Голос русала был мягким и легким, словно нежный морской бриз, согретый лучами солнца. Он проникал в самые уши, капля за каплей прогоняя пробирающий до костей лед из крови.
Духовное море начало успокаиваться, когти мэрфолка больше не пытались вырваться наружу, но кончики пальцев продолжали глухо ныть. Остаточная боль, подобно острому лезвию, заявляла о своем неоспоримом присутствии в давно истерзанном духовном море. Малейшее прикосновение — и оно вновь начало бы кровоточить.
Оставалось только терпеть.
Сы Цзишэн дал обещание:
— Я вылечу эту болезнь.
Больше он ничего не забудет.
Уголки губ Дэнси приподнялись, обнажив крошечную мягкую ямочку на щеке:
— Тогда в будущем, если Молчун снова заболеет, я буду всё запоминать за Молчуна.
Сы Цзишэн спросил:
— Ты не боишься?
Он прекрасно помнил, каким пугливым был Дэнси в океане. Имея столь невероятный расовый дар, он почти им не пользовался.
Окажись голос русала в чужих, амбициозных руках, он превратился бы в смертоносное оружие, способное подчинить разум любого существа, заставив всех безропотно повиноваться.
Но Дэнси так не делал.
Его пение служило лишь средством самозащиты в момент смертельной опасности. Дэнси пугался крупных морских хищников до такой степени, что поджимал хвост, но у него и в мыслях не было использовать свой голос, чтобы навредить им.
Дэнси гордо вздернул подбородок:
— Я же умею петь! Стоит мне спеть, и Молчун сразу станет послушным!
Он хотел использовать свой голос, чтобы защитить себя... и больного Молчуна тоже.
Холодное выражение лица Сы Цзишэна незаметно растаяло, в серебряных глазах мелькнула легкая улыбка. Но вскоре он снова хрипло произнес:
— Если пение не сработает, не оставайся рядом. Плыви от меня так далеко, как только сможешь.
Дэнси обеспокоенно спросил:
— А как же Молчун?
— Я приду в норму сам, не волнуйся, — успокоил его Сы Цзишэн.
Дэнси с сомнением кивнул, не до конца понимая, как это произойдет.
Вспомнив о чем-то, Сы Цзишэн добавил:
— Когда меня нет рядом, если кто-то придет и попросит тебя спеть, можешь их игнорировать.
Дэнси постарался накрепко это запомнить и энергично закивал.
Сказав всё, что следовало, Сы Цзишэн наконец наклонился и опустил синий хвост в бассейн. В тот миг, когда хвостовой плавник коснулся воды, Дэнси рефлекторно вцепился в его руку, словно не в силах расстаться с Молчуном и покинуть эти теплые объятия.
Из-за того, что они стояли вплотную друг к другу, большая часть опущенного в воду синего рыбьего хвоста плотно прижималась к человеческим ногам. Дэнси с запозданием осознал, что грубая человеческая ткань трется о его чешуйки. Они плотно соприкасались, начиная прямо от полупрозрачных синих чешуек, спускающихся от живота.
Руки Сы Цзишэна, готовые разомкнуться, замерли.
Почувствовав жесткое трение, Дэнси инстинктивно опустил взгляд... и в то же мгновение оцепенел.
Образ «госпожи Мэй», объяснявшей анатомию человека, яркой вспышкой возник в его памяти. Залившись краской, Дэнси поспешно разжал пальцы и, отстранившись от тела мужчины, соскользнул в бассейн.
Люди такие странные.
У них нет скрытой полости, как у русалов. Разве им не стыдно, когда они вот так трутся о своих друзей?
Дэнси этого совершенно не понимал. Он запнулся и смущенно пробормотал:
— Я раньше не знал... Я больше не буду смотреть на то место Молчуна.
Он опустился в воду, оставив на поверхности лишь половину лица и глаза. Виновато опустив ресницы, Дэнси уставился на человеческие ноги Молчуна, стоящего на ступенях бассейна. Просторный боевой костюм насквозь промок и плотно облегал бедра, не оставляя и следа от русалочьей природы — не было видно ни одной сверкающей серебряной чешуйки.
На планете, где жил Дэнси, простирался сплошной океан. Там не было суши, лишь острые пики рифов изредка возвышались над волнами. Поэтому суша и ноги, способные по ней ходить, казались маленькому русалу чем-то невероятно удивительным. Если бы он тоже умел ходить по земле, то смог бы всегда следовать за Молчуном, которому не нужно всё время находиться в воде.
Сы Цзишэн перехватил взгляд Дэнси и заметил в синих глазах явное любопытство.
— В чем дело?
Дэнси легонько взмахнул хвостовым плавником и, подняв голову, спросил:
— Почему у Молчуна человеческие ноги?
Так как Сы Цзишэн стоял на ступенях, а Дэнси находился в воде, русалу приходилось высоко задирать голову, чтобы встретиться со взглядом смотрящих сверху вниз серебряных глаз.
Тогда Сы Цзишэн наклонился и сел на ступеньку. Протянув руку, он вытянул Дэнси из воды, позволив синему хвосту водопадом стекать по каменным ступеням.
Дэнси посмотрел на свой хвост, потом на ноги Молчуна и с любопытством спросил:
— А я тоже могу превратить хвост в человеческие ноги?
Сы Цзишэн уклонился от прямого ответа на первую часть вопроса, прокомментировав лишь последнюю:
— Можешь попробовать.
Он с самого начала был человеком. Просто его гены внезапно претерпели атавистическую мутацию, превратив его в серебряного мэрфолка. Но с русалами всё иначе. В исторических записях говорилось, что русалы вылупляются из яиц. И пусть внешне они казались сородичами, на деле между ними лежала фундаментальная разница.
Эта разница была настолько огромной, что оброни он хоть слово, синехвостый русал сразу бы почувствовал неладное и без колебаний вернулся бы в океан. Единственную нить, связывающую их два мира, можно было уберечь от разрыва лишь с помощью лжи.
Тупая боль в кончиках пальцев, казалось, вспыхнула с новой силой. Холодная механическая перчатка легла на синий рыбий хвост. Кончик пальца мягко скользнул по чешуе прямо по центру, прочертив длинную невидимую линию, отчего у Дэнси возникла пугающая иллюзия, будто его хвост сейчас разрежут надвое.
Полупрозрачные золотистые жабры за ушами нервно дрогнули. Забыв о том, что ему только что гладили хвост, Дэнси в панике схватил механическую руку. Металл обжег кожу ледяным холодом, заставив русала судорожно поджать пальцы.
— Ты... ты отрежешь мне хвост? — Он едва сдерживал слезы. — Пожалуйста, не отрезай мне хвост!
Дэнси никогда раньше не трансформировался, чтобы получить человеческие ноги, но каждый раз, когда это делал Молчун, серебряный хвост выглядел так, словно для него это не составляло никакого труда. Однако только что до Дэнси внезапно дошло: человеческие ноги — это, скорее всего, просто разрезанный пополам рыбий хвост! От одной мысли об этом бросало в дрожь.
Дэнси стало страшно.
Сы Цзишэн замер, с опозданием понимая, что его действия вызвали недоразумение. Он тихо успокоил малыша:
— Тебе не будет больно. И хвост мы резать не станем.
Для Сы Цзишэна смена формы между мэрфолком и человеком была так же естественна, как дыхание или глоток воды. Обучая маленького русала, который никогда с подобным не сталкивался, ему оставалось лишь пробовать довольно топорные методы, чтобы помочь Дэнси осознать разницу между хвостом и ногами.
Но Дэнси, судя по всему, с трудом это переваривал. Синий хвост испуганно сжался и поник, безвольно опустившись в воду. Глубокие серебряные глаза из-за своего светлого оттенка от природы казались хищными и агрессивными. Но стоило чертам лица слегка расслабиться, как пугающая резкость исчезла, уступив место успокаивающей, вселяющей чувство безопасности глубине.
Под этим мягким взглядом обладателя серебряного хвоста Дэнси немного успокоился. Закусив губу, он попытался расслабить напряженный синий хвост.
И для русалов, и для мэрфолков хвост являлся самой чувствительной частью тела. Сы Цзишэн не стал снимать механические перчатки. Хоть касания живых рук и были бы мягче, тепло человеческого тела лишь усилило бы чувствительность чешуек.
Он положил прохладные гладкие механические пальцы на синий хвостовой плавник Дэнси.
— Представь, что это — ступни, чтобы ходить.
Механическая рука двигалась с ювелирной точностью, дюйм за дюймом скользя всё выше, пока тонкие губы произносили ровным, отстраненным тоном:
— Здесь лодыжки.
— Икры.
— Колени.
— ...Бедра.
Ресницы Дэнси непрерывно дрожали, на глазах едва не выступили слезы. Он очень старался представить всё, о чем говорил маршал. Но стоило закрыть глаза, как всё затмило ледяное прикосновение вперемешку с влажным воздухом и морской сыростью.
Хвосту стало щекотно.
Чем выше поднималась рука, тем сильнее нарастала пробирающая до костей дрожь.
Дэнси почувствовал себя рыбой, выброшенной на берег: ему вдруг стало не хватать воздуха. Когда его опустили в прохладную морскую воду, жабры за ушами, казалось, объявили забастовку, превратив его в утонувшего русала, который погружался на самое дно вслед за непреодолимым искушением и никак не мог вырваться.
Дэнси изо всех сил пытался приблизиться к миру Молчуна. Тряхнув головой, он приказал себе не обращать внимания на эти неконтролируемые ощущения и попытался восстановить в памяти слова сереброхвостого.
Что идет после бедер?
Механические пальцы слегка замедлились и замерли на синем хвосте. Над ухом раздался низкий бархатистый голос:
— Запомнил?
В синих глазах Дэнси плескался туман. Умирая от смущения, он ответил едва слышно, так тихо, что его слова почти невозможно было разобрать. Но в повисшей над бассейном тишине Сы Цзишэн услышал всё до единого звука.
— ...Полость. — Дыхание маленького златовласого русала сбилось. Залившись пунцовой краской с ног до головы, он прошептал на одном дыхании: — Там моя... скрытая полость.
Прошла секунда, может, две. Пальцы, закованные в механическую броню, поспешно отдернулись и неловко застыли в воздухе, слегка подрагивая. Сы Цзишэн просто не знал, куда их теперь деть.
Из-за огромной разницы в длине между синим хвостом русала и собственным серебряным хвостом мэрфолка Сы Цзишэн полагал, что остановился на безопасном расстоянии. Но на самом деле его рука уже давно вторглась на запретную территорию.
В горле вмиг пересохло так, что он не мог вымолвить ни слова.
— ...Прости. — Сы Цзишэн с трудом перевел дыхание и повторил: — Прости.
Дэнси уткнулся лицом в колени и молча помотал головой.
Как можно прикасаться к этому месту? Это слишком! Он-то всего лишь пару раз посмотрел на Молчуна, а Молчун... Молчун дотронулся до места, к которому дозволено прикасаться лишь партнеру.
Как друзья могут гладить друг друга там?
У бассейна вмиг повисла неловкая тишина.
Дыхание сделалось тяжелым и вязким. И нос, и жабры словно обволокло густой морской влагой — стало невыносимо душно.
Тишину наконец нарушил Сы Цзишэн. Он тихо спросил:
— Хочешь продолжить учиться превращать хвост в человеческие ноги?
Притихший маленький русал словно очнулся от транса. Он в панике замотал головой и очень тихо ответил:
— Я хочу попробовать сам. Я всё запомнил, дальше я сам...
Только больше не трогай мой хвост.
http://bllate.org/book/17900/1723354
Zlobnyi_krolik (читатель/культиватор основы ци)
15 сентября 2026 в 22:07
0
Готово:
