Не совсем так, в конце концов, этих людей навлек на себя я... — на лице Шэнь Цзэ застыло идеальное выражение вины.
Е Чжоу бросил на Шэнь Цзэ взгляд.
Он, разумеется, знал, что эти люди явились за Шэнь Цзэ. По правде говоря, если бы те не занимались ничем, кроме его похищения, и не причинили вреда никому в деревне, недовольство Е Чжоу по отношению к Шэнь Цзэ было бы ничуть не меньше, чем к Е Сяоюй.
Но, во-первых, те люди всё же не желали ему зла, а возвращение его домой и вовсе было проявлением доброй воли; а во-вторых, учитывая поступок Е Сяоюй, поступки этих людей, которые, рискуя собственной безопасностью, спасли его, бедного парня, не оставляли ему повода для ненависти.
— Как бы то ни было, если бы не предательство Е Сяоюй, ничего этого не произошло бы, — горько усмехнувшись, в конце концов пробормотал Е Чжоу с некоторым раздражением.
Хотя в глубине души на Шэнь Цзэ всё же оставалась обида, перекладывать на него вину по-настоящему он не мог.
В конце концов, как ни крути, тот оказал ему услугу.
Да и если разобраться, хоть он и пострадал без всякой вины, именно поступки людей из его собственной деревни стали первопричиной того, к чему всё в итоге привело.
Хотя он так и не понял до конца, что происходило между Шэнь Цзэ и теми тремя мужчинами и какая между ними была сделка, одно он уяснил совершенно ясно.
Если бы тогда пришли не те люди, которые случайно оказались давними знакомыми Шэнь Цзэ, если бы среди вещей покойной бабушки не оказалось столь удивительного места...
То сегодня живыми не ушел бы ни он, ни Шэнь Цзэ.
Более того, он, возможно, до самой смерти не понял бы в чем дело и почему он, всего-навсего уснув в собственном доме, так нелепо лишился жизни.
Заметив реакцию Е Чжоу, Шэнь Цзэ на мгновение замолчал и решил молча проигнорировать тот факт, что за кулисами стоял еще один человек.
Ради того, чтобы преподать стоявшему перед ним парню урок, стоило не только задолжать услугу Хэй Цзышо, но и даже в самом деле пройти через руки Второго дяди.
В конце концов, открытого врага легко остеречь, а вот от скрытой стрелы трудно защититься; этому парню действительно требовалось побольше жизненного опыта, чтобы повзрослеть. Только так он сможет выжить в условиях грядущего конца света.
А если удастся попутно избавиться от столь тяжелого балласта, как деревня Сяое, это станет и вовсе приятным сюрпризом.
При этой мысли выражение лица Шэнь Цзэ слегка омрачилось, и он в одно мгновение принял решение.
Пусть его поступки назовут бесстыдными, он никогда не был добрым и мягкосердечным человеком. Тем более он не собирался расточать излишки доброты на посторонних или даже на тех, кто затаил против него злобу.
Приняв решение, Шэнь Цзэ не стал спешить с дальнейшими разговорами и перевел тему на кое-что другое.
— С делами твоей бабушки почти покончено, что ты собираешься делать дальше? Вернешься со мной в Город Ц?
Е Чжоу опустил голову и задумался, не в силах принять решение.
Если до несчастья с бабушкой у него была лишь одна цель — выбиться в люди и принести ей почет, то теперь, когда не стало даже бабушки, какой смысл в том, как он устроится?
Утратив главную движущую силу, Е Чжоу на какое-то время потерял понимание того, куда ему идти и что делать.
Шэнь Цзэ же истолковал молчание Е Чжоу по-своему:
— Если ты переживаешь, что снова столкнешься с сегодняшней ситуацией, можешь не беспокоиться. За другие вещи ручаться не берусь, но по крайней мере могу гарантировать, что больше подобное тебя не коснется.
Услышав это, Е Чжоу странно взглянул на Шэнь Цзэ:
— С какой стати мне страдать из-за тебя?
Они были всего лишь случайно повстречавшимися незнакомцами, да и сейчас оставались лишь обычными знакомыми, между которыми было лишь мимолетное общение.
Насколько же раздутым должно быть самомнение у него, бедняка, чтобы заслуживать внимания со стороны этого молодого господина и раз за разом оказываться втянутым в неприятности из-за него?
Слова Е Чжоу заставили Шэнь Цзэ на мгновение опешить, и только тогда он вспомнил, что в глазах Е Чжоу они по-прежнему оставались лишь хозяином дома и постояльцем.
Какая печальная история.
— Поехали со мной в Город Ц, я могу помочь тебе устроиться на работу, — подумав, Шэнь Цзэ решил сделать еще одну попытку. — Можешь не ломать голову, считай это моим извинением за сегодняшний инцидент.
Е Чжоу: ...
Нет, не нужно быть столь вежливым, он действительно не станет забивать себе голову лишними мыслями. Раз уж подвернулось влиятельное покровительство, в его нынешнем нищенском положении глупо было бы из ложной скромности отказываться от такой помощи только потому, что она слишком щедрая.
Впрочем, это касалось лишь того случая, если бы он твердо решил вернуться в Город Ц. Но сейчас он еще ничего не решил.
Заметив колебания Е Чжоу, Шэнь Цзэ, хотя изначально и не собирался отпускать его, все же проявил чуткость и сказал, что тот может не спешить с ответом и хорошенько всё обдумать.
В конце концов, сам он тоже не торопился возвращаться в Город Ц.
Е Чжоу немного подумал и не стал отвергать доброе намерение Шэнь Цзэ, вместо этого всерьез задумавшись над вопросом, о котором еще даже не успел толком поразмыслить.
Стоит ли ему возвращаться в тот город, к которому у него не было никакой привязанности, но на который, по правде говоря, не было и особой обиды?
Но если не возвращаться туда, то куда же ему идти?
Казалось...
У него вовсе не было какого-то определенного места...
Подумав об этом, Е Чжоу не только не прояснил для себя дальнейший путь, но и запутался еще сильнее.
Видя такое состояние Е Чжоу, Шэнь Цзэ не стал торопить его и лишь многозначительно улыбнулся.
Стоило им подойти к началу деревни, как оттуда с тревожными криками выбегла толпа людей.
Сперва Е Чжоу подумал, что деревенские жители услышали о его похищении и потому так взволнованно собрались вместе. Но когда люди приблизились, стало понятно, что он, похоже, выдавал желаемое за действительное.
— Чжоу-чжоу, скажи, что здесь творится, почему это Сяоюй...
Женщина средних лет выскочила из толпы, вцепилась в рукав Е Чжоу и с тревогой на лице заговорила.
Е Чжоу растерянно посмотрел на нее.
Шэнь Цзэ бросил на говорившую женщину ледяной взгляд — это была мать Е Сяоюй.
— Это я велел взять ее под стражу.
— А? Это... Господин Шэнь...
То ли из-за того, что в последние дни они немало получили от Шэнь Цзэ, то ли потому, что вокруг столпилось столько народу, а главное — рядом находился местный житель Е Чжоу, мать Е Сяоюй не стала сходу разражаться руганью, хотя лицо ее при этом заметно скривилось от недовольства.
— Интересно, что такого сделала наша Сяоюй, раз умудрилась обидеть господина Шэня? — бесцеремонно и с явным вызовом обратился к Шэнь Цзэ старший брат Е Сяоюй, Е Сяотянь.
— Обидеть? — Шэнь Цзэ взглянул на Е Сяотяня, слегка прищурился и легко усмехнулся. — Нет, она меня не обижала.
— Раз так, будьте добры, отпустите Сяоюй! — Е Сяотянь нарочито тяжело выделил слово отпустить, глядя на него недобрым взглядом, который недвусмысленно давал понять: в случае чего они готовы сразу перейти к драке.
А остальные жители деревни Сяое окружили их с не менее враждебным видом.
Заметив поведение односельчан, Е Чжоу открыл рот, собираясь что-то сказать, но Шэнь Цзэ незаметно потянул его за рукав, останавливая.
— Я вовсе не намерен чинить препятствия, просто до прибытия полиции будет лучше, если мисс Е, как подозреваемая, останется под стражей отдельно от остальных.
— Ты что такое говоришь?! — услышав слова Шэнь Цзэ, Е Сяотянь сперва опешил, а затем громко возмутился.
Шэнь Цзэ многозначительно посмотрел на него:
— А как по-твоему, что я имею в виду?
Е Сяотянь, у которого и без того не было твердой уверенности в своей правоте, столкнувшись с взглядом Шэнь Цзэ, невольно оробел, но тут же вспомнил, что они находятся на земле деревни Сяое и вокруг стоят одни свои, отчего снова выпрямил спину и гневно закричал:
— Предупреждаю тебя, хватит нести чушь, не то не обессудь, мы церемониться не станем!
http://bllate.org/book/18705/1807827
Готово:
