— Всё дошло до этого момента, и ты ещё смеешь говорить, что не хочешь выходить замуж?! — голос мужчины внезапно сорвался на крик, и тщательно сохраняемая маска заботливого отца в одно мгновение разбилась вдребезги. — Не забывай, мы вовсе не обязаны оплачивать лечение твоей приёмной матери, которой срочно нужна пересадка лёгких!
Крепкий, широкоплечий мужчина презрительно смотрел на своего недавно признанного сынка. Худой, бледный, словно недокормленный цыплёнок — это ещё ничего, но стоило молодому человеку занервничать, как он тут же краснел, начинал дрожать и заикаться. В общем, вёл себя совершенно не по-мужски, и это выводило мужчину из себя.
Да его и сравнивать с их драгоценным сыном было смешно. Даже если бы этого «цыплёнка» отправили в семью Гу на посмертный брак, это уже было бы для него незаслуженной честью. А сейчас от него всего лишь требовалось выйти замуж в рамках обряда, призванного принести удачу.
Ухоженная женщина с мягкими чертами лица обняла Юй Юаня и украдкой переглянулась с мужем.
Ласково поглаживая дрожащую спину молодого человека, она принялась терпеливо успокаивать его:
— Прости нас, Юань. Папа с мамой и правда сейчас в безвыходном положении. Семье Гу достаточно лишь пошевелить пальцем, чтобы наша семья Ван обанкротилась. Если это случится, то не только пересадка лёгких для твоей мамы Юйчжи станет невозможной, мы даже консервативное лечение больше не сможем оплачивать...
Женщина отлично играла свою роль: на её глазах выступили слёзы, а голос постепенно задрожал от рыданий. Но Юй Юань, которого она так заботливо утешала, застыл от потрясения.
Всё, что происходило перед его глазами, на удивление полностью совпадало с тем его сном!
Прошлой ночью Юй Юаню приснился очень длинный и запутанный сон. Во сне он узнал, что живёт внутри романа — типичной мелодрамы, где в одну кучу смешали историю о настоящем и фальшивом молодом господине, браке по расчёту и мести в мире богачей.
Главным героем оказался «фальшивый молодой господин» — тот самый ребёнок, которого при рождении перепутали с Юй Юанем. После раскрытия правды он потерял своё положение в богатой семье, отправился пробивать себе дорогу в шоу-бизнесе, затем он понравился дочке миллионера и вошёл в её семью через брак. В итоге он подвергся всевозможным унижениям со стороны семьи жены, но в конце концов, благодаря невероятной удаче, смог отомстить.
Вот только вся эта история с «настоящим» и «фальшивым» молодыми господами с самого начала была ложью. Супруги Ван просто искали несчастного человека, которого не жалко было бы отправить вместо собственного сына на этот брак.
Им хотелось породниться с семьёй Гу, но при этом они не собирались позволять своему любимому сыну заключить брак с больным мужчиной. Поэтому они разыграли спектакль с «потерянным ребёнком» и выбрали Юй Юаня. Он был подходящей жертвой: бедный студент из детского дома, чья приёмная мать тяжело болела и отчаянно нуждалась в дорогостоящей операции.
В начальной школе Юй Юань почти два года подвергался издевательствам со стороны одноклассников. Именно тогда у него развилась тяжёлая социофобия. Разумом он прекрасно всё понимал, но стоило оказаться среди людей, как страх полностью сковывал его. Больше всего на свете он мечтал однажды уехать куда-нибудь в глухие горы и жить уединённо, вдали от всего мира.
Однако он всё ещё питал надежду в отношении своих биологических родителей и искренне поверил, что супруги Ван являются его давно потерянными родителями. Поэтому после нескольких дней затворничества он всё же набрался смелости и отказался от брака, в результате чего супруги Ван просто заперли его.
Но сильнее всего Юй Юаня потрясло совсем другое. По сюжету романа Гу Шаочэн умер всего через несколько дней после свадьбы.
А затем старый глава семьи Гу возненавидел Юй Юаня и навсегда запретил ему покидать поместье, обрёк его провести остаток жизни в полном одиночестве и умереть на огромной вилле...
Юй Юань замер.
Не выходить за пределы дома... До конца жизни пробыть в одиночестве... И всё это — на роскошной вилле...
Это... наказание?
Да это же работа его мечты!!!
Поначалу Юй Юань решил, что это просто необычайно реалистичный сон. Но, проснувшись, он специально повторил отказ, следуя сюжету сна, и супруги Ван ответили ему слово в слово теми же фразами.
Как бы ему ни было трудно в это поверить, Юй Юань был вынужден признать: его мечта действительно могла сбыться!
От возбуждения в кровь будто выплеснулась целая волна адреналина. Ему хотелось кататься по полу от счастья, словно он только что выиграл в лотерею. Однако перед супругами Ван он, разумеется, ничем себя не выдал, лишь ещё ниже опустил голову, пряча все эмоции глубоко внутри.
Стоявший рядом господин Ван увидел, как тот снова опустил голову и молчал, и ещё больше убедился, что перед ним тупой и беспомощный дурак. му даже показалось, что такой убогий человечишко не стоит тех семисот тысяч юаней, которые требовались на операцию по пересадке лёгких. А если операция пройдёт успешно, последующее лечение наверняка обойдётся ещё в миллион, если не больше...
Когда стилист закончил приводить его в порядок, супруги подумали, что хотя Юй Юань и выглядел робким, его высокий лоб, скрытый густой чёлкой, и изящные овальные линии лица за большими очками всё же имели некоторую утончённость.
Просто он был слишком бледным, и в сочетании с хрупким, тощим телосложением не выглядел как мужчина. Может, он и сам из этих*... Тогда он лучше всего подходил для того, чтобы его выдали замуж для привлечения удачи другому мужчине.
(* в оригинале употреблено 二椅子 диалектное, в грубой форме: человек, выглядящий и как мужчина, и как женщина, гермафродит; так же китаянки пишут, что это может означать мужчина для игр мужчин и бисексуал.)
Подумав об этом, господин Ван заговорил ещё более резким тоном:
— Возможность породниться с семьёй Гу — огромное счастье для такого, как ты. После свадьбы хорошенько заботься о господине Гу. Только тогда твоя приёмная мать сможет благополучно перенести операцию, понял?
Если бы это случилось раньше, Юй Юань, каким бы робким он ни был, непременно съязвил бы про себя:
«Раз это такое счастье, может, сам им воспользуешься?»
Но теперь ему хотелось сказать совсем другое:
«Почему же вы не рассказали мне об этом счастье раньше?!»
Увидев, как молодой человек медленно кивнул, а потом открыл и закрыл рот, словно собираясь возражать, господин Ван не стал тратить на него лишних слов.
Он незаметно подал знак стоявшей рядом служанке. Та сразу же отправилась за заранее приготовленным вином, в которое уже подмешали снотворное.
План был прост: усыпить молодого человека и связанного отвезти в семью Гу.
А сам Юй Юань тем временем с нетерпением ждал, когда его наконец повезут выдавать замуж. Прошло довольно много времени, но супруги Ван почему-то всё ещё не собирались открывать дверь и выводить его из комнаты.
Обычно при виде незнакомых людей он начинал заикаться ещё сильнее, но сейчас ради своей мечты всё-таки заставил себя поднять голову. Однако не успел он открыть рот, как служанка уже подошла с подносом, на котором стояла маленькая рюмка с мутным вином.
Вспомнив, что по сюжету наследник семьи Гу был безнадёжно болен, а вся эта свадьба была последней отчаянной попыткой спасти ему жизнь с помощью суеверного метода, Юй Юань перевёл взгляд с своего ярко-красного свадебного наряда на содержимое рюмки.
Первая мысль, промелькнувшая у него в голове, была:
«Туда что... подмешали пепел от благовоний?»
Чем дальше, тем всё это выглядело подозрительнее. Похоже, наследник семьи Гу действительно был уже при смерти.
Ах... разве это не значит, что он стал на шаг ближе к своей мечте?
В глазах Юй Юаня промелькнула целая гамма чувств: лёгкое злорадство, чувство вины и плохо скрываемое ликование. Не дожидаясь, пока господин Ван снова начнёт его запугивать, он решительно схватил рюмку и одним глотком осушил её.
Напиток обжёг горло, но он даже не поморщился, вместо этого нетерпеливо спросил:
— М-мы... можем... уже ехать?
Супруги Ван переглянулись.
— ...Э-э-э... можем.
***
Сев в машину, Юй Юань, помимо радостного волнения, неожиданно начал нервничать.
Гу Шаочэн, за которого ему предстояло выйти замуж, был единственным наследником могущественной семьи Гу. Но из-за врождённой болезни он уже много лет был прикован к постели.
Несмотря на то, что семья Гу окружала его всесторонней опекой, кое-какие слухи всё же просочились наружу. Говорили, что из-за долгой болезни он стал жестоким, мрачным и психически нестабильным. Якобы однажды он так избил сиделку, ухаживавшую за ним, что та осталась парализованной и до сих пор лежит в больнице.
Именно такую информацию Юй Юань без труда нашёл в интернете, и поэтому до сегодняшнего дня он всеми силами сопротивлялся этому браку.
Да и любая порядочная семья никогда бы не согласилась выдать своего ребёнка за такого человека. Чем бы ни закончился обряд «принесения удачи», того, кого отправляли на него, ничего хорошего всё равно не ждало. Поэтому старый глава семьи Гу предложил невероятно щедрое вознаграждение.
А семья Ван, не желая жертвовать собственным сыном, но мечтая получить выгоду, провернула всю эту аферу с подменой...
Не успел Юй Юань додумать мысль до конца, как на него неожиданно навалилась сонливость. Он решил, что всему виной бессонная ночь и слишком реалистичный сон, поэтому просто прислонился головой к окну машины и почти сразу уснул.
Когда его вытаскивали из машины, он всё ещё находился где-то между сном и явью. До него смутно доносились голоса окружающих, но тело словно перестало ему подчиняться. Его поднимали, поддерживали под руки, переставляли с места на место, будто безвольную марионетку.
Очень скоро сознание окончательно погрузилось во тьму.
Когда он снова очнулся, была уже глубокая ночь. У Юй Юаня по-прежнему кружилась и болела голова, и только тогда он сообразил, что супруги Ван накачали его какой-то дрянью.
В книге он был всего лишь эпизодическим персонажем, которому уделялось мало внимания. Зато супруги Ван относились к числу важных действующих лиц, поэтому описание его отказа от свадьбы сводилось лишь к тому, что он робко пытался возражать. А их грязные методы автор просто оставил за кадром.
Юй Юань про себя принялся проклинать автора за такую ловушку.
Потирая болезненно пульсирующие виски, он обнаружил, что его очки исчезли, и тут же запаниковал.
Густая чёлка, дававшая ему чувство безопасности, была подстрижена и аккуратно уложена назад, очки пропали, наушников тоже не было под рукой.
Юй Юаню казалось, будто его раздели догола и выставили на всеобщее обозрение. К счастью, рядом никого не оказалось, будь в комнате хоть один человек, он, наверное, тут же словил бы паническую атаку.
Разве между людьми не осталось ни капли доверия? Он ведь уже согласился на свадьбу. Так зачем было прибегать к таким методам?
Юй Юань прекрасно знал, что подобные психотропные препараты отпускались только по рецепту и не должны были свободно продаваться. Но подпольное производство и контрабанда процветали: неизвестное сырьё, кустарное изготовление, неконтролируемая концентрация... Всё это только усиливало их вредное воздействие на организм.
Чем больше он об этом думал, тем сильнее портилось его настроение. Несмотря на сильное головокружение, первым делом он решил добраться до ванной и вызвать рвоту.
По привычке он протянул правую руку, собираясь включить настольную лампу.
Из-за того что его привезли сюда в бессознательном состоянии, да ещё и действие лекарства окончательно не прошло, тело среагировало быстрее головы. Хотя разумом он уже понимал, что находится в поместье семьи Гу, ладонь автоматически опустилась там, где обычно стояла лампа.
Раздался звонкий шлепок, и лишь в этот момент он окончательно проснулся.
Юй Юань судорожно сглотнул. Под ладонью ощущалось нечто тёплое, влажное и... совершенно не похожее на дешёвый пластиковый светильник, купленный когда-то на барахолке за пять юаней.
Первой мыслью Юй Юаня было утешить себя. По сюжету Гу Шаочэн уже находился на пороге смерти. Наверное, он едва держался за жизнь, так что вряд ли почувствовал один случайный шлепок.
Уговаривая себя подобным образом, Юй Юань задержал дыхание и осторожно начал отводить руку, но едва он её приподнял, как его запястье крепко сжала большая горячая ладонь.
В следующую секунду вспыхнул мягкий жёлтый свет.
Сквозь привычную для близорукого человека лёгкую размытость Юй Юань встретился взглядом с холодным, словно покрытым инеем лицом. Из-под густых чёрных ресниц на него смотрели мрачные, почти чёрные глаза, и этот ледяной взгляд был прикован прямо к нему.
Всего одного взгляда оказалось достаточно, чтобы Юй Юань почувствовал себя так, словно его бросили в ледяную воду.
Мужчина обладал удивительно красивой внешностью. Глубоко посаженные глаза, чётко очерченные брови, высокий нос и тонкие губы придавали его лицу едва уловимый оттенок смешанной крови... Даже болезненная бледность не могла скрыть его редкую красоту.
Но сейчас Юй Юаню было совсем не до того, чтобы любоваться этой холодной, почти нечеловеческой красотой. В голове билась лишь одна мысль:
«Разве человек, который вот-вот должен умереть, может открыть глаза... да ещё и схватить кого-то за руку?!»
Самое страшное на свете — это оказаться лицом к лицу с незнакомцем, который полностью в сознании! Спасите...
Инстинктивный страх парализовал мозг Юй Юаня, и он хотел только одного — сбежать. Его лицо становилось всё бледнее, а остаточное действие лекарства заставляло сердце колотиться ещё сильнее обычного.
Каждая клеточка его тела кричала об опасности. Без привычной «защиты» в виде массивных очков и густой чёлки большие ясные глаза Юй Юаня были полны неподдельного ужаса.
Гу Шаочэн ничуть не удивился тому, что тот хочет сбежать.
Все вокруг всегда хотели сбежать от него, даже родная мать когда-то пыталась собственными руками задушить его...
Воспоминания о прошлой жизни вызвали на его губах едва заметную насмешливую улыбку.
Он крепче сжал тонкое запястье Юй Юаня и рывком притянул его ближе. Как и ожидалось, тонкая рука под его ладонью тут же задрожала.
Так боится его... И всё равно вынужден оставаться рядом.
Большой палец Гу Шаочэна медленно скользнул по мягкой коже чужого запястья, словно он нарочно смаковал этот страх и ужас. Лишь спустя несколько долгих секунд он неторопливо произнёс:
— Раз уж ты так боишься... зачем было выходить за меня замуж?
http://bllate.org/book/18458/1785381
