Монголоволосый юноша с легкой улыбкой неторопливо прошел в самый центр приемной. Его манеры источали невыразимое благородство и величие. У присутствовавших глаза полезли на лоб от изумления, и они наперебой принялись гадать о его происхождении.
В эту эпоху высочайшей степени механизации государственные чиновники не были публичными персонами, и многие простые обыватели лишь слышали их имена, но в лицо не знали. Однако это не касалось торгового дома Бэрсон. Будучи крупной аристократической гильдией, прибывшей на освоение внешних секторов, они имели собственные политические амбиции и, естественно, сразу поняли, что длинный балахон на монголоволосом юноше — это официальный костюм, а налобное украшение служит знаком отличия высшего правителя звездного сектора.
Эйго испугался до смерти. Заметив, что юноша еще не обратил на него внимания, он, забыв обо всем остальном, тут же активировал коммуникатор на запястье и принялся отправлять сообщение.
Фэн Инкай тоже на мгновение растерялся, глядя на Нолана, облаченного в стандартную чиновничью форму губернатора, с безмятежным, изящным и непринужденным выражением лица. Когда-то при разработке игры, чтобы позволить игрокам сполна прочувствовать восторг от повышения уровней, он заложил в основу мироустройства монархию, а затем художники предложили стилизовать одежду чиновников под древние образцы. В итоге у каждого чиновника в этом мире имелось три типа парадных костюмов: современный, западный классический и восточный классический, предназначенные для разных случаев. Рассматривая концепт-арты, он не испытал особых эмоций, но никак не ожидал, что впервые увидит Нолана в этой форме настолько ошеломляющим.
— Ваша светлость губернатор, как вы здесь оказались? — резкий мужской голос прервал всеобщие мечты и грезы.
В приемной материализовалась еще одна трехмерная голограмма. Управляющий филиалом торгового дома Бэрсон в Басаро Торес выглядел несколько сдержанно, но держался по-прежнему почтительно.
— А, глава Бэрсон. События здесь приняли столь грандиозный оборот, да к тому же затронули столь успешное предприятие вашей гильдии, как же я мог не явиться? — с мягкой улыбкой произнес Нолан.
— Неужели это сам господин губернатор! — ахнул кто-то в толпе.
— И глава торгового дома Бэрсон тоже прибыл!
Две влиятельные фигуры, находившиеся в приемной, ничуть не поддались всеобщему волнению и продолжили начатый диалог:
— Губернатор всецело занят государственными делами, жаль лишь, что находятся те, кто в упор не замечает ваших тяжких трудов и порочит репутацию Басаро, — это поистине разрывает сердце.
Торес сохранял безупречную осанку, но слова его таили злой умысел.
Выражение лица Нолана не изменилось ни на йоту:
— С беззаконными торговцами я поступлю по всей строгости закона и не позволю одурачить простых граждан.
— Вы поистине преданный народу чиновник, нашей гильдии невероятно повезло выбрать это место для развития, — Торес выдавил улыбку.
Наблюдавшего за этим Эйго переполняло торжество. Раз уж вмешался господин из правящего рода, губернатор определенно не посмеет относиться к делу спустя рукава. Теперь, опираясь на слова губернатора, стоить лишь дождаться подтверждения вины торгового дома Хайлань, как их тут же заклеймят позорным примером, и оправиться они уже не смогут. При этой мысли он со злорадной усмешкой покосился на Фэн Инкая, мысленно приговаривая, что такован и будет участь тех, кто смеет идти против них.
Вызов Эйго и появление Тореса не ускользнули от внимания людей из торгового дома Хайлань. Видя, как ситуация, казалось бы, уже перешла в чужие руки, но тут же сделала столь неожиданный поворот, доктор Сильва с мрачным лицом приблизился к Фэн Инкаю и заговорил:
— Судя по всему, глава их гильдии близко знаком с губернатором Басаро. Боюсь, расклад складывается не в нашу пользу, не лучше ли сообщить об этом на сторону Нингэло?
Фэн Инкай легко покачал головой:
— Не суетитесь. Думаю, что бы здесь ни произошло, на стороне Нингэло обо всем узнают.
