В прошлой жизни, когда у Вэнь Лана было свободное время, он любил ходить в горы и в походы с палатками, выбирая маршруты, где редко ступала нога человека. Он не раз попадал в опасные ситуации, но всякий раз, благодаря своим незаурядным способностям, превращал опасность в безопасность [обезвреживал].
В таких горных лесах он тоже бывал, поэтому довольно легко и привычно начал искать следы добычи.
Вырыв яму и установив ловушку, Вэнь Лан залез на дерево, чтобы набрать диких фруктов. Двигался он ловко — в два счёта забрался наверх. Фрукты оказались не такими кислыми и терпкими, как он предполагал, на вкус весьма неплохие.
Собрав немного фруктов и завернув их в одежду, Вэнь Лан взглянул вдаль и заметил много диких грибов. Он не стал сразу слезать с дерева, потому что услышал какое-то движение.
И действительно, вскоре он увидел в своей ловушке двух незадачливых кроликов. Вэнь Лан мельком глянул на них, но не стал сразу забирать, а сначала пошёл собирать грибы.
К счастью, он раньше часто бывал на природе и мог точно отличить, какие грибы съедобны, а какие ядовиты.
По мере того как он собирал всё больше и больше грибов, отсутствие корзины стало проблемой.
Вэнь Лан огляделся вокруг, нарезал несколько крепких и гибких лиан и сплёл из них простую корзину.
Он подобрал с земли палку, взмахнул ею в воздухе — в руке лежала удобно.
— Ш-ш-ш…
Когда Вэнь Лан наклонился собирать грибы, в траве бесшумно пряталась змея. Она стремительно бросилась на Вэнь Лана.
Вэнь Лан, словно у него на затылке был глаз, резко обернулся и голыми руками схватил змею. Он облизнул губы и улыбнулся:
— Добавка к обеду.
Змея вздрогнула и чуть не лишилась чувств от страха.
Не успев потерять сознание от испуга, эта змея в конце концов была лишена сознания Вэнь Ланом. Не очень большая, но наесться досыта им всем хватило бы.
В горах и вправду повсюду сокровища! Вэнь Лану захотелось перетащить всю гору домой. Он даже подумал — а не поселиться ли ему здесь совсем? Конечно, он имел в виду купить себе участок земли и построить дом, а не жить вечно в семье Ю.
Сегодня ему везло: он не встретил крупного дикого зверя. С корзиной грибов и фруктов, а также змеёй и двумя кроликами, Вэнь Лан, насвистывая песенку, направился к подножию горы.
«Солнышко сияет высоко,
Мне улыбаются цветы.
Птички щебечут: „Рано встаёшь,
Зачем ты бомбу несёшь?“
Взвалив бомбу на спину, иду я школу взрывать…»
Ю Цзинъюэ и двое младших уже набрали почти достаточно хвороста и сидели на камнях отдыхая. Он достал из корзины флягу с водой, напоил двоих младших, а потом выпил сам.
— Второй брат, прошлой ночью я слышал, как мама плакала, — сказал Ю Цзинъян, серьёзно глядя на Ю Цзинъюэ.
Ю Цзинъюэ вытер грязь с лица Ю Цзинъяна платком. Рука его замерла, но он ничего не сказал.
Ю Юньвэй тихо добавила:
— Я тоже слышала.
В доме не хватало комнат. Ю Цзиншу жил в отдельной комнате. Ю Цзинъюэ, как гэр, которому уже исполнилось семнадцать, тоже, естественно, должен был жить отдельно. Ю Юньвэй и Ю Цзинъян жили в комнате родителей Ю Минъюаня и Сун Линвань, где была временно приставлена небольшая кроватка — на ней и спали двойняшки.
Все трое сидели на камнях, повесив головы — в подавленном настроении.
Когда Вэнь Лан подошёл, он как раз увидел эту картину: три маленькие головки, все поникшие, очень несчастные.
В прошлой жизни ему уже было двадцать пять лет, и на них он смотрел как на троих детей. Он специально громко сказал:
— Пошли, домой, мясо есть.
Все трое разом повернулись и с открытыми ртами уставились на Вэнь Лана, который возвращался с богатой добычей.
Вэнь Лан, не обращая внимания на их поникшее настроение, просто бросил своих двух кроликов прямо на руки Ю Цзинъюэ:
— Держи крепче, не потеряй.
Оба кролика уже потеряли сознание, Ю Цзинъюэ в суматохе успел поймать их.
Вэнь Лан достал из своей корзины два ароматных сочных фрукта и протянул двойняшкам:
— Утолите жажду.
Двойняшки подняли головы и посмотрели на своего второго брата. Вэнь Лан достал один фрукт, протёр его об одежду и сказал:
— Чего вы на своего второго брата смотрите? Ешьте, не отравлены.
Ю Цзинъюэ всё ещё держал на руках кроликов и ошеломлённо смотрел на Вэнь Лана, не зная, что сказать.
Вэнь Лан прошёл вперёд несколько шагов, затем внезапно развернулся и бросил один фрукт. Ю Цзинъюэ быстро поймал его. Хотя он был гэром, в семье его не заставляли учиться шитью и вышивке, напротив — позволяли, как и старшему брату, изучать «шесть искусств благородного мужа». Хотя он далеко уступал старшему брату, кое-какое боевое искусство да владение оружием у него имелись.
За спиной Вэнь Лана сияло жаркое солнце, золотя его улыбку и делая её ослепительной, так что трудно было смотреть прямо.
«Может быть, Вэнь Лан — всё-таки неплохой человек?»
Когда они вчетвером вернулись в деревню, был как раз полдень. В полях деревенские жители были заняты высадкой рассады, а на дорогах спешили женщины, которые несли обед своим мужчинам в поля.
Слухи о сегодняшнем утреннем происшествии уже разлетелись. Деревенские жители увидели такую картину: Ю Цзинъюэ нёс на спине тяжёлый хворост, у Вэнь Лана в руке была большая корзина — неизвестно с чем, в другой руке он держал двух кроликов, а двое младших несли немного хвороста.
— Это и есть фулан, старшего сына семьи Ю?
— С виду он совсем не похож на дурачка.
— Очень даже красивый.
— Жалко, что гэр. Что с него толку? Вы посмотрите на его родинку беременности — она не очень красная, сразу видно, что не плодовитый.
Одна смелая женщина остановила Вэнь Лана:
— Ой, фулан семьи Ю, откуда кролики-то?
Вэнь Лан не рассердился, он приветливо улыбнулся:
— В горах поймал.
— Ты, гэр, такой умелый, надо же.
— Да, и смелый — один, гэр, в горы пошёл.
Вэнь Лан улыбнулся и скромно ответил:
— Я далеко не заходил, просто повезло.
Он всегда говорил с улыбкой, его улыбчивые глаза очень располагали к себе. Он не смотрел свысока на них, простаков, перепачканных в грязи, и это вызвало симпатию у многих деревенских.
Когда они вчетвером вошли в дом, Сун Линвань как раз сидела под карнизом и вышивала. Увидев, что они вернулись, она поспешно встала:
— Быстро вытрите пот и воды попейте.
Солнце стояло высоко, все четверо были мокрыми от пота. Ю Юньвэй ухватилась за подол матери, глаза её сверкали:
— Мама, а брат Вэнь поймал маленьких кроликов! Такой он умелый!
Сун Линвань удивлённо взглянула на Вэнь Лана, который пил воду, погладила Ю Юньвэй по голове и улыбнулась:
— Наша Юньвэй больше всего любит маленьких кроликов, правда?
Ю Юньвэй застенчиво улыбнулась, и на щеках появились две ямочки:
— Угу.
Вэнь Лан достал из корзины змею и напугал Ю Цзинъюэ.
— Ты… откуда у тебя змея?!
— Она сама ко мне пришла. Сейчас я её разделаю, змеиное мясо очень вкусное, из него суп хороший получится.
Ю Цзинъюэ потёр мурашки на руках. «Как может быть такой крутой гэр?» Он-то думал, что он сам уже не очень похож на обычного гэра.
Сун Линвань тоже немного побаивалась, зато Ю Цзинъян с любопытством, сохраняя серьёзное выражение лица, вытаращил глаза и уставился на Вэнь Лана.
— Змеиное мясо вкусное?
Вэнь Лан погладил его по голове:
— Конечно, вкусное.
Поскольку все боялись змеи, Вэнь Лану пришлось самому взяться за разделку. Движения его были чистыми и быстрыми, ни одного лишнего жеста. Сосредоточенный и серьёзный, он снимал шкуру, и когда он не улыбался, то выглядел довольно холодным. Внешний вид вместе с его действиями заставило Ю Цзинъюэ даже немного испугаться.
Так сильно, что в ту ночь ему приснился кошмар: Вэнь Лан злобно усмехается и говорит, что собирается содрать с него шкуру.
Пообедали просто. Вэнь Лан отнёс еду в комнату Ю Цзиншу. Тот уже очнулся и сидел на кровати, неизвестно о чём думая.
В комнате было довольно темно. Вэнь Лан поставил еду на стол, подошёл к окну и хотел открыть его.
— Не открывай.
Раздался голос — словно холодный родник в горном ущелье. В нём звучал холод, но при этом он был очень чистым и приятным для слуха.
Вэнь Лан, проявив понимание к тому, что он болен, убрал руку, поднёс еду к нему. Ю Цзиншу прислонился к спинке кровати, не смотрел на него и не принимал еду.
Они так и смотрели друг против друга какое-то время. В конце концов Вэнь Лан просто поставил еду на стул у кровати.
Ю Цзиншу думал, что он уйдёт, но никак не ожидал, что Вэнь Лан вдруг плюхнется прямо на край его кровати и приблизит своё лицо к его лицу. Ю Цзиншу инстинктивно откинулся назад и ударился затылком о спинку кровати — было больно.
— Прости-прости! — Вэнь Лан протянул руку, чтобы помассировать ему затылок, но Ю Цзиншу поднял руку и остановил его.
Взгляд его был холоден, он сказал:
— Не нужно.
Вэнь Лан уже давно понял, что Ю Цзиншу его очень не любит. Он не принадлежал к тем, кто любит навязываться и терпеть унижения. Во второй половине дня он возьмёт кроликов и грибы, сходит в город, обменяет их на деньги и уйдёт отсюда.
Сегодня утром он смотрел своё приданое — там были только дешевые вещи, всё ценное забрал его слуга. Даже если бы он захотел оставить немного семье Ю, у него не было возможности.
— Возможно, я лезу не в своё дело, но эта пиала риса — это твои отец с матерью и младшие брат с сестрой урезали себя, чтобы дать тебе. Если ты не будешь есть, разве это не ранит их сердца? — сказал Вэнь Лан и направился к выходу.
Ю Цзиншу посмотрел на пиалу с едой на стуле. Там был сухой рис и овощи. Выглядело скудно, но его семья могла пить только жидкую кашу — прозрачную, как вода.
Он взглянул на свои ноги — они уже полностью потеряли чувствительность. Полмесяца назад его семью подвергли конфискации имущества, «беда не приходит одна» — как раз случился пожар, младшая сестра Ю Юньвэй оказалась в огненной ловушке. Спасая Ю Юньвэй, он был придавлен рухнувшей балкой и покалечил ноги. Хотя его в конце концов вытащили, лекарь сказал, что встать он, вероятно, уже не сможет.
После конфискации все немногие оставшиеся деньги были потрачены на лечение его ног. Но из-за того, что пришлось всё время ехать в пути, они упустили лучшее время для лечения. Когда добрались сюда, было уже поздно.
С небесного любимца до калеки — всего за одну ночь. Он погрузился в болото и больше не мог выбраться на берег.
Несколько раз ему хотелось покончить с собой, но, видя слёзы матери, Ю Цзиншу не мог быть таким жестоким. Он тянул время — ему было тяжело, и каждому в семье тоже было тяжело.
Услышав, что семья Вэнь не расторгла помолвку и согласна отдать невесту, Ю Цзиншу испытал лучик надежды. Не потому, что у него были глубокие чувства к Вэнь Пинтин, а потому, что этот поступок семьи Вэнь, словно маленький огонёк в ночи, согрел его.
К сожалению, всё это была иллюзия. Добраться благополучно до деревни Линьси уже было трудно, не говоря о том, чтобы в такой момент отдать свою дочь замуж. В этом мире «многие любят пинать стену, когда она падает», и редко кто «присылает угли в снегопад».
Поступок семьи Вэнь стал последней каплей, переполнившей чашу. Ю Цзиншу не хотел даже жить, не говоря уже о том, чтобы хорошо относиться к Вэнь Лану — члену семьи Вэнь.
— Тётя Сун, сейчас я схожу в город, продам кроликов и грибы, выручу немного денег, — сказал Вэнь Лан, поднимая свою сплетённую корзину.
Сун Линвань беспокоилась за него, гэра, и сказала:
— Может, завтра пойдёшь? Дождёшься, пока вернётся твой дядя Ю. Мне неспокойно, если ты пойдёшь один.
Вэнь Лан поблагодарил Сун Линвань за её доброту, покачал головой и сказал:
— Тётя Сун, не беспокойтесь, со мной ничего не случится. Город недалеко, я быстро туда и обратно.
Сун Линвань хотела ещё что-то сказать, но Вэнь Лан решительно вышел с вещами:
— Ах да, на очаге ещё варится суп из змеи. Тётя Сун, присмотрите за огнём.
Выйдя из дома семьи Ю, Вэнь Лан постоял несколько секунд и направился к выходу из деревни.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/18070/1735274
Спасибо за перевод 💗