Кто-то притворялся, будто ничего не произошло, но походка выдала его с головой.
Ли Лин запомнил всех этих людей.
Вернувшись в Шуфанчжай, он обнаружил, что Юань-эр всё ещё спит.
Он присел на край кровати и посмотрел на маленькое лицо. Лицо выглядело лучше, чем утром, но всё ещё оставалось бледным.
Ли Лин протянул руку и коснулся лба мальчика. Не горячий, температура в норме.
Он убрал руку и продолжал сидеть.
За окном начинало темнеть.
Некоторые вещи должны были измениться.
Глава 45. Расследование
Юань-эр проспал целые сутки.
На следующий день к вечеру он наконец смог встать с постели. Лицо всё ещё оставалось бледным, но в глазах появился блеск.
Он сидел во дворе, наблюдая, как Ли Лин хлопочет на кухне, и время от времени выкрикивал: — Брат Лин! — и, услышав ответ, с довольным видом продолжал сидеть.
Ли Лин вынес кашу и смотрел, как тот ест маленькими ложечками.
— Завтра не ходи в школу, — сказал он.
Юань-эр поднял голову.
— Я уже отпросился у учителя Чжоу, — продолжил Ли Лин. — Сказал, что ты приболел, нужно отлежаться несколько дней.
Юань-эр кивнул, не спрашивая о причинах. Он знал: если брат Лин так решил, значит, на то есть веская причина.
В ту ночь, когда Юань-эр уснул, Ли Лин вышел из дома. Его шаги были едва слышны, он двигался практически бесшумно.
Сначала он отправился на императорскую кухню.
Было уже поздно, там никого не оказалось. Он пробрался через окно и в лунном свете принялся осматривать все бутыли и банки. Масло, соль, уксус, сахар, приправы — он открывал каждую, нюхал, пробовал на вкус, касаясь кончиком пальца.
Чистая энергия Ян циркулировала в его теле, позволяя заметить малейшую аномалию.
Ничего.
Затем он отправился на склад, где хранились сладости. Остатки дневных десертов были аккуратно сложены в коробки. Он открыл каждую коробку и обнюхал каждый кусочек.
Снова ничего.
Он стоял посреди склада и размышлял.
Пирожные делали и доставляли в тот же день. Если с ними что-то не так, проблема должна была возникнуть в процессе приготовления.
Но на императорской кухне столько людей, как их проверить?
Он развернулся и ушел, направившись в другое место.
На кухню при учебном заведении.
Там, где принцы обедали, была маленькая кухонька, предназначенная для разогрева еды и приготовления чая.
Когда Ли Лин прокрался внутрь, там было темно и пусто.
Он зажег огниво и осмотрелся. Плита была чистой, посуда — аккуратно расставлена, никаких странностей.
Он присел на корточки, изучая следы на полу. В углу обнаружился отпечаток ноги — меньше, чем у обычного мужчины, похоже, женский.
Он запомнил это.
Поднимаясь, он вдруг заметил под разделочной доской клочок бумаги.
Он поднял его и поднес к огню. Бумага была тонкой, желтоватой, на ней ничего не было написано.
Но он почувствовал неладное. Материал этой бумаги отличался от той, в которую заворачивали сладости.
Спрятав бумагу за пазуху, он вылез в окно и скрылся.
На следующий день Ли Лин начал расспрашивать.
Сначала он нашел маленького евнуха с императорской кухни по имени Сяо Шуньцзы. Тот был ему обязан еще со времен службы в Ведомстве внутренних дел.
— Господин Ли, зачем вы об этом спрашиваете? — занервничал Сяо Шуньцзы.
Ли Лин ответил: — Седьмой принц заболел, врач сказал, что он отравился. Я хочу узнать, кто готовил те сладости.
Сяо Шуньцзы подумал и сказал: — В тот день дежурил мастер Лю. Это он готовил пирожные с финиковой пастой, несколько порций.
Ли Лин кивнул и спросил: — Кто, кроме мастера Лю, заходил на кухню?
Сяо Шуньцзы замялся: — Это... как же упомнишь. На кухне вечное движение: одни приносят продукты, другие забирают, третьи передают приказы — десятки людей за день.
Ли Лин посмотрел на него: — Постарайся вспомнить хорошенько.
Сяо Шуньцзы долго думал, а потом вдруг выпалил: — Точно! В тот день заходил кто-то незнакомый. Сказал, что новенький, пришел помочь с доставкой продуктов. Выглядел... ну, такой щуплый, голос тонкий.
Ли Лин насторожился.
— Сколько лет на вид?
— Да лет пятнадцать-шестнадцать, пожалуй? Трудно сказать.
— Кто-нибудь еще его видел? — спросил Ли Лин.
Сяо Шуньцзы покачал головой: — Этого я не знаю.
Ли Лин поблагодарил его и ушел.
Следующие несколько дней Ли Лин повсюду выискивал этого незнакомца.
Но никто ничего не знал. Одни говорили, что не видели, другие — что не помнят, третьи предполагали, что его перевели из другого ведомства.
Он отправился в Ведомство внутренних дел проверять списки — среди новых евнухов такого не было. Он караулил у императорской кухни — тот человек больше не появлялся.
Казалось, этого незнакомца никогда и не существовало.
Ли Лин понимал: что-то не так. Чем больше его скрывали, тем очевиднее была проблема.
На третий день он отправился в одно место.
В лагерь стражников.
Охранник по имени Чжан Хэн, увидев его, изменился в лице и хотел уйти.
Ли Лин окликнул его:
— Господин Чжан, уделите мне минуту.
Чжан Хэн посмотрел на него, вспоминая недавний инцидент на заднем дворе, и внутри у него всё похолодело.
— Господин Ли... что случилось?
Ли Лин прямо спросил: — Кто приказал вам найти меня в день весенней прогулки?
Чжан Хэн опешил:
— Что?
Ли Лин повторил: — Там, за городом, меня кто-то вызвал. Этот человек сказал, что он из ваших подчиненных.
Лицо Чжан Хэна переменилось.
— Я... я не посылал никого за вами.
Ли Лин пристально посмотрел на него. Чжан Хэна пробрала дрожь, и он поспешно добавил:
— Клянусь! Я весь день был рядом со вторым принцем, никуда не отходил!
Ли Лин помолчал.
— Хорошо, — сказал он. — Я верю вам.
Он развернулся, чтобы уйти, но Чжан Хэн вдруг позвал его:
— Господин Ли!
Ли Лин обернулся.
Чжан Хэн помедлил, понизил голос и прошептал: — В те дни кто-то наводил о вас справки.
Ли Лин посмотрел на него.
— Это были люди из Восточного двора, — сказал Чжан Хэн. — Имени не знаю, но говорят, это старик, который занимается... ну, всякими грязными делами.
Ли Лин кивнул.
— Благодарю.
Он ушел.
Вернувшись в Шуфанчжай, он застал Юань-эра во дворе. Увидев его, мальчик подбежал:
— Брат Лин!
Ли Лин посмотрел на него сверху вниз. Ребенок выглядел намного лучше, глаза блестели.
— Как сегодня? — спросил он.
— Намного лучше, — ответил Юань-эр. — Учитель Чжоу прислал книги, я сам их читал.
Ли Лин кивнул. Юань-эр потянул его за рукав в дом.
— Голоден? — спросил мальчик.
— Нет, — ответил Ли Лин.
Юань-эр обернулся:
— Ты наверняка опять не поел нормально.
Ли Лин промолчал. Юань-эр усадил его на стул, сам сходил на кухню и принес миску каши.
— Ешь.
Ли Лин посмотрел на кашу, потом на мальчика. Ребенок стоял рядом, не сводя с него сияющих глаз.
Он взял миску и начал есть. Юань-эр удовлетворенно кивнул и сел рядом.
В ту ночь, когда Юань-эр уснул, Ли Лин снова вышел.
Он отправился к Восточному двору. Не зашел внутрь, а затаился снаружи.
Он просидел там всю ночь, наблюдая, кто входит и выходит. Кто на ночном дежурстве, кто сменяется, через какие ворота ходят — всё это он запоминал.
На рассвете он увидел, как вышел старик.
Этот человек отличался от остальных. Шел медленно, слегка сгорбившись, но глаза у него были очень зоркие.
Ли Лин проводил его взглядом. Старик словно что-то почувствовал: он внезапно обернулся и посмотрел точно в то место, где прятался Ли Лин.
Ли Лин не шелохнулся.
Старик посмотрел еще немного, медленно отвел взгляд и пошел прочь.
Ли Лин дождался, пока он уйдет далеко, и тихо удалился.
По дороге домой он всё думал: кто этот человек? Почему он наводил справки? Связано ли это с отравлением?
Он не знал. Но понимал: это дело куда сложнее, чем кажется.
Спустя еще несколько дней Ли Лин расставил ловушку.
Он пустил слух на кухне, что Седьмой принц поправился и хочет тех самых пирожных с финиковой пастой, и велел мастеру Лю приготовить еще порцию.
Сам же спрятался в тени, наблюдая, кто проявит активность.
Весь день ничего не происходило.
К вечеру маленький евнух с подносом направился в Шуфанчжай. Ли Лин преградил ему путь.
— Что это?
— Сладости с кухни, говорят, Седьмой принц просил.
Ли Лин взял поднос и заглянул внутрь. Пирожные с финиковой пастой. Точно такие же, как в тот день.
Он закрыл крышку и сказал евнуху: — Оставь здесь, я сам отнесу.
Евнух ушел. Ли Лин, не заходя в дом, отправился в уединенное место, открыл шкатулку и проверил еду серебряной иглой.
Игла не изменила цвета. Он коснулся пальцем начинки и попробовал.
Чистая энергия Ян не обнаружила никаких ядов.
Он стоял там, глядя на сладости, и долго молчал.
Всё чисто. Тот человек больше не попадется на одну и ту же удочку. Он слишком осторожен.
Ли Лин выбросил пирожные, а пустую шкатулку вернул на кухню.
Вернувшись в Шуфанчжай, он увидел, что Юань-эр ждет его.
— Брат Лин, где ты был?
— Ходил прогуляться, — ответил Ли Лин.
Юань-эр посмотрел на него, не стал расспрашивать, а просто взял его за рукав.
— Главное, что вернулся.
Когда он это сказал, его улыбка была такой мягкой и милой, что у Ли Лина сжалось сердце.
Глава 46. Не отступлюсь
Юань-эр с каждым днем чувствовал себя лучше. На седьмой день он уже мог бегать и прыгать по двору. На восьмой день начал упрашивать Ли Лина приготовить мясо в соевом соусе. На девятый день его лицо наконец вернуло здоровый румянец.
Видя, как мальчик резвится, Ли Лин почувствовал, как камень упал с его души.
Но он не забыл о событиях прошлых дней. Каждый вечер, когда Юань-эр засыпал, он уходил.
На десятую ночь он снова отправился к Восточному двору.
В этот раз он не стал сидеть снаружи, а пробрался внутрь.
Достигнув шестого уровня техники Чистого Ян, его чувства стали намного острее. В темноте он видел как днем, а шаги его были тише кошачьих. Скользя вдоль стены, он миновал патрули и нашел покои того самого старика.
Небольшая комната, в окне горел свет. Он припал к стене под окном, прислушиваясь к звукам внутри.
Кто-то разговаривал.
— ...Как продвигается то дело?
— Человека больше нет. Устранили.
— Его вычислили?
— Нет. Тот евнух очень хитер, повсюду расспрашивает, но ничего не может узнать.
— Хорошо. Помни: если кто спросит — ты ничего не знаешь.
— Слушаюсь.
Раздались шаги — кто-то собирался выйти. Ли Лин бесшумно отступил в тень.
Дверь открылась, вышел тот самый старик.
Когда он удалился, Ли Лин вышел из тени. Он посмотрел на комнату и запомнил, где она находится.
На одиннадцатую ночь он отправился к дому мастера Лю. Мастер жил за пределами дворца, и Ли Лин не мог выйти. Пришлось расспрашивать ученика мастера. Мальчишка был труслив, и стоило Ли Лину надавить, как он выложил всё.
— Те сладости готовил учитель. Но во время готовки... заходил один разнорабочий, помогал разводить огонь.
— Какой рабочий?
— Не знаю. Сказал, что новенький, помогал только один день, потом я его не видел.
Сердце Ли Лина учащенно забилось.
— Как он выглядел?
Ученик подумал: — Худой, маленький, лицо бледное, говорил мало. Больше ничего не помню.
Ли Лин спросил: — Он касался пирожных?
— Место, где разводят огонь, далеко от разделочной доски, он не мог их коснуться. Но... он выходил на полпути, а когда вернулся, у него рукав был вроде как мокрый.
Рукав был мокрый.
В голове Ли Лина всплыла картинка. Тот человек, пользуясь моментом, спрятал что-то в рукаве. Вышел, чтобы пропитать это ядом. Вернулся и, проходя мимо, коснулся сладостей...
Коснулся?
Он вспомнил слова Юань-эра: то пирожное, которое он съел, лежало сверху.
Если так, то тому человеку достаточно было при подаче подноса слегка провести рукавом по верхнему пирожному.
Ли Лин медленно сжал кулаки.
На двенадцатую ночь он нашел того самого евнуха, что доставлял поднос. Его звали Сяо Гуйцзы, ему было всего четырнадцать, и он был ужасно труслив. Зажатый Ли Лином в углу, он побледнел от страха.
— Господин Ли, я... я правда ничего не знаю!
Ли Лин присел перед ним и посмотрел в глаза.
— По дороге с подносом ты кого-нибудь встречал?
Сяо Гуйцзы опешил, долго думал.
— Вроде... вроде кто-то спрашивал дорогу.
— Кто?
— Какой-то... рабочий. Худой, маленький, лицо бледное. Спрашивал, как пройти на кухню.
— Ты сказал?
— Сказал. И он ушел.
Ли Лин пристально смотрел на него.
— А потом?
— Потом... потом я понес сладости. Больше я его не видел.
Ли Лин помолчал.
— Хорошо, — он встал. — О сегодняшнем разговоре никому ни слова.
Сяо Гуйцзы отчаянно закивал.
На тринадцатую ночь Ли Лин снова отправился к Восточному двору.
В этот раз он пробрался прямо в ту комнату.
Внутри никого. Он перерыл всё, обыскал каждый угол.
Пусто. Так чисто, словно там никто никогда не жил.
Он стоял посреди пустой комнаты, и по спине пробежал холод. Тот человек знал, что он придет, и заранее всё подготовил.
На четырнадцатый день Юань-эр не выдержал. Когда ночью Ли Лин собрался уходить, он схватил его за рукав.
— Брат Лин, ты снова уходишь.
Ли Лин обернулся. В лунном свете глаза ребенка блестели, в них читалась обида.
— Ты уходишь каждую ночь, — сказал Юань-эр. — Я всё знаю.
Ли Лин промолчал.
— Я скоро вернусь.
Юань-эр не отпускал его.
— Ты идешь искать того человека, да?
Ли Лин промолчал.
Юань-эр посмотрел на него и вдруг сказал: — Брат Лин, я не боюсь.
Ли Лин замер.
— В тот день я чуть не умер, но выжил, — продолжал Юань-эр. — Это ты меня спас. Я не боюсь. — Он посмотрел Ли Лину прямо в глаза и отчетливо произнес: — Но я боюсь, что с тобой что-то случится.
Ли Лин посмотрел на это маленькое лицо, и внутри у него будто что-то оборвалось.
Он присел на корточки, заглянул в глаза Юань-эру и произнес с предельной твердостью:
— Со мной ничего не случится.
Юань-эр не поверил.
— Я обещаю тебе, — добавил Ли Лин.
Юань-эр долго смотрел на него, а потом медленно разжал пальцы.
— Брат Лин, вернись до рассвета.
Ли Лин кивнул. Он встал и направился к выходу. У порога он оглянулся. Маленькая фигурка ребенка стояла в лунном свете, не двигаясь, и смотрела ему вслед.
Ли Лин отвел взгляд и растворился в ночи.
На пятнадцатую ночь Ли Лин нашел того человека.
Не старика, а того щуплого рабочего. Он караулил у кухни три дня и наконец увидел подозрительную фигуру.
Тот переоделся, но походка осталась прежней — легкая, быстрая, как у ночного кота.
Ли Лин последовал за ним. Тот шел медленно, постоянно оглядываясь. Но Ли Лин прятался мастерски, и тот ничего не заметил.
Наконец, человек зашел в уединенную лачугу.
Ли Лин подождал немного, убедился, что вокруг никого, и прокрался к окну. В щели пробивался свет. Он припал к стене и услышал тихий кашель.
Затем последовал старческий голос:
— Вернулся?
— Да.
— Не выходи эти дни. Тот евнух всё еще ведет расследование.
— Знаю.
— Сколько яда осталось?
— Немного.
— Использовать до конца, больше не будет. Тот человек больше не даст.
Молчание.
Спустя время молодой голос спросил:
— Тот ребенок... он умер?
Старческий голос ответил: — Нет. Живучий оказался.
Снова молчание. И тяжелый вздох.
— Ладно, это нас больше не касается. Бери деньги и уходи.
— А вы?
— Я стар, мне не уйти. Иди.
Ли Лин больше не стал слушать. Он поднялся и с размаху выбил дверь ногой.
Двое в комнате замерли.
Тот щуплый рабочий, молодой парень лет двадцати, сжимал в руках узелок. Старик был тем самым старцем из Восточного двора.
Их руки одновременно потянулись к губам — они хотели принять яд.
Ли Лин двинулся. Его силуэт мелькнул, и он уже был перед ними. Два резких движения пальцами, и челюсти обоих вылетели из суставов.
Раздался хруст. Затем еще два движения — и их плечи безжизненно обвисли.
Всё произошло за одно мгновение.
Оба вытаращили глаза, глядя на него с полным неверием.
Ли Лин молча закрыл дверь и задвинул засов. Затем присел перед ними.
— Хотите умереть? — сказал он. — Не так быстро.
В ту ночь в лачуге произошло многое.
В прошлой жизни Ли Лин видел немало. Он никогда не думал, что ему пригодятся эти знания. Но сегодня они пригодились.
Сначала он обратился к молодому. Тот молчал, только сверлил его глазами.
Ли Лин не стал тратить слова. Он схватил парня за палец и слегка надавил.
— Хрусть.
Тот взвыл, но звук не мог вырваться наружу — челюсть была вывихнута, получалось лишь невнятное мычание.
Ли Лин смотрел ему в глаза:
— Кто приказал?
Тот лишь кричал от боли. Ли Лин взял второй палец.
— Хрусть.
Снова звук. Парень задрожал, слезы и сопли текли по лицу.
Ли Лин спросил в третий раз:
— Кто приказал?!
В этот раз парень отчаянно закивал.
Ли Лин вправил ему челюсть. Задыхаясь, тот прерывисто проговорил:
— Не... не знаю... правда не знаю...
Ли Лин смотрел на него.
— Не знаешь?
— Кто-то... кто-то прислал письмо... в нем деньги и яд... велели сделать... когда закончим, пришлют вторую половину... мы никогда не видели того человека...
Ли Лин помолчал.
http://bllate.org/book/18783/1823148
Готово:
