Е Цинъян вместе со всеми продекламировал классические стихи, сделал утреннюю гимнастику и отсидел урок математики.
Когда начался урок китайского языка и литературы, учительница велела всем достать рабочие тетради, так как сегодня они собирались разбирать упражнения.
И вот тут возникла неловкая ситуация.
Две книги, которые порвала Е Хун, как раз и были пособием по математике и рабочей тетрадью по литературе.
У Е Цинъяна её не было, поэтому он решил просто поспать.
Однако он не успел приклонить голову — учительница уже сошла с подиума и принялась обходить класс, проверяя, у всех ли выполнены задания в тетрадях.
Е Цинъян: ……
Ситуация становилась еще более неловкой.
Учительница проверяла очень быстро и уже через пару мгновений остановилась у парты Е Цинъяна.
Заметив, что перед ним лежит только раскрытый учебник, она спросила:
— А где твоя рабочая тетрадь?
Е Цинъян напустил на себя глубокую печаль и со вздохом произнес:
— Мои тетя и дядя позавчера почему-то подрались. Дома крушили и рвали всё подряд. Я как раз в это время делал задания в тетради, они увидели её, схватили и прямо так и порвали! Еще и наговорили, что я учусь из рук вон плохо, так что пиши не пиши — всё без толку.
Пока он говорил, на его лице отразились стыд, глубокая обида и сильное смущение, после чего он безмолвно опустил голову.
— Простите, учительница, это я виноват. Я постараюсь как можно скорее купить новую.
Учительница литературы делила один кабинет с их классным руководителем, поэтому была немного в курсе его семейных обстоятельств.
Вспомнив, что мальчик остался сиротой и сейчас живет с тетей и дядей, она понимала: какими бы близкими родственниками они ни казались, он всё равно живет на птичьих правах под чужой крышей.
Тетя с дядей вряд ли относятся к нему искренне, и он не может чувствовать себя уверенно и свободно, как ребенок в нормальной семье.
Сердце женщины на миг смягчилось, и она сказала:
— Ну хорошо. Но тебе нужно купить её как можно быстрее. Если завтра у тебя всё еще не будет рабочей тетради, мне придется тебя наказать.
Е Цинъян кивнул:
— Спасибо, учительница.
Лу Цзинчэн, слушая этот разговор, невольно нахмурился.
Ладно еще, что тетя и дядя Е Цинъяна не дают ему денег, но с какого перепугу они рвут его школьные тетради? Да еще и говорят такие слова!
Неудивительно, что Е Цинъян вечно плетется в самом конце списка успеваемости класса. Разве можно нормально учиться в такой обстановке?
Лу Цзинчэня охватило раздражение. Эти родственники Е Цинъяна — просто ужасны!
Е Цинъян, видя, что учительница оставила его в покое и пошла проверять остальных, втихомолку перевел дух.
Правда, теперь придется выкроить время и сходить в книжный магазин за тетрадью. Интересно, остались ли они еще в продаже? Хотелось бы верить.
Когда урок закончился, учительница литературы покинула класс.
Е Цинъян тоже поднялся с места, собираясь сходить в туалет.
Лу Цзинчэн, заметив, что тот вышел, выудил из своего рюкзака старый телефон и поспешил следом.
Для Е Цинъяна встретить Лу Цзинчэня в школьном туалете уже стало делом привычным и ничуть не удивительным. Он даже весьма инициативно помыл руки и остался ждать его снаружи у дверей.
Лу Цзинчэн вышел из уборной и, увидев, что парень и вправду послушно дожидается его, почувствовал, как на душе стало немного легче и радостнее.
— Подойди сюда.
Он бросил быстрый взгляд на Е Цинъяна и направился к перилам коридора, где они обычно разговаривали.
Стоило Е Цинъяну остановиться рядом, как Лу Цзинчэн достал из кармана телефон и протянул ему:
— Держи.
Е Цинъян уставился на мобильник в его руке. Он никак не ожидал, что тот окажется настолько расторопным. Только вчера сказал, что пойдет поищет дома, а сегодня уже принес и выложил прямо перед ним.
Он с сомнением разглядывал гаджет в руке Лу Цзинчэня:
— Этот телефон выглядит совсем как новый.
Видя его нерешительность, Лу Цзинчэн просто взял его за руку и силой вложил в неё мобильник.
— Конечно, этим телефоном пользовались меньше полумесяца.
И это у него называется «старым телефоном»?!
Е Цинъяну показалось, что понятие «старый» у Лу Цзинчэня и у него самого — это совершенно разные вещи.
— И ты отдаешь его мне?
— Я им всё равно сейчас не пользуюсь, — с железобетонной уверенностью отрезал Лу Цзинчэн.
Е Цинъян рассматривал аппарат в своих руках, и чем дольше он на него смотрел, тем более знакомым тот ему казался.
— Этот телефон… он ведь той же модели, что и твой собственный?
Это же явно новая модель!
Лу Цзинчэн невозмутимо кивнул:
— Мне нравится этот бренд, поэтому, как только вышла новая модель, я сразу её купил. В тот момент версии в черном цвете еще не было, так что мне пришлось скрепя сердце взять этот белый. Но не прошло и двух недель, как завезли черные. Я пошел и купил черный, а этот забросил в ящик стола.
Е Цинъян: ???
И так тоже можно было?
Е Цинъян не особо понимал логику: ведь если надеть чехол, какая вообще разница, черный телефон или белый? Разве цвет аппарата не зависит от того, какой чехол тебе нравится?
Однако Лу Цзинчэн явно думал иначе. Он отличался от Е Цинъяна: парень был жутко привередлив не только в еде, но и во многих других вещах, и телефоны не стали исключением.
Лу Цзинчэн придирчиво выбирал бренд, технические характеристики, цвет и даже качество звука. Как и многие парни, он живо интересовался электроникой и любил коллекционировать гаджеты.
Стоило какому-нибудь из его любимых брендов выпустить новинку, он тут же выбирал понравившийся вариант и покупал его. А те устройства, которыми он пользовался до этого, отправлялись на хранение в разные ящики стола, пополняя его коллекцию.
Тот телефон, что сейчас держал в руках Е Цинъян, как раз и был одним из таких коллекционных экспонатов.
С точки зрения Лу Цзинчэня, раз уж он решил отдать вещь человеку, то это обязательно должно быть лучшее и полностью исправное устройство. Иначе зачем бы он вообще стал дарить его Е Цинъяну? Чтобы тот, как и он сам, просто хранил его для коллекции?
— Раз телефон у тебя, забудь уже про свой старый хлам. На нем даже QR-код отсканировать — целая вечность проходит, глаза сломаешь.
— Но этот телефон ведь слишком дорогой, верно?
Он наверняка стоит если не десять, то добрых семь-восемь тысяч юаней.
— Я не могу его взять, — с этими словами Е Цинъян протянул телефон обратно.
Лу Цзинчэн мгновенно помрачнел:
— Я тебе его даю, а ты еще отказываешься?!
Он уставился на Е Цинъяна, решительно отказываясь верить своим глазам. Разве тот не должен был прийти в дикий восторг и растрогаться до глубины души?
С какого перепугу он возвращает подарок?!
— А ну повтори, что сказал!
Да пусть он повторит это хоть десять раз, Е Цинъян всё равно не посмел бы принять такую вещь.
— Этот телефон слишком дорогой. Даже если продать его как подержанный, за него можно выручить около пяти тысяч юаней. Я ни за что не смогу его купить, и уж тем более не могу взять просто так, даром.
Лу Цзинчэн едва не лопался от злости.
— Договорились же, что я дам тебе телефон, а ты мне теперь про деньги задвигаешь? Меня что, волнуют деньги?
— Дело вовсе не в этом, — Е Цинъян взял его за руку, пытаясь вложить мобильник обратно в ладонь.
Однако Лу Цзинчэн в ту же секунду сжал пальцы в кулак, всем своим видом выражая: «Ну и как ты собираешься мне его всучить?».
Е Цинъян: ……
Е Цинъяну показалось, что парень ведет себя жутко по-детски, но в то же время это выглядело это довольно мило.
— Раз дают — значит бери и держи крепче, — нетерпеливо буркнул Лу Цзинчэн.
Е Цинъян попытался воззвать к его разуму:
— Я не то чтобы не хочу, я просто не имею права его брать.
— При чем тут «имеешь — не имеешь»? Я сказал, что можешь, значит можешь! Ты что, вздумал мне отказать?
Лу Цзинчэн высказал это с абсолютной уверенностью в собственной правоте:
— Ты ведь хотел со мной дружить? Так вот, я не вожу дружбу с теми, у кого телефон еле дышит и глаза ломает. Если не возьмешь этот телефон, держись от меня подальше.
Е Цинъян: …… И под таким соусом тоже можно подать?
Лу Цзинчэн, видя, что тот лишился дара речи, гордо вскинул голову и слегка приподнял подбородок.
— Я от чистого сердца дарю тебе телефон, а ты мне тут такие речи толкаешь? — принялся отчитывать его Лу Цзинчэн. — Сам-то как думаешь, красиво ты поступаешь?
«Вообще-то вполне нормально…» — подумал Е Цинъян. Они ведь сейчас даже обычными друзьями толком не стали, с какой стати ему принимать от Лу Цзинчэня столь дорогую вещь.
Однако, глядя на неприкрытое недовольство в глазах парня, Е Цинъян решил пойти на попятную и с покорным видом прислушаться к совету:
— Так ты предлагаешь мне…?
«И он еще меня об этом спрашивает!» Лу Цзинчэню до смерти захотелось хорошенько стукнуть его по макушке!
Тот тайно вздыхал по нему столько времени, и вот, наконец, умудрился получить первую вещь, подаренную любимым человеком. Разве в такой момент не полагается прыгать от счастья до небес?!
Душа должна трепетать, чувства — бурлить через край, так что впору стихи слагать да песни петь, чтобы выразить свой восторг! И этому еще нужно кого-то учить?!
Ну что за тугодум!
Настоящий глупыш!
Просто дурачок!
Балда!
Лу Цзинчэн презрительно фыркнул:
—Много ты понимаешь. Всё, я возвращаюсь в класс.
Е Цинъян, видя, что тот окончательно ушел в глухую оборону от досады, поспешно ухватил его за руку.
Лу Цзинчэн обернулся:
— Чего тебе?
Е Цинъян посмотрел на него, понимая, что если он действительно сейчас не примет подарок, то с характером Лу Цзинчэня тот гарантированно просидит с надутым видом всё утро.
А может, продолжит дуться и после обеда.
В этом совершенно не было никакого смысла. Лу Цзинчэн ведь дал ему телефон из лучших побуждений, и если из-за его отказа парень просто наглотается обиды, то это станет исключительно его, Е Цинъяна, виной.
— Ладно, я возьму. Спасибо. Обещаю, что в будущем подарю тебе телефон еще лучше этого.
— С тех копеек, что ты зарабатываешь на переменах, лучше оставь эти деньги себе на карманные расходы, — с легким пренебрежением бросил Лу Цзинчэн.
Е Цинъян мягко улыбнулся, подумав про себя, что денег со временем обязательно станет больше, и он совершенно точно сможет позволить себе купить Лу Цзинчэню телефон.
— Я буду очень стараться, чтобы заработать побольше.
Когда он произносил эти слова, его глаза сияли так ярко, словно в них ворвался сноп солнечного света, а может, этот свет изначально прятался в самой глубине его зрачков.
Лу Цзинчэн смотрел на него и какое-то время просто не мог отвести взгляд. Лишь спустя долгую паузу он отвернулся в сторону и спросил:
— Так ты собираешься вкалывать и копить деньги только ради того, чтобы купить мне телефон?
Конечно, не только ради этого, но это можно было считать его самой первой маленькой целью. Заработать денег, вернуть долг Лу Цзинчэню, а потом купить ему новый мобильник.
— Угу, — кивнул Е Цинъян.
Лу Цзинчэн скользнул по нему взглядом из-под ресниц, втайне думая, какой же этот парень всё-таки глупенький. Ему самому этот телефон сто лет не сдался, неужто он стал бы ждать, пока тот заработает и купит его.
Да и вообще, в каких они отношениях, чтобы тот вкалывал ради покупки мобильника для него? Что это вообще за логика?
Уж лучше бы оставил эти деньги себе и сменил собственный телефон на нормальный!
Неужели он настолько сильно в него влюблен? Что даже не может в первую очередь подумать о самом себе?
Балда!
Неудивительно, что и с учебой у него вечные проблемы!
Лу Цзинчэн в мгновение ока полностью растаял, вся его злость испарилась без следа. Напустив на себя максимально безразличный вид, он небрежно бросил:
— Ну, тогда удачи тебе, постарайся~
— Угу.
— Чтобы купить мне телефон, потребуется куча денег.
— Я буду копить потихоньку и обязательно заработаю много денег.
Лу Цзинчэн слегка приподнял уголки губ, но тут же поспешил скрыть улыбку:
— Отпусти уже мою руку, я возвращаюсь.
Е Цинъян разжал пальцы.
Лу Цзинчэн сделал два шага вперед, но заметил, что парень не идет следом. Обернувшись, он увидел, что тот так и стоит на месте, вытянувшись в струнку.
— Чего стоишь как вкопанный? Возвращайся давай.
— О, — Е Цинъян поспешно пристроился рядом.
Лу Цзинчэн, только когда тот поравнялся с ним, остался полностью доволен. Словно бы невзначай, он как бы между прочим поинтересовался:
— К слову, ту рабочую тетрадь… её правда твоя тетка порвала?
http://bllate.org/book/17838/1705888
