— Это правда?
Ли Бу на мгновение опешил, внимательно оглядывая Цзян Лэ.
— Я всего лишь простолюдин с заурядными способностями, если столкнусь с опасностью, то не смогу даже себя защитить. Почему младшая сестра желает побрататься со мной?
— Видя твои седые волосы и алые глаза, я понимаю, что твоя жизнь будет необыкновенной. Ты подобна дракону, входящему в море, твоё будущее безгранично, и нам, простым смертным, до тебя далеко.
Цзян Лэ улыбнулся:
— Старший брат, не стоит недооценивать себя. Разве человек рождается, уже зная свою судьбу? Откуда нам знать, что не сможем перепрыгнуть через врата дракона!
Ли Бу тщательно обдумал эти слова, почувствовав в них глубокий смысл, и с радостью ответил:
— Если младшая сестра не побрезгует, называй меня просто старшим братом. Будем жить и умирать вместе.
Цзян Лэ протянул Ли Бу «Шесть-девять тайное искусство» и серьёзно сказал:
— Это искусство необычайно глубокое и таинственное, оно определённо не простое Жёлтое искусство. Я дарю его тебе, старший брат. Когда будет время, можешь его изучить.
«Шесть-девять тайное искусство» было таинственным, но не подходило Цзян Лэ.
Самой подходящей кандидатурой,
должен был быть именно Ли Бу.
— Благодарю тебя, младшая сестра. Не буду мешать твоей практике.
Ли Бу сложил руки в знак благодарности.
Покинув зал для культивации, в его глазах мелькнуло незаметное выражение, и он тихо вздохнул.
— Одинок и горек путь Императора, красный мир — лишь испытание!
— Сто перерождений: я был и торговцем на постоялом дворе, и жестоким преступником, и деспотичным правителем, и трусливым, но хитрым купцом...
— Но никогда ещё не побратался ни с кем.
— Занятно...
Ли Бу погладил пожелтевшую древнюю книгу, и на его губах заиграла улыбка.
— Четыре трактата Святого Владыки, за которые бесчисленные Императоры готовы были перегрызть друг другу глотки, и их используют как подставку для стола?
— Вот это наследие у Секты Тайцинсюань!!!
В глазах Ли Бу появился отблеск воспоминаний.
В древности, в Эпоху Падения Императоров,
Девять Святых владели миром, каждый занимал одно из Девяти государств. Всё сущее утратило милосердие, мир стал жертвенным животным.
Своими личными желаниями они захватили сердца Поднебесной.
С каждым днём они становились всё надменнее.
Императоры восстали и свергли владычество Девяти Святых.
Великая Война Святых была необъятна, Девять государств раскололись. Некая женщина с фиолетовыми глазами оборвала путь к Царству Святых, и после этого никто уже не мог достичь святости.
— После падения Девяти Святых их девять великих трактатов рассеялись по миру, и бесчисленные Императоры до сих пор их не нашли. Кто бы мог подумать, что здесь, в Северном государстве, в Секте Тайцинсюань, хранятся сразу четыре.
— Интересно, переживут ли новость старые хрычи с Девяти Небес?
Ли Бу усмехнулся и покачал головой:
— Если пять человеческих государств разрушатся...
— Скука!
…
Когда Ли Бу ушёл.
Цзян Лэ принялся изучать «Пожирающее Небеса Дьявольское Искусство». Оно идеально подходило её Телу Предельного Небесного Дьявола. Чёрные иероглифы и знаки воспарили, вонзаясь в лоб Цзян Лэ.
С неё самой, как из центра,
древняя аура медленно распространялась вовне.
Затем она превратилась в ужасающую силу притяжения, безумно поглощая окружающую таинственную энергию. Вокруг Цзян Лэ образовалась полуметровая вакуумная зона, свободная от неё.
Сила Цзян Лэ также бешено возрастала.
Четвёртый уровень Царства Тайны!
Пятый уровень Царства Тайны!
…
Вся таинственная энергия в зале для культивации исчезла, поглощённая дочиста.
Цзян Лэ внезапно распахнула глаза. В голове осталось лишь одно яркое чувство.
Голод!
До крайности.
Забыв о приличиях, она открыла больше десятка похищенных ранее пространственных мешочков. Ведомая инстинктом предельного голода, она достала все талисманы и пилюли, повышающие таинственную энергию.
И запихнула их в рот всей кучей.
Лишь тогда её белый, гладкий живот наполнился хоть какой-то сытостью.
— Это «Пожирающее Небеса Дьявольское Искусство» воистину деспотично, насильно высасывает всю энергию, безумно истощая все пределы организма.
Цзян Лэ пришла в себя.
Только тогда она заметила, что её уровень культивации поднялся до шестого уровня Царства Тайны.
И это всего за половину времени горения ароматической палочки.
Вся таинственная энергия в зале была выметена подчистую, иначе Цзян Лэ чувствовала, что могла бы подняться ещё на один уровень.
— Всего в Павильоне Хранения Канонов три этажа.
— Таинственная энергия на первом этаже всё же слишком разрежена. Прошло совсем немного времени, а я уже всё вычерпала.
— Нужно подниматься выше.
Цзян Лэ перевела взгляд на третий этаж.
Здесь находились личные места для культивации Старейшин-хранителей павильона. Даже другие старейшины секты, желая войти сюда для практики, должны были заискивать перед хранителями.
— Восстановлюсь и продолжу.
Цзян Лэ выдохнула мутную энергию. На каменном столе лежали две древние книги.
Их уровни были чётко указаны: Жёлтое искусство.
Кто же их сюда положил?
Ведь две из них — трактаты Святого Владыки. Любая, оказавшись во внешнем мире, вызвала бы кровавую бурю.
В своём оригинальном сюжете
Цзян Лэ, от нечего делать, унёс «Пожирающее Небеса Дьявольское Искусство», и в конце концов, к его удивлению, Тан Су случайно завладел им.
Что касается уже подаренного «Шесть-девять тайного искусства»,
Цзян Лэ не знала, как Ли Бу практиковал его в прошлой жизни.
«Записи о забвении чувств высшего предела» же навсегда остались здесь. Линь Муцин искала их бесчисленные годы и, должно быть, даже в страшном сне не могла представить, что они находятся прямо в Секте Тайцинсюань.
— Изначально было четыре трактата, три из которых — наследие Святого Владыки. Не верю, что и четвёртый — простая поделка...
Цзян Лэ, движимая любопытством, открыла «Сердечное Писание Нефритовой Практики».
В нём наверняка скрыта не замеченная ранее тайна.
Она принялась внимательно листать,
в книге были разнообразные иллюстрации, а описания были необычайно подробными, живыми и яркими.
К тому же автор применил некое ментальное воздействие.
Перед глазами Цзян Лэ словно предстали образы разных женщин. Прекрасные бессмертные с неуловимыми лицами, грациозно поющие и танцующие. Кожа, как белый, влажный нефрит. Тонкие станы колыхались на ветру.
И главное,
эти бессмертные были ещё и...
У Цзян Лэ даже кровь вскипела. Картина была столь прекрасна, что она не осмеливалась и вообразить подобное.
— Этот автор — поистине необыкновенный человек...
Цзян Лэ прижала руку к груди, глубоко вздохнула. Её алые зрачки стали ещё более манящими.
— Я только ещё одну страницу посмотрю, а потом пойду практиковать «Пожирающее Небеса Дьявольское Искусство».
Её белая рука дрогнула.
Она перевернула ещё одну страницу. Следующий образ оказался ещё прекраснее.
Их было две.
Они сплелись в странной позе.
— Что же они...
Лицо Цзян Лэ залилось краской, она стала нежной и слабой.
Под воздействием ментальной силы
ей показалось, будто она перенеслась в мир, нарисованный в книге. Прекрасные фигуры, казалось, игриво улыбались ей.
Незаметно для себя
Цзян Лэ начала терять контроль над телом.
Она шагнула к той бессмертной. Всё ближе и ближе.
Чем ближе она подходила, тем сильнее ощущала её ослепительную красоту. Сияющая, как нефрит, кожа, казалось, излучала жемчужный свет. Сияющие глаза, будто в них сокрыты тысячи звёздных рек.
Та непрерывно манила её к себе.
И наконец показала средний палец!
Цзян Лэ прикусила язык и резко очнулась.
Только тогда она осознала.
Чёрт!
Это должна быть она, одна из Девяти Святых древности — Нефритовый Бессмертный!
Не зря она Святой Владыка.
Воистину ужасающая. Даже иллюзия, оставшаяся с древних времён, каждым своим движением и улыбкой невероятно соблазнительна.
Хорошо, что она женщина.
Будь на её месте мужчина, столкнувшись с подобным, он непременно погиб бы от взрыва энергии.
Нефритовый Бессмертный!
Самая необычная из Девяти Святых.
Стальная лилия. Сколько женщин пало жертвой её чар.
Она всегда была сильнейшей стороной.
На последней картинке
в кадр ворвалась женщина с фиолетовыми глазами. Нефритовый Бессмертный, одна из Девяти Святых, в панике рухнула навзничь...
Цзян Лэ оцепенела.
Кто же это был из великих древности.
http://bllate.org/book/18893/1846405
Готово:
