Солнечный свет пробивался сквозь листву и падал на чайный столик. В пятнистой тени деревьев Лу Цзинь сидел с прямой спиной, волосы аккуратно причёсаны. Под изящными надбровными дугами — пара глубоких тёмных глаз.
Сейчас он полуприкрыл веки, смотрел вниз, на чайник, и кончиками пальцев легко провёл по цветку сливы.
В душе Ся Чи тревожно зазвонил звоночек. Какое-то нехорошее предчувствие, с чего бы это?
Лу Цзинь никогда не трогал вещи на чайном столике Ся Цигуо. Как же вышло, что стоило тому поставить новый, и у этого вдруг проснулся интерес?
Неужели…
Неужели Лу Цзинь любит сливовые цветы?!
Лу Цзинь не знал, о чём думает Ся Чи. Он убрал руку и повернулся к нему.
Пока Ся Чи колебался, заговорить первым или нет, услышал слова Ся Цигуо.
— С делами дочерней компании всё улажено?
Лу Цзинь кивнул:
— Улажено.
— Хм, ты не стал вмешиваться в проект «Синьчэн Девелопмент» — это правильно. — Ся Цигуо подошёл и сел напротив Лу Цзиня. — Семье Гу на этот раз, пожалуй, не до других будет.
Ся Чи поначалу слушал, как Ся Цигуо с Лу Цзинем говорят о делах, и уже собирался слинять, но тут услышал про семью Гу и проект «Синьчэн», и у него проснулся интерес.
Всё-таки в книге именно Лу Цзинь взял этот проект.
Только потом проект рухнул, и тому пришлось заложить большую часть активов семьи Ся, чтобы пережить это.
Ся Чи тоже придвинулся ближе.
Лу Цзинь бросил на него мимолётный взгляд, потом поднял чайник — струя чая описала дугу и упала в чашку.
Ся Цигуо взял чашку и сделал маленький глоток.
— Неплохо.
Чайный аромат разлился в воздухе, проникая в самую душу.
Ся Чи очень хотел понять, почему Лу Цзинь не участвовал в проекте «Синьчэн Девелопмент», как было написано в книге.
Но напрямую спрашивать было неловко: в глазах Ся Цигуо прежний хозяин никогда не интересовался делами компании.
Пришлось заходить издалека:
— Папа, что значит «семье Гу не до других будет»?
Услышав это, взгляд Лу Цзиня чуть изменился, вокруг него стало ощутимо холоднее.
— Беспокоишься о семье Гу? — Ся Цигуо посмотрел на Ся Чи. — Ты что, всё ещё неровно дышишь к тому парню?
Ся Чи: — ……
«Это разве сейчас главное?! Это разве главное?!»
— Я просто из любопытства! Никаких других мыслей! — Ся Чи поднял руку в клятвенном жесте. — Мне Гу Чэнь не может нравиться, ни за что.
Ся Цигуо увидел, что сын говорит серьёзно, и немного успокоился:
— Семья Гу уже несколько лет как идёт на спад, проект внезапно рухнул, если не выдержат, неудивительно.
— А почему вы не участвовали в этом проекте? — Ся Чи спросил, обращаясь к Лу Цзиню.
Ресницы того чуть дрогнули. Он посмотрел на Ся Чи — взгляд испытующий, глубокие тёмные глаза, казалось, хотели заглянуть в самую суть.
Голос ровный:
— Этот проект сейчас не очень подходит для холдинга Ся.
Что-то не так.
В книге ведь было не так.
Разве не говорилось, что Лу Цзинь очень верил в проект «Синьчэн Девелопмент» и долго серьёзно к нему готовился, прежде чем взять?
Ся Чи опустил взгляд. Смутно чувствовал, что что-то не так, но не мог сказать, что именно.
— Есть какой-то вопрос? — спросил Лу Цзинь.
Ся Чи, конечно, не мог сказать, о чём думает. Он покачал головой:
— Ничего.
Ся Цигуо всё это время чувствовал, что двое говорят загадками, и не мог понять, о чём речь.
Ся Чи не решался встретиться взглядом с Лу Цзинем и беспрестанно пил чай, скрывая смущение.
К счастью, глава Ся снова заговорил с Лу Цзинем о делах компании.
Ся Чи послушал немного рядом, а потом тихонько смылся.
Лу Цзинь покосился вслед — взгляд, брошенный на силуэт Ся Чи, был исполнен особого смысла.
***
На следующий день будильник зазвонил — Ся Чи тут же встал. Так долго ждал, когда наконец настанет повторное обследование Ся Цигуо. Пропустить его из-за того, что не смог подняться, никак нельзя.
Быстро умылся и спустился вниз.
Внизу Ся Цигуо кормил золотых рыбок в пруду.
Некоторые обследования проводятся натощак, поэтому мужчина завтракать не стал.
Ся Чи перекусил немного, и они вдвоём отправились.
Водитель и дядя Чжан — впереди, сзади — Ся Цигуо и Ся Чи.
Они ехали в частную больницу, где была специальная сопроводительная служба один на один: для каждого клиента составляли индивидуальный план с учётом состояния здоровья.
За внимательным обслуживанием стояла весьма немалая стоимость.
Водитель остановил машину у входа в больницу. Ся Чи вышел первым. С другой стороны дядя Чжан вышел и открыл дверцу для Ся Цигуо.
Тут же изнутри вышла медсестра, тон привычный, знакомый:
— Господин Ся, вы пришли.
Ся Цигуо улыбнулся, поздоровался с ней, а потом представил Ся Чи:
— Это Сяо Ли. А это мой ребёнок, Ся Чи.
Сяо Ли с улыбкой сказала:
— Молодой господин Ся, можете просто называть меня Сяо Ли.
Ся Чи увидел, что она заметно старше его, и с улыбкой обратился:
— Сестра Ли.
Ли Юань на секунду растерялась. Обычно ей приходилось принимать клиентов из богатых и знатных семей. Большинство внешне были вежливы и любезны, но в поведении неизменно сквозила врождённая спесь, которую не скроешь.
Лишь немногие были такими, как Ся Чи, взгляд чистый, без высокомерия и снисхождения.
Глядя на его улыбающееся лицо, Ли Юань тоже почувствовала, как настроение улучшилось.
— Господин Ся, все назначенные вам обследования уже запланированы. Прошу следовать за мной и переодеться.
Ся Цигуо последовал за медсестрой переодеваться. Дядя Чжан пошёл оформлять документы. Ся Чи остался ждать один в коридоре.
Тут из соседней комнаты донёсся довольно знакомый голос.
— Доктор, у меня правда всё в порядке? В груди вот уже два дня сильно болит, ночью не могу спать, есть тоже не могу. — Лю Ланьфан приложила руку к груди и перечисляла симптомы последних дней.
Доктору от неё уже немного нездоровилось. Он повторял это уже много раз.
— По результатам обследования вы совершенно здоровы. Что касается симптомов, о которых вы говорите, они вызваны психологическими причинами. Я выпишу вам лекарства. Вернитесь домой, попейте пару дней и посмотрите на результат.
Лю Ланьфан, услышав про лекарства, получила огромное утешение и перестала приставать к доктору:
— Спасибо вам, доктор.
Она взяла рецепт и вышла, прямо столкнувшись взглядом с Ся Чи.
Женщина тут же взорвалась. Вспомнив унижения последних дней, глаза наполнились ненавистью.
Во всём виноват Ся Чи. Если бы не он, разве семья Гу оказалась бы в таком несчастье?
Не зря же семья Ся в последний момент вдруг вышла из конкуренции и преподнесла им проект «Синьчэн» на блюдечке.
Оказывается, вот в чём дело!
Едва у проекта возникли проблемы, Лю Ланьфан начала повсюду занимать деньги. Поначалу ещё удавалось что-то раздобыть, но потом новость утекла. Никто больше не хотел связываться с этой кучей проблем под названием «семья Гу».
За какие-то несколько дней женщина словно постарела на десятки лет.
К тому же несколько дней назад Ся Чи облапошил её больше чем на двадцать миллионов. Сейчас Лю Ланьфан готова была разорвать его на куски.
Ся Чи приподнял бровь — просто почувствовал что-то неприятное. Он развернулся и пошёл прочь, не желая иметь с ней дела.
Но Лю Ланьфан — она такой человек, у неё своя логика.
— Ся Чи! Стой! — Лю Ланьфан застучала каблуками, мелкой рысью пробежала пару шагов и преградила ему путь.
Ся Чи не дурак, скажут стой, так и стоять?
«Этот путь закрыт — сверну на другой. Все дороги ведут в Рим.»
Он повернул назад.
Лю Ланьфан бросилась следом. Ся Чи снова повернул. Лю Ланьфан продолжала преследование.
Ся Чи: — ……
«Ненормальная.»
Он остановился. Встал на месте, с невозмутимым видом глядя на ту, приподнял бровь:
— Что-то нужно?
Лю Ланьфан несколько ночей не спала, тело совсем ослабло. После этих двух кругов туда-сюда она не сдержалась и перевела дух несколько раз.
— Ты… Ты… — Лю Ланьфан оперлась рукой о стену коридора, глубоко вздохнула пару раз, потом свирепо уставилась на Ся Чи. — Ты ведь всё знал заранее.
— Знал что? — парень отступил на несколько шагов, увеличивая дистанцию между ними: боялся, что та в порыве чувств полезет с руками.
— Ещё притворяешься! Если бы не ты, зачем моему сыну было брать этот проект?! Ты наверняка заранее знал, что с проектом что-то не так, и нарочно подтолкнул моего сына взять его! — Лю Ланьфан наседала с обвинениями одно за другим.
— Тётя, у вас паранойя, случайно, не знали? — сказал Ся Чи, слушая её речи. Это было уже на грани желания вызвать полицию.
Лю Ланьфан только что вышла из кабинета, рецепт в руке ещё тёплый, и тут же слышит, как Ся Чи иронизирует, что она больна.
— Сам ты больной!
Голос у неё был немалый, и за это короткое время на шум уже обернулись люди.
Лю Ланьфан не унималась:
— Если сегодня не дашь мне объяснений — не уйдёшь.
Она это сказала и попыталась схватить Ся Чи, но тот был начеку: заметив движение, ловко уклонился.
— Всё, о чём вы говорите, требует доказательств. Без доказательств — это клевета. Я подам на вас за диффамацию1, — сказал Ся Чи, лицо спокойное, голос ровный.
1. Диффамация — это распространение порочащих сведений, которые умаляют честь, достоинство или деловую репутацию физического или юридического лица. Главная особенность диффамации заключается в том, что эти сведения могут быть как ложными, так и правдивыми, но разглашенными публично с целью навредить.
На этом фоне громкие вопли Лю Ланьфан — и та выглядела как сумасшедшая.
Окружающие, хоть и не знали подробностей, не удержались и начали вполголоса переговариваться.
Эти тихие обрывки разговоров долетали до ушей женщины и превращались для неё в указывание пальцем и осуждение.
Нервы, натянутые за все эти дни, в этот миг, словно лопнувшая струна, окончательно сорвались.
— Замолчите! Все замолчите!!! — Лю Ланьфан указала на окружающих и разразилась бранью. — Что вы вообще знаете! Всё из-за него, из-за него наша семья оказалась в таком несчастье!
Взгляд Ся Чи постепенно похолодел:
— Это вы сами нечисты на руку и ненасытны, вот и получили то, что заслужили. При чём тут я?
Он был прав — и в книге, и сейчас семья Гу всегда отличалась жадностью.
Ся Чи был незлобным человеком, но позволять тыкать в себя пальцем он тоже не собирался.
Спорить с не вполне нормальным человеком о фактах он не стал. Как раз когда парень собрался вызвать полицию, подошёл переодевшийся Ся Цигуо.
— Что происходит? — Ся Цигуо подошёл к Ся Чи.
Ли Юань, увидев это, тут же позвала охранников. Ся Цигуо был не просто клиентом больницы, но и её акционером.
В этот момент она, разумеется, была на стороне мужчины.
Ся Чи тихо сказал:
— Папа.
Ся Цигуо кивнул. Взгляд упал на Лю Ланьфан, выражение лица чуть изменилось.
Та тут же сдулась. Наехать на Ся Чи, молодого и неопытного, ещё куда ни шло, но перед Ся Цигуо Лю Ланьфан была не того калибра.
Всё-таки даже в лучшие времена семьи Гу Ся Цигуо держался на ступень выше.
Увидев сейчас главу Ся, Лю Ланьфан стиснула зубы, злобно зыркнула на Ся Чи и вполголоса бросила угрозу:
— Подожди у меня!
Задерживаться рядом с Ся Цигуо она не решилась и поджав хвост убралась прочь.
— Семейка чудиков, — резюмировал Ся Чи.
— Она и раньше так с тобой обращалась? — Ся Цигуо не пропустил слова той мимо ушей.
Ся Чи энергично закивал. Если не жаловаться сейчас, то когда?
Ся Цигуо возмутился:
— Как она смеет!
Юноша кивнул:
«Папа, ты абсолютно прав!»
Неужели дождёмся, пока небо охладеет, а семья Гу сама рухнет?
Ся Цигуо не обманул ожиданий сына — позвонил Лу Цзиню. Без лишних слов, кратко и чётко: суть одна, придавить семью Гу.
По правде говоря, и без слов отца Лу Цзинь не собирался отпускать семью Гу просто так.
Пришло время как следует рассчитаться за все грязные делишки.
На душе у Ся Чи сразу стало легко и светло.
Несмотря на переполох, устроенный Лю Ланьфан, парень не забыл, зачем сегодня приехал в больницу. По сравнению со здоровьем Ся Цигуо всё остальное было неважно.
— Сестра Ли, давайте сначала проведём обследования папе. — Ся Чи повернулся к Ли Юань.
Та как раз закончила переговоры с охраной: Лю Ланьфан внесли в список лиц, за которыми нужно присматривать в первую очередь.
В следующий раз, когда та появится, за ней будут специально наблюдать.
Услышав слова Ся Чи, медсестра улыбнулась:
— Господин Ся, прошу следовать за мной.
Последующие обследования прошли без происшествий. Около половины одиннадцатого все процедуры были завершены.
Тут Ся Чи понял, почему Ся Цигуо согласился взять его с собой.
Оказывается, сегодня результаты на руки не дают.
Хорошо, что парень проявил осмотрительность и тихонько взял контакт у Ли Юань.
Как только результаты будут готовы, та пришлёт ему первому.
***
У Сюй Чжэнцина эти два дня было очень скверно на душе. Все близкие приятели не хотели подходить, боялись нарваться на его дурное настроение. Только Линь Ло не оставлял его.
— Всё-таки ты лучший. — Сюй Чжэнцин тяжело вздохнул и опрокинул в себя остатки вина из бокала.
Друг покосился на него и с паскудной ухмылкой хмыкнул пару раз:
— Отец сына не бранит.
Сюй Чжэнцин сделал вид, что сейчас его ударит.
Линь Ло тут же сдался:
— Ладно, ладно, не дурю — давай говори, что на этот раз случилось?
При этих словах Сюй Чжэнцин опустил взгляд с видом человека, который говорить не хочет.
Линь Ло решил угадать сам:
— Из-за Ся Чи?
Сюй Чжэнцин поднял на него глаза.
Линь Ло сделал вид, что именно так и думал:
— Ты, брат… Тьфу-тьфу. Ну и что там у вас?
Сюй Чжэнцин провёл рукой по волосам, откинулся на диване, перенеся вес назад. Уставился в потолок. Голос ровный, без единой интонации:
— На прошлой неделе я сказал Ся Чи о наших намерениях, но прошла уже целая неделя, а он так и не вышел на связь. Как ты думаешь, что у него на уме?
Линь Ло выслушал, дело непростое:
— Хочешь знать, что у него на уме, пойди и спроси напрямую.
Не успели слова отзвучать, как Сюй Чжэнцин резко вскочил:
— Ты прав! Пошли, пошли, пошли.
Линь Ло не успел опомниться, его уже тащили к выходу:
— Эй-эй-эй, куда?!
— К Ся Чи!
***
Тем временем.
Ся Чи с Ся Цигуо вернулись в старый особняк. Сначала Ся Чи поднялся наверх принять душ, и только потом спустился обедать.
В последние два дня температура медленно падала — не такая, как раньше, удушающая жара, не дающая вздохнуть.
Аппетит у парня постепенно улучшился.
Утром он второпях потащился с Ся Цигуо в больницу и почти ничего не поел. Теперь, увидев, что тётя Чжан накрыла целый стол, тут же разгулялся аппетит.
Тётя поставила перед Ся Чи пиалу супа из кокоса, кукурузы и курицы:
— Сяо Чи, попробуй. Тётя новый рецепт придумала.
— Спасибо, тётя Чжан. — Ся Чи никогда не жалел похвалы для тёти. Попробовал — насыщенный, но не жирный:
— Вкусно!
Тётя Чжан улыбнулась шире:
— Не хватит, ещё есть.
— Угу!
Ся Цигуо такие супы пить не может. Тётя Чжан приготовила ему яичный пудинг.
После обеда отец Ся ушёл с приятелями на рыбалку. Ся Чи один остался внизу — завалился смотреть сериал.
Смотрел, уже начал клевать носом, тут дядя Чжан провёл Сюй Чжэнцина и Линь Ло.
— Вы чего пришли? — Ся Чи отложил телефон, выпрямился и посмотрел на обоих. Последние несколько дней он был занят делами со сценарием и не писал им.
Кстати, отец Линь Ло занимался ювелирным бизнесом, Ся Чи как раз собирался завтра к нему заехать и спросить про банкет, о котором упомянула Линь Сюй.
Раз Линь Ло сам пришёл сегодня, можно не ездить специально.
— Как раз хотел кое о чём спросить, — сказал Ся Чи.
Сюй Чжэнцин, услышав это, просиял: решил, что обращаются к нему.
— Наконец-то дошло дело до действий?
Ся Чи услышал, и в голове ничего не сложилось. Поднял на него взгляд:
— До каких действий?
— Ну, разобраться с Лу Цзинем, разве не так? — Сюй Чжэнцин подвинулся и сел рядом с Ся Чи.
Линь Ло устроился с другой стороны, не спеша взял яблоко из вазы с фруктами и откусил.
Смотрел на обоих с видом зрителя, поедающего арбуз.
— А? Я? Разобраться? С Лу Цзинем? — Ся Чи переспросил с недоверием.
Сюй Чжэнцин кивнул:
— Ты сам говорил, что хочешь вместе с нами разобраться с Лу Цзинем.
Ся Чи растерялся, повернулся к Линь Ло за подтверждением:
— Я говорил?
Линь Ло кивнул:
— Сюй Чжэнцин говорит, что говорил.
— Ну, может, и говорил… — парень не был уверен. Наверное, это говорил прежний хозяин.
Видя, что Ся Чи признал, Сюй Чжэнцин перешёл к серьёзному тону:
— Тогда когда приступаем?
Ся Чи отмахнулся:
— Сегодня что-то устал, двигаться не хочется. Может, завтра поговорим?
С Лу Цзинем он связываться не собирался ни за что. Тот к нему хорошо относится, ещё и деньги даёт — надо быть сумасшедшим, чтобы лезть на рожон. Разве плохо лежать пластом и получать деньги?
Сюй Чжэнцин: — ……
— Ся Чи, я ради тебя стараюсь! Если не бороться, не добиваться, в итоге останешься ни с чем! — Сюй Чжэнцин злился на него за пассивность.
Ся Чи покосился на него и повёл носом:
— Ты пил?
Свирепое выражение Сюй Чжэнцина на миг застыло, жёсткость сошла на нет.
«Он же обо мне беспокоится.»
Ся Чи продолжил:
— И потом, я не ни с чем. Папа дал мне машину, квартиру, карточку. Лу Цзинь тоже карточку дал.
Сюй Чжэнцин: — ……
Линь Ло: «Яблоко в руке как-то сразу потеряло вкус.»
Оба они единственные дети в семье, с детства жили по строгим правилам. После учёбы, чтобы закалить характер, родители дали им самостоятельно пробиваться.
Ся Чи же рос в окружении заботы Ся Цигуо, теперь прибавился Лу Цзинь — думали, что тому придётся несладко, а оказалось, что просто появился ещё один человек, который его балует.
До дел компании ему и дела нет — живи, ешь, гуляй, наслаждайся.
Сюй Чжэнцин помолчал. До него начало доходить, что он, возможно, неверно оценил положение Ся Чи.
Цепляясь за последний остаток упрямства, Сюй Чжэнцин сказал:
— Сейчас он даёт тебе деньги, потому что считается с дядей Ся. Ты не боишься, что когда Лу Цзинь окончательно возьмёт всё в свои руки — просто выбросит тебя?
Ся Чи задумался:
— Нет. Мне кажется, Лу Цзинь — хороший человек. К тому же, он сразу дал тридцать миллионов. По-моему, я сейчас живу очень неплохо.
— Подожди! Ты сказал сколько? Тридцать миллионов? — Сюй Чжэнцин решил, что ему подсунули поддельное вино. Иначе откуда галлюцинации.
Ся Чи кивнул:
— Угу.
— Так тот чайник, который ты тогда купил на аукционе — Лу Цзинь заплатил? — Сюй Чжэнцин не мог поверить.
Ся Чи покосился на него:
— А кто же ещё?
Сюй Чжэнцин даже не рассматривал такого варианта, думал, это воля дяди Ся.
— И всего он дал мне шестьдесят миллионов, — добавил парень будничным тоном, как о чём-то совершенно обычном.
Сюй Чжэнцин окончательно позеленел от зависти.
Линь Ло тоже.
У обоих семьи состоятельные, но вот так просто дать шестьдесят миллионов — это не про них. Не то чтобы совсем не могли, просто, взвесив всё, не стали бы.
Оба переглянулись и замолчали.
Ся Чи, увидев это, без лишних слов перешёл к своему делу.
— Линь Ло, ты знаешь, у какого ювелирного бренда на следующей неделе банкет?
— Зачем тебе. — Линь Ло.
— Долгая история. Мне нужно несколько пригласительных. — Линь Сюй тогда не уточнила название, сказала, что услышала краем уха, так что Ся Чи приходилось спрашивать наудачу.
Линь Ло немного подумал и с некоторым затруднением произнёс:
— Я слышал, что семья Лу, возможно, будет проводить банкет на следующей неделе. Только мы с ними конкуренты, так что с пригласительными дело непростое.
Ся Чи посмотрел на Сюй Чжэнцина:
— А ты?
Сюй Чжэнцин развёл руками. Семья Сюй всегда была близка с семьёй Линь. К тому же на банкеты семьи Лу обычно приглашали звёзд и VIP-клиентов.
Коллег по отрасли зовут редко.
Ся Чи цокнул языком:
— Тогда спрошу у Лу Цзиня.
Сюй Чжэнцин: «Почему-то ощущение, что меня презирают.»
Линь Ло хлопнул друга по плечу:
— Говорил же тебе, у Ся Чи никаких трудностей нет. Сам себе нафантазировал.
Сюй Чжэнцин тоже не ожидал, что Лу Цзинь будет так хорошо относиться к Ся Чи.
Тут до Ся Чи дошло. Значит, парень думал, что Лу Цзинь его обижает, вот и хотел тому насолить.
Настоящий лучший друг прежнего хозяина, такая забота, что готов с самим мужским главным героем идти на таран.
Но всё это совершенно ни к чему. Живётся ему сейчас более чем вольготно.
Ся Чи видел, что оба бессильны, и тянуть не стал, сразу написал Лу Цзиню.
Думал, тот работает и придётся подождать. Но мужчина ответил почти мгновенно.
[Ся Чи: Ты там? котик выглядывает.jpg]
[Лу Цзинь: Что случилось?]
[Ся Чи: Хочу на банкет семьи Лу, но пригласительного нет.]
[Лу Цзинь: Сколько нужно?]
Ся Чи не ответил сразу — сначала повернулся к Сюй Чжэнцину и Линь Ло:
— На банкет семьи Лу пойдёте?
Линь Ло опешил:
— Ты уже достал?
Ся Чи кивнул.
Сюй Чжэнцин покачал головой:
— Я не пойду. На следующей неделе как раз командировка, времени нет.
Линь Ло:
— Я пойду! Хочу посмотреть, что собой представляет банкет семьи Лу.
Ся Чи подумал и написал Лу Цзиню четыре: Цзян Фан пока под вопросом, пусть будет запас.
[Лу Цзинь: Хорошо.]
С банкетом разобравшись, Ся Чи написал Линь Сюй, а потом снова повернулся к Сюй Чжэнцину и Линь Ло.
Раз уж пришли и несколько дней не виделись, можно посидеть вместе.
***
Холдинг Ся.
Лу Цзинь смотрел в телефон, пока Чэнь Фэй докладывал последние новости о семье Гу.
— После того как «Синьчэн Девелопмент» рухнул, семья Сан быстро разорвала связи с семьёй Гу. Сейчас Гу Чэнь продаёт акции по бросовым ценам.
— Найди человека, пусть скупит те акции, что семья Гу сбрасывает по дешёвке. — Лу Цзинь перевернул телефон экраном вниз и поднял взгляд на Чэнь Фэя.
Настроение у босса, кажется, было неплохое — в уголках губ играла лёгкая улыбка.
— Хорошо, пойду займусь.
— Ещё одно: подготовь пять пригласительных на банкет семьи Лу.
Зачем начальнику вдруг понадобилось идти на банкет семьи Лу, Чэнь Фэй не понял, но как образцовый специальный ассистент, он принял распоряжение шефа с закрытыми глазами и пошёл выполнять.
***
В девять вечера Сюй Чжэнцин и Линь Ло разошлись по домам. Ся Цигуо вернулся, поужинал и рано лёг спать.
Ся Чи ещё немного посидел внизу, потом тоже поднялся к себе.
Вышел из душа, и тут в дверь постучали.
На Ся Чи был серый шёлковый халат, он шёл к двери и на ходу спросил:
— Кто?
Из-за двери донёсся низкий голос Лу Цзиня:
— Я.
Ся Чи открыл дверь:
— Так поздно, что случилось?
Взглянув на парня, Лу Цзинь чуть потемнел взглядом и сглотнул.
Ся Чи же не подозревал ни о чём.
Серый халат держался лишь на одном поясном шнуре, небрежно завязанном. Широкий ворот открывал грудь — взгляд прилипал, а временами можно было разглядеть соблазнительный розовый кончик.
Волосы Ся Чи не были высушены, мокрые пряди откинуты назад, разметались по плечам. С кончиков падали капли, исчезая в слепой зоне.
Он же не чуял опасности, на лице лёгкая улыбка. И без того изящные черты теперь особенно притягивали взгляд.
Красавец с мокрыми волосами.
Лу Цзинь протянул зажатые в руке четыре конверта:
— Пригласительные на банкет семьи Лу. — Голос чуть хриплый.
Ся Чи поднял руку, принимая их. Кончики пальцев случайно скользнули по тыльной стороне ладони Лу Цзиня. Парень обрадованно сказал:
— Спасибо.
— Почему вдруг захотел на банкет семьи Лу? — спросил Лу Цзинь.
Ся Чи уже собирался закрыть дверь и вернуться в комнату, но раз Лу Цзинь спросил — коротко объяснил.
— Ты хорошо справился. — Мужчина вдруг поднял руку и накрыл ею правую щёку Ся Чи чуть ниже середины. Большой палец упёрся в подбородок, с лёгким нажимом приподнял, и медленно прошёлся по нему подушечкой, задевая при этом губы Ся Чи.
Лицо того тут же залилось краской. За двадцать с лишним лет жизни — первый раз, когда кто-то совершил с ним столь близкий жест.
Он откинулся назад, пытаясь вырваться из руки Лу Цзиня, но только дал тому больше простора для манёвра.
Он почувствовал, как подушечка пальца легла на затылок, и оттуда полился жар.
Всё тело размякло и покалывало, будто прошёл разряд тока.
Это было движение с очень высоким контролем, не оставляющее Ся Чи ни возможности сопротивляться, ни пространства для этого. Но Лу Цзинь быстро убрал руку.
— Что-то попало. — Невозмутимо произнёс он. — Ся Чи, высуши волосы, прежде чем ложиться спать.
В отличие от безмятежного спокойствия Лу Цзиня у Ся Чи горели щёки и сердце билось ненормально быстро.
Он слегка кашлянул:
— Спасибо.
Сказал, и поскорее закрыть дверь.
Лу Цзинь на мгновение задержался у порога.
«Слишком послушный. Дал воспользоваться собой, и всё равно вежливо благодарит.»
Суп из кокоса, кукурузы и курицы
Яичный пудинг на пару
http://bllate.org/book/17734/1661423
Готово:
