Укрытие, выбранное Хэ Чэнем, было отличной засадой: со всех сторон враг мог наступать лишь с единственного направления. И всё же он опасался, что Пэррит упадёт прямо с неба и прострелит ему голову… Похоже, такое было вполне возможно.
Успокоиться… Хэ Чэнь продолжал ровно дышать, не издавая ни звука, чтобы не выдать своего положения.
— Эй, уважаемый Его Высочество Второй принц, вы всё ещё не собираетесь выходить? — голос Пэррита внезапно разнёсся по пустому складу, а звуковые волны, многократно отразившись от стен, превратились в оглушительное эхо.
Хэ Чэнь вздрогнул, его рука дрогнула, едва не нажав на спуск. Прислонившись к бетонной колонне, он попытался на слух определить направление, откуда доносился голос, но из-за эха, нёсшегося со всех сторон, потерпел неудачу.
Он сглотнул слюну, не понимая, что задумал Пэррит.
Затем Пэррит продолжил:
— Я человек, знающий толк в приличиях, Ваше Высочество Второй принц. Поэтому я даю вам полминуты, сейчас я с вами договариваюсь…
Он на мгновение замолк, словно ткнул прикладом во что-то мягкое:
— Ваше Высочество Второй принц, спешу сообщить вам радостную новость: я только что прогулялся здесь и неожиданно обнаружил Роджерса… О, в Тулине его называют не Роджерс, все вы зовёте его Шэнь Сыюань.
Пэррит говорил на тулинском с крайне неестественным акцентом и чудовищной артикуляцией, а произнося имя Шэнь Сыюаня, и вовсе искажал его до звучания «Сыюань».
Хэ Чэнь: «!!!»
— Осталось пятнадцать секунд, Ваше Высочество Второй принц.
Пэррит, судя по всему, пнул Шэнь Сыюаня, издав глухой звук удара армейского ботинка о человеческую плоть.
— Не видевшись целый год, я ужасно соскучился по этому прекрасному малышу. Когда я впервые встретил его в пустыне, он был похож на святого маленького ангелочка…
Он так тщательно прятал Сыюаня, почему его всё равно нашли? Хэ Чэнь терзался раскаянием: стоило предвидеть это и держать Сыюаня при себе.
Сжав кулаки, он убрал пистолет в кобуру и молча вышел.
Пэррит стоял посреди пустого склада. Присев на корточки рядом с Шэнь Сыюанем, он ухватил его за волосы и рывком приподнял.
Шэнь Сыюань слегка приоткрыл глаза, словно осознавая своё положение, но его тело было совершенно обессилено, губы с трудом шевельнулись, однако так и не смогли издасть ни звука.
У Хэ Чэня из глаз чуть не искры посыпались от гнева.
Пэррит прижался лбом к лицу Шэнь Сыюаня, закрыл глаза, словно вдыхая его запах, и медленно произмолвил:
— Год назад я случайно потерял его, а затем молил всемогущего Небесного Отца, чтобы Сыюань снова вернулся ко мне. И вскоре я вновь обнаружил его след — он всё так же прекрасен. Ваше Высочество Второй принц, скажете ли вы, что это не судьба? Благословите ли вы нас?
Хэ Чэнь: «…»
— Нет, Ваше Высочество, мне послышалось, будто вы проклинаете меня. Так нельзя. Ваш статус столь высок, как вы можете ронять своё достоинство и произносить столь злобные проклятия? — с улыбкой произнёс Пэррит. — К тому же вам следует бросить это грубое оружие, оно вам не к лицу.
Говоря это, Пэррит снова приставил дуло пистолета к голове Шэнь Сыюаня.
— … — у Хэ Чэня от ярости кипела вся кровь в жилах, но он стиснул зубы и стерпел, желваки на его щеках налились жёсткими линиями. Он молча опустил пистолет на землю и хрипло бросил: — Довольно?
Он знал, что торговаться с Пэрритом абсолютно бесполезно.
Но у него не было выбора: в руках у этого ублюдка находилась жизнь Шэнь Сыюаня.
Пэррит походил на неизлечимо больного психопата, готового в любой момент спустить курок.
Даже ради призрачного шанса один к ста он был готов пожертвовать собственной жизнью ради безопасности Сыюаня.
— Ваше Высочество, вы солгали, у вас в руке остался ещё один пистолет.
Пэррит был невероятно терпелив, словно наслаждался увлекательной игрой.
— … — Хэ Чэнь на мгновение закрыл глаза, смирился с неизбежным, отстегнул последнее оружие, зацепил его за указательный палец, широко раскинул руки и сказал Пэрриту: — А теперь?
— О, подождите, Ваше Высочество, не спешите выбрасывать пистолет.
Хэ Чэнь: «…»
— Вы убили моего товарища, а сейчас здесь только я один, поэтому я не могу гарантировать себе безопасность… — продолжая говорить, Пэррит высунул язык и провёл им по щеке Шэнь Сыюаня. — Так что я хотел бы попросить вас прострелить себе оба плеча — по пуле в каждое, — а затем отправиться к машине и подождать, пока я приведу маленького ангелочка.
Хэ Чэнь: «…»
— Ах да, кажется, я забыл о еще более важном вопросе: вы ведь сможете выстрелить только в одно плечо, хотите, я вам помогу? Для меня честь послужить вам.
Гнев Хэ Чэня едва не разрывал грудную клетку изнутри. Снова сжав кулаки до боли, он глухим голосом произнёс:
— Не заходи слишком далеко, Императорская гвардия и Служба безопасности уже подняты по тревоге… Тебе не улететь, Пэррит.
— О, и что с того? — небрежно бросил Пэррит. — Разумеется, я это знаю, но сейчас мы обсуждаем вовсе не это.
Хэ Чэнь: «…»
— Ваше Высочество, давайте сначала закончим с этой темой, а потом перейдём к остальному, хорошо?
Пэррит посмотрел на Хэ Чэня, внезапно вскинул пистолет, прицелился в него и нажал на спуск — пуля насквозь прошила левое плечо Хэ Чэня!
— Ах…! — мощная отдача пули сбила Хэ Чэня с ног. В плече зияла дыра, из которой фонтаном хлынула кровь, в мгновение ока окрасив всё вокруг в красный цвет.
Хэ Чэнь в крайне плачевном состоянии рухнул на землю. Ощущение от огнестрельного ранения было ужасным: казалось, у него живо вырвали мясо из левого плеча, боль лишала дыхания, создавая иллюзию близкой смерти.
— Ваше Высочество, год назад в подвале вы уже стреляли в меня, — Пэррит бросил Шэнь Сыюаня, поднялся на ноги и направился к нему. — Быть может, вы ещё не знаете, но из-за той вашей пули мне пришлось удалить часть печени, и она до сих пор не восстановилась. Теперь я возвращаю вам долг, я люблю взаимность.
— Ах… — Хэ Чэнь изо всех сил зажал второй рукой крупный кровеносный сосуд, чтобы замедлить кровопотерю.
Пэррит пнул его:
— Мне тогда было больнее, чем вам, пуля застряла в брюшной полости, и когда товарищ вытаскивал меня, она сместилась… Можете себе представить? Ах, что вы там говорите? Говорите громче, я не слышу.
Хэ Чэнь судорожно вздохнул, резко вытащил из потайного кармана на поясе гибкий клинок и наотмашь полоснул Пэррита по горлу.
На лице Пэррита отразилось крайнее изумление, он в панике отпрянул, однако острое лезвие всё же распороло ему грудь, оставив глубокую рану!
Густая и обжигающе горячая кровь брызнула в тот же миг, превратившись в устрашающее зрелище.
Хэ Чэнь медленно поднялся на ноги. Весь в крови, с длинным клинком в руке, он, подобно древнему воину, вскинул свою гордую голову, молча заявляя о своей непобедимости.
49. Вера
Левая рука Хэ Чэня безвольно висела плетью, правой он держал клинок, нацеленный на Пэррита. Забыв о всякой боли, он чуть приподнял уголки губ:
— Смеешь ли ты убить меня?
— Ты не смеешь, — спокойно констатировал факт Хэ Чэнь.
Он стоял прямой, как статуя. Выглядел он крайне жалко, но во взгляде не было ни капли страха — он смотрел на Пэррита так, будто тот был ничтожной букашкой. — Разве нет?
Хэ Чэнь вновь высоко взмахнул мягким клинком и со всего маху полоснул им сверху вниз.
Пэррит инстинктивно попытался заблокировать удар пистолетом, но гибкое лезвие изогнулось в воздухе и глубоко вонзилось ему в плечо!
Однако Пэррит, казалось, утратил способность чувствовать боль: он голыми руками схватился за лезвие, бросился вперёд и нанёс страшный удар кулаком в раненое плечо Хэ Чэня.
— Ах… — выдохнул от боли Хэ Чэнь.
Кровь, с таким трудом остановленная, вновь брызнула из раны в лопатке. Он пошатнулся и отступил на несколько шагов, но не успел выровнять равновесие, как кулак Пэррита снова обрушился на него!
Удар пришёлся в челюсть Хэ Чэня. В голове у него гулко зазвенело, перед глазами потемнело, и лишь мгновение спустя накатила тупая боль от раздробленных костей.
Пэррит подпрыгнул, упёрся коленом в грудь противника, пригвоздив его к земле, и попытался снова выстрелить, целясь в правое плечо.
Кровавая пена сочилась из уголков рта Хэ Чэня. Жутко усмехнувшись, он вдруг выбросил окровавленную руку, вцепился в ухо Пэррита и так резко дёрнул, что оторвал добрый лоскут кожи, превратив всё в сплошное кровасие.
— Сука! — выругался Пэррит.
Воспользовавшись моментом, Хэ Чэнь выскользнул из-под него и крепко обхватил руками, не давая нажать на курок.
Шаря на ощупь, он выдернул армейский нож, пристёгнутый к бедру Пэррита, и вогнал его прямо в поясницу врага!
Пэррит взревел раненым зверем, занёс локоть и обрушил его на позвоночник Хэ Чэня, словно гигантский молот, нанося удар за ударом по хрупкой спине парня с глухими, тяжелыми звуками.
— Кха… — Хэ Чэню показалось, что от этих ударов его внутренности превратились в кашу, изо рта хлынула густая кровь. Стиснув зубы и сжав рукоять ножа, он вонзил его ещё глубже!
Он же говорил: он хочет стать великим героем, великим героем, который защитит всех.
Разве может он упасть здесь и сейчас?
Он будет сражаться ради любимого человека до самого последнего вздоха. Клинок в его руке — единственная надежда Сыюаня на выживание, он не имеет права падать.
Именно эта мысль придавала ему сил.
Он должен убить Пэррита и защитить Сыюаня.
Это была смертельная, отчаянная схватка.
Пэррит не мог убить Хэ Чэня напрямую, в то время как тот шёл на всё, чтобы уничтожить врага любой ценой.
Разница в изначальных установках делала исход этого неравного поединка совершенно непредсказуемым.
Вдалеке послышался рокот вертолёта, и Императорская гвардия стремительно окружила склад со всех сторон.
— Ты проиграл, Пэррит… Кхм… — едва Хэ Чэнь попытался заговорить, как кровь хлынула изо рта потоком. Превозмогая дикую боль, он стер её тыльной стороной ладони и холодно усмехнулся. — Хочешь сделать меня своим заложником?
Бойцы гвардии заняли позиции по всему периметру, наставив на Пэррита стволы, а красные точки лазерных прицелов заплясали по его телу.
— Брось оружие! — приказал гвардеец.
Пэррит остался глух к приказу. Обхватив локтем шею Хэ Чэня и приставив пистолет к его виску, он сам выглядел не лучше противника. Помолчав мгновение, он выдавил:
— Нет.
Хэ Чэню из-за мёртвой хватки стало трудно дышать, и он с трудом произнёс:
— Неужели ты думаешь, что сможешь ещё кем-то шантажировать? Ты не посмеешь убить меня…
— Ваше Высочество Хэ Чэнь, знаете ли… Я дважды терпел неудачу исключительно из-за вас. В прошлый раз я закрыл на это глаза, но теперь обязан заставить вас заплатить по счетам, таков мой стиль… — говоря это, Пэррит бросил взгляд на неподалёку лежащего Шэнь Сыюаня. Медики уже прибыли и готовились эвакуировать его.
Заметив этот жест, Хэ Чэнь почувствовал недоброе.
— Например, то, что вы так хотите получить, я просто уничтожу.
— Нет! — закричал Хэ Чэнь.
Рука Пэррита с зажатым пистолетом резко развернулась в сторону Шэнь Сыюаня, и грянул выстрел! Его безумное движение застало всех врасплох.
Всех, кроме Хэ Чэня.
Ещё до того, как прогремел выстрел, Хэ Чэнь уже бросился вперед!
Пуля без труда пробила его тело, отбросив парня на несколько метров.
В тот же миг снайпер на позиции нажал на спуск, и пуля вонзилась в лопатку Пэррита, повергнув его на землю.
Неужели я умираю?
Перед глазами Хэ Чэня всё сильнее темнело, зрение затуманивалось. Он отчётливо чувствовал, как тёплая кровь покидает его тело, а жизнь угакает с каждой секундой вместе с капающей из ран кровью.
Сквозь пелену перед глазами он смутно разглядел, как кого-то грузят на носилки — кажется, Шэнь Сыюаня.
Наверное, он в безопасности… — подумал Хэ Чэнь.
Вскоре и его самого начали куда-то осторожно поднимать. На нём было столько крови, не испачкает ли он чужие куртки? Их ведь потом так трудно отстирать…
Сознание Хэ Чэня угасало, веки наливались свинцом.
Как же хочется спать… Но стоило ему закрыть глаза, как кто-то принялся хлопать его по щекам, приказывая не отключаться.
Почему они не дают ему уснуть? Хэ Чэнь чувствовал боль и смертельную усталость, он уже готов был вспылить, как вдруг в поле зрения возникло до боли знакомое лицо.
Его взгляд мгновенно прояснился, по привычке он приоткрыл рот и беззвучно прошептал:
— Мама… Не переживай, со мной всё в порядке.
Но на продолжение у него уже не осталось сил.
— Чэньчэнь, Чэньчэнь… — увидев полумёртвого Хэ Чэня на носилках, Сюй Линьфэн залился слезами. Ноги подкосились, и он чуть не рухнул на пол, но Хэ Юаньчжэн вовремя поддержал его, помогая устоять.
— Всё будет хорошо, всё будет хорошо… Не плачь, родной… — Хэ Юаньчжэн обнял его, крепко прижимая к себе и поглаживая по плечу, хотя его собственный голос дрожал от слёз. — С Чэньчэнем всё будет хорошо, не переживай так. Ему всегда везло, и на этот раз тоже всё обойдётся…
Хэ Чэня доставили в машину скорой помощи. Пол был залит его кровью, одежда превратилась в сплошное месиво неопределённого цвета, а враги суетились вокруг, продолжая хлопать его по щекам, заставляя удерживать остатки сознания.
— Зажим, бинты…
— Каков пульс?
— Допамин.
Сюй Линьфэн отказывался верить происходящему: младший сын, который ещё утром весело прыгал и махал ему на прощание рукой, теперь лежал в таком виде. Растерянный, он уткнулся в плечо Хэ Юаньчжэня, моля про себя высшие силы, в которые никогда не верил, пощадить его ребёнка.
Коридор перед реанимацией погрузился в мёртвую тишину.
Императорская семья из трёх человек ждала результатов. Хэ И шагал туда-сюда у дверей, а его нервно перебирающие пальцы выдавали запредельную тревогу.
— Линьфэн, восемнадцать лет назад мы с Хэ И точно так же ждали тебя и Чэньчэня здесь. Хэ И сидел рядом со мной и плакал, думая, что больше никогда тебя не увидит. Я сидел вот так же и понятия не имел, что делать… Я никогда не думал о том, что будет, если я потеряю тебя, — тихо произнёс Хэ Юаньчжэн.
Его слова мгновенно перенесли Сюй Линьфэна в тот самый самый неспокойный год. Воспоминания после автокатастрофы стёрлись, он потерял сознание прямо в машине, а очнулся лишь три дня спустя, в больничной палате, где рядом стоял детский кювез.
— Тогда ситуация была куда опаснее, я рассказывал тебе… — Хэ Юаньчжэн, очевидно не желая бередить душу воспоминаниями о том, как у Сюй Линьфэна останавливалось сердце, сгладил углы. — Врачи сказали, селезёнка не задета, у него потрясающая живучесть. В этот раз всё не хуже, чем тогда, с Чэньчэнем всё будет в порядке.
— Да, я знаю…
Когда Шэнь Сыюань пришёл в себя, его взору предстала больничная белизна стен.
Встревоженно приподнявшись на кровати, он лишь спустя несколько секунд осознал, что находится вне опасности.
В голове всё ещё гудело, а чёткие воспоминания обрывались на моменте, когда он прочитал сообщение от Хэ Чэня, направился в туалет, но кто-то заткнул ему рот влажной тряпкой… и темнота.
Нет, временами он приходил в сознание.
Кажется, его увезли в какое-то незнакомое место, держали в заложниках, и кто-то даже пнул его.
Все события лавиной нахлынули на него: он вспомнил Хэ Чэня. Это Хэ Чэнь спас его!
Но где сейчас Хэ Чэнь?
Превозмогая недомогание, Шэнь Сыюань сбросил одеяло, подбежал к двери и резко распахнул её, перепугав дежуривших в коридоре гвардейцев.
— Господин Шэнь?
Взволнованный Шэнь Сыюань выпалил:
— Где Хэ Чэнь?
— Ваше Высочество в реанимации, вон там, — гвардеец указал на дальний конец коридора.
В реанимации?! Шэнь Сыюань не знал точно, что это за палата, но по одному названию понимал — ничего хорошего это не сулит.
Неужели состояние Хэ Чэня критическое? Шэнь Сыюань в панике потерял голову: забыв обо всём на свете, он сорвался с места и вихрем помчался по коридору.
Реанимационное отделение располагалось в самом конце.
Через прозрачное закалённое стекло было прекрасно видно всё, что происходило внутри.
Сюй Линьфэн как раз выходил оттуда. Веки у него припухли, а уголки глаз покраснели. Заметив приближающегося Шэнь Сыюаня, он кивнул:
— Очнулся?
— Да… — Шэнь Сыюань заметил его крайнюю усталость и перевёл взгляд вглубь палаты.
Всё лицо Хэ Чэня опухло так, что с трудом угадывались его привычные черты. Кожа была абсолютно белой, губы — бледными, как бумага, а на местах порезов от верёвок уже образовались корочки. К его телу было подключено бесчисленное множество трубок и аппаратов, а места ранений туго забинтованы. Он неподвижно лежал на койке, казалось, крепко и мирно заснув.
Шэнь Сыюань в ужасе прикрыл рот рукой. В горле застрял ком, и слёзы мгновенно затуманили глаза.
Слава богу, он жив. Какое счастье, что он жив…
Нет ничего прекраснее человеческой жизни.
Глядя на спящего сына, Сюй Линьфэн тихо промолвил:
— Когда он проснётся, сюда пустят посетителей. Врачи говорят, что угроза миновала, смертельных ранений нет, а помощь оказали вовремя — страшная беда обошла нас стороной.
Сюй Линьфэн провёл на ногах всю ночь, но даже сейчас не чувствовал усталости. Пожалуй, по-настоящему выдохнуть он сможет только тогда, когда Хэ Чэнь откроет глаза.
Как родитель, он вложил в своих детей всю душу, и главным желанием его жизни было видеть их здоровыми и в безопасности.
Эта внезапная катастрофа едва не сломила его.
К счастью, всё обошлось…
— Он… — голос Шэнь Сыюаня застрял в горле. Неловко кашлянув, он продолжил: — Когда примерно Хэ Чэнь придёт в себя?
— Должен скоро, — ответил Сюй Линьфэн.
— Я подожду его здесь.
— У меня есть ещё дела, вернусь чуть позже. До встречи, — Сюй Линьфэн выдавил слабую улыбку, похлопал Шэнь Сыюаня по плечу, потёр переносицу и тяжело вздохнув, удалился.
Глубоко вздохнув, Шэнь Сыюань прижался лбом к прохладному стеклу и тихо застыл перед палатой.
На стоявшем рядом мониторе ровно и мерно отражался ритм его сердца. Следя за тем, как пики кардиограммы вновь и вновь взмывают вверх на экране, Шэнь Сыюань замедлил собственное дыхание, пытаясь настроиться в унисон с Хэ Чэнем.
Словно это могло сократить разделяющее их расстояние.
Каждый раз, когда он оказывался на краю гибели, Хэ Чэнь возникал перед ним подобно божеству.
Хотя сам он был ещё совсем мальчишкой, он с упрямым упорством твердил, что защитит его, раз за разом повторяя не бояться.
Шэнь Сыюань был растроган, был благодарен, но почему-то до сих пор его сердце молчало.
Хэ Чэнь говорил: Меня зовут Хэ Вэйлун, я твой герой-спаситель.
Хэ Чэнь говорил: Я считаю нас друзьями, поэтому готов помочь тебе.
Хэ Чэнь говорил: За этот год я изменюсь и стану таким, каким ты хочешь меня видеть.
Хэ Чэнь говорил: Я встану за твоей спиной и защищу тебя, как настоящий мужчина.
Хэ Чэнь говорил: Не переживай, я вытащу тебя отсюда.
Хэ Чэнь говорил: Сыюань, ты мне нравишься…
Хэ Чэнь сдержал каждое своё слово.
Всего за один год он превратился из подростка в настоящего мужчину. Он никогда не рассказывал, сколько тягот выпало на его долю за это время — он лишь делился тем, как загадочны нагорья, как прекрасны тропические леса и как величественно сияет полярное сияние.
http://bllate.org/book/19104/1876283
Готово: