Он всё ещё недостаточно хорошо понимал этого старого хрыча, но теперь он уже не так спешил, как раньше — думал, что со временем всё равно во всём разберётся.
Выйдя из машины и расплатившись, Чжоу Юй только проводил взглядом отъехавшее такси, как кто-то сзади с размаху врезался в него, едва не сбив с ног. Слегка нахмурившись, он обернулся и увидел чистое, но при этом яркое и манящее личико.
Девушка озорно хихикнула, вытащила из кармана черную одноразовую резинку для волос, небрежно собрала распущенные длинные пряди в хвост, после чего вцепилась в рукав Чжоу Юя:
— Братец, сюрприз? Неожиданно?
Глядя на младшую сестру, Чжоу Юй не испытал ни малейшей радости и даже с некоторым отвращением стряхнул ее руку:
— А мама где?
— В отеле. Не приехала.
— Вы с чего вдруг приперлись? Я же говорил, что буду дома только вечером?
Сестра недовольно зацокала языком:
— Ты наотрез отказался привозить Сюй Цзю, так что мне пришлось прибегнуть к угрозам и шантажу, чтобы заставить матушку притащить меня сюда.
— Чжоу Сяоси! — лицо Чжоу Юя помрачнело. — Ты шипперишь меня прямо у меня на голове? Да еще и явилась на место действия?
Чжоу Сяоси хихикнула пару раз, изогнула бровь и заявила:
— Между прочим, я главный администратор суперчата пейринга Цзючжоу...
Чжоу Юй какое-то время молча сверлил сестру взглядом, но в конце концов мог лишь ворчать себе под нос, пока вел ее обратно в отель. Впрочем, Чжоу Сяоси всю дорогу не возражала — с самого детства братец читал ей нотации чаще, чем кто-либо.
Когда они добрались до отеля, было уже за полночь. Чжоу Сяоси постучала в дверь, но госпожа Цзян не стала открывать, а просто отправила дочери сообщение: «Я подкрашиваюсь».
Чжоу Сяоси закатила глаза так, что чуть не осталась без них, и, вытащив из кармана карточку-ключ, сама отперла дверь.
Чжоу Юй потерял дар речи от этой парочки: одна слишком жалеет сил, чтобы протянуть руку и открыть дверь, пока наводит марафет, у другой ключ прямо в кармане, но ей лень его достать — просто чудеса лени!
Войдя внутрь, они увидели женщину в черном расшитом ципао. Она держала зеркальце и аккуратно подкрашивала губы помадой. Услышав звуки у входа, она повернула голову, легонько чмокнула ярко-красными губами и отложила зеркало.
На вид женщине было около сорока, волосы собраны в элегантный пучок, прямой нос, румяные губы, а гладкие и нежные щеки отливали розоватым белым светом — даже в молодости, а уж тем более сейчас, она была писаной красавицей, каких поискать.
Красавица поднялась, отряхнула ципао и надула губы, выглядя слегка недовольной.
Чжоу Юй за шиворот притащил сестру в комнату и, не говоря ни слова, первым делом извинился:
— Простите.
Мать фыркнула, крутанула точеной талией, повернулась и подошла к круглому столу в центре комнаты, бросив взгляд на телефон:
— Да за что тут извиняться? В конце концов, всю жизнь с тобой будет жить Сюй Цзю, а вовсе не мы с дочкой.
Голос матери звучал звонко и мелодично, словно серебряные колокольчики, точь-в-точь как у главных героинь в гонконгских фильмах восьмидесятых — тонкий, сладкий и чистый, без малейшей примеси.
— ... — Чжоу Юй слушал эти полные сарказма слова, но оправдаться было нечем: он действительно не поехал домой из-за Сюй Цзю, и это был неоспоримый факт.
Он злился, но злиться на собственную мать не мог, поэтому всю досаду пришлось выместить на сестре.
Чжоу Юй резким движением швырнул Чжоу Сяоси на кровать.
Девочку с детства баловали, поэтому падение оказалось болезненным. Покраснев от досады, она сцепилась с братом:
— Чжоу Сяочуань!
— Заткнись! — Чжоу Юй грозно зыркнул на сестру, изображая гнев. — Деревня!
— А придумывать прозвища — это по-твоему высокая культура?! — возмутилась Чжоу Сяоси.
Ей очень нравилось имя брата, и одно время она даже хотела сменить имя на Чжоу Си, но тогда Чжоу Юй стал звать ее «жидкая каша» (сичжоу). Чтобы соответствовать брату, раньше она звала его Чжоу Сяоюем, но потом поняла, что это имя тоже звучит неплохо, и стала звать его Чжоу Сяочуань. Однако иероглифы «Чжоу» и «чуань» (лодка) казались ей созвучными в другом ключе, поэтому Чжоу Юй и обозвал Чжоу Сяоси некультурной.
Отец был к ней несправедлив — имя Чжоу Юя звучало намного красивее.
Чжоу Юй не хотел тратить время на споры с сестрой о такой чепухе, поэтому сразу переключился на слова матери:
— Прошлой ночью Сюй Цзю остался один, я не хотел, чтобы он был один.
— Ох, — матушка ответила предельно холодно и равнодушно.
Чжоу Юй потер переносицу:
— Ну пойми же ты меня, а?
— А ты можешь понять нас? — мать повернулась, скрестила руки на груди и недовольно посмотрела на сына. — Мы не виделись целый год, я всего лишь попросила тебя вернуться на пару дней на Новый год и поужинать с нами, неужели это так сложно?
Чжоу Юй молчал.
— Сюй Цзю то, Сюй Цзю сё! Если бы не знала, что ты по-настоящему в него влюблен, я бы содрала с него шкуру! — матушка широко раскрыла миндалевидные глаза. — Это он заставил тебя остаться?
Чжоу Юй торопливо замотал головой:
— Нет, я сам захотел побыть с ним.
— Ха-ха! — злорадно усмехнувшись, мать открыла Вейбо, пару раз ткнула в экран, а затем решительно направилась к Чжоу Юю и протянула ему телефон.
Чжоу Юй ошеломленно посмотрел на мать и, снедаемый смутными сомнениями, взял гаджет. На экране красовалась страница Сюй Цзю в Вейбо!
Когда его взгляд упал на самый свежий пост Сюй Цзю, Чжоу Юй мысленно вздохнул и невольно мысленно поднял большущий палец вверх за этот пиар-ход старого хрыча. Вот уж старый пройдоха, мастер показухи — да какое к черту мастерство?!
Этот негодяй выложил пост, настолько двусмысленный, что любой с первого взгляда понял бы: здесь контент «18+»!
«Когда рушится матрас “Темпур”, ни одна бутылка пива “Снежное” не остается невиновной! @RT_Чжоу_Юй»
Прикрепленное фото: бутылка пива «Снежное».jpg.
Чжоу Юй: ???
Все топовые комментарии под постом сводились либо к пошлым шуточкам, либо к вопросам о том, правда ли всё это или игра на публику. Но хуже всего было то, что профессиональные игроки вроде Хо Чэна, Сяо Юя, Мо Чэня и Стоунера, прекрасно знавшие изнанку дела и с радостью поглощавшие тонны этой бесплатной романтики (шипперившие их пару), совершенно не заботясь о чужой выживаемости, тут же сделали репост с пожеланиями «любить друг друга до ста лет».
Мать отобрала телефон у сына, который замер от шока, то ли из-за гнева, то ли от стыда:
— Ты остался, чтобы разнести в пух и прах матрас?
— Нет! — ответил Чжоу Юй, но тут же понял, что сморозил глупость. — То есть я имею в виду, что матрас сломался не потому, что я остался... — он запнулся. — Не так, я не знал, что из-за моего оставания матрас рухнет... Нет, то есть я знал, что матрас не рухнет, поэтому...
Чжоу Юй вздохнул, закрыл лицо рукой и сдался!
Чжоу Сяоси каталась по полу от смеха — она еще никогда не видела, чтобы её вечно невозмутимый братец нёс такую бессвязную чушь.
Похоже, вчерашняя ночка выдалась поистине жаркой!
Обязательно нужно будет поделиться этой первоклассной горячей сахарной новостью с подружками!
Мать едва сдерживала хохот, ей уже сводило скулы, но она всё еще держала марку. Слегка кашлянув, она уняла улыбку на губах и спросила:
— Раз он тогда отверг твое предложение с кольцом, почему ты снова сошел с ним? Разве мама не говорила тебе, что хороший конь не возвращается к старому пастбищу? — она сделала паузу и, видимо, посчитав это недостаточно веским, добавила: — К тому же это пастбище застревает в зубах, старое и жесткое.
— Я люблю его. — В этом вопросе у него был готов ответ.
Мать склонила голову, и в ее глазах заблестел лукавый огонек:
— Тогда почему, когда мама то и дело спрашивала тебя, нет ли от него вестей, ты врал мне?
— ... — Чжоу Юй легонько потрепал себя по кончику носа и, подумав немного, объяснил: — Раньше от него действительно не было вестей. Он вернулся в страну только после того, как мы с Хо Чэном вышли в тренды.
— Он уезжал за границу?
— Угу.
— Вот почему от него не было никаких вестей. — Мать погрузилась в задумчивость.
Чжоу Юй кивнул, вкратце упомянув историю с глазами Сюй Цзю и рассказав обо всем, что произошло между ними позже.
Чжоу Сяоси аккуратно фиксировала в памяти каждую деталь и уже мысленно открывала на ноутбуке файл для своего грандиозного проекта с фанатским фикшном на сто тысяч слов.
Выслушав рассказ, матушка снова присела на край кровати, скрестила руки на груди и спросила:
— У него есть свободное время?
Чжоу Юй сразу понял, к чему клонит мать — она собиралась увидеться с Сюй Цзю. Он задумался, и перед его внутренним взором тут же встал образ вечно занятого хлопотами в клубе Сюй Цзю:
— Давай пока повременим. Пусть он немного окрепнет, я не хочу, чтобы на него давил груз чужих ожиданий, и чтобы он раздавал тебе пустые обещания.
— Я же не требую с него выкуп за невесту, что ты так защищаешь его? — мать искоса глянула на сына. — Бестолочь!
Увидев, что гнев матери сошел на нет, Чжоу Юй почувствовал, как камень свалился с души. Он не спеша подотел к ней и уселся прямо на ковер, задрав голову:
— Мам, он правда очень хороший.
— Ладно, я поняла! — вздохнула мать, бессильная перед сыновьей привязанностью. — Новоиспеченный зять не испытывает трудностей с финансами для содержания клуба? Может, мне инвестировать в него?
Чжоу Юй: ...
Разве можно менять мнение так стремительно?!
У него было странное ощущение, будто его только что продали!
Сорок шестая глава, ищите в Вейбо пользователя: Обязательно_допишу_эту_историю.
Или можете просто подождать до завтра, пока пройдет модерацию.
Глава 048
Сюй Цзю смотрел на пост, опубликованный им полчаса назад, и на более чем десять тысяч репостов, комментариев и лайков под ним. Он был бесконечно доволен, и единственным упущением оставалось лишь то, что Чжоу Юй так и не пришел в Вейбо, чтобы как-то отреагировать.
Стесняется парень.
Он отложил телефон, выждал одиннадцать секунд, снова взял его в руки, проверил, опять отложил, выждал еще десяток секунд и снова поднял. Короче говоря, хотя он и знал, что Чжоу Юй не станет ставить лайки или писать комментарии, в глубине души всё же теплилась крошечная искорка надежды.
Закончив с рутинными делами, касающимися матчей седьмой недели, Сюй Цзю тут же позвонил Чжоу Юю, чтобы узнать, сел ли тот в машину, на что Чжоу Юй ответил, что не вернется.
— Тогда приедешь ко мне?
Чжоу Юй посмотрел на суетившихся в комнате матушку и сестру, которые собирались на ужин, и в груди внезапно кольнула обида:
— Нет, у меня кое-какие дела, я проведу на базе эти пару дней.
Сюй Цзю в нерешительности кивнул и повесил трубку.
Тянь Сюн и Кими усердно уплетали еду за обе щеки, продолжая обсуждать видеозаписи матчей последней игры шестой недели, как вдруг из-за их спин высунулся А-Су и спросил:
— Учитель Сюй, можно мне взять полдня отгула и съездить навестить брата?
— Можно.
Подумав немного, Сюй Цзю решил просто распустить ребят на полдня. Во-первых, А-Су действительно давно не навещал брата, а во-вторых, в последние дни парни слишком устали — расслабиться удалось лишь прошлой ночью, да и то полноценным отдыхом это назвать было нельзя. По словам Сиси, они прокуролесили до четырех утра, уснули, а потом по привычке встали в семь утра и с тех пор сидели за разбором ошибок и тренировками.
Он вовсе не собирался зарабатывать репутацию эксплуататора детского труда.
А-Су поднялся наверх, быстренько собрался и уже собирался вызывать такси, но Сюй Цзю остановил его, сказав, что в праздничные дни поймать машину трудно, и предложил отвезти его в больницу на своей машине. Всю дорогу они почти не разговаривали, и лишь у самых дверей больницы Сюй Цзю вышел следом за А-Су.
— Учитель Сюй...
— Больше не называй меня учителем Сюй, звучит слишком чужое, — с улыбкой похлопав его по плечу, Сюй Цзю указал на фруктовый ларек неподалеку. — Пошли, купим твоему брату фруктов.
— Капитан...
— Капитан — хорошее прозвище. Давно меня так никто не называл.
В словах Сюй Цзю сквозило легкое горькое смирение. Это обращение вернуло его далеко в прошлое, в те времена, когда профессиональная лига строилась исключительно на чистом мастерстве игроков.
Опомнившись и заметив, что А-Су растерянно замер на месте, Сюй Цзю взял его за локоть и потащил в сторону восточного крыла больницы.
Хотя Су Чжи, он же Дельфин, лежавший в больнице, и был профессиональным игроком, звездой первой величины он не являлся. Денег зарабатывал немного, да и по рядам других причин после несчастного случая семья не смогла позволить себе отправить его в лучшую клинику. Эта больница находилась на окраине города, вокруг ютились разрозненные мелкие лавчонки и торговцы, продающие фрукты прямо с кузовов грузовиков. Родственники пациентов ели либо в больничной столовой, либо перекусывали в соседних забегаловках.
Миновав пост охраны, они добрались до фруктовой лавки. Сюй Цзю выбрал связку бананов, прикупил сахарных мандаринов, отвесил яблок и взял немного клубники — всё вместе обошлось примерно в сотню юаней. В соседней лавке он также закинул в пакет горсть снеков.
Су Чжи послушно следовал за Сюй Цзю, пытаясь протестовать, но никак не мог найти подходящего момента: стоило ему протянуть руку, как Сюй Цзю тут же награждал его суровым взглядом.
Подойдя к кассе, Сюй Цзю полез за кошельком, но Су Чжи моментально выхватил телефон для сканирования QR-кода, однако Сюй Цзю решительно шлепнул его по руке.
— Капитан.
— Это куплено твоему брату, а не тебе! — Сюй Цзю опустил взгляд на экран смартфона. — Не разводи тут демагогию.
Су Чжи убрал телефон и с тяжелым сердцем посмотрел на гору фруктов и закусок рядом с Сюй Цзю.
На самом деле он догадывался, что за компенсацию и оплату медицинских расходов от виновника аварии стоял именно Сюй Цзю, который нанял кого надо, хотя вслух они об этом не говорили.
— О чем задумался? — окликнул его Сюй Цзю, заметив, что парень застыл у кассы.
Су Чжи отмер, торопливо шагнув вперед:
— Капитан, я понесу яблоки с бананами, и снеки тоже дайте мне.
В праздничные дни в больнице было гораздо шумнее, чем обычно. Су Чжи лежал в палате на четвертом этаже корпуса А, и Су Чжи с Сюй Цзю пришлось сделать порядочный крюк, прежде чем добраться до места.
Пациентов в отделении хватало с избыком, а родственников было еще больше. К специфическому больничному запаху лекарств примешивались ароматы человеческих тел и больничной еды, образуя далеко не самую приятную гремучую смесь.
Войдя в палату 401, Сюй Цзю наконец увидел Дельфина, с которым уже встречался пару раз.
Хотя Су Чжи и был прикован к постели, выглядел он полнее своего младшего брата Су Чжи. Увидев Сюй Цзю, он тут же попытался приподняться на кровати: ноги не слушались, поэтому пришлось опираться на одни лишь руки.
— Цзю-шэнь? — изумленно глядя на вошедшего с фруктами Сюй Цзю и собственного брата, Су Чжи не мог скрыть радостной улыбки. Его пухлые щеки выглядели невероятно мило. — Как вы здесь оказались? — вопрошая, он тут же перевел вопросительный взгляд на брата.
Су Чжи потер нос, молча выгрузил фрукты и снеки на прикроватную тумбочку, не говоря ни слова. Сюй Цзю бросил беглый взгляд на обоих братьев, мгновенно восстановив общую картину.
— Су Чжи теперь в моем клубе, ты разве не знал? — прямо выпалил Сюй Цзю.
Раздался резкий звук — фарфоровая чашка, которую только что взял А-Су, выскользнула из рук и со стуком брякнулась о стол.
Улыбка на лице Су Чжи мгновенно исчезла, но он тут же заставил себя натянуть фальшивую мину:
— Вот как?
Заметив неладное, Сюй Цзю скосил глаза на неторопливо наливавшего воду Су Чжи и мысленно дорисовал недостающие детали.
Развивать тему он не стал, а вместо этого как бы невзначай бросил Су Чжи, что состав его команды испытывает нехватку кадров, поэтому он временно попросил Су Чжи выручить их и сыграть несколько матчей.
Побыв в палате минут пятнадцать, Сюй Цзю собрался уходить и перед самым уходом нарочно, прямо при Су Чжи, наказал Су Чжи возвращаться на базу пораньше.
На самом деле, выйдя за ворота больницы, Сюй Цзю остался сидеть в машине в ожидании Су Чжи — он прекрасно знал, что парень не заставит себя ждать.
И точно: спустя десяток минут Су Чжи пулей выскочил из дверей больницы, яростно сжимая рюкзак в руке. Сюй Цзю слегка надавил на клаксон, прерывая кипевший в парне гнев.
Су Чжи остановился на приличном расстоянии от машины. Заходящее солнце скользнуло по уголкам его глаз, из-за лобового стекла лица Сюй Цзю толком разглядеть было нельзя. Постояв в растерянности пару секунд, он широким шагом подошел к машине и дернул за ручку двери.
Запрыгнув в салон, Су Чжи швырнул рюкзак на заднее сиденье.
— А огонек-то в тебе горит, и как только твой брат тебя не прикончил? — Сюй Цзю без удивления взглянул на парня и, вытащив из замка зажигания ключи, завел мотор.
У Су Чжи покраснели глаза, казалось, он готов расплакаться в любую секунду, и Сюй Цзю поспешно вскинул руку:
— Ты чего, как моя Сяочуань прямо.
Руки парня, засунутые в карманы, напряженно сжались.
— Твой брат не знал, что ты играешь на профессиональной сцене?
Сдерживая слезы, Су Чжи молча проглотил подступившую к горлу обиду:
— Угу.
Сюй Цзю вывернул руль, выжал сцепление и переключил передачу:
— Он против твоей карьеры?
— Угу.
Сюй Цзю озадачился:
— С чего бы? Разве ты раньше не тренировался в молодежке RT?
Этот вопрос угодил прямо в больное место Су Чжи. Он опустил голову и замолчал, пытаясь уйти от ответа.
Но даже без слов Сюй Цзю догадался:
— Из-за того, что твой брат сам больше не может играть на профессиональном уровне, он запрещает и тебе?
— Мой брат не такой человек! — Су Чжи резко вскинул голову и яростно оборвал Сюй Цзю.
Сюй Цзю только хмыкнул — парень бросился защищать брата, но опровергать ничего не стал.
Придя в себя, Су Чжи тут же сбавил обороты, осознав, что сорвался не на того.
Сюй Цзю аккуратно вел машину, одновременно выкладывая карты на стол:
— Когда ты тогда сорвался с середины пути профессиональной сцены под предлогом заработать больших денег, тебя ведь на самом деле обманом затащили в финансовую пирамиду, верно?
Су Чжи кивнул. Он ни капли не удивился и не испугался тому, что Сюй Цзю был в курсе — раз уж тот смог отыскать виновника аварии, то докопаться до правды для него не составляло труда.
— Твой брат бросил профессиональную лигу, чтобы отыскать тебя, и в итоге угодил в аварию по дороге к логову этих мошенников. — Сюй Цзю не спеша выкладывал факты. Он делал вид, что целиком сосредоточен на дороге, и даже не бросал взглядов на Су Чжи — у мальчишки тонкая кожа и колоссальное чувство вины, стоит ему хоть чуть-чуть показать пренебрежение во взгляде, как это больно ударит по детскому самолюбию.
Су Чжи ничего не ответил, но молчание означало согласие.
Сюй Цзю снова вздохнул:
— Твой брат тогда пострадал очень сильно. Водитель сбежал, а поскольку место было глухое, да еще и шел проливной дождь, все следы смыло, так что виновника не сразу удалось отыскать. И даже когда полиция его нашла, тот успел нанять первоклассных адвокатов и тянул время, ссылаясь на отсутствие денег для выплаты компенсации.
— Чтобы спасти твою жизнь, семья потратила все сбережения. Когда Су Чжи вытащили с того света, руки и ноги были повреждены: перелом левой ноги оказался тяжелым, но ее хоть удалось спасти с помощью пластин, а вот повреждение нервов на правой руке навсегда закрыло твоему брату путь в профессиональный киберспорт.
На этот раз Сюй Цзю ожидал, что Су Чжи продолжит молчать в тряпочку, но мальчишка неожиданно поднял голову. Бледное лицо исказилось, а слезы из глаз хлынули потоком. Сдавленным от рыданий голосом он выдавил лишь одно:
— Это я во всем виноват.
Су Чжи тыльной стороной ладони отчаянно и неуклюже размазывал слезы по лицу, но слезные железы работали на износ, и поток было не остановить:
— Когда деньги кончились, папа с мамой набрали огромных долгов. Полгода назад отец упал на стройке с высоты — он остался жив, но стал калекой. Мама пашет в две смены день и ночь, но этого всё равно не хватает, чтобы залатать две бездонные дыры. И при этом они всё равно хотели, чтобы я продолжал учиться.
— Отец несколько раз пытался покончить с собой, чтобы не быть обузой для мамы, и только благодаря тому, что она за ним следила, я хотя бы отца не лишился.
Чем дальше говорил Су Чжи, тем сильнее его терзали внутренние муки. Рыдания становились всё громче, заглушая его слова.
Сюй Цзю прекрасно понимал чувства Су Чжи: парень винил себя в том, что некогда благополучная семья скатилась в такую пропасть.
— Так твой брат хотел, чтобы ты продолжал учиться? — спросил Сюй Цзю.
Су Чжи изо всех сил закивал. Сюй Цзю как-то обмолвился, что любит Дельфина, и Су Чжи не хотел, чтобы у Сюй Цзю сложилось превратное мнение о его брате.
Ведь Сюй Цзю был кумиром брата.
Су Чжи продолжал всхлипывать, не в силах остановиться. Глаза покраснели, а длинные ресницы слиплись от слез, делая мальчишку до невыносимости жалким и заслуживающим жалости. Сюй Цзю больше не произнес ни слова, позволяя Су Чжи выплакаться всю дорогу.
На самом деле поездка к Су Чжи сегодня была спонтанным решением, в первую очередь рассчитанным на то, чтобы успокоить самого Су Чжи, но он никак не ожидал вскрыть всю глубину проблем между братьями.
Изначально он не планировал упоминать о том, что попросил богача Цзи разыскать скрывшегося водителя, но сейчас, выложив всё начистоту, он надеялся, что знание правды принесет парню хоть какое-то душевное успокоение.
Вернувшись на базу, Тянь Сюн, Сиси и Кими все еще спали по комнатам. Су Чжи тихонько поблагодарил Сюй Цзю и побрел в свою комнату.
Сунув руки в карманы и глядя вслед Су Чжи, Сюй Цзю подумал о том, что человеку действительно приходится пройти через испытания, чтобы повзрослеть — пусть Су Чжи еще не вырос окончательно, но уже учился взрослеть.
Сюй Цзю немного полежал на диване, отдыхая, как вдруг зазвонил телефон — звонил А-Най.
— Ты что сказал?! — услышав слова А-Ная, Сюй Цзю мгновенно сорвался с дивана.
— Чжоу Юй не вернулся.
http://bllate.org/book/18728/1810926
Готово:
