Ван Я не надеялась, что полиция сможет выследить Бабку-призрака, однако этим людям потребовалось всего лишь вечер и утро, чтобы расколоть два десятка задержанных хулиганов, у которых были переломаны то руки, то ноги, то плечи. Хотя молодчики в один голос твердили, что устроили погром на стройке из-за личного конфликта с Боссом Хуаном, полиции все же удалось выяснить, кто стоял за их спинами. Но кто именно был заказчиком, дядя Ли сказал не разглашать — мол, доказательств недостаточно.
После того как полицейские закончили составлять протокол, Лао Тан опознал преступников по фотороботам, Босс Хуан тоже взглянул на снимки, а затем дядя Ли отвел его в сторону и долго о чем-то шептался. В конце концов Босс Хуан предельно вежливо проводил дядю Ли до выхода, и тот на прощание рассыпался в благодарностях.
Если бы Босс Хуан благодарил дядю Ли, Ван Я не удивилась бы ни капли. Но почему дядя Ли расшаркивается перед Боссом Хуаном? Какие еще темные дела здесь замешаны?
Проводив гостя, Босс Хуан вернулся и отвел Лао Тана в дальний угол, где они долго шушукались, при этом то и дело с опаской поглядывая на Ван Я. Это показалось ей крайне подозрительным. Когда они закончили и сели перед ней, она прямо спросила:
— Есть что-то, чего мне знать не положено?
Лао Тан усмехнулся:
— Нет ничего, что тебе нельзя знать. Просто мой старый приятель знает, что у тебя крутой нрав, и немного тебя побаивается, вот и попросил меня ввести тебя в курс дела.
— Хорошо, говори, — кивнула Ван Я.
— Вчерашние хулиганы, конечно, те еще отморозки, но это лишь мелкая рыбешка, пушечное мясо. Главное — это Бабка-призрак, верно?
Ван Я про себя отметила: значит, все-таки Бабка-призрак. Она не стала перебивать, лишь коротко хмыкнула, ожидая продолжения.
Лао Тан задумался, его лицо стало серьезным:
— Ван Я, вчера вечером нас атаковали три группы. Первая — хулиганы, вторая — трое наемных убийц, а третья — те, с кем мы схлестнулись позже.
Ван Я кивнула. Это она знала.
— Скажу так: человек, изображенный на фотороботе, который принес сегодня замначальника Ли, известен как Гуйцзы. В наших краях он прославился тем, что держит призраков, и у него есть определенные связи. Сам понимаешь, некоторые богатеи процветают благодаря духам, поэтому с Гуйцзы они водятся тесно. Тот, кто нанял хулиганов, дружит с ним. Гуйцзы попросил его помочь, и тот не отказал. Он тоже бизнесмен, но с хорошими связями в верхах. Сегодня чуть свет его родные уже были у замначальника Ли, умоляли замять дело, боясь, что мы начнем давить на него. Моему приятелю, который здесь ведет дела, не с руки портить отношения с людьми, да и просьба замначальника Ли… Пришлось ему кивнуть. Честно говоря, он сам не в восторге. У него дочка А Ци — единственная отрада, вчера чуть жизни не лишилась, он сам в ярости. Но когда у тебя здесь такие активы, многие вещи решать непросто.
Ван Я поняла: они хотят замять дело с мелкой сошкой, а возможно, и с тем, кто их организовал. Она спросила:
— Значит, тот, кто помогал Гуйцзы, после того как мы дали отпор, просто сдал его? Он не боится, что Гуйцзы придет за ним?
— Бизнес — это бизнес, а дела духов — это другое, — ответил Лао Тан. — Он не то чтобы сдал Гуйцзы, скорее, решил спасти свою шкуру и вовремя выйти из игры. Мы ведь тоже не из робкого десятка, верно?
Ван Я слегка кивнула.
— Ты знаешь, кто такой Гуйцзы? — спросил Лао Тан.
— Ты же сказал, что он призраков разводит, — усмехнулась Ван Я и добавила серьезно: — Лучше расскажи, какая связь между ним и Бабкой-призраком.
— Места здесь не такие уж большие, людей в нашем ремесле мало, а тех, кто способен вырастить Призраков Ракшаса Пяти Стихий, и того меньше. Если я не ошибаюсь, он — потомок Бабки-призрака.
Ван Я фыркнула:
— Значит, Бабка-призрак нашла потомка, чтобы тот помог ей отомстить? Раньше она не догадалась перенести могилу, а теперь явилась сводить счеты?
Лао Тан многозначительно посмотрел на нее:
— Ты так считаешь?
Ван Я не ответила, а спросила в ответ:
— А что думаешь ты?
Лао Тан спокойно посмотрел на нее:
— Ван Я, ты умная девушка.
— Я довольно глупая, — искренне ответила она. В этот момент она мельком взглянула на Чжэнъянься и Чжан Циншуй, которые пили чай у окна. Сегодня было солнечно, яркий свет падал на них, создавая приятную картину. Обе девушки были хороши собой, чувствовалась порода, природная грация, не то что она — девчонка из деревни, грубоватая и прямолинейная. Было ясно, что Чжан Циншуй и Хуан Ци из одного круга, а она сама — совсем из другого мира. Внезапно Ван Я вспомнила детство: одноклассницы о чем-то шушукались, она подошла, но на нее посмотрели с таким выражением, будто она чужая, и все отвернулись. Она спросила, чему они так радуются, и все просто разошлись. Честно говоря, было обидно, но за столько лет она привыкла. Привыкла быть одна, привыкла в одиночку встречать любые невзгоды.
Заметив, что Лао Тан проследил за ее взглядом, она снова посмотрела на него и замолчала. Играть в гляделки было бессмысленно.
— Полагаю, ты считаешь, что это как-то связано с тем, что я получила наследие клана Фэн из Чжунъинь? — наконец спросила она.
Лао Тан кивнул:
— Тема деликатная, пока ты не заговорила, я не решался. Раз уж ты сама подняла вопрос, значит, доверяешь мне. Скажу прямо: если бы они хотели просто отомстить за осквернение могилы, это было бы легко уладить. Но проблема в том, что Бабка-призрак прознала про твое наследие. Ван Я, скажу честно: меня самого это наследие искушает, но смогу ли я его получить — совсем другой вопрос.
Ван Я рассмеялась:
— Я умею только ловить призраков, это все, чему я обучена. Что в этом такого ценного, чтобы столько людей охотилось за мной? Что такого было у клана Фэн, что их стерли с лица земли?
— Ты не знаешь? — удивился Лао Тан.
— Я не из клана Фэн, откуда мне знать! Даже то, что я умею, я переняла у старого даоса, который умирал на обочине дороги в шестидесятом году. Бабушка была грамотной, а я в детстве часто плакала по ночам, и она решила, что меня сглазили. Она училась по той книге, и чем больше практиковалась, тем полезнее это казалось, а потом научила меня.
— Что еще было у того даоса?
— Только книга, несколько старых медных монет и этот колокольчик для ловли духов.
— И больше ничего?
Ван Я развела руками:
— Бабушка больше ничего не говорила, и я никогда не видела у нас других вещей.
Лао Тан вдруг осекся, смущенно кашлянул:
— Извини, я слишком любопытен.
— Ничего страшного, это не секрет, — ответила она и снова спросила: — Так что же такого в клане Фэн, что всем не дает покоя?
— Клан Фэн из Чжунъинь имел тысячелетнюю историю, у них было много секретов, но причиной гибели стал свиток.
— Свиток?
— Да, Свиток Инь-Ян. Клан Фэн стоял на границе Бардо, ступая одной ногой в мир живых, другой — в мир мертвых, и все это благодаря Свитку Инь-Ян.
— Как он выглядит?
Лао Тан усмехнулся:
— Откуда мне знать? Я его в глаза не видел.
— Значит, та старая карга охотится за мной из-за него? — Ван Я почувствовала себя обманутой. — В фильмах про боевые искусства герои, у которых есть секретные манускрипты, постоянно в бегах, но у них хотя бы есть этот манускрипт на руках! А у меня вообще ничего нет!
— Желающих заполучить его много, они годами искали хоть какую-то зацепку. Раз ты появилась, неважно, есть он у тебя или нет — тебя будут искать, — Лао Тан вздохнул. — Ван Я, я говорю это не просто так, а чтобы предупредить. И спасибо за помощь вчера. Наша договоренность в силе: если попадешь в беду, можешь укрыться у меня.
— А как же та старая карга?
— Мы не хотим связываться с кланом Фэн. Даже если мы получим свиток, нам его не удержать, только навлечем беду. А если Бабка-призрак снова попытается использовать нас, чтобы добраться до тебя, я церемониться не стану!
Ван Я улыбнулась и протянула с иронией:
— Спасти свою шкуру и вовремя выйти из игры!
Лао Тан смутился:
— Ван Я, я вызову Гуйцзы на разговор и помогу тебе безопасно уехать.
Она помолчала пару секунд:
— Ты предлагаешь мне бежать?
Лао Тан едва заметно кивнул.
— Ты не хочешь, а как насчет клана Чжан из Юньнани?
— Маленькому Чжану можно доверять.
Ван Я ничего не ответила. Она не верила ни Чжан Циншуй, ни даже Лао Тану — только наполовину. Она расспросила его о потомках Бабки-призрака, но он знал немного: только то, что такая семья существует. Однако в их кругу все друг друга знают, передать весточку или договориться о встрече легко, но узнать подробности о Гуйцзы — задача не из простых. Лао Тан настаивал на том, чтобы она уезжала: она здесь чужая, а у Гуйцзы за плечами поколения связей, ему будет слишком легко её поймать.
Ван Я не решила, уезжать или нет, но злость её переполняла. Она никогда не видела, чтобы вещи отбирали с таким нахальством: грабители на свободе, а она должна бежать? Что за мир такой!
Поняв, что за всем стоит Бабка-призрак, и осознав позицию семьи Хуан и Лао Тана, Ван Я не стала задерживаться и попрощалась.
Босс Хуан, Лао Тан и Чжэнъянься провожали её лично, очень вежливо. На прощание Босс Хуан сунул ей сто тысяч юаней. Они дошли с ней до самого низа. Босс Хуан выглядел виноватым:
— Ван Я, ты так нам помогла, а мы ничем не можем отплатить, очень жаль. Но если будут трудности — обращайся, я сделаю все возможное. Вчера я не знал, а сегодня утром услышал, что у А Ци вырвали душу, и это ты приложила столько усилий, чтобы вернуть её.
Босс Хуан снова принялся благодарить её.
Ван Я вернула ему деньги:
— Мои услуги стоят денег, за вчерашнее вы уже заплатили. Босс Хуан — человек дела, и я с вами веду дела как профессионал. Вы мне ничего не должны, я выполнила свою работу, на этом всё!
Она махнула им рукой и, не оглядываясь, ушла.
Ван Я медленно ехала на автобусе домой. Выйдя, купила в аптеке кучу лекарств для укрепления энергии и крови, зашла на рынок, набрала кур, голубей и овощей. Дома первым делом сварила себе куриный суп с корнем кодонопсиса.
После обеда пришла чета хозяев квартиры, принесли две тысячи юаней и несколько больших пакетов с фруктами, принялись рассыпаться в комплиментах, нахваливая её таланты. Ван Я вежливо пообщалась с ними и проводила.
В последующие дни она сидела дома, готовила вкусную еду или изредка выходила за продуктами и товарами для обрядов. Хозяева квартиры, казалось, хотели растрезвонить на весь мир, что знают великого мастера по ловле призраков, и постоянно подкидывали ей клиентов. Ван Я только качала головой: её специализация — ловить призраков, а не фэн-шуй. Но раз платят, а в основах фэн-шуй ничего сложного нет, она не отказывалась: проверяла расстановку мебели, наличие темной энергии или злых духов. Если встречала призраков, тут же их изгоняла. Если у детей был ночной плач — смотрела, если была болезнь, советовала больницу, если сглаз — снимала. В родных краях она делала то же самое, так что ничего зазорного не видела.
За консультацию по фэн-шуй брала тысячу, за изгнание духов — от трех до пяти тысяч. Талисманы для защиты дома продавала по восемьсот, а талисманы Четырех Символов для тех, кто работал по ночам, — по три тысячи. Злых духов, к счастью, не попадалось — в городе их быстро зачищали. Бабка-призрак была сильна, но даже на неё нашлись управы, и теперь она только и могла, что ковылять прочь, опираясь на клюку.
Прошел месяц, Ван Я заработала около десяти тысяч, жила спокойно. Конечно, некоторые клиенты сомневались из-за её молодости, но она просто разворачивалась и уходила.
Сначала она ждала нападения потомков Бабки-призрака, была готова к схватке, но время шло, а новостей не было. Даже стройка Чжэнъянься шла полным ходом. Ван Я знала, что в тот вечер та старая карга тоже понесла потери — по меньшей мере, лишилась бумажной куклы и нескольких сильных призраков. Её Печать Зеленого Дракона явно нанесла им серьезный урон.
Однако Ван Я никак не ожидала, что однажды её дом обворуют.
Вернувшись из магазина, она обнаружила, что дверь нараспашку, а внутри все перевернуто вверх дном. Исчезли браслеты, цепочки, кольца, которые она хранила в шкатулке, и две-три тысячи наличными. Замок был взломан.
Ван Я в ярости вызвала полицию и отчитала охрану.
Камеры видеонаблюдения оказались отключены — кто-то закрыл объектив. Охранники даже не удосужились проверить, что случилось. Полиция приняла заявление и ушла, пообещав во всем разобраться.
Воры перерыли всё, даже шкафы, выкинув её дорогие вещи на пол. Весь вечер Ван Я приводила дом в порядок и, перебирая ящики, обнаружила, что пропал и договор аренды! Зачем ворам договор? Это было странно. Воры были профессионалами — ни отпечатков, ни волоска. Если бы они оставили хоть что-то, она бы заставила их проклясть свою жизнь на три года вперед! Черт!
Хотя на карте у неё оставалось пятьсот тысяч, потеря наличных и украшений была болезненной. Ночью Ван Я проснулась в холодном поту: в договоре аренды были указаны её паспортные данные, адрес и данные хозяина квартиры! Она сидела на кровати, и её охватила паника. Неужели это Бабка-призрак? Но если бы они знали адрес, давно бы выломали дверь и схватили её. Зачем такой сложный путь?
Три дня она жила в тревоге, но ничего не происходило. На четвертый день раздался телефонный звонок с городского номера из её родного города.
— Алло, кто это? — спросила она.
В трубке послышались невнятные рыдания мужчины:
— Яя, это папа… Где ты? У-у-у…
Услышав этот голос взрослого мужчины с интонациями восьмилетнего ребенка, Ван Я почувствовала, как сжимается сердце.
— Почему ты опять плачешь? Бабушка тебя ударила?
— У-у… А-а-а… — на том конце раздался оглушительный вой.
Ван Я была в отчаянии. Ну за что ей такой отец?
— Папа, не плачь, я куплю тебе конфету.
— У-у-у, не хочу конфету, хочу маму! У-у-у… Яя, они ударили маму! У-у… Где ты?
Ван Я замерла.
— Кто ударил бабушку? — спросила она, чувствуя, как волосы на голове встают дыбом.
— Не знаю… Мама сказала мне спрятаться. Я видел, как они ударили маму, и она истекала кровью… У-у-у… Яя, мне страшно!
— Где сейчас бабушка?
— Мама… Там расцвели красные цветы, мама побежала туда, где цветы…
http://bllate.org/book/19161/1881405
Готово:
