Исок не мог уснуть.
Он лежал на старой кровати, смотрел в потолок и слушал, как за окном шумит город. Где-то вдалеке гудели машины, кто-то смеялся на улице — обычная ночная жизнь Сеула. Но внутри него было тихо. Пусто.
Он знал, что не уснёт. Слишком много мыслей роилось в голове.
Он перевернулся на бок и посмотрел на телефон. На экране — фотография Мины. Она улыбалась, держа в руках мороженое, и была такой беззаботной, такой юной. Ей тогда было шестнадцать, когда он сделал этот снимок.
«Она ещё не знает, что я вернулся в прошлое, — подумал он. — Она ещё живёт с ними».
Он закрыл глаза, и перед ним всплыли воспоминания. Те, которые он пытался забыть. Те, которые возвращались каждую ночь, когда он оставался один.
Маленький Исок стоял в углу комнаты. Ему было семь лет. Он сжимал в руках разбитую чашку — единственное, что он мог удержать, когда отец начал кричать. Голос отца гремел на всю квартиру, перекрывая плач Мины, которая сидела на полу и закрывала голову руками.
— Ты что, не мог нормально поесть?! — орал отец. — Я тебя кормлю, я тебя одеваю, а ты только и умеешь, что портить вещи!
— Папа, я не хотел… — прошептал Исок.
— Заткнись! — отец шагнул к нему, и Исок инстинктивно закрылся руками, ожидая удара.
Удар пришёлся по плечу. Боль была острой, жгучей. Исок упал на колени, прижимая к себе разбитую чашку и пытаясь не заплакать, потому что знал — если он заплачет, отец ударит сильнее.
— Ничего не умеешь, ничего не стоишь, — прошипел отец. — Хоть бы ты умер, как твоя мать! Сдохла, и ты туда же!
Мать умерла, когда Исоку было три года. Он почти не помнил её лица. Только тёплые руки, которые гладили его по голове, и голос, который пел колыбельную. А потом её не стало, и отец сорвался. Алкоголь, долги, ярость — всё это обрушилось на Исока.
А потом появилась Мина. Мачеха родила её, когда Исоку было восемь. Он думал, что с рождением сестры отец станет мягче. Но нет. Ненависть отца только усилилась — он видел в Мине напоминание о том, что его жизнь пошла прахом.
Исок защищал её, как мог. Когда отец поднимал на неё руку, Исок вставал между ними. Когда мачеха кричала, что Мина — обуза, Исок забирал сестру и уходил с ней в парк, сидел на скамейке, обнимал её и ждал, пока стемнеет, чтобы можно было вернуться домой.
— Брат, — шептала тогда Мина, и её голос дрожал. — Я боюсь. Забери меня отсюда.
— Я заберу, — обещал он. — Когда вырасту, я заберу тебя. Мы уйдём от них. Мы будем жить вместе. Я буду работать, и мы будем есть то, что захотим, и спать столько, сколько захотим. Ты будешь ходить в школу. Ты будешь счастлива.
Он держал её за руку и смотрел на небо, где врата уже начинали появляться, и думал: «Когда-нибудь я стану сильным. Достаточно сильным, чтобы защитить её».
Исок открыл глаза.
Его лицо было мокрым от слёз.
Он не плакал долгие годы. Он думал, что выжег в себе эту слабость. Но сейчас, лежа в тишине и зная, что у него есть второй шанс, он позволил себе разрыдаться.
— Я обещал тебе, Мина, — прошептал он в темноту. — Я обещал, что мы уйдём. Я заберу тебя. Я уже забирал тебя в прошлой жизни, и я сделаю это снова.
Он сел на кровати, вытер лицо рукавом и посмотрел в окно. Вдали виднелись огни врат — они висели над городом, как огромные раны в небе.
«Я знаю, что ждёт меня в будущем, — подумал он. — Монстры, смерть, Тэсон. Но я не подойду к нему. Я не позволю себя использовать. Я буду жить для Мины. Для себя. Я не умру в этот раз».
Он лёг на подушку и закрыл глаза. Внутри него горела тихая, упрямая решимость.
Но он ещё не знал, что судьба не собиралась слушать его планы.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/18402/1758352
