Цинъюй тоже занервничала:
— Это же северные ди! У них полно ядовитых тварей.
Едва она договорила, как по комнате вдруг заползали пауки, скорпионы, сороконожки и множество мелких насекомых, которых она вообще не могла опознать. Любая девушка при виде такой гадости почувствовала бы мурашки по коже, не говоря уже о том, что каждое из этих пёстрых созданий было смертельно ядовитым.
— Девушка, не двигайтесь! — дрожащим голосом прошептала Цинъюй. Лицо её побледнело, и в голове лихорадочно мелькали способы избавиться от этих тварей, не причинив вреда госпоже.
Всего за мгновение их окружил настоящий полчище ядовитых насекомых.
Странно, но, хотя твари и сомкнули кольцо вокруг них, ни одна не осмеливалась приблизиться ближе чем на два шага.
— Не бойтесь, — сказала Жо И. — Эти твари не смеют подойти ко мне.
Её спокойный голос мгновенно успокоил Цинъюй и Шилиу.
Жо И сразу поняла: насекомых наверняка привлёк запах вещества, которое Байлин незаметно нанесла ей на тыльную сторону ладони. Под прикрытием подарка от Хунлянь та подмазала ей на кожу приманку для ядовитых насекомых. Те, следуя за запахом, приползли прямо к ней. Приманка была летучей — к тому моменту, когда насекомые укусили бы её, на руке уже не осталось бы и следа вещества, и никто не смог бы доказать причастность Байлин.
Однако та не учла одного: рядом с Жо И находился Сяо Лань — истинный повелитель ядов. Насекомые приползли, но, подавленные присутствием Сяо Лань, не осмелились приблизиться.
Жо И понимала, что нельзя выставлять Сяо Лань напоказ. Она быстро схватила висевший у пояса мешочек с благовониями и, подняв его в руке, сказала Цинъюй и Шилиу:
— Насекомые боятся этого.
Шилиу облегчённо выдохнула:
— Это Тоба Сун дал?
Жо И кивнула, не раздумывая, временно возложив заслуги Сяо Лань на Тоба Суна.
— Всё в порядке, — улыбнулась Жо И.
Её уверенный, решительный взгляд на мгновение ошеломил служанок, и те словно забыли обо всём, что происходило вокруг. Не обращая внимания на ползающих повсюду насекомых, они спокойно вышли и встали по обе стороны входа в главный зал.
Как только в комнате не осталось посторонних, Сяо Лань соскользнул на пол. Два раза махнув хвостом, он заставил насекомых собраться в кучу прямо посреди зала.
Жо И увидела, как Сяо Лань положил перед ней маленький белый комочек и замахал хвостом, будто звал её.
Она поняла: это именно то, что та девушка в синем незаметно сбросила. Жо И присела и внимательно осмотрела находку — и замерла. Это вовсе не насекомое, а гу!
Точнее, дочерний гу из пары «материнско-дочерний гу».
Материнско-дочерний гу рождается в результате смертельной борьбы сотен насекомых: из всех выживают лишь двое — крупный, материнский, и мелкий, дочерний. Дочерний гу полностью подчиняется материнскому и используется специально для подчинения людей. Как только дочерний гу проникает в тело жертвы, он поселяется в сердце и полностью подчиняет человека воле хозяина материнского гу. Если подконтрольный человек хоть раз проявит сопротивление, материнский гу немедленно это почувствует. Стоит убить материнский гу — и дочерний тут же начнёт пожирать сердце своей жертвы, убивая её мучительной смертью.
Жо И сразу поняла: это оставила та самая девушка в синем. Значит, та намеревалась подчинить её себе и через неё добиться своей цели.
Жо И холодно усмехнулась. Увы, в вопросах ядов и гу она обладала знаниями, сравнимыми разве что с древнейшими мастерами этого ремесла.
Хотят использовать гу против неё? Что ж, желающим придётся нелегко.
Жо И взяла маленький курильный котелок из угла комнаты, высыпала из него недогоревшие благовония и тщательно промыла стенки кипятком из чайника. Тем временем Цзыньцзы уже принёс её тайный ларчик. Она высыпала в котелок немного порошка, добавила воды и, сложив руки в особый жест, провела в воздухе символ. Смесь в котелке помутнела.
Насекомые в комнате словно почуяли самый соблазнительный аромат на свете — все разом бросились к котелку, но, испугавшись Сяо Ланя, не осмелились подойти ближе двух шагов.
Жо И заметила, что даже дочерний гу подполз поближе.
Она отступила в угол вместе с Сяо Ланем. Как только защита Сяо Ланя исчезла, насекомые в безумстве бросились в котелок. Дождавшись, пока последнее из них заползёт внутрь, Жо И плотно закрыла крышку. Из маленького отверстия в крышке начал подниматься тонкий, почти прозрачный синеватый дымок — странный и зловещий.
Прошла одна благовонная палочка.
Потом вторая.
Прошло полчаса.
Дым из котелка прекратился.
Жо И подошла и приложила ухо к крышке — внутри не было ни звука. Сяо Лань стремительно взобрался на ручку котелка и, несмотря на свои крошечные размеры, одним махом хвоста опрокинул крышку, которая была в десятки раз больше его самого.
Внутри всё было чисто: ни следа лекарственного раствора, ни остатков насекомых, ни капли гадкой жижи. В котелке оставалась лишь одна белая, пухлая гусеница.
Жо И внимательно осмотрела её. Эта гусеница напоминала прежнего дочернего гу, но была втрое крупнее. Тело её оставалось белым и прозрачным, но теперь на нём проступали тонкие синие узоры, а голова и лапки отливали таинственным синеватым блеском.
Жо И знала: это и есть тот самый дочерний гу. Будучи уже гу, он значительно превосходил обычных насекомых по силе.
314. Отравление или заражение гу?
Обычно, став гу, насекомое больше не вступает в схватки с другими ядовитыми тварями. Но под действием лекарственного раствора Жо И дочерний гу вступил во вторую битву. Он убил и поглотил всех остальных ядовитых насекомых, а также впитал в себя весь раствор. Теперь это уже не тот дочерний гу — он вырос и даже превзошёл материнского гу. Связь между ними сохранялась, но по закону мира гу сильнейший всегда становится главным. Теперь дочерний гу фактически стал материнским.
Прежний яростный дочерний гу теперь безвольно лежал на полу перед Сяо Ланем, не проявляя ни малейшего сопротивления. Сяо Лань, облизываясь от предвкушения, обвил его хвостом и принялся хлестать по спине так громко, будто говорил: «Мой! Хочу съесть!»
Жо И не удержалась от смеха:
— Пока нельзя есть. Мне нужно, чтобы прежний материнский гу убил свою хозяйку.
Сяо Лань понял. Он ещё пару раз хлестнул нового материнского гу хвостом, и тот, словно уловив смысл, слегка пошевелился.
В это же время Байлин Дань, державшая в ладони материнского гу и ждавшая сигнала от дочернего, вдруг почувствовала резкую боль. Её собственный гу, выкормленный её кровью, внезапно укусил её за ладонь и быстро скрылся под кожей. Байлин Дань в ужасе замерла. Как такое возможно? Её гу, выращенный на её собственной крови, предал её?
Она на мгновение замешкалась — и потеряла гу из виду. Вернее, теперь не нужно было искать: она точно знала, куда тот направился. Гу, должно быть, уже добрался до её сердца.
Все её попытки выманить гу из тела оказались тщетными.
Байлин Дань впала в панику.
Тем временем в гостевом дворце тело нового материнского гу налилось кровью. Жо И поняла: всё получилось. Она кивнула, и Сяо Лань одним глотком проглотил гу.
В мире гу побеждает только сильнейший, а Сяо Лань — непревзойдённый повелитель. Как только гу растворится у него в животике, Сяо Лань сможет управлять дочерним гу вместо прежнего материнского. Сяо Лань лениво взобрался на запястье Жо И и уютно обвился вокруг него, явно довольный собой.
Жо И, между тем, не теряла времени. Она уже расправилась с той, кто пыталась подчинить её с помощью материнско-дочернего гу, и теперь настал черёд отплатить Байлин за приманку для ядовитых насекомых.
Лекарство она подобрала быстро, но как доставить его Байлин — вот в чём вопрос. В северных ди есть люди с психической силой, и она не смела позволить Цинъюй, Шилиу или даже Цзыньцзы покидать её сторону. В этих землях полно ядов и гу — стоит им отойти от неё, как они станут лёгкой добычей для врагов.
Если нельзя отправить слуг… есть ли другой способ? Если бы сейчас было лето, можно было бы послать пчелу или другое насекомое…
Глаза Жо И вдруг загорелись.
Конечно! Насекомые! В северных ди их хоть отбавляй.
Байлин не ушла далеко. Выйдя из гостевого дворца вместе с Хунлянь и другими девушками, она вскоре отказалась от их компании под каким-то предлогом и устроилась в таверне неподалёку, заняв отдельную комнату. Её служанка осталась ждать у ворот дворца.
Прошла одна благовонная палочка.
Потом вторая.
Прошло полчаса.
Служанка больше не могла ждать. Она поспешила в таверну и доложила:
— Госпожа, во дворце ничего не происходит.
Байлин недоумевала:
— Как это возможно? Мою приманку для ядовитых насекомых в северных ди не сравнить ни с чем. Хотя сейчас зима, немало ядовитых тварей не впадает в спячку и не боится холода. Как они могли не приползти?
Служанка забеспокоилась:
— Госпожа, нам лучше поскорее вернуться. Может, служанки госпожи Цао оказались слишком сильны и убили всех насекомых? Или великий ван поставил во дворце мастера по ядам для защиты госпожи Цао?
Байлин тоже не находила себе места. Ей очень хотелось лично заглянуть во дворец, но она понимала: нельзя.
Она лишь хотела преподать урок госпоже Цао, показать, что девушек северных ди не стоит недооценивать. Но она отлично знала: великий ван высоко ценит госпожу Цао, и фракция старшего принца всячески пытается склонить её на свою сторону. Если станет известно, что она подложила приманку госпоже Цао, шестой принц наверняка разгневается.
— Госпожа, у вас на голове паук! — вдруг воскликнула служанка, заметив, как маленький паучок опустился на волосы Байлин.
Байлин, кипя от злости, схватила паука и раздавила его.
Служанка не придала этому значения и подала ей платок, чтобы вытереть руки.
Байлин вытирала руки и направлялась к двери, но едва дойдя до порога, вдруг пошатнулась и без чувств рухнула на пол.
Служанка в ужасе закричала, но, сохранив присутствие духа, тут же заперла дверь, не впуская никого, и велела хозяину таверны немедленно послать весточку в семью Бай.
Когда семья Бай прибыла в таверну, состояние Байлин было ужасающим: всё её тело почернело, будто уголь. На пальце виднелась лишь крошечная ранка — именно через неё и проник яд.
Семья Бай не была знатной — они происходили из маленького горного племени северных ди. Хотя племя и было небольшим, оно пользовалось определённой известностью, иначе бы выбор шестого принца на первую супругу не пал на Байлин.
На этот раз семья Бай приехала в столицу, чтобы отпраздновать свадьбу наследницы рода Байлин и шестого принца. Никто и представить не мог, что с будущей главой племени случится такое.
Старейшина Бай, даже не осматривая Байлин, сразу понял: яд уже распространился по всему её телу. Если бы не слабое дыхание, он бы счёл её мёртвой.
Старейшина немедленно подхватил Байлин и с максимальной скоростью унёс её в семейную резиденцию, оставив двоих проверить комнату в таверне.
В резиденции собрались все, кто хоть немного разбирался в ядах. Никто не мог определить, какой именно яд поразил Байлин, никто не знал, как вывести его из организма, и даже не могли замедлить его распространение. Могли лишь влить ей свой универсальный противоядный раствор, чтобы хоть как-то продлить жизнь.
Самый искусный токсиколог семьи Бай лишь покачал головой:
— Если не найдём источник яда, боюсь, мы не спасём её.
Старейшина кивнул, понимая, что это не преувеличение. Хотя их семья и специализировалась на ядах, они не владели всеми секретами этого ремесла. За пределами всегда найдётся кто-то сильнее. Очевидно, Байлин столкнулась с настоящим мастером.
Но как она могла его рассердить?
Тем временем те, кто осматривал комнату, вернулись вместе со служанкой.
Старейшина гневно уставился на девушку:
— Говори! Расскажи мне всё, что произошло, без малейших упущений!
Служанка дрожала на коленях, но старалась вспомнить каждую деталь:
— Госпожа была в комнате на втором этаже. Она ничего не заказывала, даже воды не пила. Когда она собралась уходить, я увидела, как на её голову упал маленький паук. Госпожа сняла его и раздавила. Потом вытерла руки своим платком и направилась к двери… и тут же упала в обморок.
315. Кто это сделал?
Эти слова служанка повторяла уже не меньше десяти раз, но никто ей не верил.
http://bllate.org/book/1792/196459
Готово:
