Чу Фэйинь только договорил, как все три призрака в студии «Экстаз» разом погрузились в молчание.
— Что это босс имеет в виду? — Ли Бэйбэй открыла внутренний закрытый чат для призраков и безумно замигала остальным двоим: — Так... что нам в итоге говорить-то?
— Мы не должны гадать, что на уме у босса, — вздохнула Чжао Сюйюй и ответила Ли Бэйбэй мысленной репликой: — Лучше подождем, пока придет Линь Тяньлин, а там видно будет.
— Расслабься, у них в мире людей все такие дела жутко хлопотные. Это они уже почти целые сутки разбираются, так что вряд ли скоро вернутся, — оптимистично утешала Ли Бэйбэй Чжао Сюйюй. — Кто знает, может, к возвращению Линь Тяньлина у босса появятся срочные дела, и он уйдет пораньше.
Однако.
Стоило Чжао Сюйюй утешить Ли Бэйбэй, как послышался взволнованный голос Кун Гуанцзи:
— Мы вернулись!
Три призрака из студии «Экстаз»:……
Молчание.
Молчание — вот что было главной темой этого вечера.
— Ничего страшного, — выдержав паузу, продолжила мысленно оптимистично успокаивать остальных двоих Чжао Сюйюй. — Поверьте, судя по моему знакомству с Линь Тяньлином за последние дни, он необязательно станет спрашивать, кто наш босс.
Хотя Чу Фэйинь сидел в самом углу, нельзя было не признать: он слишком сильно бросался в глаза.
Неужели она сегодня... с ума сошла от желания отведать жареную куриную ножку?
Услышав вопрос Линь Тяньлина, Шу Шэньхуа замерла с ошеломленным выражением лица. Ее мозг бешено закрутился, и она мрачно вздохнула в сторону парня:
— Ох, вообще-то я не хотела об этом говорить.
Линь Тяньлин слегка растерялся и даже с некоторым сомнением подумал:
Линь Тяньлин с недоумением посмотрел на Шу Шэньхуа.
И то верно.
Линь Тяньлин вовсе не собирался ставить всех в неловкое положение — он и сам был в некотором замешательстве.
Потому что совершенно не знал, как это объяснить.
Чай в чашке тревожно качнулся, едва не расплескавшись.
Она с головной болью помассировала виски.
Шу Шэньхуа: «.»
Чу Фэйинь, мгновенно разжалованный из босса в «малыша Чу»:…………
Почему... этот «новичок», что сидел в сторонке и пил чай в той студии, так сильно напоминал ему «куриную ножку»?
В его памяти «куриная ножка» обладал особой аурой и выдающейся внешностью, а вовсе не заурядным лицом, которое легко спутать с чьим-то еще.
Он и сам не понимал, почему сегодня кого ни встретит, каждый кажется ему похожим на того самого парня.
Только вот...
Быстро все обдумав, он неожиданно решил, что так даже лучше.
— Направление сестры Шу должно быть верным. Я думаю, раз босс так сказал, значит, он не хочет, чтобы мы раскрывали его истинную личность, — анализировала в мыслях Ли Бэйбэй. — В сериалах в любом случае всегда так показывают.
Чжао Сюйюй еще не успела договорить, как увидела, что Линь Тяньлин, державший в руках коробку с едой, замер. Посмотрев на внезапно появившегося в студии «Экстаз» Чу Фэйиня, он слегка опешил, а затем непринужденно повернулся и легким, беззаботным тоном спросил:
— Сестра Шу, в нашей студии снова новенький?
Если они равные по званию коллеги... собеседник будет чувствовать себя менее настороженно.
— Ну... пожалуй, можно и так сказать, — смущенно протянула она вслед за Линь Тяньлин, намереваясь замять эту тему.
— Да-да-да, — видя, как тяжело Шу Шэньхуа дается вымысел, Чжао Сюйюй подхватила ее слова и продолжила плести небылицы для Линь Тяньлина: — Главное, нам об этом не очень-то удобно говорить.
Взгляд Линь Тяньлина заставил Шу Шэньхуа слегка занервничать. Проявив чудеса сообразительности, она напустила на себя вид полного спокойствия, улыбнулась парню и продолжила объяснять:
— Потому что... он не наш штатный сотрудник.
У того, что Чу Фэйинь не стал ничего опровергать, была своя причина.
— Но этот малыш Чу просто невероятно крут, а еще надежен и трудолюбив, — сочиняя на ходу, Чжао Сюйюй не забывала отвешивать комплименты собственному боссу. — Нам всем стало его так жалко, что мы решили его приютить.
Едва переступив порог студии «Экстаз», он оказался слегка ошеломлен.
Шу Шэньхуа посмотрела на элегантного Чу Фэйиня в углу студии, сжала зубы и на своем красивом, дерзком лице с трудом выдавила улыбку.
Чу Фэйинь на мгновение замолчал, тактически отпил чаю, собрался с мыслями и в конце концов согласился с версией Чжао Сюйюй:
— Угу.
Чу Фэйинь, который уже принял должную позу и приготовился ждать, пока три призрака как следует представят его, слегка замер на середине изящного движения чашкой к губам.
Назло всему Чжао Сюйюй совершенно не осознавала проблемы и, повернувшись, принялась вовлекать Чу Фэйиня в разговор:
— Скажи ведь, малыш Чу?
Даже сидя в углу и молча, Чу Фэйинь неизменно привлекал к себе всеобщее внимание, так что Линь Тяньлин никак не мог обойти его стороной.
Однако Линь Тяньлин, обычно не обращавший особого внимания на подобные вещи, бросил взгляд на Чу Фэйиня и, вопреки своему обыкновению, продолжил докапываться до сути:
— Почему «пожалуй»?
— Раньше он был нашим сотрудником, — Чжао Сюйюй принялась фантазировать на ходу, — но его уволили за то, что он насолил руководству.
Шу Шэньхуа, которая всё это время хранила молчание и планировала оставаться невидимкой:…………
Что ж, выстрел вслепую пришелся прямо в десятку.
Просто чертовщина какая-то.
Запявшаяся Шу Шэньхуа:…
Черт побери, да объяснять всю эту муть оказалось куда мучительнее, чем разбираться с сотней свирепых мертвецов.
— Сестра Шу, не паникуй, продолжай! — мысленно подбодрила ее Ли Бэйбэй.
— И правда, жуть как жалко, — кивнул Линь Тяньлин, хотя выражение его лица ни капли не изменилось, и он лишь вежливо поддержал «новичка».
Выдающаяся осанка, черный костюм с узором, а на лице — золотая оправа очков.
Выглядит вполне по-человечески.
Быстро взяв себя в руки, Чу Фэйинь отставил чашу с чаем, поднялся на ноги и подошел к Линь Тяньлину. Вежливо кивнув, он протянул руку:
— Чу Фэйинь.
— Линь Тяньлин. — Линь Тяньлин тоже улыбнулся, кивнул в ответ и протянул руку для рукопожатия.
Суставы пальцев собеседника были отчетливо видны, а ладонь приятно теплилась — судя по ощущениям, рука самого настоящего живого человека.
Мысленно отметил он про себя.
Только вот... — слегка приподняв голову и взглянув на него в первый же момент, Линь Тяньлин почему-то почувствовал странное знакомство.
Улыбнувшись, Линь Тяньлин отдернул руку и, окинув взглядом непонятную, застывшую и унылую атмосферу в студии, улыбнулся «новичку» и шутливо бросил:
— А этого братишку я где-то видел.
Три призрака из студии «Экстаз»: !!!
Во взглядах Ли Бэйбэй и Чжао Сюйюй, устремленных на Линь Тяньлина, читалась сложная гамма чувств: братец Линь, заводить полезные знакомства — это, конечно, хорошо.
Но... этого братца уж точно не стоило где-то видеть!
Услышав это, Чу Фэйинь посмотрел на Линь Тяньлина с явным исследовательским интересом, словно пытаясь разгадать скрытый смысл сказанного.
— Подождите, Чу Фэйинь, Чу Фэйинь... — не заметив взгляда Чу Фэйиня, Линь Тяньлин слегка нахмурился и тихонько повторил имя парня пару раз, словно пытаясь что-то припомнить.
Внезапно, словно молния в темноте, память Линь Тяньлина пробила пелену тумана и резко прояснилась, а лицо перед ним слилось воедино с образом того мужчины на вершине горы у кладбища.
Взгляд, которым он одарил Чу Фэйиня, изменился, а в голосе промелькнула едва уловимая нотка радости и узнавания:
— И правда ты!
Куриная ножка.
На этот раз и впрямь куриная ножка.
Линь Тяньлин направился прямо к своему рабочему месту в студии «Экстаз», отыскал визитку студии, которую дал ему Чу Фэйинь, и сверил данные.
— Вот оно что, — вспомнив слова Чжао Сюйюй, озадаченно произнес Линь Тяньлин, и его взгляд на Чу Фэйиня наполнился искренним, идущим из глубины души сочувствием. — Неудивительно, что после прихода в студию я обнаружил твое отсутствие.
Впечатление Линь Тяньлина о Чу Фэйине было вполне неплохим.
В конце концов, тогда во время изгнания духов тот не сделал ничего дурного да вдобавок еще и добровольно поделился с ним призрачной энергией.
— Кстати, — глядя на собеседника, с недоумением произнес Линь Тяньлин вопрос, возникший у него еще при первой встрече с Чу Фэйинем, — у живых людей... разве бывает призрачная энергия?
В ту ночь, когда он столкнулся с Чу Фэйинем, он был безумно голоден и попросту не обращал внимания на такие детали.
Позже Линь Тяньлин думал об этом всё больше и больше, и в конце концов убедился: от обычных живых людей он и впрямь не чувствовал запаха призрачной энергии.
Чу Фэйинь: «…»
Улыбнувшись, Чу Фэйинь невозмутимо посмотрел на Линь Тяньлин:
— У меня довольно специфическое телосложение.
Линь Тяньлин кивнул, посчитав такое объяснение вполне разумным: будь телосложение парня обычным, вряд ли его стали бы «повторно нанимать» в студию «Экстаз».
Хотя Линь Тяньлиню было любопытно, в чем именно заключается эта специфика, расспрашивать дальше он не стал — из вежливости и уважения к чужой личной жизни, ведь они едва были знакомы.
— Ничего страшного, — выслушав всё это, Кун Гуанцзи тоже решил утешить Чу Фэйиня и заявил с поистине широким размахом: — Наш братец Линь теперь тебя защитит!
Улыбка на лице Чу Фэйиня застыла:…
Тем временем Чжао Сюйюй, слушавшая их диалог, была просто ошеломлена.
Эти двое... они и впрямь были знакомы.
Хотя, если подумать.
Чжао Сюйюй быстро сообразила: ведь тогда объявление о найме в студию «Экстаз» тоже отдал лично босс.
Но... вся эта басня насчет того, что его нет в студии «Экстаз», была же чистой воды ее выдумкой!
Как он мог умудриться ткнуть пальцем в небо и угадать?
— Прости за прошлый раз, — Чу Фэйинь поправил золотую оправу очков, прищурив нечитаемые глаза и невозмутимо разглядывая Линь Тяньлина. И хотя это звучало как попытка прощупать почву, в сочетании с голосом Чу Фэйиня слова казались предельно искренними. — Если в будущем что-то понадобится, можешь смело обращаться ко мне.
— Не стоит, — покачал головой Линь Тяньлин и без колебаний отказался. Одарив собеседника улыбкой и поблагодарив за добрые намерения, он решил не ходить вокруг да около: — Я ем за двоих.
Услышав слова Линь Тяньлина, Чу Фэйинь опешил.
Его взгляд на парня тут же слегка изменился.
Он... это он сейчас о нем беспокоится?
— Каким бы особенным ни было твое телосложение, оно не выдержит моих аппетитов, — продолжил Линь Тяньлин. Легкая улыбка в уголке его глаз и слова заботы заставили Чу Фэйиня испытать противоречивые чувства.
И Линь Тяньлин действительно так думал.
Хотя в самом начале он устроился в студию «Экстаз» исключительно из-за желания полакомиться чужой призрачной энергией, он не был человеком, лишенным совести.
В конце концов, они не родственники и не близкие друзья, и постоянные угощения за чужой счет уже заставляли его чувствовать себя неловко, не говоря уж о поедании призрачной энергии.
Улыбнувшись, Линь Тяньлин достал из рюкзака несколько коробок с едой и слегка потряс ими перед Чу Фэйинем:
— Можешь не переживать.
Говоря это, Линь Тяньлин открыл коробки.
По комнате поплыл насыщенный аромат.
Наслаждаясь этим ароматом, Линь Тяньлин выпустил на свободу всех призраков. Немного побаиваясь Линь Тяньлина, привидение-женщина со вкусом яичного желтка и Пустоглазый выглядели какими-то притихшими и сникшими.
Чу Фэйинь молча поморщился, глядя на густые клубки призрачной энергии, исходившие от разных духов.
Скрытая в глубине души сложная гамма чувств тоже постепенно сошла на нет.
Повелитель призраков.
Да еще и заключил контракт с полубогом Пустоглазым.
Чу Фэйинь подумал о том, что в прошлой жизни Линь Тяньлин именно благодаря своему искусству подчинять призраков взял под контроль немало свирепых мертвецов, из-за чего адепты мистических искусств неизменно бледнели при одном лишь упоминании его имени.
Все его нынешние действия... в точности совпадали с событиями прошлой жизни.
Не ожидав, что парень откроет коробки прямо при нем и выпустит столько духов, Чу Фэйинь посерьезнел и принялся мысленно гадать о намерениях собеседника.
Увидев, как из коробки с едой выбирается пухлый призрак, лицо его окончательно помрачнело.
Он помнил этого духа, которого сам же и призвал.
Потому что... это был призрак, окутанный слабым сиянием заслуг.
Призраки со светящимся следом заслуг при жизни чаще всего были добрыми и простодушными людьми. Став духами, они по-прежнему не питали злых умыслов против живых и даже активно помогали людям, за что Небесный Путь и даровал им золотой свет заслуг.
Такие призраки встречались нечасто. Переплетаясь с призрачной энергией, свет заслуг образовывал уникальное «призрачное янское дыхание», которое злые практики использовали как короткий путь для повышения собственного мастерства.
Из-за своего наивного нрава духи с заслугами легко поддавались на обман злых заклинателей, и после жестоких истязаний их души рассеивались без следа.
Поскольку этот призрак погиб недавно, золотой свет заслуг обрел совсем недавно, и другие злые практики еще не успели обратить на него внимание. Кто бы мог подумать, что Линь Тяньлин притащит его прямо сюда.
Чу Фэйинь невозмутимо поправил очки в золотой оправе, слегка согнул пальцы и приготовился спасти этого редкого духа с заслугами из рук Линь Тяньлина.
Его взгляд был прикован к Линь Тяньлину. Он пристально следил за каждым движением парня, втайне подсчитывая, не стоит ли вмешаться прямо сейчас и уничтожить Линь Тяньлина в зародыше, пока тот еще не набрал полную силу.
Неподалеку от Чу Фэйиня пухленький призрак радостно и счастливейшим выражением лица благодарил Линь Тяньлина:
— Спасибо, братец Линь! Жить в этой коробке для еды — просто невероятное блаженство!
Чу Фэйинь: «…»
Этот призрак и впрямь простодушен донельзя, раз позволил Линь Тяньлину себя облапошить.
Взгляд Чу Фэйиня слегка потемнел, он уже был готов действовать.
Однако то, что пухлый призрак сделал дальше, на мгновение выбило Чу Фэйиня из колеи.
Он увидел, как этот пухляк взял миску и, осторожно ступая, подошел к Линь Тяньлину. Добровольно выжав из себя сгусток призрачной энергии, окутанный золотым светом заслуг, призрак глубоко вздохнул, пробормотал что-то над этим сгустком и протянул его Линь Тяньлину, с трепетом в голосе вопрошая:
— Братец Линь, как думаешь, моя призрачная энергия по вкусу и качеству... позволяет мне остаться здесь?
Увидев эту призрачную энергию, Линь Тяньлин замер, уставившись на нее во все глаза.
Да.
Еще как позволяет.
Не успела пиала с молоком в руках пухлого призрака приблизиться, как Линь Тяньлин уже уловил преследующий его в мечтах аромат чистейшего молока.
Чистота этой призрачной энергии была запредельно высокой. Она в сотню раз превосходила тот густой аромат, который исходил от самого пухлого духа. Глядя на содержимое пиалы, Линь Тяньлин даже мысленно представил, как призрачная энергия превращается в молоко.
Млечно-белая молочная жидкость легко колыхалась, отливая слабым золотистым сиянием, а из-за высокой концентрации сверху даже образовалась тонкая молочная пенка.
Линь Тяньлин нетерпеливо сделал глоток.
Первым делом язык коснулся пенки.
Свойственная ей нежная, слегка прохладная, шелковистая гладкость в сочетании с насыщенным молочным ароматом танцевала на кончике языка, ласкала зубы и губы, с первой же секунды рождая потрясающий вкус.
Не теряя времени, Линь Тяньлин сделал второй глоток.
Под пенкой скрывалось текучее молочное озеро. Это молоко ощущалось на языке еще более гладким, чем пенка, обладая глубоким, сливочным и совсем не приторным смачным вкусом, от которого невозможно было оторваться.
Каждый глоток призрачной энергии разливался от кончика языка до самого горла сладостной и освежающей гладкостью, каждое движение кадыка сопровождалось легким скольжением — густо, но не приторно, нежно и сладко.
Линь Тяньлин чувствовал, что отродясь не пробовал ничего вкуснее этого молока, и ему казалось, что после поглощения сгустка его жизнь вышла на новый уровень духовного просветления.
Погруженный в процесс дегустации Линь Тяньлин хранил молчание, из-за чего стоявший рядом пухлый призрак слегка тревожился.
— Ну как, мой вкус... годится? — с опаской спросил он, дождавшись, пока Линь Тяньлин неспешно допьет этот сгусток энергии.
Желая повысить свою конкурентоспособность, пухлый призрак поразмыслил секунду и торопливо добавил:
— У меня очень много призрачной энергии! Если качество не дотягивает, может, количеством взять?..
Хотя призрачная энергия уже исчезла в желудке, Линь Тяньлин все еще пребывал в сладостном послевкусии этого великолепного молока.
Боясь, что от любого слова оставшийся во рту молочно-призрачный привкус потускнеет, он хоть и ликовал в душе, но не торопился открывать рот.
— Эх, — глядя на реакцию Линь Тяньлина, вековой призрак помрачнел духом.
Прикинув, что парень, должно быть, обладает таким же не пользующимся спросом вкусом, он сочувственно глянул на пухляша и произнес:
— Братец, ничего страшного. По крайней мере, раз уж братец Линь тебя притащил сюда, выгонять тебя наверняка не станет.
— Не переживай, мы потом поднатужимся, будем усерднее помогать братцу Линю по хозяйству, и все наладится, — похлопав пухлого призрака по плечу, утешил его вековой призрак.
Чу Фэйинь, наблюдавший за этой сценой от начала и до конца, лишился дар речи.
За столько лет в подземном мире он впервые видел, чтобы призрак с золотым светом заслуг настолько рьяно сам себя навязывал.
— Похоже, он до смерти боится, что его не купят, да вдобавок еще готов продемонстрировать покупателю свои познания в математике, чтобы тот мог с легкостью подсчитать, во сколько обойдется его покупка.
Сложным взглядом окинув пухлого призрака, подумал Чу Фэйинь.
Тем временем, когда сладкий молочный аромат окончательно испарился во рту, Линь Тяньлин кивнул и, глядя на векового призрака, утешавшего пухляка, покачал головой.
Это молоко... было до неприличия вкусным.
Ему хотелось еще, но он боялся, что если выпьет слишком много за раз, новоиспеченный дух не вынесет нагрузки, и в конце концов постеснялся просить «добавки».
— Нет, вы разные, — возвращаясь к сладкому послевкусию, ответил Линь Тяньлин вековому призраку.
Вековой призрак: ???
Оборвав разговор с вековым призраком, Линь Тяньлин перевел взгляд на пухленького духа, у которого снова напряглось лицо, и улыбнулся, подтверждая с уверенностью в голосе:
— Со вкусом молока.
— Очень вкусно.
Пухлый призрак: !!!!!
Очарованный улыбкой Линь Тяньлина, пухлый дух полностью потерял голову. Услышав похвалу «вкусно», он от восторга буквально взмыл под потолок студии «Экстаз», восторженно визжа и радуясь так, будто сорвал главный приз в лотерею.
Вскоре пухлый призрак успокоился.
Опустившись на пол, он стремглав подхватил большую баклагу из-под воды, которую Линь Тяньлин раньше использовал для хранения призрачной энергии со вкусом газировки, тщательно ее вымыл, сполоснул собственной энергией, а затем до отказа заполнил все пустые большие бутыли и даже с поистине золотыми руками смастерил из подручных студийных средств краны для удобного разлива.
Закончив с этим, пухлый дух приволок несколько баклаг с молочной призрачной энергией к Линь Тяньлиню и возбужденно выпалил:
— Ну всё, братец Линь, пей!
— Не церемонись, — раскрасневшееся от волнения лицо пухлого призрака слегка порозовело, он выпятил грудь и пообещал: — Насчет других талантов не ручаюсь, но молока гарантированно будет завались!
— Стоит братцу Линю захотеть — обеспечу бесперебойные поставки в любой момент!
Линь Тяньлин: !!!!!
Он чувствовал себя так, будто его собираются насмерть завалить свалившейся с неба манной небесной.
Чу Фэйинь, ставший свидетелем всего происходящего и шокированный настолько, что лишился способности говорить: «.»
Глядя на полные баклаги с молоком, Линь Тяньлин осознал, что столь стремительно обрёл молочную свободу, и от нахлынувшего счастья едва не лишился чувств.
Поразмыслив немного и опасаясь, что от долговременного хранения молоко испортится, Линь Тяньлин вышел и попросил у Кун Гуанцзи целую стопку замораживающих талисманов, облепив ими все баклаги с молочной энергией.
Замораживающие талисманы были крайне полезной вещью — этот способ он изобрел еще тогда, когда захотел испить ледяной кока-колы.
Чем больше талисманов прилепишь, тем сильнее эффект заморозки.
Прилепив талисманы на несколько баклаг, Линь Тяньлин почувствовал легкий зуд в руках и, скосив глаза на привидение-женщину и Пустоглазого, медленно расплылся в улыбке.
Под этим взглядом привидение-женщина слегка задрожала.
Линь Тяньлин улыбнулся им многозначительной улыбкой:
— У всех вас призрачная энергия восстанавливается довольно быстро.
— Я сама! — Названный молодцом, который вовремя уступает обстоятельствам, женский дух живо вспомнил ужасающий процесс вытягивания энергии Линь Тяньлинем. Вздрогнув от испуга, она поспешно выпалила.
— Маленькому Пустоглазому пока не нужно, — достав заранее измельченные кофейные зерна, Линь Тяньлин кивнул обоим малышам и произнес мягким голосом: — Вы двое сначала садитесь за учебу.
Пустоглазый:… По неизвестной причине учиться им сейчас хотелось меньше всего.
Привидение-женщина со вкусом яйца:… По неизвестной причине ей почему-то даже захотелось погрызть гранит науки.
Не обращая на них внимания, Линь Тяньлин уставился на разложенные перед ним ингредиенты и погрузился в раздумья.
Молоко, кофе, яйца.
Все продукты на месте.
Что бы такого приготовить сегодня вечером?
Подумав немного, Линь Тяньлин без колебаний утвердил рецепт.
Затем он попросил у Кун Гуанцзи еще несколько пачек талисманов нагрева, измельчения, бурного ветра и высоких температур, а вдобавок потребовал пару талисманов контроля призрачной энергии.
Совершенно ничего не понимающий Чу Фэйинь: ???
Странно.
Слишком странно.
Будучи противником Линь Тяньлина в прошлой жизни, Чу Фэйинь знал его как облупленного, но сейчас, глядя на него, он погрузился в пучину глубокого замешательства.
Ничего не говоря, Чу Фэйинь продолжил наблюдение, чувствуя, что совершенно не способен постичь замысел Линь Тяньлина.
Тем временем Линь Тяньлин в отличном расположении духа приступил к «приготовлению ночного перекуса».
Взяв немного молочной призрачной энергии, Линь Тяньлин простерилизовал ее с помощью талисмана нагрева и получил кофейную основу.
Затем, поразмыслив, он применил талисман высокой температуры в сочетании с талисманом бурного ветра, добившись эффекта парового клапана, необходимого для взбивания молочной пены.
Под воздействием вращающейся на бешеной скорости молочной призрачной энергии сгусток стал плотным и пышным, и у него действительно получилось взбить отличную молочную пену.
И впрямь вышло.
Глядя на нежную, гладкую и безупречно взбитую пенку, Линь Тяньлин воодушевленно засиял глазами и без колебаний приступил к латте-арту.
То ли из-за контракта с Пустоглазым, то ли по какой-то иной причине Линь Тяньлин чувствовал, что при максимальной концентрации он не просто ощущает вкус призрачной энергии, но даже видит ее скрытую форму.
Размышляя об этом, Линь Тяньлин аккуратно влил готовую пенку в кофе.
По мере того как пенка идеально сливалась с кофе, запястье парня сделало пару плавных движений, выведя на поверхности изящный узор в виде листочка.
Не останавливаясь на достигнутом, Линь Тяньлин тем же макаром — с помощью талисманов бурного ветра и измельчения — аккуратно отделил яичные белки от желтков, после чего попросил векового призрака и молочного духа вместе взбить белки с помощью талисмана ветра.
Талисманы — это просто чудо.
Глядя на идеально взбитые белки, Линь Тяньлин остался доволен.
И... тут же принялся за приготовление запеченного молока.
Сидящий в стороне Чу Фэйинь погрузился в затяжное молчание.
С помощью одних лишь талисманов с филигранной точностью управлять призрачной энергией, да так ловко смешивать и разделять ее...
Способности Линь Тяньлина сейчас превосходили даже его самые смелые оценки.
По идее, имея за плечами опыт прошлой жизни, стоило незамедлительно прикончить парня, пока его врожденные способности еще не пробудились до конца, а количество подчиненных призраков не стало слишком велико.
Но его снедало любопытство.
Если в самом деле не нападать на него сначала Чу Фэйиня заставляло любопытство к истинным целям Линь Тяньлина в прошлой жизни, то теперь... фокус его интереса кардинально сместился.
Чу Фэйинь совершенно не понимал, зачем Линь Тяньлин на его глазах с помощью талисманов разделяет и смешивает призрачную энергию.
— Неужели он решил устроить тут шоу талантов специально для него?!
Недоумение Чу Фэйиня развеялось очень быстро.
— Братец Линь, — озвучил мысли Чу Фэйиня молочно-пухлый призрак, — а что это ты делаешь?
— Готовлю еду. — Отвечая на вопрос, Линь Тяньлин смешивал призрачную энергию в строгой пропорции.
Чу Фэйинь вновь погрузился в молчание: «…………»
Это оказалось несколько неожиданно, но в то же время вполне укладывалось в рамки здравого смысла.
— Точно! — Пухлый дух озаиченно хлопнул себя по лбу, мгновенно раскусив Линь Тяньлина. — Из яиц и молока можно столько всего вкусного приготовить.
Линь Тяньлин кивнул.
Терзаемый любопытством пухлый призрак, помогавший Линь Тяньлиню то тут, то там вместе с вековым призраком, завязал с ним непринужденную беседу:
— Как же здесь здорово, — будучи парнем компанейским и оставшись вполне доволен новой обстановкой, пухлый молочный дух с чувством вздохнул во время разговора: — Эх, вот был бы у меня свой собственный смартфон — вообще красота.
В отличие от Ли Бэйбэй, официального сотрудника человеческого филиала, которая имела материальное тело и потому могла выходить в человеческий интернет с телефона и смотреть сериалы на компьютере, он, будучи обычным мелким призраком, мог лишь стоять рядом и смотреть за компанию, утирая слюнки.
— Ладно, — услышав голос толстого призрака со вкусом молока, Линь Тяньлин ни капли не колеблясь, с готовностью кивнул. — Каждому из вас сожгу по одному.
— Эй, кстати, — словно что-то вспомнив, Линь Тяньлин повысил голос и обратился к призракам из Студии экстаза в рабочей зоне: — А у вас в Преисполненной есть интернет-кабель?
Толстый призрак со вкусом молока: !!!
Повелитель Преисполненной Чу Фэйи:…
Вот это да.
Чего-чего, а вот интернета в Преисполненной… точно не было.
Пока Чу Фэйи всё больше убеждался в том, что Преисполненной действительно необходимо провести интернет, и начинал серьезно раздумывать над вопросом пилотного подключения сети в загробном мире, запеченное молоко Линь Тяньлин было уже почти готово.
— Если бы был сыр, он бы застыл намного лучше, — проговорил Линь Тяньлин, наклеивая нагревательные талисманы и одновременно помешивая массу, и в его голосе прозвучало некоторое сожаление.
Впрочем, сыр можно было сделать и из молока, но для этого пришлось бы постоянно взбивать сливки, отправлять их в теплое место для ферментации, снова нагревать, уваривая до твердого состояния, и наконец отжимать от лишней влаги и раскладывать по формочкам для застывания. Весь этот процесс был слишком громоздким и занимал слишком много времени, а Линь Тяньлин не хотел так долго ждать.
Услышав слова Линь Тяньлин, Чу Фэйи пришел в себя, сделал несколько шагов вперед и протянул руку к Линь Тяньлин:
— Я могу.
Наблюдавшему за всем этим со стороны Чу Фэйи казалось, что он уже онемел и даже в какой-то мере привык к моделям поведения Линь Тяньлин.
Не можешь победить — присоединяйся.
Чу Фэйи даже стало немного любопытно, что в итоге получится у Линь Тяньлин из энергии Инь.
Произнеся это, Чу Фэйи собрал на кончиках пальцев ци Инь:
— Это подойдет?
— Моцарелла не нужна, — раз уж собеседник сам предложил ци Инь, Линь Тяньлин не стал ломаться и строго выдвинул требования: — Для запеченного молока лучше всего использовать плавленый сыр в пластинках.
Чу Фэйи: «…………»
Получив дружески спонсированные Чу Фэйи «ломтики сыра», Линь Тяньлин быстренько закинул их внутрь и тщательно перемешал. Чтобы сэкономить время, он пустил в ход целую стопку замораживающих талисманов. Увидев, как смешанные вместе ингредиенты постепенно застывают и принимают форму, Линь Тяньлин действовал быстро и ловко: он тут же смазал их яичным желтком, а затем на некоторое время запек с помощью высокотемпературных талисманов.
Пользуясь тем, что молоко запекается под высокотемпературными талисманами, Линь Тяньлин подумал, что оставлять оставшиеся яичные белки просто так — это чистое расточительство. Поразмыслив немного, он взбил отделенные белки и приготовил простейшее суфле.
Капучино, запеченное молоко, суфле.
В воздухе мгновенно разлился характерный сладковатый аромат десерта.
Глядя на гору приготовленных им самим вкуснейших лакомств, Линь Тяньлин моргнул, на секунду даже погрузившись в легкое оцепенение.
При мыслях о том, что за одно задание можно разжиться таким роскошным ночным перекусом, Линь Тяньлин был готов каждый день отправляться на поиски поручений.
Окруженный исходящим от горячей выпечки аппетитным сладким ароматом и глядя на живых людей и призраков из Студии экстаза, он впервые после смерти почувствовал тепло и умиротворение.
Линь Тяньлин всегда считал себя человеком, у которого не так уж много привязанностей.
Из-за работы у него было мало друзей, он всю жизнь крутился в одиночку в чужих краях, и даже с родственниками связывался крайне редко.
В мягком желтом свете лампы глаза Линь Тяньлин молчаливо изогнулись.
На его губах заиграла мягкая улыбка. Он помахал всем рукой и обратился к собравшимся людям и призракам с приглашением:
— Не хотите ли… вместе перекусить?
******
С другой стороны.
В полумраке съемной квартиры синеватое свечение экрана компьютера выглядело особенно жутко.
Кто-то разглядывал несколько фотографий, сделанных неизвестным пользователем сети, постукивая по клавиатуре, и на лице этого человека застыла улыбка.
В интернете тем темп роста одной темы постепенно набирал обороты, незаметно пробравшись в самый хвост трендов, а затем с ракетой скоростью взлетев на самую первую строчку.
Алый иероглиф «Взрыв» позади этого поискового запроса резал глаза своей яркостью, напоминая кровь —
#Линь Тяньлин воскрес#
http://bllate.org/book/18682/1805259
Готово:
