Улица была залита огнями, и в тёмных глазах Лу Юйхэна отражались блики.
Он пристально посмотрел на Чэнь Ци и очень серьёзно произнёс:
— Я не сержусь, не переживай.
Чэнь Ци с облегчением выдохнул и опустил голову.
Он и так был Лу Юйхэну едва по подбородок, а теперь, понурившись, уткнулся подбородком чуть ли не в ключицы.
Лу Юйхэн не видел его лица, только макушку с мягкими волосами. Время шло, и спустя долгую паузу Чэнь Ци тихо пробормотал:
— Прости, шисюн… мне ещё не пришла зарплата. Когда получу, если захочешь, мы можем сходить туда снова.
За спиной у него по-прежнему висел тёмно-синий рюкзак; пальцы парня судорожно вцепились в лямки, а брелок-медвежонок непрестанно раскачивался в такт шагам.
Лу Юйхэн подумал, что Чэнь Ци, должно быть, очень расстроен тем, что им не удалось поесть хого вместе.
Но возвращаться сейчас — значит вогнать его в ещё большую краску.
Ладно.
Он найдёт возможность и приведёт его сюда позже.
— Ты нашёл подработку? — Лу Юйхэн сменил тему.
Чэнь Ци поперхнулся.
Чёрт.
Чуть не проговорился.
Он поднял голову, встретив спокойный взгляд Лу Юйхэна.
Поколебавшись, он уклончиво ответил:
— Работа в интернете. Можно заниматься в свободное время.
Лу Юйхэн кивнул и лишь добавил:
— Смотри не попадись на уловки интернет-мошенников. А то вывесят твоё имя на баннере перед общагой — позору не оберешься.
Чэнь Ци: — …
Видимо, так мыслят сильные мира сего.
Не давая Чэнь Ци опомниться, Лу Юйхэн достал телефон и выбрал в приложении ближайшую чайную:
— Лимонный чай любишь?
Чэнь Ци задрал голову, не понимая, что тот делает, и ответил:
— Ну, в принципе можно…
На самом деле он любил почти всё.
Кроме колд-брю.
Лу Юйхэн быстро оформил два заказа. Как раз пока Чэнь Ци наестся на улице, они дойдут за напитками.
Он убрал телефон в карман и негромко произнёс:
— На этой улице полно еды. Выбирай, чего тебе хочется.
Чэнь Ци кивнул и принялся оглядываться по сторонам в поисках добычи.
Хого и барбекю он обожал, но ночной рынок тоже имел своё неповторимое очарование. Чэнь Ци побрёл вглубь улицы, то и дело задерживаясь взглядом на лотках с «вонючим тофу» или «бобо-цзи», но каждый раз отказывался от затеи, видя огромные очереди.
Лу Юйхэн прошёл за ним метров сто и наконец спросил:
— Неужели ничего не нравится?
Ну точно.
Надо было всё-таки идти на хого. Раз ещё не уехали, можно развернуться и…
— Нравится! — перебил его Чэнь Ци. — Просто я никак не могу решиться, мне хочется попробовать всё!
Лу Юйхэн: — …
Лу Юйхэн огляделся и, кажется, всё понял:
— Что хочешь больше всего? Я постою в очереди, а ты пока найди себе что-нибудь перекусить, чтобы червячка заморить.
Чэнь Ци подумал пару секунд и облизнулся:
— Жареные рисовые лепёшки с тростниковым сахаром. Спасибо, шисюн~
— Мгм.
Лу Юйхэн направился к палатке.
Чэнь Ци встал в другую очередь за куриным филе без косточек. Издалека он видел, как Лу Юйхэн, листая что-то в телефоне, покорно стоит в хвосте бесконечной вереницы людей.
В последнее время нагрузка в лаборатории была такой бешеной, что у Чэнь Ци не оставалось сил даже на то, чтобы момэшить шисюна.
И вдруг в это мгновение он осознал: в его шисюне и правда очень сильно выражено «женское» начало.
Холодный и неприступный снаружи, на деле он — добрый старший брат, готовый стоять в длинной очереди, чтобы купить младшему вкусняшек. Такая «женушка» после свадьбы наверняка будет готовить мужу полноценный ужин из четырёх блюд. А когда вечером муж заберется под одеяло и обнимет его за талию, то непременно почувствует густой аромат геля для душа.
Наверняка это будет уютный, домашний запах мыла «Safeguard».
Чэнь Ци в своих фантазиях уже почти ощутил этот запах, и выражение его лица стало… неконтролируемым. Он едва слюни не пускал, во все глаза уставившись на Лу Юйхэна.
Лу Юйхэн, простояв пять-шесть минут, отложил телефон и, обернувшись, наткнулся на взгляд настоящего уличного маньяка.
— …
Он нахмурился.
Неужели он так сильно ему нравится?
Не прошло и десяти минут, как они разошлись, а он уже так на него пялится.
Заметив, что Лу Юйхэн смотрит на него, Чэнь Ци мигом стёр с лица странное выражение и неловко вытер уголки губ.
Чёрт.
Не сдержал свою натуру «момэ».
Ну, он просто совершил ошибку, которую совершает любой «момэ»!! Шисюн такой «момэбельный», кто бы устоял?!
Вскоре Лу Юйхэн вернулся с порцией лепёшек; они были щедро политы сиропом и ещё дымились.
Лу Юйхэн редко ел уличную еду, и такие лепёшки, нарубленные лопаткой на кусочки и обвалянные в соевой пудре и сиропе, видел впервые.
Чэнь Ци купил две маленькие порции куриного филе и одну протянул Лу Юйхэну:
— Это тебе, без перца.
Лу Юйхэн взял пакетик, но есть не спешил. Он покосился на порцию Чэнь Ци, густо посыпанную ярко-красным порошком чили.
— С-с-с…
С первого же куска у Чэнь Ци из глаз едва не брызнули слёзы.
— Воды… — он с мольбой в слезящихся глазах посмотрел на брата. — Шисюн, у тебя есть вода?
Лу Юйхэн вздохнул:
— Потерпи полминуты, я схожу за лимонным чаем.
— Ой… тогда скорее, шисюн.
Чэнь Ци остался стоять под фонарным столбом, отчаянно втягивая воздух ртом. Он видел, как Лу Юйхэн размашистым шагом зашёл в сетевую чайную и вышел оттуда с двумя стаканами.
Тот надорвал упаковку трубочки, вставил её и только тогда протянул чай Чэнь Ци.
— Пей.
Чэнь Ци сделал несколько больших глотков, сбивая остроту, и от удовольствия прищурился, став совсем похожим на песика.
— А когда ты успел заказать? — спросил он, не выпуская трубочку изо рта.
У Чэнь Ци было много таких мелких привычек, и Лу Юйхэн каждый раз подмечал новые.
Он некоторое время смотрел на влажные губы Чэнь Ци, а затем перевёл взгляд на трубочку, которую тот безбожно искусал. — Заказал сразу, как только спросил, любишь ли ты его.
— О.
Чэнь Ци отвёл взгляд, чувствуя, как по затылку пробежали мурашки.
Проклятье.
Этот парень пугающе идеален.
Если бы он с самого начала не был так очарован его лицом, у него наверняка возникло бы желание позволить шисюну «перевернуться» и стать «гуа».
Осушив полстакана чая за раз, Чэнь Ци почувствовал тяжесть в животе. Пришлось запаковать остальные покупки и тащить их в машину Лу Юйхэна.
В салоне всегда стоял лёгкий аромат парфюма — ненавязчивый, приятный. Чэнь Ци из-за него каждое утро клонило в сон.
Пристегнув ремень, Чэнь Ци собрался было развернуть упаковку с запеченной на углях куриной ножкой.
Но на полпути замер и неловко спросил:
— Шисюн, ты не против… если я поем у тебя в машине?
— Обещаю! Ни крошки не упадёт!
Лу Юйхэн был тем ещё чистюлей.
Чэнь Ци слышал об этом от ребят из группы, да и сам подсознательно догадывался.
В конце концов, Лу Юйхэн был единственным на его памяти человеком, который заходил в лабораторию и выходил из неё, обязательно моя руки по всем правилам в течение пятнадцати секунд.
Лу Юйхэн вставил ключ в зажигание. Боковым зрением он видел Чэнь Ци: у того на губах остался след от перца, а глаза буквально лучились надеждой.
Тц.
Выглядит точно так же, как в лаборатории, когда ждёт наставлений.
Лу Юйхэн снова вспомнил, как днём Чэнь Ци вытягивал шею, подглядывая в монитор Сунь Юйчжэна, и шептал о своих страхах показаться глупым.
Точно, он же из-за чувств к нему так старается, из кожи вон лезет, выспрашивая у Сунь Юйчжэна методы выбора темы.
Наверняка завтра придёт и будет делать вид, что во всём разобрался, лишь бы обсудить это с ним.
Капризуля…
Кадык Лу Юйхэна непроизвольно дёрнулся, он продолжал смотреть прямо перед собой.
Чэнь Ци в ожидании томился секунд десять, прежде чем услышал:
— Ешь.
http://bllate.org/book/19034/1876962
Готово:
