— Согласится он. Он из тех, кто чертовски сильно зависит от реакции фанатов. А когда начнут пачками выходить статьи о следующем проекте О Мунсона, это ещё и нашей дораме с пиаром поможет.
— Как в тебя вообще влезает столько эгоизма? Между людьми должно быть хоть какое-то банальное уважение.
— Актёр О Мунсон обожает, когда о нём пишут. Он уже больше года бездельничает, так что самое время изголодаться по вниманию.
«Тварь прожжённая». Сынджун цокнул языком и отвернулся.
Пока они выбирались с парковки, небо снаружи успело потемнеть. Разглядывая густые хмурые тучи, он мысленно прокручивал в голове весь сегодняшний дурдом. Из-за этих безостановочных побегушек, занявших полдня, из него будто все соки выжали. Все усилия пошли прахом, а в сухом остатке — только шмотки люксовых брендов для Нам Ивона да ромашковый чай на 400 тысяч вон.
— Ты, сонбэ, был прав.
Пока Сынджун залипал на небо, такое же хмурое, как и его настроение, Нам Ивон вдруг подал голос. Сынджун, который уже успел напрочь забыть суть их прошлого разговора, наморщил лоб:
— В чём ещё?
Вместо ответа этот ублюдок ухмыльнулся. Его красные губы резко изогнулись в улыбке, очертив порозовевшие щёки. В свете угасающего дня его зрачки маслянисто блестели.
— Мне тоже становится скучно, когда мне во всём потакают и ведут себя покорно.
Он пробормотал это, устремив взгляд куда-то вдаль, словно разговаривал сам с собой. Его глаза и скулы подергивались от веселья.
***
О Мунсон утвержден на роль в следующей дораме «С вами поступили несправедливо?»… Откликнулся на приглашение режиссера Нам Ивона из «Эпохи безрассудства»
О Мунсон снимется в дораме режиссера Нам Ивона… Актерский тандем с Чо Сокхваном
«Это должен был быть только О Мунсон», режиссер Нам Ивон трижды просил его, даже пришел на фан-сайн
Просматривая сыплющиеся статьи, Пэк Сынджун сделал глоток чая. Душистый аромат ромашки наполнил нос, а теплое питье мягко согрело горло. Как только тепло начало разливаться по животу, на душе стало гораздо спокойнее.
Да. Этот подлый метод — личная самодеятельность Нам Ивона, ко мне она отношения не имеет. Ну и что с того, что выставили фото, где он тащится на фан-сайн актера вымаливать кастинг, это не то чтобы прямо такой позор. В ситуации, когда уже решено работать над совместной режиссурой, оглядываться на то, что Нам Ивон со мной сотворил, и злиться — тоже абсолютно бесполезное дело.
Надо прийти в себя и работать. Пэк Сынджун смочил губы чаем и сосредоточился на сегодняшних делах.
Раз уж статьи вышли в таком масштабе, О Мунсон свяжется со мной еще сегодня. Он определенно станет выяснять, что это за ситуация, так что нужно вежливо извиниться, как можно скорее утвердить другого актера и выпустить опровержение. Стоит смириться с тем, что один творит херню, а другой разгребает, и не вспыхивать по каждому поводу.
Блядь.
Снова едва не вырвалось ругательство, поэтому он налил еще одну кружку горячей воды и вернулся на место. Ромашковый чай, заваренный уже на второй раз, отчего его аромат стал слабым, почему-то вызывал жалость. Он казался похожим на него самого, который кипел от злости из-за Нам Ивона, а затем, едва начав успокаиваться, оказался полностью выжат.
— Блядь!
— …Сонбэ?
Сынджун, уставившись на ромашковый чай, от которого не было никакого эффекта, открыл глаза. У Хисын был такой испуганный вид, будто она услышала грубую ругань. Надеясь, что она принесла хорошую новость, Сынджун слегка поторопил её:
— Говори.
— Актёр О Мунсон согласился! Теперь, когда кастинг завершён, мы планируем скорректировать график съёмок в соответствии с расписанием актёров.
— …О Мунсон согласился?
О Мунсон, который до самого конца упрямо отказывался, всё же согласился. Сынджун слышал, что вчера и сегодня весь день сыпались статьи, и во всех сообществах и соцсети обсуждали следующий проект О Мунсона. В то же время повсюду говорили и о предыдущих успешных работах Нам Ивона. Реакция ожидавшей публики в целом была положительной… Но даже при этом поражал сам факт того, что даже он, актёр топового уровня, в конце концов поддался на грязные методы Нам Ивона.
Конечно, какой у меня статус, чтобы так думать, учитывая, что я сам попался на точно такую же удочку.
— Да. Это так здорово! Похоже, сценарий ему в итоге понравился. Всё-таки хорошая история не предает.
Сынджун не мог сказать правду, глядя на сияющее лицо Хисын, поэтому просто кивнул. Даже если он ничего не сказал, она, должно быть, уже знала. Сынджун был благодарен Хисын за то, что она молчала, хотя наверняка видела ту нелепую фотографию, сделанную на фан-встрече Нам Ивона.
— Фух…
Сынджун опустил в чашку новый чайный пакетик. Чай заваривался, и поднялся густой аромат.
Раз кастинг окончен, теперь наконец-то можно приступать к полноценным съёмкам. Когда появится график, нужно будет заняться подбором локаций и работой над OST. Сердце переполняли наполовину предвкушение, наполовину тревога. Шанс достался с большим трудом, поэтому велико было желание сделать всё как надо. Он не просто был сорежиссёром вместе с Нам Ивоном, но и сам всё спланировал и написал сценарий. Если вдруг рейтинги окажутся плохими, роль козла отпущения целиком достанется ему.
Надо сделать хорошо. Я смогу сделать хорошо. Стоило ему мысленно произнести это и напрячь нервы, как в ушах раздался тихий звон. Писк, бьющий по барабанным перепонкам с силой, похожей на шум лифта. Он появлялся и исчезал без предупреждения довольно часто, так что теперь Сынджун уже дошёл до состояния, когда думал, что просто проживёт так всю жизнь.
— Всем привет?
Однако в тот момент, когда бодрый голос Нам Ивона отвлёк его внимание, в момент, когда он увидел этого парня, эффектно заполнившего поле зрения, Сынджун забыл о звоне в ушах.
Сынджун никогда не видел, чтобы тот надевал одну и ту же одежду дважды, но Нам Ивон снова пришёл в том самом красном костюме, который купил в универмаге. Пара расстёгнутых пуговиц, зачёсанные назад волосы — сегодня он тоже выглядел очень внушительно. Окинув взглядом присутствующих, он остановил взор на Сынджуне. Тот широко улыбнулся и дважды хлопнул в ладоши: «Хлоп, хлоп».
— Сегодня кастинг полностью завершён, и перед тем, как всерьёз приступить к съёмкам, я бы хотел, чтобы мы все вместе провели корпоратив. Я арендовал один паб с неплохой атмосферой, у всех сегодня есть время?
При словах Нам Ивона о том, что он арендовал целый паб и угощает, все радостно зашумели.
«Арендовать заведения для него уже в порядке вещей», — Сынджун с ухмылкой сделал глоток чая.
***
Сынджун молча наблюдал за людьми, которые ели и пили так, словно завтрашнего дня не существовало.
Это было удивительно. То ли потому, что не нужно было беспокоиться о стоимости корпоратива, то ли потому, что паб был выкуплен целиком и не приходилось оглядываться на других посетителей, но в этой оживлённой атмосфере абсолютно все наслаждались этим местом.
Ему и раньше доводилось бывать на корпоративах много раз, но столь хорошую атмосферу он видел впервые. Нам Ивон говорил, что устроил это для поднятия боевого духа персонала перед съёмками, и этой цели он достиг с лихвой. Сынджун посмотрел на Нам Ивона, который сидел в отдалении. Тот даже не пил алкоголь, но весело смеялся и болтал с окружающими.
Нам Ивон не вел себя высокомерно и не давил на персонал. Если кто-то шутил, он охотно смеялся, а еще рассказывал много интересного, очаровывая людей. Глядя на его оживленный столик, Сынджун испытывал странное чувство.
«Я думал, он социопат, а он, оказывается, умеет нормально общаться в обществе».
«Но почему тогда со мной он ведет себя так?»
Пока он прокручивал в голове этот неразрешимый вопрос, наполняя свой бокал, ему позвонила младшая сестра. Посмотрев на имя «Сынджи», высветившееся на экране телефона, Сынджун вздохнул. Это было прозвище, переделанное из ее имени Пэк Сынджи, потому что она любила не просто показывать характер, а закатывать истерики. Стоило подумать о сестре, которая и в этот раз наверняка станет злиться, как во рту уже стало горько.
Сынджун взял телефон и вышел из паба. Раз уж он все равно выходил, он решил заодно покурить, поэтому его рука сама собой потянулась к заднему карману.
— Алло.
— Что делаешь?
Стоило ему ответить на звонок и выйти за дверь, как в ее голосе, как и ожидалось, уже сквозила раздражительность. Зажав телефон между плечом и щекой, Сынджун прикурил сигарету.
— Я на корпоративе.
Сынджи насмешливо фыркнула, словно не верила своим ушам.
— Пьешь, что ли?
— Да.
— Ха!
— Я вешаю трубку.
— Ты вообще знаешь, что сегодня у папы день рождения?
Он как раз вовремя затянулся сигаретой. Сделав глубокий вдох и медленно выдохнув дым, ответить оказалось немного легче.
— Знаю.
— Знаешь? И как ты умудрился даже носа не показать?
— Предлагаешь нам вдвоем праздновать день рождения человека, который лежит без сознания?
Сынджун сказал это, прекрасно понимая, что ранит сестру. Сынджи, сдерживая слезы, шумно сглотнула и заговорила прерывающимся голосом:
— Оппа, ты всегда так относишься к папе, будто он уже умер.
На душе у него было слишком много невысказанных слов. Сынджуну не нравилось, что сестра каждый день без исключения ходит в больницу. Ему не нравилось, что в такой погожий день она сидит взаперти в больничной палате, собираясь праздновать день рождения человека, который был едва жив. Ему хотелось силой вытащить из больницы сестру, которая мучилась, но верила, что в этом заключается ее дочерний долг.
Вместо этого Сынджун перевел тему.
— Как дела на работе?
— Опять переводишь тему.
— Сходила бы куда-нибудь с друзьями, погуляла. Посмотрела бы кино, выпила иногда, чтобы снять стресс.
— …Оппа, ты скоро начнешь снимать и мы снова долго не увидимся, так что приди хоть раз до этого.
Сынджун опустил голову и кивнул. Медленно, словно сестра могла его видеть, он кивнул несколько раз и тихо произнес:
— Ладно. Не сиди там в больнице одна в унынии, возвращайся поскорее домой и ложись спать. Береги себя на ночной дороге.
— Ага. И ты тоже, оппа, не пей слишком много.
— Ты что, за алкоголика меня держишь? Кладу трубку.
К счастью, в самом конце он услышал ее смех. Повесив трубку, Сынджун разочарованно причмокнул губами. Настроение, слегка приподнятое под действием алкоголя, мгновенно улетучилось.
Когда он вернулся на место, их столик опустел. Те, кто опьянел, уже ушли, а оставшиеся сидели небольшими группами, тесно прижавшись друг к другу, и болтали. Сынджун подумал, что это к лучшему, так как ему как раз хотелось выпить в одиночестве, и устроился в самом углу. Там стояла еще не открытая бутылка соджу, так что он налил себе стопку и выпил.
Алкоголь обжег горло. Обжигающее ощущение, разливающееся внутри, странным образом принесло облегчение. Пока он наливал себе вторую стопку, за соседним столиком раздался громкий взрыв хохота.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/17757/1744340
