Глава 51. Свинина с таро «коужоу» (часть 4)
—
Цзи Жунся никак не ожидал, что первой вещью, которую он поможет собрать Системе Бога Кулинарии для изучения кулинарной культуры, окажется дикорастущая зелень.
Система Бога Кулинарии отозвалась: «Хозяин, хоть это и параллельный мир, ингредиенты в каждом из миров немного различаются. Фиксировать эти различия, а также особенности развития ваших кулинарных культур — наша задача».
«Если обобщить в одну фразу — дикорастущая зелень тоже очень важна».
Цзи Жунся, разумеется, вовсе не считал, что в дикорастущих травах есть что-то плохое. Свежую зелень обдать кипятком, пересыпать мукой, солью да сычуаньским перцем и приготовить на пару — выходило объедение!
А уж если то весенняя зелень — и подавно. Когда весенние травы сочны да зелены, выкопаешь их — и на вкус они даже получше иных настоящих огородных овощей.
Он лишь удивился тому, что система, способная достать абсолютно любой ингредиент, в качестве первого поручения по сбору запросила именно дикие травы.
«Маленький мастер, какая именно тебе нужна? Я помогу купить!» — спросил в мыслях Цзи Жунся.
«Хозяин, вторая кучка слева от вас. Это еще не собранный мной вид съедобных сложноцветных растений… Э-э, вы можете обобщенно звать их горькой травой», — Система Бога Кулинарии специально перевела название, опасаясь, что хозяин не поймет.
Услышав это, Цзи Жунся сразу все понял: так это же обычная горькая трава!
— Бабушка, почем эта кучка горькой травы? — спросил Цзи Жунся.
— Шесть вэней за цзинь, — улыбнулась беззубая старушка.
Летом выбор овощей богаче, оттого и дикая зелень ценится не так высоко, как весной. Будь эта зелень столь же свежа да нежна весной, за нее легко дали бы семь-восемь вэней.
«Одного цзиня хватит?» — мысленно уточнил Цзи Жунся у Системы Бога Кулинарии.
Система Бога Кулинарии поспешно ответила: «Вполне хватит. Для подобных ингредиентов не высокого качества мне достаточно взять лишь образец».
Что такое «образец», Цзи Жунся до конца не разобрал, зато прекрасно понял, что одного цзиня будет довольно.
— Давайте один цзинь, — решительно проговорил Цзи Жунся.
Старушка от души обрадовалась: только разложила товар, а уже первый покупатель!
Большой заплечный короб, что они принесли с собой, наконец-то пригодился. Цзи Жунся положил зелень в плетеную корзину.
Стоило ему закрыть крышку корзины, как Система Бога Кулинарии тут же забрала зелень.
Цзи Жунся: «……»
Корзина Цзи Жунся так и осталась невесомой.
«Кстати, а за поручения по сбору награды нет?» — полюбопытствовал Цзи Жунся.
Система Бога Кулинарии с легким смущением ответила: «Нет, хозяин. Задания по сбору считаются обязанностью будущего Бога Кулинарии, за них награда не полагается».
«Вот как… Оно и верно! Ты меня и мастерству обучаешь, и награды даешь — если совсем ничего взамен не получать, тебе же в убыток будет», — Цзи Жунся ничуть не расстроился, а напротив, искренне обрадовался.
Система Бога Кулинарии обомлела, а затем произнесла: «Благодарю за понимание, хозяин».
Цзи Жунся беззаботно махнул рукой: «Эй, ничего особенного! Просто я сейчас довольно беден, так что на первых порах собирай что-нибудь недорогое. Вот скопим побольше серебра, тогда и за ценные вещи возьмемся».
Система Бога Кулинарии: «…Я постараюсь».
— Пойдем перекусим чего-нибудь, — проговорил Гу Танцзинь, дождавшись, пока тот закончит.
— У нас ведь столько всего вкусного с собой! Зачем на улице есть да деньги зря тратить? — хоть Цзи Жунся и засомневался, но на словах все же возразил.
Гу Танцзинь лучше всех знал, как его убедить:
— Раз уж выбрались, не попробовать чужого мастерства да не перенять лучшее — считай, упустили случай.
Цзи Жунся мгновенно переменил мнение:
— И то правда! Пойдем скорее глянем, чего тут вкусного есть!
Не успели они пройти и нескольких шагов, как Цзи Жунся приметил лавку, где продавали лапшу с соленьями и тушеным мясом.
Соленья стояли целыми тазами: где соленые кубики редьки, где маринованная стручковая фасоль, где маринованная капуста…
Тушеное мясо было самым простым — обычная тушеная свинина.
Разнообразные соленья можно было выбирать самому: набрав желаемое, хозяин лавки нарезал крупные куски солений соломкой, обжаривал их в масле на сковороде для аромата и добавлял немного зелени. Лапшу вытягивали, опускали в кипяток, а отварив, промывали в холодной воде. Затем выкладывали лапшу в пиалу, сверху высыпали обжаренные ароматные соленья с зеленью, нарезали несколько ломтиков тушеного мяса и под конец сбрызгивали капелькой ароматного уксуса да кунжутного масла. Вот так и готовилась эта простая порция лапши.
Хозяин только-только поставил навес, а под ним уже сидели три-четыре человека.
Видно, дело шло бойко.
Завидев тушеное мясо, Цзи Жунся сразу разгорелся любопытством.
Ему довелось пробовать лишь собственную стряпню да мясо от системы, и он понятия не имел, каково оно на вкус у других.
— Нам тарелку лапши, — Гу Танцзинь, видя, что тот хочет попробовать, подошел к лавке.
— Господа, соленья выбирайте сами, вон там пиалы стоят — накладывайте, сколько душе угодно! Пиала лапши с тушеным мясом — пятнадцать вэней, без мяса — девять вэней, — хозяин как раз был занят приготовлением лапши, но все равно тепло приветствовал их, когда они подошли.
— Нам с тушеным мясом, — Цзи Жунся отсчитал пятнадцать вэней, и фулан хозяина, только что разносивший лапшу гостям, поспешно подошел и забрал монеты.
Цзи Жунся и Гу Танцзинь взяли по маленькой пиале и наложили солений — каждого вида понемножку.
Хозяин ловко вытягивал и варил лапшу, успевая в промежутках нарезать и обжарить соленья, а также накрошить тушеное мясо.
Движения его были слаженными и непрерывными.
Цзи Жунся и Гу Танцзинь отыскали свободное местечко и сели.
Цзи Жунся открыто уставился на свою порцию лапши. Гу Танцзинь смотрел вслед за ним, но ничего особенного не замечал.
— Ты только глянь! Память у этого человека точно хорошая. Сейчас-то народу мало, еще куда ни шло запомнить, чья пиала с соленьями, а вот если нахлынет толпа да он и тогда сможет их различать — вот это будет истинное мастерство!
Цзи Жунся добавил:
— К тому же он и лапшу тянет, и варит, да еще и соленья обжаривать успевает. Ну и скорость рук!
Хоть это и простая лавчонка, а уменья тут требуется немало — не каждый сумеет так ладно вести дело.
Гу Танцзинь, слушая его, с согласием кивал.
Вскоре подали и лапшу.
Фулан хозяина заботливо принес им две маленькие пиалки да две пары палочек.
В знойный день лапшу, промытую в холодной воде, можно было есть сразу, а вместе с еще горячими соленьями и тушеным мясом она как раз пришлась ко двору.
Солений было так много разных видов, что Цзи Жунся опасался, будто во рту будет лишь одна соль, но, к его удивлению, вкус оказался вовсе не только соленым. Соленья заготовили ровно в срок, отчего отчетливо ощущался вкус самих овощей.
К примеру, соленая редька, нарезанная соломкой, сохранила свою изначальную хрусткость.
Вкусы сплетались, но не путались, а лапша выгибалась упруго и ладно!
Тушеное мясо в этой лавке оказалось средненьким, зато лапша и соленья были невероятно вкусны.
— А эта квашеная капуста очень хороша! — Цзи Жунся, пробуя кисленькую капусту, сощурил глаза от удовольствия. Кислые листья отдавали легкой сладостью и освежающей кислинкой, что безупречно подходило его вкусу.
Гу Танцзиню же больше пришлись по душе маринованные огурцы. Для них взяли совсем молодые огурчики: если огурцы растут слишком густо и не могут набрать силу, мелкие завязи приходится обрывать. Эти оборванные нежные огурчики тоже годятся в пищу — ничего особенного, но после маринования вкус выходит отменный. В горячей обжарке они отдавали легкой остинкой — не жгучей, а едва уловимой. Неизвестно, добавляли ли при засолке чжуюй.
Гу Танцзинь и Цзи Жунся разделили одну пиалу лапши на двоих и ощутили, что хочется еще.
— Не думал, что в первой попавшейся лавчонке даже простые соленья окажутся такими вкусными, — лениво сказал Цзи Жунся, закончив еду и слегка покачивая Гу Танцзиня за руку.
— Должно быть, именно потому, что вкусно, он и держит здесь лавку, — немного подумав, произнес Гу Танцзинь.
Цзи Жунся с улыбкой ответил:
— И то правда.
— Вот только тушеное мясо у него не такое вкусное, как у меня, — с легкой гордостью добавил Цзи Жунся. — Если тебе пришлись по душе те маринованные огурцы, я вернусь да приготовлю тебе такие же — думаю, частей на семь-восемь из десяти похоже выйдет.
— Договорились, — откликнулся Гу Танцзинь.
Цзи Жунся внезапно стал оглядываться по сторонам, пытаясь отыскать нужный лоток:
— Ох, чуть не забыл! Я ведь еще хотел купить пряностей. Интересно, продают ли их на ночном рынке?
Гу Танцзинь: — На это я внимания не обращал, прежде не приходилось покупать пряности на ночном рынке. Давай не спеша поищем.
Они шли и оглядывались. Пряностей так и не нашли, зато приметили лавку, где продавали пирог из клейкого риса «цзянмигао».
Этот пирог выпекали из клейкого риса — длиннозерного «цзянми» — и красных фиников: слой риса, слой фиников. Состав простой, но аромат стоял очень насыщенный. Цзи Жунся, увидев его, уже не мог пройти мимо.
В уездном городе мало кто брался готовить такие пироги: нужен и клейкий рис, и сахар, и финики, да еще и готовить на пару надо прямо на месте. Выглядит просто, а возни много. Цзи Жунся пробовал его всего пару раз в жизни: отрежут ножом маленький уголок, откусишь — и ароматно, и тягуче!
— Отрежьте небольшой кусочек пирога. Совсем маленький, — попросил Гу Танцзинь тетушку, торговавшую пирогами.
Высокая, худая тетушка подняла нож, сделала пару движения в воздухе над большим пирогом и с улыбкой спросила:
— Уважаемый гость, отсюда отрезать?
— Вот прямо с этого уголка отрежьте, — Цзи Жунся едва заметно отмерил пальцами крохотный уголок.
— Ладно, — тетушка взмахнула ножом и ловко отделила кусочек пирога.
— Сорок вэней за цзинь, этот кусочек — на семь вэней.
Гу Танцзинь отсчитал семь вэней и забрал кусочек пирога.
Он и впрямь был совсем крошечным — каждому буквально по два-три укуса.
Гу Танцзинь поднес пирог к губам Цзи Жунся, и тот откусил добрый кусок. Аромат красных фиников и клейкого риса слились воедино — просто, но до того вкусно, что Цзи Жунся захотелось подпрыгнуть на месте от радости.
— Неужто и впрямь так вкусно? — Гу Танцзинь улыбнулся, глядя на него.
Цзи Жунся широко распахнул глаза и убежденно проговорил:
— Ты сам попробуй! Это и впрямь очень вкусно!
Гу Танцзинь тоже откусил кусочек. Вкус и вправду оказался хорош: пирог был свежим, а клейкий рис с финиками сами по себе хороши, так что и простое приготовление на пару вышло замечательным.
С первого укуса пирог казался великолепным — сладким и ароматным, но после нескольких укусов становился слишком приторным да и сытным, отчего быстро наступало насыщение. К счастью, они взяли лишь крохотный кусочек — и лакомство попробовали, и не переели.
Прогулявшись еще немного, они все же наткнулись на несколько лотков с пряностями. Впрочем, чаще всего им попадались лотки с едой, так что приправ они толком не купили, зато наелись до отвала. А еще они сходили послушать выступление театральной труппы. И как только актеры так разрабатывают голос? Поют — и издалека всё слышно четко, звонко, с тысячей переливов!
Когда ночной рынок завершился, Цзи Жунся так и не получил новых поручений по сбору. Хоть за них и не давали награды, но раз это помогало Системе Бога Кулинарии, Цзи Жунся с радостью соглашался помочь. Однако, как оказалось, ингредиенты не появлялись лишь от одного его желания: за весь вечер Цзи Жунся удалось собрать лишь ту бедную кучку горькой травы.
Даже и не знаешь, радоваться тут или огорчаться.
За целый день Цзи Жунся ощутил, будто сам слегка округлился.
— Нельзя нам постоянно так есть — и деньги тратятся, и животу тяжело, — Цзи Жунся слегка погладил свой живот и хихикнул.
Гу Танцзинь спокойно заметил:
— Зато вкусно.
Цзи Жунся не удержался и подхватил:
— Это верно, вкусно!
Они переглянулись, улыбнулись и, держась за руки, не спеша пошли при лунном свете к съемному домику.
То ли оттого, что они прогулялись по ночному рынку, то ли оттого, что у Цзи Жунся просто было чудесное настроение, но вечером в пространстве системы смешивать пряный порошок получалось необычайно гладко.
Готовность свинины с таро «коужоу» медленно, шажок за шажком, ползла вверх.
Цзи Жунся будто погрузился в неведомое, загадочное состояние: вкус идеального блюда плясал на кончике его языка, а все неудачные попытки подправлялись в его мыслях снова и снова.
Сосредоточенно составленный соус привел к тому, что готовность блюда кое-как достигла девяноста шести процентов!
[Дзинь! По результатам проверки, готовность приправы для свинины с таро «коужоу» составляет девяносто шесть процентов, что превышает девяносто пять процентов. Активирована особая награда.]
[Дзинь! Особая награда: подробный рецепт свинины с таро «коужоу», составленный лично хозяином, а также рецепт идеальной свинины с таро «коужоу».]
Цзи Жунся опомнился:
— О божечки… Сколько прошло времени? Сколько я уже вожусь? Завтра же еще идти навещать друга Танцзиня! Как я разом дошел до девяноста шести процентов?!
— Не переживайте, хозяин. Прошло всего чуть больше получаса, — поспешно проговорила Система Бога Кулинарии.
Цзи Жунся растерянно похлопал глазами, а затем с гордостью заявил:
— Всего полчаса? Ну я и силен! Прямо Кулинарный Бог во плоти!
Система Бога Кулинарии: «……»
— Хозяин осмелится сказать такое снаружи? — спросила система.
Цзи Жунся искренне и с трусостью ответил:
— Конечно нет! Снаружи среди бела дня разве ж можно поминать Кулинарного Бога? А у тебя, маленький мастер, дело другое. Ты ведь тоже создан божеством, оба вы из бессмертных — глядишь, еще и работаете вместе.
Система Бога Кулинарии подумала, что фантазия у хозяина все такая же причудливая: судя по всему, у Верховного Бога пока нет коллеги по имени Кулинарный Бог.
Система Бога Кулинарии: «В любом случае, хозяин — большой молодец», — да и ладно, хвалить-то надо.
Не только Цзи Жунся, но и сама Система Бога Кулинарии думала, что хозяин ни за что не сумеет повторить свинину с таро «-коужоу».
А ведь вышло!
Цзи Жунся с нетерпением проговорил:
— Не буду с тобой болтать, я наружу! Выдай мне с собой пиалку свинины с таро «коужоу».
Система Бога Кулинарии:
— Хорошо. До завтра, хозяин.
Едва голос системы затих, как Цзи Жунся исчез из системного пространства.
Цзи Жунся ткнул пальцем в щеку Гу Танцзиня.
Гу Танцзинь быстро проснулся. Он улыбнулся, с закрытыми глазами перевернулся на другой бок, а затем разлепил веки:
— Угадаю: в этот раз у тебя вышла свинина с таро.
— Верно! Танцзинь, ты, как всегда, всё насквозь видишь! Хочешь попробовать? — Цзи Жунся сел на кровати.
Гу Танцзинь хоть и не был голоден, но никогда не портил веселья. Он тоже сел, а Цзи Жунся подал ему пиалу.
Гу Танцзинь взял палочки и откусил кусочек.
Таро пропитался соком, сделавшись невероятно ароматным и наваристым — настолько вкусным, что и на таро похож не был!
А про мясо и говорить нечего: прослойки жира и мяса чередовались, и с каждым укусом ощущалось, как сок расплывается во рту.
— Эх… — съев кусочек, Гу Танцзинь тяжело вздохнул.
Цзи Жунся, видя его вздох, тревожно спросил:
— Что такое? Невкусно?
Гу Танцзинь с наигранной печалью проговорил:
— Если я буду так есть, то непременно растолстею. Лицо мое дурнеть начнет, а Ся-гэр ведь именно за внешность меня приметил — как бы не стал меня гнушаться.
Цзи Жунся расхохотался. Он-то думал, что Гу Танцзиню не понравилась его с трудом приготовленная свинина с таро, а тот просто дразнит его!
Он изобразил строгое лицо и протянул руку, пощипывая Гу Танцзиня за щеку.
— Хм, за это не бойся! Я стану строго следить, чтобы ты как следует помогал мне в поле. Уж я позабочусь, чтобы все съеденное переплавилось в силу! — Цзи Жунся при этих словах походил на маленького разбойника.
Гу Танцзинь не сдержался и первым рассмеялся.
— Ученик оправдает все ваши надежды!
—
http://bllate.org/book/17885/1867084
Готово:
