Какая-то часть воспоминаний в глубине сознания внезапносколыхнулась от резкого столкновения феромонов.
Сунь Фэнчжи поднял руку и потёр переносицу, его брови невольно нахмурились.
Руководитель Базы Сигма тут же обеспокоенно спросил:
— Главный инспектор Сунь, вам нездоровится?
Хотя аура Сунь Фэнчжи была таковой, что никто не смел вести себя вольно, а один его взгляд заставил бы любого тут же замолчать, в конце концов, перед ними находился всего лишь изнеженный Омега, который всю жизнь просидел в своём кабинете.
Думая об этом, руководитель Базы Сигма тут же воспользовался моментом, чтобы продолжить с воодушевлением:
— Лифт действительно движется довольно быстро. Если вы плохо себя чувствуете, мы можем сделать остановку на пути и немного передохнуть. Просто на Базе Сигма довольно высокий темп работы…
Рука Сунь Фэнчжи, лежащая на переносице, не опустилась, серые глаза из-за пальцев равнодушно скользнули по руководителю, а в невидимом для того ракурсе слегка приподнялись уголки губ.
— Сразу наверх, отдохнём там, — произнёс он, вовсе не собираясь делать вид, что всё в порядке.
Все эмоции в глазах руководителя он видел насквозь. Будь Сунь Фэнчжи двадцать восемь лет, он, пожалуй, не стал бы обращать внимание на взгляды подобных незначительных людей, но ничего не поделаешь — в свои восемьнадцать он ещё не достиг такого уровня духовного развития.
Лифт продолжал быстро двигаться вверх, а Сунь Фэнчжи то и дело закрывал глаза, ощущая в своей духовной сфере всё более яркий золотисто-жёлтый якорь. Тот излучал тепло, похожее на солнце — на самом деле, в духовной сфере невозможно почувствовать температуру, но тёплый жёлтый цвет всегда дарует визуальное ощущение уюта.
Бета в очках сделал два шага следом и поспешно заговорил:
— Младшекурсник Сунь, вы случайно не подозреваете, что степень совместимости феромонов между вами и неким Альфой… слишком высока?
— Маршал Лу действительно уже выполнил задание! — мысленно усмехнулся он, однако на его лице не отразилось ни единой эмоции.
— Главный инспектор Сунь, пожалуйста, отдохните пока здесь. — Руководитель, судя по всему, был крайне увлечён этим вопросом и излишне суетливо распоряжался подавать чай и воду высокопоставленным чинам из Инспектората.
Ему вдруг вспомнилось, как раньше в его голове то и дело возникали совершенно нелепые мысли вроде «а не сжечь ли Лу Яньшэна дотла, чтобы он стал лысым». Неужели всё потому, что ему так нравился этот опалённый жаром золотистый оттенок?..
— Младшекурсник, я абсолютно серьёзно. Нашему эксперименту действительно жизненно необходима помощь вас и младшекурсника Лу.
Сунь Фэнчжи услышал голос, но лишь опустив взгляд на студенческий билет в собственной руке, осознал, что это был его собственный голос.
— Младшекурсник Сунь, раз вы пришли сегодня в библиотеку искать эти материалы, значит, у вас наверняка есть на то веские причины? — понизил он голос.
По сравнению с собственной бледностью, Сунь Фэнчжи предпочитал именно такой цвет.
Хотя это звучало несколько абсурдно… но даже нулевая вероятность не означала, что произошедшее абсолютно невозможно.
Подавив тупую боль в голове, вызванную возвращением воспоминаний, Сунь Фэнчжи опустил руку, повернул голову к секретарю и слегка кивнул.
Под настороженным взглядом Сунь Фэнчжи бета в очках пояснил: поскольку они постоянно занимались подобными исследованиями, у них была определенная чуткость к аурам высокосовместимых Альф и Омег, так что их предположение о связи между Сунь Фэнчжи и Лу Яньшэном было лишь догадкой.
— Не стоит, спасибо за доброту, господин руководитель, — произнесла секретарь Стивен. — Когда нашему главному инспектору нездоровится, мы обязаны помочь и взять на себя его обязанности.
В обычное время он бы не возражал против того, чтобы вмешаться и что-то предпринять, но сейчас для него было гораздо важнее расшифровать ту часть памяти, которая к нему вернулась.
Заметив, что на диване сидит только Сунь Фэнчжи, а сопровождавшие его секретарь Стивен и остальные вовсе не собирались садиться, он на мгновение растерянно замер.
— Пожалуйста, проводите меня к месту инспекции.
Если бы Лу Яньшэн был просто его парнем — ладно, но даже будь он заклятым врагом, Сунь Фэнчжи чувствовал, что при любом раскладе приволок бы этого гада в лабораторию.
[Оказывается, все эти материалы были засекречены в Научно-исследовательском институте военного ведомства.] Просматривающий воспоминания Сунь Фэнчжи вдруг понял, почему даже с полномочиями Инспектората он не мог найти больше никакой подробной информации.
Сунь Фэнчжи больше не стал ни о чём думать. Проводив взглядом вышедших секретарца Стивена, руководителя и остальных, он слегка откинулся назад на мягкий изысканный диван и закрыл глаза.
Сунь Фэнчжи вовсе не удивляло, что он в будущем занялся этим вопросом или углубился в детали какого-то секретного исследования. В конце концов, проведя столько лет рядом с Лу Яньшэном, он, очевидно, прекрасно знал о высокой совместимости их феромонов, и с его характером было просто невозможно не заинтересоваться этим феноменом.
— Ради роста собственной силы он был готов пойти на что угодно.
Перед отправкой Сунь Фэнчжи бегло просмотрел все дела, которые вёл в Инспекторате за последние семь лет. Он обнаружил, что сам он… точнее, его двадцативосьмилетняя версия, судя по всему, совершенно не демонстрировал посторонним навыки рукопашного боя или управления мехами.
Большой массив воспоминаний, только что восстановленный в результате столкновения бурных феромонов, долго не упорядочивался их обладателем и постепенно начал бунтовать. Боль стала сильнее.
Сунь Фэнчжи не собирался ничего рассказывать. Он всегда держался с людьми холодно и даже не испытывал желания вести пустые беседы, поэтому уже собирался развернуться и уйти.
— Тот парень учится с тобой на одном факультете, единственный сын маршала Лу, верно?
Библиотекарь покачал головой и сообщил, что эта информация пока относится к государственной тайне Научно-исследовательского института военного ведомства.
Кажется, это связано с феромонами и якорями духовной сферы…
— Здравствуйте, скажите, есть ли в библиотеке исследовательские материалы по совместимости феромонов?
Сунь Фэнчжи, конечно, понимал, что эти люди не позволят ему уйти слишком рано, но изначально он и не собирался ничего предпринимать. Поэтому он оставил вопрос без ответа.
Каковы бы ни были его истинные цели, Сунь Фэнчжи знал: сейчас многие видят в нём совсем не того человека, которым он хотел стать в восемнадцать лет.
С этими мыслями на лице руководителя промелькнуло облегчение, и он выдавил из себя улыбку.
Однако говорят, что самое страшное в Инспекторате — это как раз главный инспектор Сунь Фэнчжи; если его здесь не будет, риск наверняка значительно снизится.
— Кхе, уважаемые исполнители, не хотите ли… присесть и отдохнуть вместе со всеми?
Пойманный на удочку молодой Сунь Фэнчжи всё ещё был горяч и не мог скрыть раздражения от того, что его задели. Нахмурившись, он уже собирался что-то сказать, как вдруг услышал слова беты в очках:
Секретарь Стивен мгновенно понял, что их план удался наполовину.
Лицо руководителя Базы Сигма в ту же секунду позеленело. Он был готов молиться, чтобы эти люди из Инспектората пожили в этой гостиной дня два-три, лишь бы потом соизволили уйти…
— Тогда, может, я пришлю сюда секретаря? — предложил он. — Если главный инспектор Сунь захочет о чём-то узнать, он сможет спросить прямо у неё. Конечно, если у вас нет вопросов, можете просто делать вид, что её здесь нет.
— Если вы с младшекурсником Лу в определённой степени поможете нашему исследованию, мы обещаем поделиться с вами всеми нашими результатами. Правда, вы не сможете их выносить наружу, читать разрешится только бумажную версию прямо в лаборатории.
Он словно намеренно скрывал свои истинные способности, специально создавая видимость очевидных слабостей. Чтобы привлечь многочисленных убийц к атакам на его так называемую «слабость», или, возможно, лишь для того, чтобы довести мрачное и таинственное чувство угрозы, исходившее от Инспектората, до абсолютного предела.
Лифт поднялся на верхний этаж, и руководитель Базы Сигма лично проводил Сунь Фэнчжи и его спутников в роскошную гостиную.
— Простите, вы младшекурсник Сунь? — окликнул его человек в очках и представился аспирантом профильного факультета Первого военного университета. Его исследовательская группа занималась изучением эффектов высокой совместимости между Альфами и Омегами.
— У нас уже есть предположение: феромонная привязка между высокосовместимыми Альфами и Омегами способна в значительной степени усиливать их различные способности. Но сейчас эту гипотезу невозможно проверить, потому что та пара высокосовместимых Альфы и Омеги, что изначально поддерживала наше исследование… оказались страшными домоседами.
— Стоило им услышать, что до и после привязки придётся сдавать норматив на трёхкилометровую пробежку, как они чуть не порвали договор прямо на месте и не вышли из эксперимента.
Пф.
Сунь Фэнчжи услышал, как в глубине души он не удержался и тихонько хмыкнул, однако внешне оставался всё тем же неприступным цветком на вершине утёса, отталкивающим людей на тысячу ли вокруг.
Заметив, что этот желанный, но совершенно недосягаемый младшекурсник Сунь по-прежнему сохраняет полнейшее равнодушие, бета в очках со злости пустил в ход свой главный козырь.
— Мы уже обращались к младшекурснику Лу, и он сказал… что он, он даже без усиления способностей сможет надирать тебе задницу!
Взгляд Сунь Фэнчжи заледенел.
— Да пошёл он.
Просматривающий свои воспоминания Сунь Фэнчжи на мгновение растерялся.
Неужели такое возможно? Он же проучился в военном университете всего год-два, с чего бы ему бросаться подобными фразами…
Сунь Фэнчжи успокоился и продолжил наблюдать за собственными воспоминаниями от первого лица, звучавшего столь необычно.
Увидев, что эта фраза заставила неприступного ледяного цыпленка-младшекурсника моментально выйти из себя, бета в очках понял, что это сработало, и продолжил:
— Младшекурсник Лу ещё сказал, что если вы оба станете прокачивать способности вместе, он точно вырастет в силе сильнее, чем ты.
Сунь Фэнчжи нахмурился.
— Зовите его сюда, — бросил он с холодным лицом, разворачиваясь.
— Завтра у входа в вашу лабораторию.
Сунь Фэнчжи, наблюдавший за своими воспоминаниями со стороны: ….
Почему?
Он что, после поступления в университет умнел задом наперёд…?
Он открыл глаза, временно остановив воспроизведение воспоминаний, и мысленно попытался найти этому объяснение.
Внезапно он вспомнил то «милое» выражение лица, которое Лу Яньшэн порой демонстрировал перед ним, и почувствовал, что, кажется, смутно уловил суть.
Он взглянул на единственного живого человека в гостиной — секретарца руководителя Базы Сигма, весьма изящную женщину-бету, немного подумал и заговорил:
— Госпожа секретарь, скажите, а вам доводилось состоять в романтических отношениях?
Едва слова сорвались с губ, Сунь Фэнчжи понял, что эту фразу легко истолковать двояко, и поспешил добавить:
— Я просто хотел узнать, неужели все люди в состоянии влюбленности становятся… немного инфантильными?
Секретарь на мгновение опешила. Вспомнив предупреждение начальника о том, что ей запрещено обсуждать любые темы, касающиеся Зоны H и Зоны E, она мысленно попыталась проанализировать, какая вообще связь между любовными делами и Базой Сигма.
Она совершенно не верила, что этот грозный и печально известный главный инспектор Сунь, которого так боялся её шеф, станет задавать вопросы, не имеющие никакого отношения к работе, посреди столь серьёзной и официальной рабочей обстановки.
Неужели он окольными путями пытается вытянуть из неё информацию?
Секретарь выпрямилась, напустив на себя благожелательную улыбку:
— У меня нет такого опыта, главный инспектор Сунь.
Однако сам Сунь Фэнчжи, которого она сочла человеком глубоко расчетливым, услышав этот ответ, не выказал ни малейшего недовольства.
Секретарь мысленно призадумалась.
Этот главный инспектор Сунь со Столичной Звезды совсем не похож на того, про кого господин Эсенмст говорил: каждое его слово способно убить человека…
Господин Эсенмст был богатым племянником представителя аристократии, прикомандированным к Базе Сигма. Обычно он рассказывал им всякие байки со Столичной Звезды: лицом не вышел, зато богат и любвеобилен, так что его вполне можно было назвать одним из самых популярных людей на Базе Сигма.
Однако в этот момент секретарю вдруг показалось, что господин Эсенмст не стоит и выеденного яйца.
Пока она размышляла об этом, она услышала голос главного инспектора Сунь: холодный и приятный, он заставлял прислушиваться к каждому произнесённому слову.
— Если представится возможность, можете попробовать. — сказал Сунь Фэнчжи.
Секретарь бессознательно ослабила бдительность: — Главный инспектор Сунь, вы имеете в виду…
— Любовь с тем, кто нравится, возможно, способна заставить человека помолодеть.
Голос Сунь Фэнчжи звучал убедительно, он произнёс эту фразу с совершенно серьёзным и спокойным выражением лица.
На долю секунды секретарю показалось, что это чёртовски логично. Она вспомнила гремевшие на всю Столичную Звезду недавние сплетни и украдкой бросила взгляд на Сунь Фэнчжи, который вовсе не казался таким уж ледяным и безжалостным.
Я ведь тоже не ответила на его вопрос, — оправдала она себя мысленно, — я не нарушила приказа начальства, к тому же я собираюсь в ответ выведать информацию у этого главного инспектора Сунь.
Собравшись с духом и выстроив внутреннюю защиту, она заговорила:
— Главный инспектор Сунь, вам… неинтересно рассказать мне историю вашей любви с маршалом Лу?
Сунь Фэнчжи, только что собравшийся закрыть глаза и продолжить тихонько копаться в воспоминаниях, замер, и в его голове внезапно родилась одна идея.
Если вместо подобного самоанализа попробовать поделиться происходящим с кем-то другим и попутно упорядочить воспоминания, кажется… эффективность выделения главного будет выше?
И он согласился.
Секретарь снова сделала лицо из разряда: «Главный инспектор Сунь действительно совсем не такой, как говорил господин Эсенмст».
— Тогда давай поговорим о некоторых вещах из наших университетских времён, — произнёс Сунь Фэнчжи.
Секретарь сначала хотела спросить, нельзя ли начать с самого начала, но, подумав, решила: раз уж столь крутой исполнительный директор Инспектората из-за плохого самочувствия готов рассказать ей здесь любовную историю — это же редчайшая, просто невероятная удача!
Грех жаловаться!
Поэтому она включила режим концентрации, превосходивший даже её рабочие совещания, кивнула и приготовилась слушать.
— Мы с…
Едва начав, Сунь Фэнчжи внезапно замолчал.
Как вообще принято называть Лу Яньшэна при посторонних?
Обращения, которые Лу Яньшэн использовал по отношению к нему, всегда были из разряда приторных… Ладно, проехали.
Сунь Фэнчжи поднял руку, прижав её к губам и слегка кашлянув.
— Мы с Лу Яньшэном когда-то вместе участвовали в одном проекте, — сказал он. — Поскольку дело секретное, вдаваться в подробности я не могу.
Секретарь закивала: — Угу-угу, я понимаю!
Боже мой… выдающиеся люди начинают участвовать в подобных секретных проектах ещё в университете?!
И впрямь, пропасть между обычными людьми и звёздными гражданами… Ох, это уже не пропасть, это чёрная дыра или пространственно-временной разлом!
Сунь Фэнчжи продолжил: — В этом проекте мы случайно оказались в одной группе.
В воспоминаниях они с Лу Яньшэном в тот день по очереди подошли к дверям лаборатории исследовательской группы старшекурсника-беты, и первым делом подписали двустороннее соглашение о неразглашении, после чего старшекурсник провёл им тест на совместимость феромонов.
[97,01%]
Тогда у старшего очки чуть не свалились с носа, вся проектная группа радостно сбилась в кучу, а смотрели они на них двоих так, будто голодные волки пялятся на лакомый кусочек, а утопающие — на спасителя.
— Руководитель проекта сказал, что мы должны поцеловаться, — рассказывал Сунь Фэнчжи.
Он видел, как сидящая напротив него на диване секретарь уже прикрыла рот рукой, а её глаза засияли странным блеском.
Он старался поддерживать спокойный тон, одновременно вспоминая, структурируя и пересказывая события.
— И тогда мы…
— Поцеловались? Поцеловались?! — вполголоса подгоняла секретарь.
— …Нет.
Услышав нескрываемое разочарование в её «ась?», брови Сунь Фэнчжи тоже слегка сошлись на переносице.
В воспоминаниях выражение лица Лу Яньшэна было просто ужасным, да и Сунь Фэнчжи, ощущая тогдашние эмоции, мог сделать вывод, что его собственная физиономия выглядела ничуть не лучше, а возможно, даже кровожаднее.
Старшекурсник в очках тогда вздрогнул всем телом и поспешно пошёл на уступки:
— Ну тогда хотя бы за руки возьмитесь! Руки пожмите! — бросив взгляд на преподавателя исследовательской группы и получив молчаливое одобрение, он тут же повысил ставки.
— Вы помогаете нам закрыть KPI эксперимента, а мы, как и написано в соглашении о неразглашении, рассказываем вам способ усиления способностей с помощью феромонов.
— И чем лучше вы будете сотрудничать, тем эффективнее окажется наш метод!
Услышав это, Сунь Фэнчжи и Лу Яньшэн обменялись свирепыми взглядами.
Что это за странные сюжеты такие? Мысленно вынырнув из воспоминаний, Сунь Фэнчжи невольно почувствовал некоторое недоумение и, подумав немного, внезапно всё понял.
— Кажется, перед тем как пойти туда, мы поссорились, — произнёс он. — Тот старшекурсник, должно быть, знал об этом и поэтому хотел под предлогом проекта дать нам шанс помириться и сгладить углы.
— Знаете, ссоры неизбежны в любых отношениях.
Секретарь, казалось, уже полностью забыла о логике и думала только о том, что было дальше.
— Главный инспектор Сунь прав, а потом?
— А потом мы взялись за руки, — монотонно, безо всяких эмоций произнёс Сунь Фэнчжи.
Секретарь же в своём воображении уже дорисовала всё до мельчайших деталей, а её лицо озарилось цветом, похожим на вторую молодость.
Боже мой… Два гордых гения, в восемнадцатилетнем возрасте, завели такие неловкие, но окружённые заботой всех вокруг сладкие отношения.
Два человека, поссорившиеся из-за какой-то ерунды, услышав подначки старших поцеловаться, покраснели до кончиков ушей, разозлились от бессилия, но в глубине души всё равно чувствовали лёгкое, сладостное щекотание.
Их пальцы, висящие вдоль тела, бессознательно тянулись друг к другу.
Поэтому, когда старшекурсник уступил и предложил: «Ну раз никак, хотя бы возьмитесь за руки», — оба проявили невероятную синхронность, протянув руки навстречу… соприкоснувшись ладонями!
Хотя вслух ничего не было сказано, причина вчерашней ссоры будто растворилась в воздухе.
Парнишка с покрасневшими ушами вспыхнул ещё ярче и сжал ладонь крепче.
Тот, кто разозлился сильнее, отвёл взгляд, но всё равно капельку подвинулся ближе к своему парню.
Ах!
Что это за божественная университетская романтика?!
— Главный инспектор Сунь, как же сильно старшекурсники заботились о ваших отношениях с маршалом Лу! — сдавленно прошептала она, пытаясь сохранить видимость спокойствия.
Сунь Фэнчжи сдержанно кивнул, а уголки его губ изогнулись в едва заметной улыбке.
Секретарь снова прикрыла рот рукой.
— Именно так! Вот оно! Словно высокомерное, изящное и прекрасное кошачье создание, соизволившее принять чью-то ласку, внешне всё так же гордо задирает подбородок, но во взгляде читается невольное стремление опустить глаза, выдавая детскую радость.
А-а-а, я это шиперю, я это обожаю!
Сегодняшняя сверхурочная того стоила!!!
Заметив, что Сунь Фэнчжи не собирается продолжать, секретарь не стала наглеть и, сияя счастливой улыбкой, снова погрузилась в молчание.
Сунь Фэнчжи счёл, что подобные бессвязные воспоминания вряд ли имеют ценность для обсуждения, и тоже замолчал.
Последующие воспоминания были уже не столь последовательными, сплошные обрывки: они с Лу Яньшэном снова и снова отвергали предложения старшекурсников — Сунь Фэнчжи объяснял это тем, что «некоторые вещи можно делать только за закрытыми дверями, когда вы вдвоем».
До тех пор, пока во время одной из тренировок на полигоне они, видимо, не потеряли контроль над собой, погрузив сознание в духовные сферы, и их незримые духовные щупальца не столкнулись с глухим ударом прямо посреди площадки.
В тот момент в точности повторилось то же самое ощущение, что и сегодня в лифте, безо всякого предупреждения.
Если бы Сунь Фэнчжи тогда инстинктивно не сжал зубы до боли, ещё неизвестно, какие звуки могли бы вырваться.
После этого инцидента исследовательская группа старшекурсника-беты в ходе работы пришла к выводу: помимо физического контакта, существовал и другой способ установить феромонный якорь и усилить способности друг друга.
— Контакт духовных щупалец.
Для большинства Альф и Омег это было трудновыполнимой задачей, поскольку лишь те, чья духовная сила достигала определенного уровня, были способны материализовать её в невидимые глазу, но обладающие вполне реальной формой духовные щупальца.
Исследователи были разочарованы: подобный вывод не имел универсального применения.
Но для двух «застенчивых» младшекурсников, которые каждый день приходили в лабораторию лишь под предлогом необходимости держаться за руки и обниматься, это, без сомнений, был отличный результат.
Восстановленные воспоминания были полностью упорядочены.
Сунь Фэнчжи открыл глаза, внезапно вспомнив вчерашние слова Лу Яньшэна в своём кабинете о феромонных якорях и его нерешительный вид.
Это исследование принадлежало научной группе Первого военного университета, а значит, Лу Яньшэн, будучи маршалом военного ведомства, наверняка мог легко отыскать этот документ. Возможно, имён тех двух подопытных там и не было, но по крайней мере Лу Яньшэн точно знал, что помимо поцелуев существовал и другой способ создания якоря.
Но он промолчал.
Сунь Фэнчжи слегка приподнял брови, его изящные длинные пальцы машинально барабанили по кожаному подлокотнику дивана.
Маршал Лу, и ты всё ещё утверждаешь, что не занимался вымогательством поцелуев?
Он достал терминал, нашёл контакт Лу Яньшэна, вверх-вниз прокрутил виртуальный экран и с интересом перечитал переписку, где Лу Яньшэн до этого казался на редкость послушным.
Сунь Фэнчжи внезапно отчётливо осознал: Лу Яньшэн вовсе не был таким уж покладистым и простоватым, каким казался при первой встрече. У него тоже были свои маленькие тайны, и перед ним он тоже временами выбирал, о чём умолчать.
Впервые в жизни, осознав, что кто-то воспользовался его доверием, Сунь Фэнчжи почувствовал не глëв, а нечто вроде пробуждающегося азарта — словно он обнаружил нечто забавное.
Хм… Наверное, это и есть любовь. — подумал Сунь Фэнчжи, чувствуя, что постепенно начинает в чём-то разбираться.
Он подумал, что, возможно, нашёл причину своего подсознательного желания отлупить Лу Яньшэна: глубина их чувств не вызывала сомнений, но помимо этого они велели постоянную скрытную борьбу, пытаясь подчинить друг друга. Наверное, именно поэтому окружающим казалось, что их отношения далеки от идеала.
Просто эти люди ничего не понимают в такой любви.
На душе вдруг стало легко и ясно, Сунь Фэнчжи тихонько усмехнулся, погасил терминал и скосил взгляд на низкие фабричные постройки в Зоне E за окном.
Что ж, какого рода наказание должен понести нечестный бойфренд?
http://bllate.org/book/18660/1799163
Готово:
