.
Женщина под вуалью перевела взгляд на Су Чэ. Вернувшись в Город Цинъюнь, они разузнали о нем всё. Ни Маркиз, ни градоправитель, ни она сама не ожидали, что Су Чэ — всего лишь изгой клана Су, чью Святую Кость вырвал сам Наследный принц Ся. Она испытывала к нему жалость, но понимала: этот юноша, владеющий искусством алхимии, вовсе не так прост, как о нем говорят. Клан Су явно совершил ошибку, отвергнув его.
— Говорите прямо, Маркиз, — равнодушно произнес Су Чэ.
— Моему поместью нужен алхимик-гость. Не окажете ли вы нам честь? — с надеждой спросил Маркиз. Он сожалел о потере Святой Кости — в Великой Ся было общепризнано, что Су Чэ никогда не достигнет Стадии Одухотворения. Но с его алхимическими навыками он мог занять достойное место в империи.
— Юноша из клана Су, это великая удача, — добавил градоправитель Ли Цзюнь с ноткой зависти. — Под покровительством Маркиза в Городе Цинъюнь никто не посмеет вас тронуть: ни клан Су, ни клан Цзи, даже Граф Вэньюань не осмелится перечить.
— В вашем положении выбора нет, — добавила женщина под вуалью с присущей ей гордостью. — Пойдемте с нами, и мы обеспечим вам безбедную жизнь до конца ваших дней.
— Наследный принц Ся жаждет моей смерти. Маркиз не боится? — удивился Су Чэ. Принять его означало пойти против принца. Неужели влияние маркиза настолько велико?
— Пока он не взошел на трон, он лишь принц. Чего бояться? — невозмутимо ответил Маркиз.
— Боюсь, разочарую вас, Маркиз. Пока я не разберусь с кланами в Городе Цинъюнь, я никуда не уйду, — отказался Су Чэ.
После этих слов Маркиз прищурился, градоправитель застыл в изумлении, а женщина под вуалью вовсе не могла поверить своим ушам. Он собирается уничтожить Графа Вэньюаня и клан Цзи?! Человек без Святой Кости, неспособный прорваться на Стадию Одухотворения, хочет совершить такое? Градоправитель разочарованно покачал головой: слишком молод и импульсивен, не желает смотреть правде в глаза.
— Что ж, я задержусь в городе на некоторое время. Посмотрю, на что вы способны, — улыбнулся Маркиз. — Если понадобится, я могу оказать небольшую услугу.
— Благодарю за предложение, но я справлюсь сам, — Су Чэ покачал головой. В его глазах блеснуло убийственное намерение: он лично отправит Графа Вэньюаня и клан Цзи в преисподнюю.
— Тогда буду ждать. Вот мой жетон — в критический момент он может пригодиться, — Маркиз протянул пластину из редкого материала. Су Чэ, не ломая комедию, принял её. Он был поражен богатством Маркиза: даже жетон был сделан из материала, пригодного для создания Одухотворенного артефакта.
— В таком случае я откланяюсь. Когда закончу дела в Городе Цинъюнь, я навещу вас, — Су Чэ поднялся и поклонился.
— Здесь сто духовных монет. Мой сын был избалован, не держите зла, — Ли Цзюнь с явным сожалением протянул небольшой мешочек. Это был способ загладить вину и проявить дружелюбие. Су Чэ хоть и отказался от места гостя, но связь с Маркизом сохранялась.
— Благодарю, — Су Чэ кивнул и ушел.
— Отец, хоть он и хорош в алхимии, но слишком высокомерен, — заметила женщина под вуалью. — Пытаться уничтожить клан Цзи и Графа Вэньюаня, будучи лишь на Стадии Восьми Меридианов — безумие. Такие долго не живут, зачем было проявлять милость?
— Если он не уничтожит их, они уничтожат его. Если я спасу его в критический момент, он сам придет в мое поместье. Это ценнее любых подачек, да и его прошлое не так просто, как кажется, — улыбнулся Маркиз, уверенный в своей прозорливости.
— Маркиз мудр, — восхищенно склонил голову градоправитель.
— Посмотрим. Когда его сестра будет выходить замуж, мы вмешаемся и спасем его. Юноше полезно столкнуться с трудностями, — Маркиз погладил бороду.
А Су Чэ тем временем вернулся в свою комнату, готовясь к созданию пилюль.
http://bllate.org/book/19206/1885833
Готово:
