Начальник отдела Ван возмущённо вспылил:
— Я оскорбляю — это моё дело, но чтобы какие-то посторонние смели на нас нападать?!
Как бы там ни было на самом деле, тот факт, что полицейский подрался с родственником жертвы прямо у входа в отдел, уже ставил их в заведомо невыгодное положение. Всё зависело от того, захочет ли начальство заступаться за своего — или нет. Бу Чжунхуа нахмурился и перевёл взгляд на У Юя. Их взгляды внезапно встретились через всё помещение.
Лицо У Юя было слегка опущено и повёрнуто в сторону, словно он, как всегда, пытался казаться незаметным и скованным. Но если присмотреться, можно было заметить, что пальцы у него по бокам едва заметно подрагивают. Из-под приподнятых бровей он искоса, почти с вызовом, следил за реакцией Бу Чжунхуа — этот ракурс делал его надбровные дуги особенно глубокими, челюсть была сжата до предела, а линия носа и скул казались твёрдыми, словно выточенными из яшмы.
Бу Чжунхуа не был знаком с этим выражением его лица, но в этот миг он с необъяснимой чуткостью уловил, что происходит с этим человеком, — тот в мгновение ока ощетинился, словно ёж, выпустив иглы.
Он даже не сумел скрыть своей обычной, хорошо спрятанной враждебности.
— Как же ты теперь? Как же ты? — беспомощно суетилась над Нянь Дасином Фань Лин, а затем снова рухнула на пол и, прибегнув к самому привычному и естественному для себя оружию — громкому плачу, запричитала: — Пинпин моя бедная! Что же нам теперь делать?! Несчастная я, горемычная!..
Все вокруг молчали, не смея вымолвить ни слова. Мэн Чжао заслонила У Юя собой, пытаясь заступиться, но несколько раз открывала рот и так и не решалась издать ни звука. Бу Чжунхуа бесстрастно отвёл взгляд и обратился к Нянь Дасину, всё ещё валявшемуся на полу:
— Встать можешь?
Нянь Дасин немедленно перевернулся на бок, схватился за живот и принялся громко стонать.
— Ладно, — холодно бросил Бу Чжунхуа.
Затем он обернулся и, на глазах у всех, отдал приказ Ляо Гану:
— За хулиганство у входа в управление общественной безопасности — задержать его и отправить в изолятор, пусть там остынет.
У Юй опешил.
Мэн Чжао тоже на миг замерла от неожиданности, но затем её лицо озарила довольная улыбка. Дежурным полицейским не нужно было повторять дважды — они мигом набросились на Нянь Дасина. Только Фань Лин в панике и растерянности принялась лепетать: «Что? Что?» — и пыталась заслонить мужа собой. Однако эта тщедушная женщина была бессильна против полицейских. Несколько человек подхватили Нянь Дасина под руки и поволокли вперёд:
— Идёмте с нами!
— Пошли!
Нянь Дасин, к всеобщему удивлению, не посмел больше пикнуть. Он лишь бормотал что-то себе под нос и то и дело оглядывался на У Юя — в его взгляде читались плохо скрытое подозрение и страх.
— Не топчитесь! Пошли!
Нянь Дасин съёжился, словно увидел привидение, и под грозные окрики полицейских его, спотыкаясь, выволокли наружу.
— Командир отряда Бу, — Мэн Чжао потёрла руки и с виноватой улыбкой заговорила: — Сяо У ведь не специально, он просто хотел помешать Нянь Дасину избивать женщину. Вы уж посмотрите на это дело…
Бу Чжунхуа не ответил. На его лице не отразилось ни гнева, ни удовлетворения. Он прищурился и принялся разглядывать У Юя. Все вокруг затаили дыхание. Наконец он спросил:
— Тебя не ударили?
Мэн Чжао поспешно толкнула У Юя локтем и прошептала:
— Извинись же!
У Юй опустил глаза, глядя в пол:
— Простите, командир, в следующий раз я…
— Тебя не ударили?
Повисла короткая тишина. У Юй невнятно выдавил из себя:
— Нет.
Бу Чжунхуа кивнул:
— В следующий раз не дерись в коридоре. Здесь камеры.
Все облегчённо выдохнули, и атмосфера разрядилась.
— Этот Нянь Дасин — алкоголик, жену бьёт, мелкие кражи — весь букет, до дочери ему вообще дела нет, сразу денег потребовал! Ну и тип!..
— Вы только посмотрите, наш Сяо У, оказывается, обучен боевым искусствам! Как он его с разворота в грудь — хрусть!
— Молодец, У Юй! А обычно такой скромный! В следующий раз тоже не робей, ясно?
Ляо Ган, обернувшись, с улыбкой добавил:
— Да что вы понимаете! У нас во всём отделе уголовного розыска всего одна женщина — сестрица Мэн, так что Сяо У просто защищал нашу боевую подругу… — Он повернулся и, наткнувшись на холодный взгляд Бу Чжунхуа, вмиг покрылся мурашками и замолк на полуслове.
— Все в кабинет. Через пять минут совещание по делу, — бесстрастно произнёс Бу Чжунхуа. — А это обсудим позже.
— Убийство в комнате 502. Погибшая — Нянь Сяопин, пятнадцать лет. Причина смерти — травматический разрыв сердца, приведший к острой тампонаде перикарда. Орудие — двусторонний клинок шириной около трёх с половиной сантиметров. На теле погибшей следов преступника пока не обнаружено.
— Первый этап осмотра места происшествия на следы завершён. Мы тщательно проверили весь грунт — следов обуви, крови, отпечатков пальцев или волос преступника пока не найдено.
— Группа, выезжавшая в школу Сяоган, доложила: у Нянь Сяопин в школе не было конфликтов с одноклассниками, вредных привычек не замечено, школьную травлю можно исключить. Руководитель и начальник цеха на заводе «Хунсин», где она подрабатывала, также допрошены. Подробные протоколы здесь, перекрёстные показания противоречий не выявили.
……
— Только не смотрите на технический отдел, они и так выложились по полной. Вы хоть представляете, как они старались? — Ван Цзюлин развёл руками под пристальными взглядами всего кабинета. — Участок водной полиции вместе с водолазами прочесали реку Сыхэ вдоль и поперёк — не то что орудия убийства, даже намёка на него не нашли. Что уж говорить о преступнике! Чем я могу вам помочь? Прикажете из земли кровавый отпечаток пальца для вас вызвать?
Все оперативники в кабинете устремили на него полные надежды взгляды, словно умоляя: «Папа-техотдел, ну пожалуйста, подари нам чудо ещё раз!»
— Ничего не поделаешь, — проворчал начальник отдела Ван. — Пусть потом судмедэксперты снова сделают снимки тела в чувствительном свете, может, хоть скрытую кровь найдут. И смотрите у меня: вечно вы, как голодные, так к нам, а как сытые, так и знать нас не знаете. Если на следующем корпоративе опять припрётесь к нам с шампунем «Баван» от облысения — имейте в виду, я всерьёз обижусь.
Оперативники поспешно прикрыли рты ладонями, делая вид, что ничего не слышали. Бу Чжунхуа спросил:
— А что с записями с камер наблюдения вдоль маршрута?
Все взгляды мгновенно переметнулись. Добросовестный начальник группы видеонаблюдения, оказавшись под прицелом, отчаянно замотал головой.
— В тот день был ливень, видимость почти нулевая. К тому же место преступления находится в хаотичном районе на стыке города и пригорода, зона охвата камер огромна, — вздохнув, взял на себя роль переводчика Ляо Ган, всегда готовый прийти на помощь. — Если полагаться только на видео, можно искать до второго пришествия и не найти ничего. Мы понятия не имеем, где убийца выбрался на берег после того, как прыгнул в реку.
Ни следов на месте преступления, ни установленных личных врагов. Иными словами, на третий день после убийства расследование практически не продвинулось ни на шаг.
Ливень смыл все улики, а преступник использовал погоду, место и время с идеальной точностью, превратив и без того запутанное дело в ещё более тёмный лабиринт.
— У Нянь Дасина есть враги? — спросил Цай Линь, усевшись на стул задом наперёд и обхватив спинку руками. — Этот тип с первого взгляда видно — пьяный и самого чёрта не побоится. Может, в нём и есть какая-то зацепка?
Только что упомянутый «чёрт», У Юй, сидел низко опустив голову за своим рабочим столом. Из-за слишком широкой футболки он казался ещё более молчаливым и худым — совсем не похожим на того, кем был всего минуту назад.
Бу Чжунхуа задержал на нём взгляд на мгновение.
Мэн Чжао с досадой произнесла:
— Нянь Дасин упёрся как баран и твердит, что он законопослушный гражданин и никогда ни во что не ввязывается, а всю ответственность должен нести завод «Хунсин», где работала Нянь Сяопин. Больше он рта не открывает. И что делать? Он же родственник погибшей, мы можем его только опрашивать, но не допрашивать!
Это было ясно как день. Нянь Дасин — бывалый жулик и хулиган, за долгие годы общения с местными участками он стал настоящим тёртым калачом, которому нипочём любые расспросы. Чтобы он добровольно признался в своих мелких пакостях и кражах? Да никогда в жизни.
— Я уже отправил людей из уголовного розыска в деревню Сяоган для поквартирного обхода, к концу смены должны быть первые результаты, — Бу Чжунхуа поднялся и, чуть повысив голос, продолжил: — Убита пятнадцатилетняя девочка, а свидетель при этом остался невредим. Если за этим преступлением стоит какой-то мотив, связанный с личными отношениями, то её родители с вероятностью девяносто процентов имеют к этому отношение. Нужно копать глубже.
Цай Линь проворно вскочил:
— Есть!
— Единственная точная примета преступника — череп на лице. Усилить проверку больниц, кладбищ, крематориев, похоронных бюро. Особое внимание уделить сельским районам вокруг города Цзиньхай, где ещё не практикуют кремацию. Если появятся любые зацепки, связанные с покупкой или кражей тел — немедленно проводить тщательную проверку. Кроме того, оставить две мобильные группы в отделе для экстренных выездов. Всех остальных рассредоточить по городу для проверки производителей и поставщиков анатомических манекенов. Если кто-то будет отказываться сотрудничать — уведомлять местный коммерческий надзор. Если и тогда не образумятся — направлять к ним людей с проверкой пожарной безопасности.
Бу Чжунхуа не зря прошёл суровую школу полевого оперативника — его методы были одновременно жёсткими и изобретательными. Все присутствующие поднялись и закивали:
— Есть!
— Поняли!
Оперативники, второпях пристёгивая служебные «восьмёрки» — набор из восьми обязательных предметов экипировки, — уже собирались на выезд. Ляо Ган в общем шуме понизил голос и с тревогой вполголоса спросил:
— А если и по этой линии ничего не выяснится, командир?
Бу Чжунхуа промолчал.
— У нас никогда ещё не было дела с такой чистой, нетронутой сценой: ни записей с камер, ни сотрудничества с родственниками, время поджимает… И если этот странный череп тоже останется неопознанным, не превратится ли дело 502 в «глухое»?
«Глухое дело» — без улик, без доказательств, без мотивов, без подозреваемых. У каждого начальника отдела уголовного розыска за время службы накапливается то или иное количество таких дел — они словно застарелая хворь, которая не уходит годами и в конце концов становится мукой на всю жизнь.
«…На свете есть только недостаточно профессиональные следователи, но не существует абсолютно чистых мест преступлений, — помедлив, сказал Бу Чжунхуа. — Однако меня беспокоит не это, а кое-что другое».
Ляо Ган вздрогнул. Он увидел, как Бу Чжунхуа, нахмурившись до самой переносицы, после долгой паузы негромко произнёс:
— Приближается сезон дождей. Как думаешь, он совершит новое убийство?
Ляо Ган побледнел как полотно.
Удача не благоволила отделу уголовного розыска.
Технический отдел провёл повторную проверку и подтвердил, что в привезённом с места происшествия слое почвы не осталось никаких следов преступника. Судмедэксперты произвели полное вскрытие тела и электронную фотосъёмку — дополнительных характеристик орудия убийства выявлено не было, как не обнаружилось и скрытых отпечатков крови, пальцев или ДНК убийцы.
Во всех сельских участках не поступало сообщений о взломе могил. Записи о кремации в похоронных бюро и крематориях также совпадали. Со всеми крупными больницами и производителями анатомических манекенов провели встречи, но результаты были обескураживающими: установить происхождение черепа-маски не удалось совершенно.
Дело о черепе в комнате 502, совершённое в ночь ливня, словно было делом рук мертвеца, который вылез из реки Стикс, убил невинную девушку, случайно оказавшуюся на его пути, и прыгнул обратно в преисподнюю, исчезнув навсегда.
За что же теперь ухватиться в этом деле?
http://bllate.org/book/19016/1867514
Breaking Through the Clouds 2: Swallow the Sea / Разрывая облака 2. Поглотить море [❤️] - Архив 