Масштаб внезапной отваги молодого господина Жэнь воистину потрясал воображение.
Бай Цюаньцю впал в ступор примерно на минуту.
— В чём дело? Зависло, что ли? — Жэнь Синлю слегка потряс телефон. — Почему ты не двигаешься?
Бай Цюаньцю наконец очнулся от шока и с самым невозмутимым видом кивнул:
— Да, связь немного барахлила… Но сейчас всё наладилось.
— Ну и славно, — Жэнь Синлю пару раз моргнул, явно пытаясь сдержаться, но в итоге не совладал с собой. Чуть ли не со смущением в голосе он вкрадчиво протянул: — А ты не мог бы распахнуть халат чуточку шире? У тебя такие красивые ключицы, я хочу рассмотреть их получше…
Видимо, желая проявить максимальную вежливость, он даже соединил большой и указательный пальцы, наглядно демонстрируя размер, и с предельной искренностью договорился:
— Ну самую капельку…
Бай Цюаньцю: «……»
В этом весь Жэнь-шао: с самым невинным выражением лица выдавать самые похабные речи.
Он ведь едва за чистую монету это не принял!
Между тем Жэнь Синлю на полном серьезе добавил:
— Ты не переживай, в обиде не останешься. Взамен я могу показать тебе свои…
Что и говорить, абсолютно честный бартер, без обмана!
Бай Цюаньцю: «……»
Этот молодой господин вообще соображает, что несёт?
Почуяв неладное, Бай Цюаньцю присмотрелся внимательнее. Пальцы парня на экране заметно подрагивали, а взгляд был туманным и расфокусированным.
Парень нахмурился:
— Ты что, пил?
Тон его не был строгим, скорее даже мягким. Но Жэнь Синлю бог весть с чего вдруг засуетился, занервничал и трусливо скосил глаза куда-то в потолок:
— Не-а…
Бай Цюаньцю: «……»
Всё понятно. Пьян в стельку.
Будь этот мажор в трезвом уме, он бы сейчас качал права с самым высокомерным видом, а не юлил так виновато.
— Сколько ты выпил? — едва задав вопрос, Бай Цюаньцю понял, насколько глупо он прозвучал.
Мало того, что этот паршивец вряд ли скажет правду, так еще и докапываться до истины сейчас не имело никакого смысла.
И точно: на экране снова появился тот самый жест из двух пальцев:
— Самую капельку…
— Ты где сейчас? — Бай Цюаньцю отшвырнул полотенце в сторону и поднялся. — Я еду за тобой.
Опасаясь, что пьяный в хлам мажор убредет в неизвестном направлении или, чего доброго, отрубится где-нибудь под кустом и перестанет отвечать, Бай Цюаньцю не стал сбрасывать вызов. Прямо так, с включенной видеосвязью, он выскочил на улицу, поймал такси и направился в Шисаньфан.
С точки зрения безопасности ход был верным, вот только… пьяный Жэнь-шао оказался абсолютно неуправляемым фактором.
Они гипнотизировали друг друга через объективы камер, и во взгляде Жэнь-шао читалось крайнее недовольство.
— Тётушка, ну и зачем ты наглухо застегнулся?
— Мы же договаривались, что ты мне всё покажешь!
— Тебе что, жалко, что ли? Я же только из душа тебя вытащил, имей совесть!
Бай Цюаньцю: «……»
Он прижал ладонь к сокрушенно вздымающемуся лбу, втайне каясь: и зачем только он согласился на условия этого алкоголика?
И в кого этот избалованный молодой господин уродился таким упрямым? Даже будучи пьяным до беспамятства, он умудрялся торговаться и ни за что не желал оставаться в проигрыше.
Точнее сказать, он только нагнал аппетиты.
Когда Бай Цюаньцю пытался выведать у него адрес, этот вымогатель пошел на таран и наотрез отказался говорить, пока не получит священное обещание лицезреть ключицы.
Бай Цзюаньцюя это одновременно и злило, и забавляло. Взывать к голосу разума пьяного человека было бесполезно, поэтому, решив сначала просто утихомирить его, он пошел на уступку.
Кто же знал, что этот хмельной клещ намертво вцепится в его слова? Всю дорогу он преданно гипнотизировал экран, с завидной регулярностью выдавая убойные перлы.
Ладно бы просто говорил.
Проблема заключалась в том, что Бай Цюаньцю собирался впопыхах. Опасаясь, что телефон сдохнет посреди дороги, он арендовал в круглосуточном магазинчике внизу пауэрбанк, а вот наушники взять позабыл.
Боясь пропустить хоть каплю важной информации, он оставил звук на громкой связи. Так что капризный голос Жэнь-шао отчетливо и сочно разносился по всему салону такси.
И пускай помыслы парня на самом деле были девственно чисты, со стороны это звучало как анонс хардкорного фильма для взрослых.
Бай Цюаньцю мысленно перекрестился, что едет в такси, а не в набитом вагоне метро. Хотя и здесь его репутация трещала по швам, пусть и в масштабах одного отдельно взятого свидетеля.
Он поднял глаза — и точно: водитель через зеркало заднего вида украдкой разглядывал его с плохо скрываемым презрением. Заметив на себе ответный взгляд, шофер тут же отвернулся и с подчеркнуто праведным видом уставился на дорогу, демонстрируя чудеса профессиональной этики.
Бай Цюаньцю: «……»
Бог весть, какую драму нафантазировал себе этот извозчик, но можно было не сомневаться — целомудрием там и не пахло.
Впрочем, плевать. Сейчас первостепенной задачей было удержать на привязи маленького пьянчугу.
Бай Цюаньцю убавил громкость на телефоне, поднес микрофон поближе к губам и с ангельским терпением принялся ворковать в камеру:
— Стой смирно и никуда не уходи. Вот приеду и всё тебе покажу… Честное слово, я не обманываю.
— Ага. Кто обманет — тот хрюшка.
При этих словах у таксиста, усиленно изображавшего памятник дорожной бдительности, предательски дернулся уголок глаза. Ох уж эта нынешняя молодежь!..
После восьми вечера въезд транспорта в Шисаньфан жестко перекрывали, так что таксисту пришлось высадить пассажира на перекрестке, и дальше Бай Цюаньцю припустил трусцой.
К счастью, ориентиры были четкими, и он без труда отыскал служебный вход бара по адресу, который ему скинул Жэнь Синлю.
— Синлю! — позвал Бай Цюаньцю.
У стены в тени шевельнулся силуэт. Парень приподнял руку и вяло махнул:
— Тётушка, я здесь.
Жэнь Синлю уже приготовился сделать шаг навстречу, но голова соображала туго, да и от долгого стояния на одном месте ноги затекли. Стоило ему дернуться, как он потерял равновесие и рыбкой полетел прямиком на асфальт:
— Ой-ёй…
— Осторожно! — Бай Цюаньцю коршуном метнулся вперед и успел подхватить бедолагу подмышки, спасая его физиономию от близкого знакомства с землей.
Пользуясь случаем, Жэнь Синлю мертвой хваткой вцепился в его плечи и буквально повис на нем всем телом. Мало того, он, словно соскучившийся щенок, принялся тереться носом о его шею, шумно и восхищенно втягивая воздух:
— Тётушка, как от тебя вкусно пахнет!
Бай Цюаньцю: «……!»
Пьяный молодой господин Жэнь стирал любые границы приличия с пугающей скоростью.
— Что это за гель для душа? — допытывался Жэнь Синлю. — …Я тоже такой хочу. Чтобы пахнуть точь-в-точь как ты.
Бай Цюаньцю: «……»
Оу. Оказывается, испорченным здесь был только я сам.
— В следующий раз подарю тебе флакон, — утихомиривал его Бай Цюаньцю, одновременно пытаясь отлепить парня от себя. — А теперь встань ровно, пожалуйста.
Дело было вовсе не в том, что ему претило это объятие. Просто со стороны их поза выглядела, мягко говоря, двусмысленно. И пускай переулок считался глухим, случайные прохожие здесь всё же курсировали. Вот и сейчас парочка парней не сводила с них любопытных глаз.
Но главное — Жэнь Синлю елозил по нему совершенно хаотично. Его теплый нос то и дело утыкался в кожу, обдавая шею легким алкогольным шлейфом, отчего внутри у Бай Цюаньцюя разгоралось какое-то странное, глухое раздражение. Это не вызывало отвращения, но в груди словно вспыхнул неведомый пожар, который было нечем затушить.
Кое-как заставив пьянчугу принять вертикальное положение, Бай Цюаньцю на всякий случай продолжал аккуратно придерживать его за талию, страхуя от повторного пике.
Он уже развернул его, намереваясь увести прочь, как вдруг со стороны дверей раздался громоподобный рев:
— Ты ещё кто такой?! Что ты задумал сделать с Син-бао?!
Дин Ши успел опрокинуть еще пару стопок. Те прихлебатели, на которых повесили счет, уже начали косить под мертвецки пьяных и ныть, что в них больше не лезет. Наблюдать за этим цирком Дин Ши наскучило, он решил разыскать друга и только тогда обнаружил, что Жэнь Синлю след простыл.
Поскольку барную улицу он знал как свои пять пальцев, служебный выход он нашел без труда. Но стоило ему переступить порог, как перед его взором предстала жуткая картина: какой-то здоровяк уводит обмякшего Жэнь Синлю, который даже на ногах толком не держался.
Это что еще за новости?!
Контингент в таких местах обретался самый разношерстный, и Дин Ши прекрасно знал, что по углам шныряют стервятники, выискивающие пьяных в стельку мажоров ради легкой наживы.
Но чтобы кто-то набрался наглости покуситься на самого Жэнь Синлю?!
Этот смертник вообще в курсе, чья это территория?!
Дин Ши мгновенно вскипел. Игнорируя тот факт, что земля под ногами ощутимо покачивалась, он коршуном бросился в атаку и без лишних слов замахнулся для сокрушительного удара.
И его кулак намертво перехватили.
Вот только остановил его вовсе не тот подозрительный незнакомец, а… его собственный бро.
Дин Ши: «?????!»
Бай Цюаньцю тоже удивленно скосил глаза на парня, который практически спал на его плече. Этот алкоголик только что лыка не вязал, откуда в руках такая прыть и точность движений?
Жэнь Синлю действительно был пьян, но не до конца — скорее, тело сковала приятная слабость, а алкогольные пары подначивали немного покапризничать. Всё ведь шло так замечательно, какого черта принесло этого спасателя?
Он приподнял голову, недовольно прищурился на нарушителя спокойствия и процедил:
— Ты чего творишь? Спелся с кем-то, что ли, раз с порога с кулаками лезешь?
Дин Ши знатно опешил.
Ему дико хотелось спросить: «Слышь, раз ты в сознании, какого хрена ты висишь на мужике как тряпичная кукла?!»
И вообще, его бро что, втихаря записался на секцию единоборств? Этот перехват кулака выглядел до того четко и профессионально, словно сцена из боевика.
Однако взгляд Жэнь Синлю сейчас не предвещал ничего хорошего, и врожденный инстинкт самосохранения заставил Дин Ши проглотить все назревшие вопросы.
Он виновато покосился на статного незнакомца и пробормотал:
— Я думал, к тебе бандюган какой-то прикопался…
Жэнь Синлю нахмурился:
— Качественный бандюган, ага…
В этот момент Бай Цюаньцю вежливо кивнул Дин Ши и с абсолютным самообладанием представился:
— Добрый вечер. Я парень Жэнь Синлю.
В затуманенном мозгу Жэнь Синлю мгновенно щелкнул тумблер. Своевременная подсказка вернула его в реальность, он тут же согласно закивал и с самым суровым видом подтвердил:
— Именно. Это моя половинка… — Видимо, для пущей убедительности он выдержал театральную паузу и добавил: — И почему ты до сих пор не подполз с приветствием к невестке?
— …… — Бай Цюаньцю медленно перевел на него взгляд, но возражать не стал.
Дин Ши замер, переводя ошарашенный взор с Жэнь Синлю на Бай Цюаньцюя и обратно. Выражение его лица в этот момент было неописуемым. Спустя добрых полминуты он с великим трудом выдавил:
— Так вот ты какая… невестка…
Если говорить начистоту, Бай Цюаньцю действительно оказался писаным красавцем, прямо как в слухах. Вот только Дин Ши до сегодняшнего дня понятия не имел, что «невестка» будет на полголовы выше его кореша.
Жэнь Синлю с каждым разом выбирает игры всё экстремальнее и экстремальнее.
Между тем Бай Цюаньцю смерил Дин Ши оценивающим взглядом и спросил:
— Ты близкий друг Синлю?
— Так точно! — Дин Ши мгновенно выпятил грудь колесом.
Перед ним стоял первый официальный партнер Жэнь Синлю, которого тот признал во всеуслышание. Дин Ши, как верный бро, считал своим святым долгом продемонстрировать лицо их компании.
А заодно — слегка приструнить наглеца, чтобы тот четко осознавал, какого уровня люди окружают Жэнь-шао, поумерил амбиции и не строил иллюзий о легкой жизни за чужой счет…
С этими мыслями Дин Ши задрал подбородок и гордо провозгласил:
— Я лучший друг Син-бао, мы с пеленок вместе…
Договорить ему не дали. Бай Цюаньцю бесцеремонно оборвал его на полуслове:
— Раз так, почему ты совершенно не заботишься о его благополучии?
Дин Ши: — …Чего?
Бай Цюаньцю напрочь проигнорировал его сценарий. Вместо ожидаемого трепета и заискивания его лицо подернулось ледяной дымкой. Голос не был грозным, но каждое слово вбивалось в душу Дин Ши подобно кувалде:
— У Синлю только-только зажила сломанная рука, а ты тащишь его заливать зенки алкоголем. Ты вообще о его здоровье думал?
Дин Ши открыл было рот:
— Да я…
— Он набрался до беспамятства, а ты даже не соизволил присмотреть за ним. Бросил его одного на улице черт знает на сколько времени. А если бы на него напали?
Дин Ши сжался:
— Ну…
— Даже если бы обошлось без криминала, он мог банально споткнуться, упасть и расшибиться. Это, по-твоему, безопасно?
Под занавес этой экзекуции совесть Дин Ши окончательно дала трещину, и он жалобно заскулил:
— Я виноват. Был неправ.
Видя, что парень искренне раскаивается, Бай Цюаньцю сменил гнев на милость и сухо обронил:
— Ладно. Надеюсь, подобный фарс больше не повторится.
На самом деле у него не было ни малейшего желания читать нотации пьяным людям. Просто Дин Ши так картинно выставлял напоказ свою близость с Жэнь Синлю, что это почему-то укололо глаза, вот он и решил немного осадить крикуна.
Впрочем, этот паренек оказался на редкость хлипким. Видимо, далеко не все золотые мальчики обладают такой железобетонной волей и азартом, как Жэнь Синлю.
Бай Цюаньцю перехватил Жэнь Синлю поудобнее:
— Если вопросов больше нет, мы поехали.
— По-подожди секунду… — спохватился Дин Ши, преданно глядя на друга. — Син-бао, ты реально укатишь с ним?
Они же, блин, вместе сюда приехали!
— Ага, — Жэнь Синлю захлопал ресницами.
Сознание окончательно уплывало, но остатки пацанской чести твердили, что бросать товарища на произвол судьбы — не по-христиански. Поразмыслив над дилеммой около минуты, он решил внести ясность:
— Э-это… Короче, Цюаньцю обещал мне кое-что показать…
Дин Ши тут же насупился. Они с пеленок вместе, что там за секреты, которые нельзя посмотреть втроем?!
Он отважно заявил протест:
— Я тоже хочу посмотреть!
Жэнь Синлю на голубом глазу продолжил:
— Это штука на теле Цюаньцю. Надо поехать к нему домой, снять одежду и только тогда смотреть…
Дин Ши: — Кхм-кхм-кхм-кхм!!
Да почему ты делаешь такие паузы в предложениях?!
И вообще, о таких интимных подробностях ему знать совершенно необязательно! Он этого слышать не хотел!
Бай Цюаньцю тоже не удержался и в который раз медленно повернул голову к Жэнь Синлю…
У этого мажора что, какой-то уникальный пьяный бафф? Почему любые, даже самые невинные вещи в его исполнении звучат как синопсис к порнофильму?
Глядя, как лицо Дин Ши стремительно бледнеет, затем наливается пунцовым цветом и в финале приобретает отчетливо зеленый оттенок, парень наконец заикаясь выдавил:
— Я… я имел в виду, что пойду… телик посмотрю. Ага. Вы катитесь, на меня вообще не оглядывайтесь, живой я там или помру — плевать…
Бай Цюаньцю: «……»
Ладно, проехали. Объяснять что-то бесполезно. Так даже проще.
Он уже развернулся, чтобы уйти, но, поразмыслив секунду, снова обернулся к Дин Ши:
— Ты сам-то как планируешь добираться?
От парня разило спиртным за версту, судя по всему, принял он знатно. Стоит хмелю ударить в голову чуть сильнее, и бог весть, что он выкинет. Как-никак, это друг Жэнь Синлю, бросать его в таком состоянии было бы свинством.
Дин Ши не ожидал от сурового незнакомца такой заботы, на секунду завис и промямлил:
— Вы-вызову «трезвого водителя»…
— Одному ехать в таком состоянии небезопасно, — Бай Цюаньцю покачал головой и протянул ладонь: — Дай сюда телефон.
Его тон был настолько будничным и непререкаемым, а голова Дин Ши соображала так туго, что он без лишних раздумий послушно вложил трубку в чужую руку.
Бай Цюаньцю пролистал контакты, нашел нужный номер и без колебаний нажал вызов:
— Добрый вечер… Да, он пьян. Если вам не трудно, отправьте за ним машину к Шисаньфан…
В пару фраз он четко обрисовал локацию и вернул мобильник владельцу:
— Посиди здесь немного, за тобой сейчас приедут.
Дин Ши на автомате закивал:
— Ога, ога, пасиб.
Бай Цюаньцю не стал тратить время на лишние слова, подхватил Жэнь Синлю и зашагал прочь.
Дин Ши уныло смотрел им в след. Из темноты до него еще доносился затухающий голос друга:
— Тётушка, а обязательно ехать домой, чтобы посмотреть? По-моему, можно прямо на ходу, я просто прильну поближе и тайком гляну…
Дин Ши аж передернуло.
Надо же, а когда трезвый был, всё твердил про целомудрие и чистую любовь! Стоило залить зенки, и вся подлая натура наружу вылезла! Прямо посреди улицы такие вещи заявлять! Срамота!
Впрочем, этот Бай Цюаньцю оказался вполне приличным мужиком. Заботливый, внимательный, делает всё четко…
Не успел он закончить мысль, как из динамика зажатого в руке телефона раздался до боли знакомый голос:
— Алло! Ты еще там?
Оказывается, Бай Цюаньцю даже не подумал нажать отбой.
Дин Ши, не глядя на экран, поднес трубку к уху:
— Да, я тут…
И тут же оглох от яростного отцовского рева:
— Ах ты щегол паршивый! Опять лакаешь?! Докатился, что чужие люди звонят и просят тебя забрать?!
Дин Ши: «！！！！»
Этот гад набрал его отцу!
Неужели этот святоша не знает главного правила золотой молодежи — гулять так, чтобы предки не пронюхали?!
Какое же коварное, порочное чудовище этот ваш Бай Цюаньцю!
http://bllate.org/book/17604/1642251
Masyumba (читатель/заложение основ)
27 июня 2026 в 20:48
5
