Айк замер, потрясённый. На миг ему даже показалось, что он ослышался.
В следующую секунду дверь распахнулась.
На пороге возник чей-то силуэт.
Глаза Айка широко раскрылись от изумления. Ругательства, уже готовые сорваться с языка, застряли в горле. Он даже не смог выдохнуть — воздух застрял в груди, и лицо мгновенно налилось густой краской.
В комнату для допросов вошёл Хэ Хэн.
В тусклом свете помещения мужчина в безупречно-белой форме казался почти ослепительным. Его холодный взгляд скользнул по Айку сверху вниз, не оставляя ни капли тепла.
— Мне сказали, что вы хотели меня видеть, — с лёгкой улыбкой произнёс Хэ Хэн. — Так что? Есть ещё что добавить к своим показаниям?
Айк тут же заговорил, едва не захлёбываясь словами:
— Господин председатель... Вы должны мне поверить! Меня подставили! Этот убл*док оклеветал меня! Он непонятно откуда достал запись и теперь манипулирует ею, чтобы меня оклеветать!
Улыбка исчезла с лица Хэ Хэна.
— Доступ к системе видеонаблюдения предоставил ему я. — Его голос стал ледяным. — Хотите сказать, что и я пытаюсь вас оклеветать?
Айк застыл.
— Нет... Нет, я не это имел в виду... Я хотел сказать... произошло недоразумение. Это всё тот льготник... Он сам меня соблазнял...
— Достаточно, — перебил его Хэ Хэн. — Было это соблазнением или нет, решать не вам. Запись будет передана военному ведомству. Там проведут расследование и вынесут справедливое решение.
Айка охватила настоящая паника.
Если запись передаст лично Хэ Хэн, дело примет совсем иной оборот.
— Мой отец — министр финансов Первого сектора! — поспешно выпалил он. — Господин председатель, он самый доверенный помощник Его Величества! Я его единственный сын! Меня нельзя исключать из академии!
Хэ Хэн спокойно ответил:
— Возможно, я предложу отцу открыть учебные классы и в тюрьмах.
Айк не ожидал, что тот не станет даже пытаться его прикрыть.
— Так нельзя! Я ещё несовершеннолетний! Я всего лишь допустил ошибку!
Лишь теперь Хэ Хэн поднял папку с документами, которую держал в руках с самого момента своего появления. Он раскрыл её на нужной странице и ровным голосом произнёс:
— Я уже проверил ваше прошлое, Айк. Согласно архивам больницы, где вы родились, дата на вашей бирке новорождённого не совпадает с возрастом, зарегистрированным в Первом секторе. Если верить медицинским документам, вам уже девятнадцать лет. Вы давно совершеннолетний. Более того, вы подозреваетесь в подделке имперских регистрационных данных. Это уже два отдельных преступления.
Айк ошеломлённо уставился на него.
— Вы... проверили меня?
Хэ Хэн поправил очки.
— Как председатель студенческого совета, я считаю своей обязанностью проводить обычную проверку биографии студентов, нарушивших правила.
И тогда Айк окончательно сорвался.
Его крик эхом прокатился по всей комнате для допросов.
— Хэ Хэн! В чем я перед тобой провинился?! Ты хоть подумал о моей семье, прежде чем так поступить?! Мой отец — высокопоставленный чиновник Первого сектора! И ради какого-то льготника ты готов зайти так далеко?! Мой отец обязательно меня вытащит!
Цзянь Цяо тоже перевёл взгляд на Хэ Хэна.
В тусклом свете комнаты профиль Хэ Хэна казался холодным и бесстрастным. На его лице не было и тени улыбки. Он напоминал ядовитую змею, спокойно наблюдающую за добычей. Ни малейшего признака спешки или волнения — напротив, уголки его губ медленно приподнялись в едва заметной усмешке.
— Похоже, твой отец, финансовый чиновник Ай Жуй, не раз показывал тебе, как решаются подобные вопросы, — неторопливо произнёс Хэ Хэн. — Давай проверим, что окажется сильнее: его влияние или же то, что вы встретитесь уже за решёткой?
Лицо Айка мгновенно застыло.
— С этого момента, — продолжил Хэ Хэн, — ввиду неопровержимых доказательств ты помещаешься под стражу для допроса. После передачи дела военным тебе будет запрещено связываться с внешним миром. Что касается твоего отца... я с интересом посмотрю, как он поведёт себя дальше.
В глазах Айка мелькнуло осознание.
— Что... что ты собираешься сделать?! — взревел он.
Хэ Хэн открыл стеклянную дверь комнаты для допросов.
Айк не мог выйти наружу, зато сам Хэ Хэн спокойно вошёл внутрь.
Чистые чёрные туфли размеренно стучали по холодному чёрному полу. Каждый шаг отдавался в комнате чётким эхом, словно предвестие беды, поднимающееся из самой преисподней.
Только что бушевавший Айк при виде приближающегося Хэ Хэна неожиданно съёжился от страха и невольно попятился.
Наблюдая за этим, Цзянь Цяо невольно вспомнил записи с камер видеонаблюдения.
Тот студент, который сопротивлялся насилию и в приступе ярости был зарезан Айком... Когда тяжёлый предмет обрушился на него, он точно так же инстинктивно отпрянул назад. Но Айк не остановился. Он продолжал наступать шаг за шагом, не оставляя жертве ни малейшего шанса.
А теперь...
Теперь сам Айк принял ту же позу.
— Что ты собираешься сделать?! — в панике закричал он.
Хэ Хэн, не оборачиваясь, сказал Цзянь Цяо:
— Передай мне то, что лежит в коробке.
Цзянь Цяо поднял коробку. Внутри лежала верёвка — одна из улик, собранных сотрудниками студенческого совета на месте происшествия. Именно ею Айк собирался связать того студента.
Он вошёл в комнату и молча передал коробку Хэ Хэну.
Тот взял её и с лёгкой улыбкой произнёс:
— Спасибо.
По его лицу невозможно было понять, о чём он думает.
Но стоило ему повернуться к Айку, как тот словно обезумел.
На его лице проступил неподдельный ужас.
— Что ты собираешься сделать?! Не приближайся ко мне с этой штукой! Хэ Хэн, как ты смеешь?! Как ты смеешь так обращаться со мной?! Мой отец — высокопоставленный финансовый чиновник Первого сектора! Не думай, что я не знаю — твоя мать всего лишь какая-то низко... А-а-а!!!
Верёвка резко полетела ему прямо в лицо.
Она лишь коснулась его и тут же упала на пол, но Айк завизжал так, словно на него плеснули смертельным ядом.
— Что это?! Больно! Больно! Спасите! Больно!..
Он катался по полу, отчаянно вопя.
Верёвка давно лежала в стороне, на его теле не было ни единой раны, однако крики не прекращались.
Хэ Хэн холодно наблюдал за происходящим.
Половину его лица скрывала тень, и выражение невозможно было различить. Но Цзянь Цяо видел его глаза.
Он смотрел на Айка так, словно перед ним уже лежал труп.
Почувствовав на себе взгляд Цзянь Цяо, Хэ Хэн спокойно повернул голову.
На его губах вновь появилась мягкая улыбка, а голос прозвучал удивительно ласково:
— Испугался?
Даже перед столь жуткой сценой его лицо оставалось совершенно спокойным. В глубине глаз таилась лёгкая улыбка, словно тот мрачный, почти пугающий человек, которого Цзянь Цяо увидел мгновение назад, был всего лишь игрой воображения.
Цзянь Цяо покачал головой.
После всего, что ему довелось увидеть в Седьмом секторе, подобное уже не могло его шокировать.
Он лишь тихо спросил:
— Что с ним?
— Моя способность позволяет извлекать из предметов самые сильные эмоции и ощущения, которые они впитали, а затем переносить их на другого человека, — спокойно объяснил Хэ Хэн.
Он естественно обернулся и посмотрел на Айка, который катался по полу.
— Сейчас он заново переживает боль и ужас, которые испытывал тот парень перед смертью.
Цзянь Цяо слегка удивился.
Айк рыдал навзрыд, корчась от невыносимой боли.
Но Цзянь Цяо прекрасно помнил запись с камер наблюдения.
Тот замученный до смерти юноша перед самой смертью не плакал и не молил о пощаде. Он лишь молча свернулся клубком на полу.
Он вовсе не должен был умереть.
Он мог остаться в живых.
Когда Айк увидел, что кровь не перестаёт течь, он запаниковал и попытался скрыть случившееся.
Четырёхзвёздочный студент понял, что дело плохо, и хотел вызвать врача и полицию. В страхе, что его накажут и снимут баллы за дисциплину, Айк ударил его ножом. Пока они боролись, было упущено драгоценное время, когда пострадавшего ещё можно было спасти.
Хэ Хэн больше не смотрел на лежащего на полу Айка.
— Пойдём, — спокойно сказал он. — Военные скоро будут здесь.
Цзянь Цяо молча кивнул.
Когда они уже собирались выйти, Айк вдруг окликнул его.
По лицу стекал холодный пот, а на губах застыла безумная улыбка.
— Вы... вы ещё пожалеете! Я отомщу! Не радуйся раньше времени! Думаешь, злодей здесь только я? Твой председатель тоже далеко не святой! Он помогает тебе лишь потому, что хочет уничтожить моего отца! Думаешь, ему и правда есть дело до льготников?! Его тоже однажды настигнет возмездие!
Цзянь Цяо остался совершенно невозмутим.
В полумраке комнаты он обернулся и посмотрел на Айка, который уже выглядел жалким до крайности.
От прежнего высокомерия не осталось и следа.
Он весь словно смялся, превратившись в бесполезный клочок бумаги.
Но даже это не могло вызвать ни капли сочувствия.
— Не знаю, хороший ли человек председатель, — спокойно произнёс Цзянь Цяо, словно выносил приговор. — Но я точно знаю одно: не он убивал, не он оскорблял и не он издевался над тем парнем. Это сделал ты.
Он выдержал короткую паузу.
— И даже если однажды возмездие настигнет его, сегодня оно пришло именно за тобой.
Лицо Айка побелело.
Губы задрожали.
Он никак не мог поверить, что всё обернулось именно так.
Подумаешь, убил какого-то льготного студента...
Как это вообще могло привести к таким последствиям?
Лишь теперь стало заметно, что по комнате распространился резкий запах мочи.
Тот, кто совсем недавно держался столь заносчиво, от страха обмочился.
Цзянь Цяо бросил на него последний взгляд и вышел.
В коридоре Хэ Хэн уже стоял у двери.
Когда створка за ними закрылась, Цзянь Цяо поднял глаза и встретился с ним взглядом.
На спокойном, утончённом лице Хэ Хэна не отражалось никаких эмоций.
Он просто молча смотрел на него.
— Мы идём встречать военных? — спросил Цзянь Цяо.
— Они будут через полчаса, — ответил Хэ Хэн. — Встретимся с ними в гостевой.
Цзянь Цяо кивнул.
Когда Хэ Хэн пошёл вперёд, он машинально последовал за ним.
Через несколько шагов Хэ Хэн заговорил:
— Ты слышал, что он сказал?
— Да.
— Пока его отец занимал свой пост, он успел нагрести немало взяток и незаконных доходов. Я уже собрал часть доказательств, но ждал подходящего момента. Родители того четырёхзвёздочного студента работают в Судебной палате Первого сектора, а его отец занимает должность главного судьи. После случившегося, хотя бы ради погибшего сына, они наверняка приложат все силы, чтобы помочь свергнуть Ай Жуя.
Одним выстрелом — две цели.
Максимальная выгода.
Цзянь Цяо украдкой посмотрел на Хэ Хэна.
Тот говорил спокойно и уверенно, словно обсуждал не человеческие судьбы, а обычный рабочий вопрос.
И именно в этот момент Цзянь Цяо вдруг отчётливо понял:
Вот что такое настоящий политик.
В их мире существует только выгода.
Выгода превыше всего.
А люди... всего лишь фигуры на шахматной доске, которыми можно пожертвовать ради достижения цели.
«Впрочем... какая разница?» — подумал Цзянь Цяо.
Когда-нибудь, если и он сможет получить власть, достаточно большую, чтобы самому сесть за шахматную доску, тогда уже эти люди станут его фигурами.
Когда-нибудь.
Хэ Хэн встретился с ним взглядом.
— Что? Разочаровался во мне?
Он ждал упрёков.
Или хотя бы вспышки возмущения.
Но Цзянь Цяо лишь медленно отвёл взгляд и покачал головой.
— Я просто подумал... По крайней мере, правда о том парне наконец раскрыта. Его семья больше не станет ответчиком по публичному обвинению и не будет жить ещё хуже. После вынесения приговора Айку они хотя бы получат компенсацию. Главное, чтобы после освобождения он не смог им отомстить.
— Насчёт мести можешь не беспокоиться, — спокойно сказал Хэ Хэн. — Боюсь, Айку будет уже не до этого.
Цзянь Цяо удивлённо посмотрел на него.
— Почему?
«Неужели его приговорят к смертной казни?..»
Хэ Хэн поправил очки.
За холодным блеском линз промелькнула едва заметная усмешка.
— Как только его родители потеряют свои должности, все политические противники семьи Ай, которых они успели нажить за эти годы, с радостью воспользуются шансом свести счёты. Ему придётся думать лишь о собственном спасении.
Цзянь Цяо сразу понял, что он имеет в виду.
Чем влиятельнее семья, тем меньше вероятность, что её падение закончится мирно.
Он облегчённо выдохнул.
— Тогда это даже к лучшему.
Хэ Хэн посмотрел на него.
— Похоже, ты доволен результатом. Значит, как твой напарник, избавивший тебя от возможных неприятностей в будущем, я неплохо справился?
Цзянь Цяо не ожидал, что Хэ Хэн так легко разгадал и его опасения.
Он честно поднял глаза.
— Просто... тебе, председателю, не о чем беспокоиться. А вот мне — ещё как.
Он вовсе не хотел, чтобы Хэ Хэн вспомнил, как только что фактически втянул его в эту историю и заставил нажить себе такого опасного врага.
Хэ Хэн молча смотрел на него.
Цзянь Цяо пришлось поспешно добавить:
— Правда, ты отлично справился.
«Я же его похвалил... Теперь-то всё в порядке, да?»
Но Хэ Хэн, как всегда, пошёл совсем не тем путём, которого от него ожидали.
— Раз так, — спокойно произнёс он, — теперь моя очередь оценить твоё сегодняшнее выступление.
Цзянь Цяо замер.
— Что?..
Хэ Хэн поправил очки и начал перечислять:
— Прежде чем взяться за дело, ты сначала проанализировал положение жертвы и преступника — это правильно. Затем догадался восстановить запись с камер наблюдения и попросил у меня соответствующий доступ. Всё это заслуживает похвалы.
Цзянь Цяо незаметно выдохнул.
«Значит... всё-таки я неплохо справился.»
— Однако дальнейшее было настоящей катастрофой.
…
Хэ Хэн невозмутимо продолжил:
— Когда он начал угрожать тебе влиянием своей семьи, ты ответил бессмысленными насмешками. Это была ошибка.
Он говорил спокойно, словно читал лекцию.
— Вместо этого тебе следовало ухватиться именно за этот момент. Использовать собранные доказательства как рычаг давления против его семьи. Пойми, проступок сына легко может превратиться в слабое место его отца в глазах общественного мнения. В такой ситуации ты вполне мог перехватить инициативу, превратить своё слабое положение в преимущество, а затем, получив перевес, заставить его признаться и добиться от него ещё большего количества показаний.
На самом деле Цзянь Цяо и сам не думал об этом.
Вернее, если бы у него было достаточно времени, он, вероятно, смог бы до этого додуматься. Но времени было всего полчаса с небольшим, дел — слишком много, а Хэ Хэн вырос в самом сердце императорской семьи, среди бесконечных политических интриг и борьбы за власть. Его опыт в подобных вещах был несравнимо богаче.
— Когда берёшься за дело, — Хэ Хэн опустил взгляд, и его золотые глаза напоминали глаза беспристрастного судьи, выносящего приговор, — если ты игнорируешь происхождение, статус и связи участников или недооцениваешь их...
Его голос оставался удивительно спокойным.
— ...Умрёшь.
Встретившись с ним взглядом, Цзянь Цяо почувствовал, как по спине пробежал холодок.
В то короткое мгновение ему показалось, будто на него смотрит чрезвычайно опасный хищник, уже выбравший свою добычу.
Но ощущение исчезло так же быстро, как возникло.
Хэ Хэн вновь мягко улыбнулся.
— На этом всё. Хотя без недочётов не обошлось, в целом ты справился. Считай, что испытание пройдено.
…
«Можно же было сразу так сказать...»
К этому времени они уже вышли из коридора наружу.
После мрачной атмосферы внутри здания тёплые лучи полуденного солнца, мягко ложившиеся на плечи, казались почти нереальными.
Цзянь Цяо всё ещё не мог поверить услышанному.
— Значит... я прошёл?
Хэ Хэн кивнул.
— Не припомню, чтобы у меня была привычка обманывать людей.
Цзянь Цяо некоторое время молчал, пытаясь осознать сказанное.
Хэ Хэн невольно опустил на него взгляд.
Обычно этот юноша был спокойным, почти бесстрастным, словно деревянная кукла, не умеющая выражать чувства. Но сейчас он сначала растерянно замер, потом слегка поджал губы... и наконец улыбнулся.
Золотой солнечный свет мягко играл в его волосах, подсвечивая длинные ресницы.
Они стояли совсем близко.
Когда Цзянь Цяо поднял голову, его взгляд не встретился с отражением в стёклах очков Хэ Хэна — он смотрел прямо ему в глаза. В чистых зрачках отражался сам Хэ Хэн.
И тихим, немного неторопливым голосом, полным искренней радости, Цзянь Цяо сказал:
— Замечательно.
Эта простая, ничем не прикрытая радость словно острым клинком рассекла плотные облака и неожиданно коснулась самого сердца Хэ Хэна.
Даже он невольно почувствовал, насколько чистым было это счастье.
— Похоже, ты и правда очень рад, — Хэ Хэн сам не заметил, как улыбнулся в ответ.
— Конечно! — без колебаний ответил Цзянь Цяо.
Для него это означало деньги.
Холодная «деревяшка» мгновенно превратилась в необычайно деятельную «деревяшку».
— А когда я смогу приступить к работе?
— Уже сегодня после обеда. Приходи в студенческий совет — тебя встретят и распределят обязанности.
— Хорошо!
Чем раньше он начнёт работать, тем раньше получит первую зарплату.
А чем раньше получит деньги...
Тем лучше.
http://bllate.org/book/17644/1725646
Salam_Kg_05 (читатель/культиватор основы ци)
23 июля 2026 в 20:22
0
