Парень поднял голову и одарил Су Цзяня озадаченным взглядом. Су Цзянь вежливо улыбнулся ему, затем протянул руку, вытащил из-под стола стул и знаком пригласил парня присесть рядом.
Бай Сигу остановился и повернулся вполоборота. Когда парень устроился на стуле, он вернулся к двери и запер её изнутри на задвижку. Услышав щелчок замка, парень невольно повернул голову к Бай Сигу, и в его глазах промелькнула капля настороженности.
— Что случилось? — спросил парень. Ему было очень любопытно, какое такое дело потребовало запирать дверь.
Су Цзянь сел по диагонали от парня и произнес:
— Не нервничай, мы просто хотим кое о чём тебя расспросить.
Парень по-прежнему непонимающе смотрел на Су Цзянь.
Бай Сигу неторопливо подошел, сел напротив парня, достал из кармана полицейское удостоверение и протянул ему:
— Привет, я Бай Сигу. Возникли кое-какие вопросы, мне нужна твоя помощь.
Увидев удостоверение в своих руках, парень испуганно распахнул глаза и заикаясь произнес:
— Полиция? Дядя полицейский... я...
В голове парня закрутился лихорадочный поиск воспоминаний. Однако он действительно никак не мог вспомнить, совершал ли он в последнее время хоть что-то противозаконное.
Бай Сигу прервал его, озарив лицо фирменной мягкой улыбкой:
— Не нервничай. Сейчас я задам тебе несколько вопросов, просто отвечай честно.
Парень украдкой бросил взгляд на Су Цзяня. Су Цзянь успокаивающе кивнул, и только тогда парень тихо произнес:
— Хорошо.
Бай Сигу открыл блокнот, взял ручку и, быстро заскользив ею по бумаге, спросил:
— Ты не против назвать своё имя?
Парень кивнул:
— Меня зовут Фан Син.
Бай Сигу:
— Возраст?
— Двадцать один.
Бай Сигу оторвал ручку от бумаги:
— Ты знаешь Су Цзяня?
— А? С чего вы вдруг спрашиваете? — Фан Син озадаченно повернулся к Су Цзяню. — Сяо Цзянь, ты меня не узнаешь?
Су Цзянь встретился взглядом с Фан Сином и с некоторой долей вины произнес:
— Я... в общем, я случайно потерял память...
Фан Син широко раскрыл глаза, словно не веря услышанному:
— То есть все эти дни ты не приходил на работу и не возвращался в съёмную квартиру именно потому, что потерял память?
Су Цзянь кивнул:
— Вот я и пришел расспросить тебя о том, что было раньше.
Бай Сигу тоже кивнул:
— Это может быть связано с одним важным недавним делом, поэтому, пожалуйста, постарайся рассказать всё как можно подробнее.
Услышав слова «важное дело», Фан Син заметно замер, затем кивнул, а его выражение лица стало более серьезным.
Увидев, что собеседник кивнул, Бай Сигу продолжил расспросы:
— Что тебе известно о Су Цзяне?
Фан Син подпер подбородок рукой и задумался на мгновение:
— Мы с Су Цзянем познакомились совсем недавно, недели две назад. Его привел один мой хороший знакомый и попросил помочь найти работу. Я помню, что Су Цзянь тогда только-только сдал выпускные экзамены в школе, и искать работу в таком возрасте — дело вполне нормальное. Я не стал расспрашивать лишнего и просто разрешил Су Цзяню пожить у меня.
Позже мы вместе обошли несколько мест, везде возникали те или иные проблемы, и в конце концов он сам предложил устроиться со мной на работу в бар Цэньцинь. Сначала я не соглашался, считал, что паренек, только-только ставший совершеннолетним, не должен работать в таком грязном и зловещем месте. Но Су Цзянь проявил такое упрямство, донимал меня упрашиваниями, так что у меня не осталось выбора, — на лице Фан Синя промелькнула легкая досада, и он продолжил: — Тогда я подумал: раз уж я сам проработал в этом баре довольно долго, Су Цзяню будет безопасно трудиться рядом со мной, надо просто приглядывать за ним и помогать. Вот я и согласился взять его туда.
Бай Сигу:
— А Ян Цзимин?
Фан Син:
— Ян Цзимин — это имя Су Цзянь придумал сам на ходу. Сказал, что будет использовать его для работы. У его старшего брата широкие связи, а он боялся, что тот узнает, где он работает, и силой утащит домой, поэтому и выдумал фальшивое имя.
В итоге, как мне сказали, брат на следующий же день пришел и разыскал его, — продолжил Фан Син. — Впрочем, у Су Цзяня, похоже, какие-то конфликты с семьей. В обычные дни он терпеть не мог обсуждать семейные дела, а раз это чужие личные дела, я и не лез с расспросами.
Бай Сигу кивнул, давая понять, чтобы он продолжал.
Фан Син почесал затылок:
— Был еще один повод, почему я не хотел брать Су Цзяня на работу в этот бар.
С этими словами Фан Син посмотрел на Бай Сигу.
— Он чертовски хорош собой, господин полицейский, а вы ведь знаете, Цэньцинь — это гей-бар, — произнес Фан Син. — С такой внешностью, если оказаться в подобном месте, он просто ходячий лакомый кусочек.
Бай Сигу поднял глаза на стоявшего рядом Су Цзяня и кивнул.
Лакомый кусочек Су Цзянь: «...»
Фан Син продолжил:
— И что в итоге? В первую же ночь, как я привел его туда, я сидел как на иголках, глаз с него не сводил! А потом в какой-то момент отвлекся — и его, блин, кто-то утащил в постель!
Тут Фан Син немного взволновался, повернулся к Бай Сигу и уже спокойным тоном добавил:
— Ну, то есть вы с ним переспали.
«...» Бай Сигу протянул руку и потер переносицу. — К делу...
Су Цзянь прервал Бай Сигу и спросил Фан Синя:
— Ты тоже не знаешь, почему я лег с ним в постель?
Фан Син странно посмотрел на Су Цзяня:
— Откуда мне знать такие вещи?
Ах да, действительно.
Су Цзянь нахмурился и больше ничего не сказал.
Пока Су Цзянь молчал, Фан Син, казалось, умудрился открыть собственный клапан болтливости. Его глаза загорелись, и ему не терпелось расспросить сидящую перед ним парочку о том, на какой стадии у них сейчас вообще всё находится.
Бай Сигу безжалостно перекрыл этот клапан:
— Ты знаешь ту съёмную квартиру Ян Цзимина в жилом комплексе Фэнхо?
— О, знаю, знаю, это я помог ему найти то жилье, — ответил Фан Син. — Сначала я предлагал ему остаться жить у меня, а домой возвращаться уже после смены, но он отказался. Сказал, что собирается пожить долго и хочет снять отдельную квартиру, вот я и подыскал ему этот вариант.
Бай Сигу кивнул и снова спросил:
— Ты ведь тоже живешь в жилом комплексе Фэнхо?
Фан Син:
— Ага. Я тоже после окончания школы пошел работать, сам снял квартиру и живу один. Потом понял, что трудиться в найме вполне неплохо, в институт поступать не стал и вот так работаю уже несколько лет.
Этот Фан Син оказался настоящей болтушкой — любую тему был готов развивать бесконечно.
Бай Сигу:
— Мм, живешь с Су Цзянем в одном доме?
Фан Син кивнул:
— В одном доме? Да мы с ним вообще соседи по лестничной площадке!
Соседи?!
Услышав слова Фан Синя, Су Цзянь и Бай Сигу невольно замерли, и тут же по их спинам поползли ледяные мурашки.
Шутки в сторону — они ведь совсем недавно побывали в квартире напротив жилья Су Цзяня, и там совершенно точно жил пожилой человек!
Бай Сигу слегка нахмурил брови и еще раз переспросил Фан Синя:
— Ты живешь в доме номер пять жилого комплекса Фэнхо, в третьем подъезде, в квартире 402?
Фан Син моргнул:
— Ну да.
Бай Сигу опустил взгляд на блокнот на столе и продолжил:
— Ты всегда жил один? У тебя в доме есть старики?
Фан Син не удивился столь внезапному вопросу о пожилых родственниках, лишь протянул руку и поскреб выпуклость на столе:
— Старики? Вроде нет, я всегда жил один. Бабушки, дедушки уже в возрасте, живут далеко, обычно это я езжу к ним наведаться.
Бай Сигу переглянулся с Су Цзянем.
Су Цзянь спросил:
— А родственники к тебе не заходят, не приносят какие-нибудь вещи?
Фан Син с улыбкой отмахнулся:
— Нет, что вы, я никогда никому из них не называл свой адрес.
После этих слов вокруг воцарилась зловещая тишина.
Долгое время спустя Бай Сигу произнес:
— Не мог бы ты в ближайшее время сводить нас к себе в гости?
Фан Син:
— Только вас двоих с Су Цзянем?
Бай Сигу кивнул, и Фан Син с радостью согласился.
***
Снова оказавшись в жилом комплексе Фэнхо, Бай Сигу и Су Цзянь шли в компании Фан Синя. Всю дорогу болтал почти исключительно Фан Син, Су Цзянь лишь изредка отвечал ему парой слов, чтобы собеседнику не было неловко от собственного монолога. Сидевший же за рулем Бай Сигу хранил молчание от начала до конца, словно вновь превратившись в сурового капитана Гу из полицейского участка — ни дать ни взять полная противоположность тому наглому смутьяну, который только что в баре нежно подшучивал над Су Цзянем и распускал руки.
Выйдя из машины, они погрузились в тишину спящего двора, во главе процессии зашагал Фан Син.
— Ох, огромное вам спасибо, господин полицейский! Я за столько лет впервые отпускаюсь с работы так рано! — Фан Син на ходу сладко потянулся, и уставшие позвонки в спине тут же отозвались чередой тихих хрустящих звуков. — Эх, из баров отпускают только в три часа ночи, мой биологический ритм давно перевернулся с ног на голову...
Бай Сигу сухо бросил:
— Не за что.
Су Цзянь шел осторожно, то и дело озираясь по сторонам. Во дворе стоял полумрак, а на уличных фонарях по углам скопился такой толстый слой пыли, неизвестно сколько времени не видавший чистки, что свет казался едва брезжущим.
В последнее время этот Кровавоокий призрак потрепал его нервы так сильно, что он едва не тронулся рассудком, постоянно опасаясь, как бы из темноты внезапно не вынырнуло какое-нибудь жуткое нечеловеческое создание.
Фан Син замедлил шаг и повернулся к Су Цзяню:
— Сяо Цзянь, о тебе я и впрямь знаю не так уж много. Можешь расспросить Кэ Юйхуая, вы вроде неплохо ладите — это ведь он привел тебя ко мне.
— Ладно, спасибо, — Су Цзянь улыбнулся Фан Синю.
Впереди показалась клумба, обогнув которую можно было выйти к пятому дому. Су Цзянь посмотрел на редкие точки света, пробивавшиеся из окон верхних этажей, и вдруг что-то вспомнил.
Су Цзянь:
— Братец Фан Син, ты говорил, что перед тем, как снять квартиру, я всё время жил у тебя?
Фан Син:
— Ага.
— И тогда я жил именно в этой квартире? — Су Цзянь указал на стоявший неподалеку пятый дом.
Фан Син кивнул:
— Я ведь кроме этой квартиры никогда ничего и не снимал.
— Понятно, — протянул Су Цзянь. — А сколько примерно времени я пробыл у тебя?
— Около недели.
Около недели...
Су Цзянь нахмурился.
— А хозяина нашей квартиры ты знаешь? — продолжил Су Цзянь.
Фан Син повернул голову:
— Того лысоватого мужика средних лет?
— Да, — подтвердил Су Цзянь.
— О, я его знаю! — голос Фан Синя стал чуть более оживленным, он глянул на Су Цзяня. — Ты что, и это совсем не помнишь?
Су Цзянь покачал головой, в его взгляде читалось легкое замешательство.
Фан Син:
— На работу в бар я всегда уходил часов в шесть-семь вечера. Соседи вечно судачили, что этот мужик только и знает, что шатается по гостям, но его визиты всегда выпадали ровно на мое время ухода на смену — стоило ему прийти, как мне уже пора было бежать.
И вот как раз в те дни, когда ты жил у меня, он заявлялся каждый день, только ты дома ему дверь не открывал! — Фан Син смеялся по ходу рассказа. — Позже арендодатель даже звонил мне с жалобой: «У тебя дома вроде кто-то есть, почему мне не открывают?» Голос у него был такой жалобный, ну просто умора, ха-ха-ха!
Бай Сигу повернул голову на Су Цзяня.
В темноте Су Цзянь крепко хмурил брови.
Не замечая перемены в настроении Су Цзяня, Фан Син весело щебетал дальше:
— А потом он сказал, что хочет угостить нас двоих ребят стряпней своей жены, и тогда я позвонил тебе и попросил открыть дверь.
— И что потом? — внезапно спросил Су Цзянь.
С легким шелестом пронесся ночной ветер, голос Су Цзяня прозвучал холодно, и Фан Син без всякой видимой причины зябко ёжился.
— А потом ничего, — Фан Син почувствовал, что в голосе Су Цзяня пропало веселье, и сам слегка притушил улыбку. — Хотя раньше ты казался человеком, с которым чертовски трудно сойтись, теперь-то я вижу, что ты стал гораздо лучше.
Еще бы, сердце-то в груди давно сменилось, было бы странно оставаться прежним. Мысленно Су Цзянь тихонько фыркнул.
И это всё? Разве после того, как хозяин вошел в квартиру, ничего больше не произошло? На душе у Су Цзяня скребли кошки, оставалось смутное предчувствие, что самое главное кроется как раз впереди...
Заметив неловкость от веселья в одиночку, Су Цзянь растянул губы в натянутой улыбке вслед за Фан Синем и продолжил:
— Братец Фан Син, тот арендодатель ведь наверняка меня помнит?
Фан Син почесал затылок:
— Должен помнить. В конце концов, в этом подъезде народу не так уж много, к тому же с твоей внешностью он точно должен был запомнить тебя надолго.
Су Цзянь вспомнил тот чужой, ничего не выражающий взгляд, которым одарил его хозяин квартиры пару часов назад.
— Точно, сто процентов помнит! Ты же потом еще и квартиру напротив меня снял у него же. Он видел тебя не раз и не два, пусть имена и путает, но в лицо-то должен узнать, — рассуждал вслух Фан Син.
Су Цзянь снова нахмурился — он уже чувствовал, что от таких нагрузок на межбровье у него скоро проляжет отчетливая складка в виде иероглифа «чуань».
Троица подошла к подъезду пятого дома. Фан Син по-прежнему шел впереди, а Су Цзянь сделал пару шагов вбок, приближаясь к Бай Сигу, слегка потянул его за полу одежды и тихонько прошептал прямо на ухо:
— Капитан Гу, мне кажется, тот хозяин квартиры, которого мы видели раньше, какой-то странный...
Пройдя вперед еще пару шагов и заметив, что сзади никто не следует за ним, Фан Син обернулся.
Ах, среди бела дня... то есть среди бела фонаря! Два чертовых пса-мужчинища! Никакого стыда!
Су Цзянь стоял вполоборота, слегка приподнявшись на носочках. Оранжевый свет из подъездного проема струился наружу, ложась полосами на его открытую щеку и рассыпаясь искрами по длинным ресницам. Его красивые персиковые глаза были полуприкрыты, влажный блеск полностью тонул в темноте, а сам он, прикрывая рот рукой, прижался совсем близко к Бай Сигу — так близко, будто собирался поцеловать его в самое ухо.
Фан Син перевел взгляд на Бай Сигу: тот лишь слегка поджал тонкие губы, сохраняя невозмутимое выражение лица, лишь чуть наклонил голову вбок и не делал больше никаких лишних движений.
Нельзя было не признать — их движения выглядели настолько естественно и интимно, словно они проделывали это уже тысячу раз. Ни единой нотки наигранности, сплошная непринужденность и сладость.
Фан Син сам не понял отчего вдруг почувствовал жар в лице. Бросив на них еще один взгляд, он отвернулся и собрался шагнуть в подъезд.
Телефон в кармане брюк внезапно зазвонил. Фан Син вытащил его на свет, и в голове у него что-то мелькнуло. На автомате он крутанулся на месте и окликнул Су Цзяня.
В тишине летней ночи веселая мелодия звонка прозвучала несколько резко. Звук покатился по ветру, эхом отражаясь от пустых стен подъезда, и спустя пару кругов вихрем вырвался наружу, прошелестел у самого уха Су Цзяня и растворился в черном ночном небе.
Заметив, что стоявшие плечом к плечу у входа двое перевели на него всё внимание, Фан Син заговорил:
— Су Цзянь, помнишь, в тот день мне звонил сосед и говорил, что вы с хозяином квартиры подрались? Они еще рассказывали, что ты, словно безумный, бросался на него, царапался и кусался...
После бесконечного забытья Ши Юй резким движением вскинулся на постели.
Он жадно глотал свежий воздух, грудная клетка тяжело вздымалась.
Растерянность, непонимание — водоворот эмоций захлестнул сознание.
Где это он?
Затем Ши Юй машинально огляделся вокруг, и степень его растерянности только возросла.
Одноместное общежитие?
Даже если его благополучно спасли, сейчас он по меньшей мере должен находиться в больничной палате.
А собственное тело... почему на нем нет ни единой царапины?
Превозмогая недоумение, Ши Юй беглым взглядом осмотрел комнату и в конце концов замер на зеркале, висевшем у изголовья кровати.
Отражение демонстрировало парня лет семнадцати-восемнадцати на вид, весьма смазливого.
Но проблема заключалась в том, что это был не он!
Раньше он был двадцати с небольшим лет, видным и статным молодым человеком, уже успевшим какое-то время поработать.
А сейчас эта внешность с каких ни посмотри ракурсов выглядела не старше школьника...
Подобная перемена заставила Ши Юя надолго зависнуть.
Только не надо говорить ему, что операция прошла успешно...
Тело, лицо — всё изменилось. Тут уже речь шла не об операциях, а о настоящей магии.
Он попросту превратился в совершенно другого человека!
Неужели... он попал в другой мир?
Помимо неудачно расположенного по фэншую зеркала у изголовья, Ши Юй обнаружил поблизости три книги.
Стоило ему взять одну из них и взглянуть на обложку, как от названия он потерял дар речи.
Руководство по уходу за зверями-питомцами для начинающих
Уход за зверями-питомцами в послеродовой период
Путеводитель по оценке инородных девушек с ушками зверей
Ши Юй: ???
Названия первых двух книг еще выглядели сносно, но третья — это вообще что такое?
— Кхм.
Ши Юй собрался с духом и протянул руку, однако в тот же миг его рука застыла.
Стоило ему только подумать о том, чтобы открыть третью книгу и разобраться, что это за чертовщина, как в голове полыхнуло резкой болью, и потоком, подобным хлынувшим водам бурной реки, хлынули воспоминания.
http://bllate.org/book/18680/1805071
Готово:
