Глава 16
После ужина они легли спать пораньше.
На следующее утро встали, сели в машину и поехали в следующий город — там было несколько районов добычи лобстеров. Как и раньше, сначала арендовали склад, закупили базовые припасы и только потом сделали заказ на лобстеров.
Лето — сезон активных продаж лобстеров, так что их большой заказ не привлекал внимания. Когда всё разгрузили, закрыли ворота склада и убрали вещи в пространство.
Так они объехали два-три города, и в пространстве осталась лишь пятая часть места, а на руках — всего около миллиона.
Юй Шаонин подумал о будущем и остановил Ло Мяня, который подсел на запасы: — Больше не покупаем. Оставим немного денег на руках, по пути будем закупать масло и лекарства, а остальное обменяем на золото.
Ло Мянь знал, сколько места осталось в пространстве, и удивлённо переспросил. Не получив ответа, он послушно пошёл менять деньги на золото.
Разом обменять почти миллион на золото было бы слишком заметно, поэтому, чтобы не рисковать, они разбили деньги по разным банкам и меняли порознь.
За эти несколько хлопотных дней температура поднялась ещё на четыре градуса — максимальная уже достигала сорока шести. В самые жаркие часы даже на городских улицах не было ни души.
Юй Шаонин шёл по дороге в полной экипировке, пот пропитывал солнцезащитный костюм. Он ускорялся всё больше и почти бегом вбежал в банк.
Из-за жары посетителей было мало, и сотрудники удивились, когда Юй Шаонин ворвался внутрь.
Впрочем, время он выбрал удачное — обмен золота прошёл быстро. Он сложил всё в рюкзак, вышел из банка, убрал золото в пространство и направился к следующему банку неподалёку.
Когда всё было готово, он спустился в переход метро — жар сдуло прохладным ветром, влажная одежда прилипла к телу, и стало даже приятно.
В отличие от улицы, в переходе было довольно людно. Он переписывался с Ло Мянем и, едва встав у входа, увидел, как Ло Мянь с рюкзаком в обнимку спускается из метро.
Юй Шаонин поднялся вместе с ним наверх, они остановились в безлюдном месте, образовав мёртвую зону для камер, и Юй Шаонин запустил руку в рюкзак, забрав золото.
Рюкзак полегчал, Ло Мянь расслабился и, обняв Юй Шаонина за плечи, повёл его обратно к переходу на минус второй этаж гостиницы.
Днём они отдохнули в отеле, вечером поужинали и поехали домой.
Город, в котором они были, находился довольно далеко — по пути они дважды менялись за рулём и только к одиннадцати вечера въехали в знакомые края.
Дедушка Лу, узнав по телефону, что они сегодня вернутся, заранее приготовил ночную закуску и ждал. Услышав звук мотора и медленно опускающиеся рольставни, он не усидел и вышел.
— Дедушка!
Юй Шаонин услышал, как открылась дверь, обернулся, увидел старика в дверях и радостно поздоровался.
— Вернулись! В дороге ничего не случилось?
Ло Мянь вышел следом: — Да что могло случиться? Мы выехали только вечером, всю дорогу спокойно.
— Вот и хорошо, хорошо.
Дедушка Лу, взяв обоих внуков за руки, вошёл в дом. Свет упал на них, он замер и вздохнул: — Ну и солнце же палит.
Ло Мянь и так был смуглым, не видно, а Юй Шаонин был таким беленьким — теперь тоже «чернышом» стал.
Юй Шаонин услышал это, приложил руку к руке Ло Мяня и приподнял бровь: — Я всё ещё очень белый!
Дедушка Лу скривился: — Рядом с кем угодно ты будешь белым.
Семья немного поболтала, потом перенесла ночную закуску на стол, взяла миски, открыла пиво — и за весельем.
Поев немного, Юй Шаонин вдруг вспомнил: — А та холодная закуска пришла?
— Пришла.
— Дедушка Лу пригубил белого вина.
— Позавчера доставили. Позже не забудь убрать её в пространство, а то в холодильнике протухнет.
Юй Шаонин кивнул, доел мясную колбасу из миски, встал и пошёл убирать холодную закуску из холодильника.
·
Собрав припасы за несколько дней, вернувшись домой, он лёг спать и долго не хотел вставать. Юй Шаонин, зевая, отказался от завтрака, который предлагал Ло Мянь, перевернулся, закрыл глаза и проспал до самого обеда — Ло Мянь уже успел встать после дневного сна.
Температура кондиционера, комфортная во сне, после пробуждения казалась слишком высокой.
Юй Шаонин растянулся на кровати, отпихнул одеяло подальше. Затуманенный мозг разбудила духота. Он встал, убавил температуру, дал ветру сдуть выступивший пот и только потом, шлёпая тапками, вышел из спальни.
Ло Мянь и дедушка Лу сидели на диване и чистили кукурузу. Увидев его, спросили: — Голодный? Что хочешь?
Юй Шаонин потрогал живот: — Вроде не голодный.
Сказав это и заметив, как оба на него уставились, добавил: — Хочу лапшу с мясом.
Получив точный ответ, Ло Мянь отложил кукурузу, встал и пошёл на кухню готовить лапшу.
Юй Шаонин поплёлся за ним. Когда они скрылись из виду дедушки, он прижался к Ло Мяню, обняв его за тонкую талию, и потёрся щекой о спину.
Ло Мянь отложил вещи, развернулся, обнял Юй Шаонина и поцеловал: — Ты чего вдруг ластишься?
— Это ты ластишься.
— Юй Шаонин пробормотал: — Просто всё ещё сонный.
Услышав это, Ло Мянь нахмурился и потрогал его лоб: — Может, переспал. Пойди умойся.
Юй Шаонин не хотел идти — зарылся лицом в грудь Ло Мяня и замер.
Ло Мяня этот жест пронял до глубины души. Он сменил позу, усадил его себе на руку и одной рукой достал всё необходимое.
Юй Шаонин посидел немного, но ему стало жарко в такой позе, и он, шлёпая тапками, ушёл в гостиную.
Ло Мянь, проводив жену взглядом, быстро нарезал мясо соломкой.
Умывшись, Юй Шаонин без дела вернулся в гостиную. Мозг ещё был пустым, но, услышав краем уха слово «землетрясение», он тут же проснулся и сел рядом со стариком: — Какое землетрясение?
Дедушка Лу протянул ему телефон: — Грех какой! В такое время землетрясение, ещё и редкое, сильное. Много людей под завалами осталось.
Вверху короткого видео — ряд крупных заголовков: место и обстоятельства землетрясения, а также просьба о помощи из других регионов.
Картинка в видео непрерывно тряслась — явно автор ролика был в сильной панике.
Юй Шаонин тоже посетовал, что землетрясение случилось не вовремя, но на душе у него стало тяжело. В начале конца света была жара, самые большие потери населения принесёт холод, но то, что сделало конец света неизбежным и застало все великие державы врасплох, — это землетрясение за землетрясением.
Первой пала провинция С, где землетрясения и так были частыми. После этого — три дня мелкое, пять дней крупное, а очаги постепенно расширялись, и регионы, где землетрясений никогда не бывало, одно за другим тоже начали трясти.
В отличие от провинции С с её богатым опытом, остальные провинции и города не имели никакой защиты: высотки, словно хрупкая скорлупа, легко рушились, погребая под собой бесчисленные жизни.
Смерть дедушки тоже была связана с землетрясением.
Стена ветхого дома обвалилась и придавила старика, не успевшего выбежать. Когда деревенские откопали его, всё ниже поясницы было разбито. Тогда… дедушка, держась из последних сил, велел связаться с ним.
Вот только и этой последней встрече не суждено было случиться — его задержали, он не успел приехать, а затем землетрясение докатилось и до его города, окончательно оборвав его желание проводить старика в последний путь.
— Ниннин? Ниннин!
Голос звучал прямо у уха. Юй Шаонин очнулся и встретился с обеспокоенным взглядом Ло Мяня.
— Что с тобой? Ты был сам не свой. Плохо себя чувствуешь?
Юй Шаонин пришёл в себя и улыбнулся: — Да ничего. Думал, когда бы познакомиться с нашими местными.
Ло Мянь усмехнулся: — Хочешь познакомиться — проще простого. Выходи каждый день на прогулку, и всех перезнакомишь.
Юй Шаонин ел, делая вид, что задумался, и покачал головой: — Не хочу выходить.
Деревенские слишком уж радушные — ему не нравилось, когда через два шага его хватали и заводили долгие разговоры. Он потыкал лапшу в миске: — Давай через некоторое время позовём их к нам на ночную закуску? Ну… шашлыки, как тебе?
Ло Мянь во всём слушал жену, и Юй Шаонин снова посмотрел на дедушку.
Старик подумал: — Тогда надо пораньше. Мои старые приятели ложатся в десять, слишком поздно они с тобой есть не будут.
В прошлой жизни звонок раздался глубокой ночью. Судя по числу людей в деревне, землетрясение должно было случиться до десяти часов. Юй Шаонин кивнул, открыл телефон и заказал несколько мангалов — чтобы угостить как можно больше народу.
·
Как и в прошлой жизни Юй Шаонина, после первых новостей о землетрясении каждый день приходили новые сводки.
Многие жители провинции С, боясь беды, заранее увезли семьи — кто в другие города в турпоездку, а кто в пустынные места, решив пожить в палатках.
Многие из тех, кто работал в провинции С, тоже вернулись в деревню, принеся в тихие горы немало оживления.
Юй Шаонин, пользуясь тем, что к Ло Мяню пришло много друзей, рассказал им про посиделки. Все с улыбкой согласились, хотя сколько народу придёт — сказать было трудно.
Но когда наступит тот день, даже если они не придут, Юй Шаонин постарается их зазвать.
День ото дня становилось жарче, днём на улице почти никто не появлялся. Даже полевые работы старались делать утром или вечером, когда прохладнее.
Юй Шаонин предвидел много будущих бедствий, но не ожидал, что раньше землетрясения в эти края придёт засуха.
Слушая, как незнакомый дядя говорит о сборе средств на колодец в горах, Юй Шаонин молча мял мягкую лапку Пинпин. Когда дедушка Лу с улыбкой одобрил эту затею, он перевёл тому человеку десять тысяч.
Мужчина средних лет засуетился: — Не надо так много, я вам верну…
— Не надо.
— Юй Шаонин с улыбкой перебил: — Я слышал от дедушки, что в нашей бригаде есть несколько семей в трудном положении. Лишнее пусть будет за них.
Услышав такое, мужчина не решился отказаться.
Ему оставалось только поблагодарить Юй Шаонина за те семьи, а когда собирал взносы с остальных, рассказал всё как было.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/17663/1646709
