На следующее утро Тянь Яо, немного беспокоясь о состоянии Лю Чжи, снова отправился в дом семьи Чэнь. Перед уходом он увидел, что дома ещё остались сладости, купленные к Новому году, и взял их все — у него не было достойного подарка, так что сойдут и сладости.
Юй Ян не возражал, он неторопливо кормил Пепла.
Придя к семье Чэнь, Тянь Яо узнал, что Чэнь Сюй с утра ушёл — должно быть, поехал в посёлок за лекарем. Родители Чэнь, увидев Тянь Яо, только поздоровались и оставили их с Лю Чжи вдвоём.
Цвет лица у Лю Чжи был намного лучше, чем ночью. Увидев Тянь Яо, он подложил подушку и сел, чтобы поговорить.
— Вчера вечером всё перевернулось, я даже не успел поблагодарить тебя, — сказал Лю Чжи, нежно поглаживая живот. Каждое его движение было исполнено мягкости — сразу видно, что он скоро станет маленьким папочкой.
— Нужно ли нам такие слова говорить? Я боялся, что не смогу помочь тебе, — сказал Тянь Яо. Он увидел, что рядом с кроватью стоит тарелка с варёными яйцами, из которых осталось всего несколько глотков, взял её и заставил Лю Чжи доесть. — Но что вчера случилось?
Только тогда Лю Чжи с трудом проглотил последний кусок яйца и с ненавистью на лице начал рассказывать.
Из-за беременности, во второй день Нового года, когда полагается возвращаться к родителям, Чэнь Сюй, боясь, что после снега дорога плохая, сам отнёс подарки в дом родителей Лю Чжи.
Семья Лю Чжи жила в деревне Люцзяцунь, путь от деревни Хуайлин занимал целый час. Лю Чжи был младшим гэром в семье, у него было два старших брата и старшая сестра. Он с детства был любимцем в семье, братья хорошо зарабатывали, жёны у них были приветливые и покладистые.
На этот раз, зная, что Лю Чжи беременен, они специально передали, чтобы он не возвращался домой — поберегся. Хотя Лю Чжи и не поехал, семья Лю дала с собой Чэнь Сюю очень щедрые подарки.
Во второй день Нового года все замужние женщины и гэры возвращаются в родительский дом. Поэтому Чэнь Ли, старшая сестра Чэнь Сюя, тоже пришла — она явилась рано утром с пустыми руками, а её муж Чжао Мин не приехал.
В этот день родные обычно не слишком притесняют вернувшихся женщин и гэров, так что родители семьи Чэнь тоже вкусно накормили её и не заговаривали о Чжао Мине.
После полудня она сказала, что хочет дождаться возвращения Чэнь Сюя и только потом уйти. Как раз в это время вернулся Чэнь Сюй с подарками от семьи Лю Чжи.
У Чэнь Ли глаза разгорелись. Она принялась причитать, как тяжело ей живётся в доме мужа, как её там притесняют, как плохо относится к ней Чжао Мин, как она давно просила Чэнь Сюя заступиться за неё, но он так ни разу и не пришёл.
А потом она уставилась на подарки в руках Чэнь Сюя и потребовала, чтобы он отдал их ей — тогда она сможет чувствовать себя увереннее в доме мужа.
Лю Чжи сначала не хотел вмешиваться в её дела, но когда услышал, что она зарится на подарки, присланные его собственной семьёй, он не выдержал. Что бы она ни делала, он всегда терпел, но если она покушается на то, что принадлежит ему — он не глиняный болванчик.
Лю Чжи с детства был избалован. Обычно он уступал Чэнь Ли только из уважения к Чэнь Сюю и потому, что свекор со свекровью относились к нему хорошо. Но сегодня её расчёты были слишком очевидны, и если он ничего не скажет, она вовсе примет его за тряпку.
Они начали спорить. Чэнь Сюй удерживал Лю Чжи, а родители Чэнь пытались утихомирить Чэнь Ли.
Видя, что Лю Чжи не уступает, Чэнь Ли поняла, что ей ничего не обломится, фыркнула и сказала, что пойдёт домой.
У Лю Чжи был недовольный вид. Старики в конце концов не отпустили Чэнь Ли с пустыми руками — дали ей немного сладостей и печенья. Лю Чжи сделал вид, что не заметил.
Но Чэнь Ли видела подарки, которые прислала семья Лю Чжи — там был женьшень и эцзяо. По сравнению с этим, то, что дали её родители, было слишком дёшево. А Лю Чжи такой жадный, хорошими вещами не делится — никогда он не считался с ней, со своей свояченицей.
Разозлившись, она вышла из дома и, проходя мимо Лю Чжи, толкнула его со злости. Она знала, что он беременный и не стала толкать сильно, но Лю Чжи всё равно не удержался на ногах и ударился поясницей.
Родители и Чэнь Сюй перепугались до полусмерти. Чэнь Сюй, успокоив Лю Чжи, тут же забрал у Чэнь Ли подарки, которые приготовили для неё родители, и закрыл ворота. Чэнь Ли ещё долго ругалась у ворот, прежде чем уйти.
А потом случилось то, что было вечером.
— Вот такая смутьянка. Если с ребёнком что-нибудь случится, я пойду в деревню Чжаоцзяцунь и буду с ней насмерть биться, — с негодованием закончил рассказ о вчерашнем дне Лю Чжи. Даже сейчас, вспоминая, он не мог успокоиться.
Выговорившись, он почувствовал облегчение. Но, поскольку был праздник, ему не хотелось портить настроение Тянь Яо. Он посмотрел на его живот и перевёл тему:
— А у тебя? Вы столько времени женаты, а живот всё не растёт?
— Это же не воздушный шар — не надуешь, — уши у Тянь Яо покраснели. Лю Чжи не удержался, потрепал его за ухо.
— Если нет, то нет. Чего краснеть? — Лю Чжи вдруг подумал: а может, они ещё и не подтвердили брак? Или у Юй Яна из-за травмы ног пострадало и другое? Это было бы плохо.
Он всегда говорил то, что думает, и вспомнил, с какой уверенностью Тянь Яо заявлял в самом начале.
— Что? Вы до сих пор... Он что, не может из-за ног?
Тут уж Тянь Яо было что сказать. Он тут же возразил:
— Очень даже может! Я сам проверял.
На лице Лю Чжи появилась лукавая усмешка:
— Ну вы даёте! Значит, ты тогда не зря говорил, что сам будешь сверху.
Тянь Яо покраснел до корней волос:
— Бесстыдник! Не боишься, что ребёночек услышит и подумает, что его маленький папочка — плохой.
Лю Чжи хотел ещё поддразнить его, но тут вернулся Чэнь Сюй с лекарем. Тянь Яо уступил место у кровати.
Лекарь долго щупал пульс и наконец сказал, что действительно из-за удара плод немного ослаб. К счастью, вовремя выпили лекарство, восполняющее ци и кровь, теперь всё намного лучше. Он также прописал постельный режим и дал рецепт, велев Чэнь Сюю купить травы.
Только тогда все окончательно успокоились. Чэнь Сюй снова побежал в посёлок, а Тянь Яо ещё немного посидел с Лю Чжи и только потом пошёл домой.
— Юй Ян, я вернулся, — сказал Тянь Яо, войдя в дом. Сначала потрепал Пепла по голове и только потом зашёл в спальню к Юй Яну.
Из-за холода Юй Ян не вставал с постели. Записи маленького папочки, которые он перерисовывал, уже почти рассыпались по краям. Тянь Яо вдруг подумал: если Юй Ян не хочет учиться на лекаря в посёлке, можно купить ему медицинские книги — пусть учится сам. Он такой умный, наверняка разберётся.
Тянь Яо мысленно отметил это — в следующий раз, как поедет в посёлок, купит ему книги.
— Лекарь приходил? — Юй Ян отложил записи. За эти два дня он уже просмотрел все рисунки, нарисованные маленьким папочкой, а сейчас читал те, из сундука. Он не просто читал, а выписывал те знаки, которые мог понять.
— Приходил. Он сказал то же самое, что и ты. В рецепте как раз те травы, что ты назвал. — На лице Тянь Яо было написано:
«Я же говорил, что ты у нас молодец». — Я же говорил, что ты очень способный.
Уголки губ Юй Яна дрогнули в улыбке, но она тут же исчезла:
— Я знал, как лечить, потому что моя мать однажды была в таком же состоянии. Только ребёнка тогда спасти не удалось.
Услышав это, Тянь Яо растерялся. Он было улыбнулся, но улыбка тут же сползла с его лица. Он замялся, не зная, как утешить.
Юй Ян протянул руку и сжал его губы:
— Это было очень давно. — Он перевёл тему. — Пепел всё время лаял — наверное, проголодался.
Тянь Яо, прогнав с лица это выражение, пошёл хлопотать на кухню. В готовке он уже не нуждался в книжечках — что ни приготовит, всё вкусно.
После полудня Юй Ян снова заставил Тянь Яо написать два листа. Тянь Яо перепачкал всю ладонь в туши и, пока Юй Ян не видел, несколько раз вытер руку о его одежду.
Юй Яну оставалось только вздохнуть — всё равно стирать Тянь Яо, а в такой холод он не любит греть воду, и каждый раз, когда стирает, руки у него краснеют от холода.
— Напишешь этот лист — начну учить тебя стрелять, — сказал Юй Ян.
— Ты и вчера так говорил. — Тянь Яо скривил губы, но всё же старательно дописал лист.
Юй Ян кивнул в сторону лука — Тянь Яо понял и с воодушевлением принёс отцовский лук и стрелы.
Он до сих пор помнил, как Юй Ян в горах пустил ту стрелу — быстро, метко, сильно.
Рука у Юй Яна за последнее время стала ещё сильнее — он натянул лук без видимых усилий. Под взглядом Тянь Яо стрела со свистом вылетела и вонзилась в щель между кирпичами в их дворе.
Тянь Яо не сдержался и захлопал. Потом приблизился к Юй Яну:
— Учи меня скорее.
Юй Ян протянул ему лук. Тянь Яо, подражая ему, натянул тетиву — он был так силён, что она издала громкий хлопок.
— Натягивать тетиву нужно не силой, а умением, — сказал Юй Ян, велев ему присесть.
Тянь Яо согнулся, присел на корточки перед ним. Юй Ян взял его за руку:
— Не нужно тянуть изо всех сил. Натяни до того положения, в котором тебе удобно, естественно.
Почувствовав дыхание Юй Яна за спиной, Тянь Яо весь напрягся. Чем больше его просили расслабиться, тем сильнее он сжимался.
— Разве чем сильнее, тем не лучше? — спросил он.
Юй Ян покачал головой:
— В любом деле, если ты находишься в комфортном для себя состоянии, результат будет лучше. Если ты постоянно напряжён, всё даётся тяжелее.
Тянь Яо глубоко вздохнул и, как учил Юй Ян, натянул тетиву.
— Ноги на ширине плеч. Смотри на цель. Приладь стрелу.
Тянь Яо сделал, как сказано. Стрела сорвалась с тетивы, но полетела не туда, куда он целился, а в сторону ворот.
И в этот момент закрытые ворота внезапно отворились, и стрела направилась прямо в лицо вошедшего.
Зрачки Юй Яна сузились. Под руку ему попался камешек, он с силой бросил его и сбил стрелу. Та пролетела у самого уха вошедшего, срезав несколько волосков.
Тянь Яо облегчённо вздохнул. Наконечник стрелы давно не точили, но сила у Тянь Яо была большая — если бы попал в человека, всё равно поранил бы.
Тянь Яо присмотрелся — это оказался Ли Сун, которого они встретили на ярмарке.
Увидев, как тот перепугался, в глазах Юй Яна мелькнуло презрение. Всего одна стрела, даже без особой силы, так его напугала. Если случится что серьёзное, он что, заставит Тянь Яо защищать его?
Похоже, этот человек не пара Тянь Яо. Узнав, какие планы были у дяди Е, Юй Ян подумал, что когда-нибудь, когда у Тянь Яо появятся другие возможности, он сможет помочь ему присмотреться. Он думал, что этот Ли Сун — они знакомы, дядя Е относится к Тянь Яо хорошо, — стоит присмотреться. Но сегодняшний случай сильно испортил его мнение о Ли Суне.
— Яо-гэр, маленький папочка просил проведать тебя. — Ли Сун запнулся. — И твоего мужа. Вы что, стреляете...
Тянь Яо пошёл ему навстречу, взял у него из рук подарки:
— Зачем же ты с подарками?
Он с радостью принял их.
Увидев, что он их взял, Ли Сун обрадовался и поспешно сказал:
— Я привёз их из своих торговых поездок. Это местные редкости, у нас их не купить.
Юй Ян наблюдал за их разговором. Этот Ли Сун был как открытая книга — что на уме, то и на языке. А как говорится, радость и гнев не должны выдавать себя. А у этого всё на лице написано. Тянь Яо тоже не выглядит слишком умным — на нём написано «легко обмануть». Если эти двое когда-нибудь сойдутся, их же дом у них украдут.
— Большое спасибо. А почему дядя Е не пришёл? — спросил Тянь Яо.
— Из-за снега, дорога скользкая, я не пустил папочку. Ты женился, а мы не дали вам никакого подарка — так что, это как поздравление. — Сказано это было так, что не очень-то походило на поздравление.
— Дядя так добр, — сказал Тянь Яо. Он вынес из комнаты табурет и поставил рядом с Юй Яном. — Поговорите пока, а я пойду готовить.
Когда Тянь Яо ушёл, они остались вдвоём. Уставились друг на друга. Никто не хотел начинать разговор. Но Юй Ян был хозяином, и не принять гостя было невежливо.
Ли Сун вспомнил, что говорил ему папочка. В разговоре с Юй Яном он не чувствовал той напряжённости, что с Тянь Яо:
— Откуда родом брат Юй? Судя по виду, вы не из наших краёв?
Юй Ян ответил:
— Мои предки из Юаньцанфу. Семья разорилась, меня судьба забросила сюда. К счастью, Яо-гэр приютил меня.
Ли Сун посмотрел на Тянь Яо в кухне, убедился, что тот не слышит, и, посерьёзнев, сказал:
— Мой маленький папочка тоже торговец. Он с первого взгляда понял, что происхождение у вас, брат Юй, непростое. Он и дядя Лин прошли вместе через многие трудности, поэтому очень беспокоится о Яо-гэре.
Маленького папочку Тянь Яо звали Лин Ци.
Юй Ян поднял на него глаза.
Ли Сун встретил его взгляд без тени смущения:
— Маленький папочка считает, что ваш брак с Яо-гэром — лишь временное пристанище. В будущем у вас, брат Юй, откроется широкий путь. И тогда... что вы сделаете с Яо-гэром?
Юй Ян не ожидал услышать от него такие слова. Он вспомнил, что Тянь Яо говорил — Ли Сун тоже торговец, он много повидал на своём веку, и такие речи от него не слишком удивительны. Но вот его нынешнее лицо разительно отличалось от того, что было при первой встрече.
Юй Ян нахмурился. С таким переменчивым человеком Тянь Яо точно не справится. Ли Сун, видимо, совсем не подходит Тянь Яо. Тот, кто достоин Тянь Яо, должен быть чистым и искренним. И Юй Ян не подходит, и этот Ли Сун — тем более.
— Это дело между мной и Яо-гэром. Не стоит вам беспокоиться.
Лицо Ли Суна изменилось. Он хотел ещё что-то сказать, но услышал шаги Тянь Яо, возвращавшегося из кухни, и не стал продолжать.
Увидев, что они разговаривают вполне дружелюбно, Тянь Яо успокоился и вернулся на кухню. Ли Сун встал:
— Я помогу Яо-гэру.
Он пошёл следом, говоря:
— Яо-гэр, в том, что я принёс, есть местные редкости из Наньфу. Боюсь, ты не знаешь, как их готовить, я покажу тебе.
На месте остались только Юй Ян и Пепел. Юй Ян сделал Пеплу знак, тот, будто поняв, завилял хвостом и побежал на кухню — втиснулся между Тянь Яо и Ли Суном.
Юй Ян смотрел на спину Ли Суна — невысокий, не очень крепкий, совсем не пара Тянь Яо. К тому же, зная, что Тянь Яо женат, он так и лезет — похоже, и характер у него не очень.
Юй Ян опустил глаза на свои ноги и вздохнул.
Стол накрыли в главной комнате. Чтобы Юй Ян не замёрз, Тянь Яо поставил рядом ещё одну жаровню.
Сам он с Ли Суном выпил довольно много, Юй Яну же вина не дал. Когда солнце стало клониться к закату, Ли Сун наконец попрощался.
Тянь Яо не стал его удерживать — у них даже приличной гостевой комнаты не было. По совету Юй Яна он приготовил ответные подарки и велел Ли Суну взять их домой:
— Передай дяде, что через несколько дней я зайду к вам.
Лицо у Ли Суна раскраснелось. Вино было не особенно крепким, но Ли Сун краснел от любого спиртного, и сейчас выглядел так, будто выпил очень много.
Тянь Яо заколебался — боялся, как бы тот, перебрав, не попал в беду по дороге в темноте. Он посмотрел на Юй Яна:
— Может, проводить его?
Юй Ян ничего не сказал.
— Не надо, не надо. Я не пьян, дойду. — Ли Сун поспешно сказал. — Ты гэр, идти обратно в темноте опасно. Я пошёл.
Тянь Яо хотел сказать, что он мог бы переночевать у них, но, взглянув на Юй Яна, вспомнил, что он теперь не один — он женат. Если он, гэр, оставит у себя в доме ночевать чужого мужчину — пойдут сплетни. Хотя сам он их не боялся, но должен был подумать о Юй Яне.
Подумав, он выбрал самый надёжный способ — пошёл к Чэнь Сюю.
Семья Семьи Чэнь как раз не знала, как отблагодарить Юй Яна и Тянь Яо, и, услышав, что нужно всего лишь проводить друга, сразу согласились.
Проводив их за околицу, Тянь Яо вернулся домой. Почему-то ему показалось, что сегодня Юй Ян был не в духе.
http://bllate.org/book/17624/1658705
Готово:
Спасибо за перевод 💗
Так и знала, что та толкнула специально.
Вот курица!