— Мм? — Шао Дунъян слегка повернул голову и взглянул на него.
Уловив его взгляд, Линь Шэн неловко потёр переносицу:
— Сколько там вышло? Я переведу тебе.
— Не надо, этот ужин за мой счёт, считай извинением перед тобой.
Линь Шэн на секунду задумался над смыслом этих слов, а затем внезапно вспыхнул:
— Так ты и впрямь ходил смотреть квартиру в соседнее агентство?!
— … — Шао Дунъян на мгновение растерялся и с самым что ни на есть невинным видом ответил: — Нет!
Линь Шэн посмотрел на него с сомнением и недоверием:
— Если тебе нечего скрывать, зачем тогда угощаешь меня ужином?
— Утром я подал тебе повод всё понять неправильно, да ещё и уехал, не успев толком объясниться, — это целиком моя вина. К тому же я тогда пообещал подъехать к тебе как можно скорее, но заработался и добрался до тебя только глубокой ночью, когда агентство уже закрылось, — это опять же моя вина.
Выслушав это вразумительное объяснение, Линь Шэн тут же растерял изрядную долю своего гнева, и на его душе стало как-то странно и неоднозначно.
В конфликте двоих редко бывает виноват лишь один. Теперь же, когда этот мужчина взял на себя всю ответственность, Линь Шэну стало даже немного неловко, и продолжать дуться было уже как-то не с руки.
Стоило ему снова заговорить, как тон невольно стал намного мягче:
— На самом деле это пустяки...
— Угу, — кивнул Шао Дунъян, продолжая объяснять ситуацию, — хоть и пустяки, но я не хотел, чтобы ты сделал неверные выводы. Я не собирался искать квартиру в другом агентстве, утром я просто доставлял туда заказ, и получилось так, что ты наткнулся на меня.
Линь Шэн как раз был из тех, кто легко поддаётся на мягкость, а не на давление, поэтому, услышав такие слова, он лишь глухо хмыкнул в ответ и больше ничего не сказал.
Шао Дунъян искоса глянул на его выражение лица и понял, что этот конфликт можно считать закрытым.
Стоило недопониманию рассеяться, как оба вдруг оказались в растерянности, не зная, о чём бы ещё поговорить.
Между ними повисла лёгкая, почти невесомая тишина. Погружённые каждый в свои мысли, Линь Шэн и Шао Дунъян плечом к плечу дошли до края дороги и остановились возле старого электроскутера Шао Дунъяна.
— Я...
— Кстати...
Оба заговорили почти одновременно и так же одновременно, словно сговорившись, замолчали.
Между ними повисла неловкость, смешанная с какой-то необъяснимо особенной тонкой атмосферой.
Шао Дунъян повернулся к Линь Шэну и мягко улыбнулся:
— Говори первым.
— Я хотел спросить: ты всё ещё думаешь насчёт квартиры в комплексе Фэнлинь? — на самом деле Линь Шэн в глубине души уже догадывался об ответе, но ему требовался окончательный вердикт, чтобы окончательно отступиться.
Ему не то чтобы кровь из носу требовалось сдать квартиру именно этому курьеру, просто он не хотел, чтобы это дело оставалось незавершённым, и не желал видеть Шао Дунъяна в своих снах по семь-восемь раз за ночь.
Шао Дунъян, впрочем, не стал тянуть. Едва Линь Шэн закончил говорить, как он чётко и без обиняков ответил:
— Пока не планирую.
Не дожидаясь, пока агент Линь спросит «почему», Шао Дунъян сам добавил:
— Арендная плата для меня слишком высокая.
— ...Ладно, — этот раз у Линь Шэна и впрямь не было доводов, чтобы продолжить уговаривать Шао Дунъяна.
О чём тут ещё расспрашивать? Судя по всему, у парня действительно нет денег. И как бы ему ни хотелось схитрить или навязать сделку, если у человека просто нет средств на залог и предоплату за три месяца, что он мог поделать? Не заставлять же Шао Дунъяна брать кредит ради такой ерунды?!
И хотя он никогда не отличался особой щепетильностью, опускаться до откровенного бессовестного поведения он всё же не хотел.
По крайней мере... именно с этим мужчиной, стоящим перед ним, он не хотел так поступить.
Линь Шэн молча стоял у обочины, слегка опустив глаза. Его взгляд случайно упал на обувь Шао Дунъяна. Линь Шэн заметил, что она была вычищена до блеска, только лишь мыски немного припорошены пылью. В его голове невольно промелькнула мысль: “Оказывается, он довольно чистоплотный. Жаль только, что работа не позволяет выбирать маршруты, где не так грязно, и ему в любом случае придётся испачкаться”.
На этом его мысли резко оборвались, и в душе вдруг поднялась волна глухой тоски и раздражения. Ей-богу, он ещё никогда в жизни так не переживал ни за одного курьера! Да что там за курьера, даже крупные клиенты, покупающие через него квартиры за десятки миллионов, не удостаивались такого внимания! Какой прок от всех этих переживаний? Скорее всего, их пути с Шао Дунъяном разойдутся уже сегодня вечером.
— Кхм... — нарочито лёгкое покашливание мужчины выдернуло Линь Шэна из его маленькой вселенной бредовых мыслей.
Он поднял глаза на Шао Дунъяна, пытаясь наскрести в голове хоть каплю здравого смысла:
— Это... ты ведь хотел мне что-то сказать?
— Ничего особенного, просто собирался предложить отвезти тебя домой. Садись.
— Я приехал на своём скутере.
— Ты выпил.
— Ничего, я трезвый! Пару бутылок пива для меня вообще не проблема!
— Не боишься, что по дороге тебя остановит полиция?
Линь Шэн потёр нос и пробурчал вполголоса:
— Не может быть такого совпадения, да и отсюда до моего дома недалеко.
— На всякий случай лучше перестраховаться*.
* На всякий случай лучше перестраховаться — дословно «Не бойся десяти тысяч вероятностей, бойся одной десятитысячной случайности» (不怕一万，就怕万一 / bù pà yī wàn, jiù pà wàn yī / бу па и вань, цзю па вань и) — китайская пословица, означающая, что нужно всегда быть готовым к маловероятным, но возможным неприятностям, аналог "бережёного Бог бережёт".
Шао Дунъян всё это время говорил своим спокойным, негромким тоном, но, последовательно парируя каждое возражение, он не оставил Линь Шэну ни единого весомого повода отказаться от его предложения...
— Тогда... ладно, побеспокою тебя.
В итоге он всё же сдался, уселся на заднее сиденье электроскутера Шао Дунъяна и, словно ведомый призраком*, крепко обхватил его за талию.
* Словно ведомый призраком (鬼使神差 / guǐ shǐ shén chāi) — дословно «Бесы подвигли, духи направили». Означает действие, совершённое под неосознанным, необъяснимым порывом, будто кто-то невидимый управлял руками.
И лишь когда скутер тронулся с места, а пронизывающий ночной ветер, смешанный с тёплым, свежим запахом мужчины ударил ему лицо, Линь Шэн с запозданием осознал: на самом деле он вовсе не собирался отказываться от предложения Шао Дунъяна.
Именно поэтому все эти надуманные причины рассыпались в прах, оказавшись не более чем жалкими отговорками.
*** *** ****
Шао Дунъян как-никак был курьером, а значит, в ориентировании на местности ему не было равных. Вчера, подвозя Линь Шэна, он запомнил адрес, так что сегодня ему даже не пришлось указывать дорогу, и он без проблем довёз его до самого подъезда.
Линь Шэн не преувеличивал: улица Дунсе и впрямь находилась не слишком далеко от его съёмной квартиры и вся дорога заняла от силы семь-восемь минут.
Шао Дунъян заглушил мотор, упёрся длинной ногой в землю и, полуобернувшись, посмотрел на сидящего сзади Линь Шэна:
— Приехали. Кажется, это здесь, верно?
— Верно.
Линь Шэн слез со скутера, на секунду замялся, но всё же сделал шаг и обошёл транспортное средство, встав чуть наискосок спереди.
Он слегка наклонил голову, глядя на Шао Дунъяна. Его взгляд был прямым и ясным, но в нём, казалось, таился бурный, невысказанный поток эмоций.
Шао Дунъян видел, что тот хочет что-то сказать, но по каким-то своим соображениям, не стал расспрашивать первым.
— На улице очень холодно, поднимайся к себе, — произнёс он, но в его тоне не было ни малейшего намёка на нетерпение отослать его домой.
Яркий лунный свет мягко ложился на потрескавшийся асфальт, тихий и плавный, словно вода. Линь Шэн, словно зачарованный этим лунным сиянием, почувствовал, как его душа смягчилась до предела. Его прочно сковало чувство, именуемое «нежеланием расставаться», не давая ни малейшего шанса вырваться.
Поэтому в тот момент, когда полагалось бы беззаботно сказать «пока», агент Линь повёл себя совершенно не по-мужски... и струсил.
Даже толком не обдумав свои слова, он сам завёл разговор:
— Э-э… слушай... а что ты планируешь делать дальше?
— Что? — Шао Дунъян, не поспевая за скачущими мыслями Линь Шэна, на секунду растерялся от его вопроса.
— Я имею в виду, где ты сейчас живёшь? И планируешь ли продолжать искать квартиру?
Хотя со стороны это звучало так, будто он выуживает коммерческую выгоду... Бог свидетель, он вовсе не это имел в виду! Если бы в его словах нужно было расставить приоритеты, Линь Шэн готов был поклясться небесами, что больше всего его волновало другое: есть ли у Шао Дунъяна вообще крыша над головой и где именно он живёт?
Однако ответ Шао Дунъяна, словно назло, мастерски обошёл все эти темы:
— Я пока отложил поиски.
— … — Линь Шэн почувствовал, как в его груди сгустился ком*, и чуть не поперхнулся от досады!
* В груди сгустился ком (一口老血憋在胸口 / yī kǒu lǎo xuè biē zài xiōng kǒu / и коу лао сюэ бе цзай сюн коу) — популярное интернет-выражение, означающее крайнюю степень досады, фрустрации или возмущения, буквально «комок старой крови подступил к горлу».
Он в бешенстве сверкнул глазами на Шао Дунъяна, но заметил, что в уголках губ того играет лёгкая усмешка, словно он давно насквозь видел все его тайные мысли. Несколько секунд они мерили друг друга взглядами, прежде чем Линь Шэн собрался с силами и возмутился:
— ...Шао Дунъян, ты ведь специально меня злишь, да?! Ты же прекрасно знаешь, что я хотел спросить не об этом!
— А о чём ты хотел спросить? — мужчина притворился ничего непонимающим, однако хитрый блеск, мелькнувший в его глазах, выдал его с головой.
Линь Шэну до чёртиков хотелось прекратить с ним всякое общение! Но, поразмыслив, он понял, что ничего не мог поделать с этим хитрым лисом…
Сдавшись, он тяжело вздохнул и, хоть и недовольным тоном, но всё же честно признался:
— Я спрашиваю, есть ли тебе где жить! Где именно ты сейчас живёшь!
Лишь после этого Шао Дунъян остался доволен и ответил ему прямо:
— Есть. Я договорился с коллегой курьером и пока поживу с ним. Его прежний сосед уехал в родной город, так что половина комнаты свободна.
Линь Шэн всё ещё недоумевал:
— Но ты же ещё вчера вечером искал квартиру! Как ты успел так быстро всё решить?
— За это я должен поблагодарить тебя: если бы я не подвёз тебя вчера домой, то не столкнулся бы с этим коллегой, — терпеливо объяснил Шао Дунъян, и это не выглядело как ложь.
Линь Шэн понимающе кивнул, помолчал немного и снова спросил:
— А далеко отсюда?
Шао Дунъян указал на соседний подъезд и с абсолютно невозмутимым лицом ответил:
— Недалеко, прямо в соседнем подъезде.
http://bllate.org/book/17632/1644990