Сильва на мгновение замер, но тут же счел эти слова разумными. Он никогда до конца не понимал истинных масштабов влияния своего господина, однако, судя по прошлому опыту, тот был поистине всемогущ. Вполне возможно, как и утверждал этот человек, всё происходящее здесь находилось под полнейшим контролем.
Заметив, что доктор Сильва и впрямь так легко успокоился от одного этого увещевания, Фэн Инкай почувствовал, что его понимание происхождения той троицы загадочных наемников стало еще глубже. Впрочем, истинная причина заключалась вовсе не в том, что он считал текущую ситуацию неблагоприятной. Находись они в любом другом звездном секторе и приди какой-нибудь другой чиновник, он бы не поручился за исход, но Нолан определенно явился им на помощь.
Как только Нолан и Торес обменялись дежурными любезностями, Эйго улучил момент и выступил вперед:
— Ваша светлость губернатор, господин управляющий, быть может, теперь люди из торгового дома Хайлань изволят предоставить товары для отправки на экспертизу?
Торес кивнул, выражая согласие, но тут Нолан произнес:
— Не стоит утруждаться столь сильно, инспекторы прибыли вместе со мной, провести проверку можно прямо здесь.
Весьма самоуверенный вид Тореса, который он держал с самого своего появления, в этот миг дал трещину. Брови его взлетели вверх, и он изумленно воскликнул:
— Как можно проводить проверку здесь?! Обстановка слишком примитивна, боюсь, это не позволит получить точные результаты!
Нолан оставался совершенно невозмутим, а улыбка на его лице выглядела искренней:
— Раз дело столь серьезно, нельзя его затягивать. Весь комплект диагностического оборудования доставлен сюда в полном объеме, а раз уж проводится проверка, мы обязаны исполнить свой долг предельно добросовестно и как можно раньше дать людям ответ.
Речь Нолана звучала праведно и непреклонно. Собравшиеся вокруг горожане, поначалу скованные присутствием двух гигантов, теперь, видя, как просто и близко к народу держится губернатор, радеющий за благо простых людей, разразились бурными аплодисментами.
Не давая Торесу возможности вставить слово, Нолан отдал распоряжение: меж тем группа специалистов в профессиональной униформе, полностью скрывавшей их лица, выкатила из репортерского челнока «Таймс» массивное оборудование и направилась к Фэн Инкаю за инструкциями. Фэн Инкай проводил прибывших к Вору, а спешно обернувшись, бросил на Нолана взгляд, в котором смешались ровно выверенное удивление и мгновенно вернувшееся спокойствие. Не сводивший с него глаз Нолан ответил ему многозначительной улыбкой.
Эйго был совершенно сбит с толку столь резким поворотом событий, а Торес и вовсе окаменел. Он-то полагал, что появление Нолана — это жест благоволения к Бэрсонам, но теперь до него наконец дошло: губернатор Басаро выступает на стороне торгового дома Хайлань!
И подумать только, он еще пытался делать Нолану какие-то намеки — теперь, вспоминая об этом, он чувствовал себя так, будто ему влепили звонкую пощечину.
Дальнейшее прошло как по маслу. Благодаря профессионалам, специализированному оборудованию и личному присутствию губернатора проверка завершилась в мгновение ока: сырье, продукция, оборудование цехов и офисные помещения торгового дома Хайлань полностью соответствовали стандартам качества, не выявив ни единого изъяна.
Когда инспекторы огласили окончательный вердикт, все сотрудники торгового дома Хайлань разразились ликующими криками, а присутствовавшие зрители вновь зааплодировали им.
Отдав честь Нолану, проверяющие с прежней безупречностью погрузили оборудование в свой челнок и скрылись так же внезапно, как и появились.
— Торговый дом Хайлань по праву носит звание известного бренда Басаро, надеюсь, вы и впредь будете держать эту планку, — Нолан подошел к сотрудникам компании и ободрил их. — Что же, полагаю, настало время для следующего шага?
Вор, всё еще пребывавший в эйфории от того, что губернатор лично восстановил справедливость, поначалу даже не сообразил, в чем дело, пока Фэн Инкай не знаком велел элитной группе выступить вперед. Лишь тогда до Вора дошло, что Нолан говорил об уничтожении загрязняющих веществ. Опомнившись, он страшно смутился и, забыв позвать остальных, стремглав бросился руководить процессом утилизации, напрочь позабыв, что в качестве главы должен принимать Нолана здесь, и вместо этого оставив на месте Фэн Инкая.
Нолан не стал придавать этому значения, улыбнулся Фэн Инкаю и вместе со всеми задрал голову к небу.
В тот самый момент все жители сектора Басаро, смотревшие трансляцию, стали свидетелями грандиозного зрелища. Торговый дом Хайлань заложил заряды взрывчатки на внутренней стороне двух спутников своего производственного комплекса, использовав мощь взрыва, чтобы вытолкнуть их за пределы орбиты и звездной системы — в вечное изгнание.
Словно разорвался гигантский праздничный фейерверк, небо озарили ослепительные языки пламени, и два спутника в этом сиянии, волоча за собой длинные огненные хвосты, помчались прочь подобно падающим звездам — зрелище было поистине величественным.
Фэн Инкай бросил взгляд на не менее взволнованную элитную группу: уничтожить загрязнители путем изгнания спутников было вовсе не его идеей, а решением той троицы загадочных наемников. Выбросить на ветер столько денег, не моргнув и глазом, словно это какая-то детская забава — такие широкие жесты выдавали далеко не рядовых нуворишей.
Наблюдая за всеобщим ликованием, больше похожим на шумный праздник, Торес стоял с непрерывно подергивающимся лицом, а Эйго рядом с ним не смел даже громко дышать.
Однако Нолан вовсе не собирался оставлять его в покое и с самым любезным, исполненным одобрения тоном обратился к Торесу:
— Я также хочу выразить благодарность столь неравнодушному господину Торесу. Именно благодаря сознательному взаимному контролю среди граждан и их содействию работе правительственных ведомств наш звездный сектор с каждым днем становится всё лучше.
Репортер «Таймс» продолжал вести трансляцию, и в словах и поведении Нолана нельзя было найти ни единого изъяна — напротив, он оказал Торесу огромную честь. На глазах у жителей всего сектора Торесу оставалось лишь глубоко вздохнуть, проглотив все накопившиеся обиды, и с натянутой улыбкой произнести:
— Ваша светлость губернатор слишком любезен, я недостоин стольких похвал.
После чего он поспешно, словно спасаясь бегством, отключил голографическую проекцию и распрощался.
Раз уж Торес, единственный оставшийся здесь человек хоть какого-то веса, удалился, а собеседников, достойных внимания Нолана, больше не осталось, и всё необходимое было поручено, сам он задерживаться не стал и под сожалеющие вздохи толпы также отключил свою голограмму.
С самого появления Нолана Джулиус демонстративно затаился, с невозмутимым видом наблюдая за представлением. Глядя на то, как Торес утирается горькими, но невысказанными слезами досады, он наконец в полной мере прочувствовал те эмоции, которые испытал сам, когда в башне Фучжоу они с Мирой травили людей из торгового дома Хайлань, пришедших искать справедливости. На душе у него стало необычайно легко и радостно.
Когда торговый дом Бэрсон советовался с ним насчет стратегии, он уже упоминал о проблеме с правительственными чиновниками. Однако Торес самонадеянно заявлял, будто никто не посмеет пойти против него, а в итоге получил обратное и разом лишился лица и репутации — винить в этом было некого. Подумав об этом с полнейшей безответственностью, Джулиус вновь перевел взгляд на Фэн Инкая.
Фэн Инкай встретился с ним взглядом — его глаза оставались холодными и безразличными. Мимолетно столкнувшись взглядами, они разошлись в разные стороны, и Фэн Инкай с самым непринужденным видом принялся помогать людям из торгового дома Хайлань провожать гостей.
Запись программы подошла к концу. Сегодняшняя драма вокруг торгового дома Хайлань с ее взлетами и падениями дала людям пищу для долгих разговоров.
Успешное прохождение проверки укрепило веру людей в торговый дом Хайлань, а круглосуточно открытые производственные линии и грандиозный запуск спутников в изгнание продемонстрировали такую смелость, которой нельзя было не восхищаться.
Начиная с этого сезона мод, торговый дом Хайлань непрерывно преподносил сюрпризы: сначала они сокрушили казавшийся непобедимым миф о бессменном лидерстве продаж дома Бэрсон, а затем закрепили свою славу с помощью прямой трансляции.
Прибывшие понаблюдать за происходящим представители соседних гильдий просчитывали всё наперед. После этой битвы торговый дом Хайлань заложил прочный фундамент для противостояния Бэрсонам, разбив их монополию. Впредь при упоминании модной индустрии Басаро никто больше не станет называть исключительно Бэрсон. Если торговый дом Хайлань преуспеет, возможно, и они сумеют воспользоваться моментом, чтобы переломить свою судьбу.
Когда все разошлись, Вор уже не мог сдерживать переполнявших его эмоций — он принялся горячо обниматься со всеми подряд. Остальные сотрудники тоже бросились вперед, обнимаясь, пожимая руки и выражая радость самыми разными способами.
Фэн Инкай скромно стоял в стороне. Хотя он тоже радовался, причины его ликования отличались от остальных: он был счастлив, потому что выполнил задачу, ради которой вышел из тени, и сумел произвести на Нолана глубокое впечатление. Поначалу он рассчитывал лишь на то, что благодаря СМИ Нолан хотя бы обратит на него внимание, но никак не ожидал, что губернатор явится лично и даже перекинется с ним парой слов. Сделав глубокий вдох, он напомнил себе сохранять хладнокровие — это великолепное начало, но спешить нельзя.
Тем временем в подводном зале грандиозного отеля Офелия в Нингэло Мэй Сяо, Ло Вэнь и Лан Цзе уже отслеживали всё происходящее на производственной базе торгового дома Хайлань через взломанные шпионские спутники Лайвуки.
— Неудивительно, Сяо, что ты так высоко его оцениваешь, — произнес Ло Вэнь, глядя на Фэн Инкая в голографической проекции. — Но неужели ты не боялся, что он потерпит неудачу?
— Всего лишь маленькая торговая гильдия, неважно, — небрежно бросил Лан Цзе.
Ло Вэнь усмехнулся:
— Ой-ой-ой, судя по тому, с каким праведным гневом ты выступал раньше, я думал, дела торгового дома Хайлань тебя невероятно волнуют.
— Меня просто задело, что нас обвели вокруг пальца, я же понимаю разницу в масштабах, — слегка покраснев, возразил Лан Цзе.
Мэй Сяо молча смотрел на многократно повторяющуюся запись появления Нолана и наконец спросил:
— Каково происхождение этого губернатора Басаро?
Ло Вэнь тут же застучал по клавиатуре своего светового планшета, и система автоматически вывела досье: Кольвин Нолан, в тридцать лет перебрался в Центральный сектор... Впрочем, в том же году его родители погибли в автокатастрофе, и он жил на пособия, совмещая заработки с учебой, окончил факультет социальных наук Столичной академии, сдал чиновничьи экзамены и поступил на госслужбу...
Лан Цзе вглядывался в длинную строку текста на экране:
— На первый взгляд всё абсолютно чисто...
— За исключением того, что он слишком молод для губернаторского поста, да и продвигался по службе подозрительно быстро, — добавил Ло Вэнь.
— Показатели работы налицо, но складывается впечатление, что удача сопутствует ему на любом посту...
— Взять хотя бы должность губернатора Басаро: изначально были кандидаты с куда большим стажем, но из-за межпартийных дрязг они один за другим выбыли из игры, и пост достался ему просто потому, что место пустовало.
Лан Цзе сердито зыркнул на него:
— Ты не можешь не перебивать?
Улыбаясь, Ло Вэнь парировал:
— Тогда продолжишь за меня?
Мэй Сяо ледяным взглядом сверлил данные на экране, которые беспрерывно перетасовывались в самых разных комбинациях, а услышав, как те двое снова принялись препираться, едва заметно и обреченно покачал головой, не удержавшись от улыбки.
...
http://bllate.org/book/19106/1876427
Готово:
