Полицейские замерли и обернулись к Жань Си.
В их разноцветных глазах, изумрудно-зеленых и льдисто-голубых, теперь читались явное подозрение и настороженность.
Маленький русал тоже перестал скользить вперед. Он застыл на месте и медленно повернулся.
Жань Си бросился к кровати, выудил из-под подушки куклу адмирала в школьной форме и подбежал к малышу:
— Держи, ты забыл её.
Голубоглазый нахмурился и сделал шаг вперед, намереваясь остановить человека и не дать ему всучить Его Превосходительству вещь неизвестного происхождения.
Зеленоглазый выставил руку, преграждая ему путь, и взглядом дал понять: «Погоди, не горячись».
Маленький русал ошеломленно замер на несколько секунд и лишь затем медленно протянул руку, принимая куклу адмирала.
Жань Си опустился перед ним на корточки, мягко коснулся ладонью плеча малыша и, вглядываясь в его фиалковые глаза, тихо произнес:
— Пусть господин адмирал оберегает тебя. Ты... ты обязательно вырастешь таким же сильным, как он.
Маленький русал молча смотрел на Жань Си. В его чистых, прозрачных глазах плескались чувства, которые человек так и не смог разгадать.
Жань Си хотел добавить что-то еще, но слова иссякли.
Малыш медленно опустил веки. Он посмотрел на зажатую в руках игрушку и пальчиком коснулся её тряпичного лица.
Больше он не поднимал взгляда. Не проронив ни звука, без единой эмоции на лице, он развернулся и уплыл — прочь из этого крошечного, бедного двора.
Зеленоглазый и голубоглазый бесшумно последовали за ним.
Прошло всего мгновение, и три силуэта растаяли в изгибах горной тропы.
***
Жань Си вернулся за стол.
Острая рыба в котелке все еще исходила ароматным паром.
Вот только делить трапезу теперь было не с кем.
Палочками он выудил ломтик люффы и переложил в свою пиалу.
Сочная люффа, вобравшая в себя пряную остроту и жар рыбного бульона, сохранила природную сладость. По идее, этот богатый вкус должен был принести радость.
Но...
Жань Си медленно жевал, а на душе было пусто и тоскливо.
Сяо Хэ отложил очищенную креветку и попытался подбодрить друга:
— Учитель Жань, ну не грустите вы так. Малыш вернулся в глубокое море, там о нем позаботятся по высшему разряду. В конце концов, русалки — благороднейший и самый изнеженный клан в океане.
Жань Си лишь вымученно улыбнулся:
— Да, ты прав.
Умом он всё понимал.
Да и если посудить трезво, они провели вместе от силы дня три.
Даже с соседом по комнате у него было больше общих воспоминаний, чем с этим немым найденышем, который только и умел, что молча хлопать огромными глазищами.
Отогнав эти мысли, Жань Си тряхнул головой и потянулся за нежным, тающим во рту кусочком рыбы.
И почему только еда казалась такой пресной?
***
На следующее утро Жань Си проснулся ни свет ни заря.
Сяо Хэ предупредил, что уже завтра в детский сад посёлка Мыса придут маленькие каланы. Работы предстояло невпроворот, так что грустить и предаваться воспоминаниям времени не оставалось.
Зная, что Сяо Хэ непременно прибежит на запах еды, Жань Си приготовил завтрак на двоих: наваристую кашу, пышные лепешки, легкий салат из битых огурцов для себя и тарелку неострых каракатиц для гостя.
За едой Жань Си без лишних церемоний выложил план на день. Он заранее набросал чертежи: какая мебель нужна, каких размеров и в каком стиле.
Сяо Хэ, временно исполняющий обязанности мэра, на глазах превращался в личного плотника детского сада и по совместительству — в его директора, у которого за душой не было ни единого гроша бюджета.
Покончив с завтраком, они дружно принялись за дело.
Жань Си предстояло посадить замоченные с вечера семена, а также смастерить обучающие материалы. Он сшил забавных тряпичных рыбок разного размера, чтобы малыши учились различать «больше-меньше», и вырезал из плотного картона морские звезды с цифрами от одного до десяти для уроков счета.
Провозившись до самых сумерек, они изрядно продвинулись.
До идеала было еще далеко, но теперь классная комната не выглядела унылым помещением с парой столов и лавок.
Сяо Хэ обошел комнату кругом, восхищенно качая головой:
— Учитель Жань, у вас золотые руки! Детвора будет в полном восторге от таких игрушек!
— Твоя мебель тоже отличная, — Жань Си дружески похлопал его по плечу. — Смотри, какой прочный деревянный таз получился. На века!
Сяо Хэ довольно сощурился, сверкнув белозубой улыбкой.
***
В понедельник утро выдалось на редкость безмятежным. Ласковые волны тихо шуршали по прибрежному песку, легкий ветерок шелестел листвой, наполняя влажный воздух утренней свежестью.
Семья каланов, недавно обосновавшаяся в посёлке, неторопливо поднималась по склону холма вслед за Сяо Хэ. Родители крепко держали за лапки своих близнецов — Ду Сяонаня и Ду Сяобэя.
Для малышей это был важный день — их первый день в детском саду.
Вообще-то, у каланов свои обычаи: пока детеныши не подрастут, их просто обматывают морскими водорослями и оставляют покачиваться на волнах.
Однако, будучи частью морского народа и умея принимать человеческий облик, они понимали: рано или поздно сыновьям придется влиться в общество людей. А значит, без базового образования не обойтись.
Поскольку главе семейства и его супруге днем нужно было выходить в море на промысел, они решили рискнуть и отдать близнецов в детский сад.
Как и любые молодые родители, впервые доверяющие своих чад чужим рукам, супруги безумно волновались.
Хоть мэр Сяо Хэ и распинался, клятвенно уверяя, что учитель Жань — сокровище, а не педагог, супруги-каланы все равно терзались сомнениями.
Шутка ли: единственный воспитатель в этом заведении — обычный человек.
Человек без единой капли крови морского народа!
Вдруг он станет насильно заставлять малышей есть столовыми приборами? Запретит им плавать на спине?
И вообще, умеет ли он готовить то, к чему привыкли морские жители?..
Чем дальше они шли, тем сильнее хмурилась мама-калан.
Папа-калан мягко сжал плечо жены и тихо, чтобы никто больше не услышал, шепнул:
— Не переживай. Мы ведь еще не решили окончательно, останемся ли здесь жить. Если в садике будет плохо, заберем мальчиков и уедем из посёлка. Снова свяжем их водорослями и будем кочевать по волнам всей семьей, как раньше.
Мама-калан вздохнула. Что ж, если не заладится, так они и поступят.
Пока они терзались сомнениями, дорога вывела их к вершине холма, где приютилось маленькое здание детского сада.
На пороге гостей встречал темноволосый юноша. На нем была простая белая футболка, свободные брюки цвета хаки и темно-синий фартук с забавным принтом в виде мультяшного кита.
Овеваемый теплым утренним солнцем, он приветливо улыбался. Во всем его облике сквозило такое мягкое, искреннее дружелюбие, что тревоги родителей невольно поутихли.
Супруги-каланы на секунду опешили.
«Странно, — подумали они. — Он ведь всего лишь человек. Почему же от него исходит такое тепло, что хочется подойти ближе?»
Тем временем Сяо Хэ поспешил вперед, размахивая руками:
— Учитель Жань! Встречайте пополнение — это Ду Сяонань и Ду Сяобэй!
Жань Си слегка наклонился и помахал близнецам ладонью:
— Привет, малыши.
Его голос звучал так же мягко и чисто, как и улыбка. В нем чувствовалась удивительная сила, способная мгновенно успокоить любого ребенка.
Взрослые каланы из осторожности все еще держали дистанцию, но близнецы, стоило Жань Си им улыбнуться, мигом позабыли о робости. Они звонко захихикали и, смущенно переминаясь с ноги на ногу, наперебой залепетали: «Здравствуйте, учитель!» — отчаянно махая ему в ответ своими крохотными ручками.
Жань Си подошел ближе и тепло поприветствовал родителей:
— Добро пожаловать, господин и госпожа Ду. Меня зовут Жань Си, я буду приглядывать за Сяонанем и Сяобэем.
С этими словами он достал из кармана фартука аккуратную, написанную от руки брошюру и протянул её супругам.
Открыв первую страницу, каланы изумленно переглянулись.
Внутри их ждало искреннее приветствие для новоиспеченных воспитанников, короткий рассказ Жань Си о себе, подробный распорядок дня, сетка занятий и даже меню — с двухразовым полноценным питанием и двумя перекусами.
Каждая мелочь свидетельствовала о том, с каким вниманием и заботой молодой человек подошел к своей работе.
Родители обменялись красноречивыми взглядами, в которых читалось: «А парень-то молодец» и «Похоже, он беспокоится о наших детях больше, чем мы сами».
— Завтрак уже на столе, — добавил Жань Си. — Пусть ребята вымоют руки и сразу садятся кушать.
Мама-калан тихонько вздохнула, присела перед сыновьями и нежно поцеловала каждого в лоб, после чего бережно вложила их ладошки в теплую руку учителя.
Близнецы только этого и ждали. Никакого страха они не испытывали: весело шагая по обе стороны от Жань Си, они усердно махали родителям на прощание.
Так маленькие каланы переступили порог детского сада, став его первыми официальными учениками.
Папа-калан и мама-калан долго стояли у ворот двора, провожая сыновей взглядами, и не спешили уходить даже после того, как те скрылись в дверях учебного домика.
К ним подошел Сяо Хэ:
— Да не волнуйтесь вы так! Учитель Жань на днях выхаживал заблудившегося маленького русала. Сами понимаете, если он с капризным племенем русалок управился, то с вашими сорванцами и подавно поладит!
Эти слова окончательно успокоили супругов. Переглянувшись, они улыбнулись друг другу и, взявшись за руки, медленно пошли вниз по тропе.
***
Первым делом Жань Си устроил для близнецов небольшую экскурсию по двору, а затем подвел их к умывальнику и принялся терпеливо показывать, как правильно мыть руки.
— Трём ладошки, потом тыльную сторону, не забываем про пальчики...
Как истинные представители морского народа, малыши обожали воду. И стоило брызгам полететь в стороны, как младший, кареглазый Сяобэй, забавно пискнул и прямо на месте превратился в пушистого калана. Круглая мордочка с кожаным черным носом, похожим на туз пик, очаровательные глазки-бусинки и густая, невероятно мягкая шкурка.
Маленький проказник весело сощурился и подставил короткие передние лапки прямо под струю воды, вовсю наслаждаясь брызгами.
Его черноглазый брат, Сяонань, глядя на это безобразие, тоже очень хотел присоединиться, но боялся гнева воспитателя. Он нерешительно замер и с опаской покосился на Жань Си.
Тот не стал сердиться или ругать озорника. Жань Си лишь мягко покачал головой и жестом показал:
— Сяобэй, сейчас не время для игр с водой.
Малыш тут же замер, виновато поджал лапки и, хорошенько отряхнувшись, снова принял облик четырехлетнего человеческого ребенка.
Жань Си ласково улыбнулся:
— Я знаю, как сильно вы любите плескаться. Поэтому во второй половине дня у нас обязательно будет водный час. Обещаю, нарезвитесь вдоволь!
От такой новости братья запрыгали на месте от восторга, наперебой выкрикивая: «Ура! Ура!»
Прижав указательный палец к губам, Жань Си заговорщицки прошептал:
— Тс-с, только сперва нужно закончить дела. Моем руки и идем завтракать.
— А знаете, что у нас на завтрак? — Жань Си заговорщически протянул гласные, любуясь тем, как загорелись нетерпением глаза детей. — Самые настоящие... баоцзы с морскими ежами! Теми самыми, которые вы так любите!
Заранее разузнав вкусы будущих подопечных, Жань Си попросил Сяо Хэ наловить черно-золотых морских ежей. Смешав нежную мякоть с рыбным фаршем, он напек пышных, сочных и невероятно ароматных булочек на пару.
— О-о-о! Морские ежи! — взвизгнули близнецы. Слово «баоцзы» им ни о чем не говорило, но упоминания любимого лакомства каланов хватило, чтобы вызвать бурю восторга.
— Ну что, поможете мне накрыть на стол? — подмигнул Жань Си.
Вскоре братья уже сидели на своих местах, затаив дыхание и разглядывая пухлые, узорчатые паровые пирожки.
И это... булочка с морским ежом?
Сяобэй смешно сморщил нос и принюхался. М-м-м, пахнет сладко и свежо, точь-в-точь как его любимое лакомство!
Он схватил пирожок обеими руками и уже собрался было привычно улечься на спину, воображая, как положит добычу на брюшко, достанет заветный плоский камень и с размаху разобьет твердый панцирь, чтобы добраться до нежной сердцевины.
Но стоило его пальцам коснуться угощения, как он опешил: почему панцирь у этого «ежа» такой мягкий и теплый?
Растерянный Сяобэй переглянулся со старшим братом, который замер в точно таком же недоумении.
Жань Си поспешил прийти на помощь:
— Это называется паровые пирожки — баоцзы. Снаружи у них мягкое тесто. Так что камни нам сегодня не понадобятся.
— Ну же, смелее, просто укусите.
Сяобэй удивленно хлопнул ресницами, снова вдохнул аппетитный аромат и, широко раскрыв рот, с жадностью откусил кусочек.
Ого! Пышное, чуть сладковатое тесто идеально сочеталось со вкусом сочной начинки из рыбы и тающего на языке морского ежа.
Какая вкуснятина!
Глаза Сяобэя блаженно прикрылись от удовольствия.
Увидев, с каким аппетитом уплетает брат, Сяонань тоже несмело потянулся к тарелке и откусил пирожок. На его мордашке мгновенно расплылась точно такая же счастливая улыбка.
Глядя, как весело уминают угощение маленькие каланы, Жань Си тепло улыбался, но где-то в глубине души заворочалась тихая грусть.
«Эх, если бы тот драчливый Малыш тоже был здесь...»
Он ведь так мечтал усадить их всех рядышком, угостить сладостями...
С его-то диковинными вкусами найдет ли он в морских глубинах ту жгучую остроту перца чили, которую так полюбил на суше?
Интересно, добрался ли он уже до дома?
http://bllate.org/book/18404/1799434
Готово:
