Когда ассистент ушёл, Ду Фэн лениво пнул Су Фэнчжоу, который в этот момент увлечённо почёсывал пятку.
— Эй, и что ты планируешь делать?
— А можно мне не сниматься? — с несчастным видом протянул Фэнчжоу.
— Можно, — Ду Фэн согласно кивнул. — Сколько у тебя на карте осталось?
Су Фэнчжоу задумался. Он — актёр восемнадцатого эшелона: ни рекламных контрактов, ни участия в шоу, а самая крупная роль до этого — персонаж третьего плана. Денег, по совести говоря, он почти не заработал.
— Ну… пятизначная сумма наберётся, — смущённо пробормотал он.
— Девяносто тысяч? — уточнил Ду Фэн.
Фэнчжоу покачал головой:
— Десять.
Ду Фэн вытащил телефон, пару раз ткнул в экран и задумчиво произнес:
— Неустойка, в принципе, небольшая.
— И сколько же?
Ду Фэн протянул ему мобильный:
— Пятьсот тысяч. Если продашь обе почки, как раз должно хватить.
Су Фэнчжоу вздрогнул.
— Знаешь что… пожалуй, я лучше принесу свою жизнь в жертву искусству, — пролепетал он после недолгих колебаний.
— М-м?
Фэнчжоу понуро опустил голову и растекся по дивану, точно медуза.
— По крайней мере, останусь при полном комплекте. Все запчасти будут на месте.
Ночью Су Фэнчжоу долго ворочался, не в силах сомкнуть глаз, а под утро его накрыли кошмары. Он то и дело рефлекторно сжимался от ужаса. На душе было паршиво: состояние напоминало затяжной запор — ни туда, ни сюда, всё застряло где-то посередине.
Утром под глазами залегли такие тени, что поставь его рядом с пандой — за своего примут.
— Брат Чжоу, ты что, всю ночь чужие сады грабил? — подколол его реквизитор.
— Нет, — с каменным лицом отозвался Су Фэнчжоу. — Свой сад охранял. Едва не обнесли.
Пришёл ассистент, чтобы поторопить актёра, и, увидев его физиономию, так и замер:
— Брат, ты чего? Всего одну ночь не виделись, а ты уже из людей в национальное достояние переквалифицировался.
Су Фэнчжоу театрально сдул челку со лба.
— Я решил внедриться в королевство панд под прикрытием.
Ассистент прыснул и долго не мог успокоиться.
— Ладно, брат, давай на грим. Режиссёр Лю уже на стену лезет.
— Понял. К самопожертвованию готов.
Как только ушёл гримёр, в комнату вихрем влетел Ду Фэн. Он с победным стуком поставил стакан воды на столик и просиял:
— Ты спасён!
— В смысле? — Фэнчжоу поднял взгляд.
— Лю нашёл дублёра для постельной сцены. Тебе не придётся самому отдуваться. Ну что, рад?
В душе у Су Фэнчжоу всё запело, но внешне он сохранил невозмутимость.
— И какой же подонок посмел помешать моему великому подвигу во имя искусства?
В этот момент дверь снова распахнулась, и на пороге показался тот самый «подонок».
— Я, — раздался низкий, ровный голос.
Су Фэнчжоу даже не обернулся. Он смотрел на отражение Чэн Сю в зеркале, и его взгляд невольно соскользнул с глаз мужчины на его губы. Засмотревшись, актёр неосознанно облизал свои.
После того злополучного поцелуя Су Фэнчжоу при виде Чэн Сю как-то… сдал позиции. В психологическом плане, разумеется. Раньше он на каждое слово отвечал дерзостью, а теперь ощутимо робел.
Сам он называл это «постпоцелуйным синдромом».
В периоды обострения при виде Чэн Сю у него потели ладони, постукивали зубы и нещадно хотелось пить — клиническая картина подозрительно напоминала симптомы бешенства.
Во рту пересохло. Он машинально схватил стакан со стола и уже поднёс его к губам, когда Чэн Сю, подойдя ближе, заметил:
— Крышку сначала открой.
Су Фэнчжоу опустил взгляд — и точно, забыл отвинтить. Неловко улыбнувшись, он потянулся к крышке, но стакан внезапно сменил владельца.
— О, спасибо, что открыл для меня, — пробормотал Фэнчжоу.
Чэн Сю с лёгким усилием провернул крышку, и когда Су Фэнчжоу уже протянул руку, чтобы забрать воду, губы мужчины тронула едва заметная усмешка.
— Кто сказал, что это тебе? Я сам пить хочу.
В обычное время Фэнчжоу обязательно бы огрызнулся: «Чтоб ты подавился!» Но сейчас былой запал куда-то испарился.
— Пей-пей, на здоровье, — он лишь развёл руками. — Если не хватит, Ду Фэн ещё принесёт.
От такого ответа опешил не только Чэн Сю, но и сам Ду Фэн. Менеджер стоял с абсолютно потерянным видом, гадая, не пропустил ли он какое-то судьбоносное событие. Всего несколько дней — и такая поразительная перемена в отношении?
Чэн Сю тоже засомневался. Сердце кольнуло тревогой; он непроизвольно коснулся лба Су Фэнчжоу тыльной стороной ладони:
— У тебя жар?
— Да нет, — Фэнчжоу отстранился.
— А почему тогда бредишь?
—…Бля, — выдохнул Су Фэнчжоу.
Поскольку постельную сцену снимали с дублёром, у Фэнчжоу образовалось полчаса свободного времени. Говорить с Чэн Сю ему не хотелось, видеть его — тем более, поэтому он, прихватив телефон, потихоньку проскользнул в комнату отдыха.
Едва он закончил катку в «Honor of Kings», в комнату кто-то вошёл. Су Фэнчжоу, не поднимая головы от экрана, бросил:
— Дай воды, будь другом.
Вместо ответа перед ним возникла бутылка. Фэнчжоу мельком глянул на руку, державшую воду: дорогие часы лимитированной серии, идеально отполированный циферблат сверкал в лучах света.
Он замер на мгновение, а затем медленно поднял голову. Солнечный свет заливал комнату сквозь панорамное окно, делая фигуру стоящего мужчины ещё внушительнее. Чэн Сю стоял неестественно прямо, на его шее едва заметно пульсировала жилка, а в глубине тёмных глаз читалось что-то необъяснимое.
— Ты что здесь забыл? — спросил Фэнчжоу, встречая его взгляд.
Чэн Сю снова качнул бутылкой в его сторону и ледяным тоном произнес:
— Ты меня избегаешь.
Это был не вопрос, а констатация факта.
Су Фэнчжоу замялся, не зная, брать воду или нет.
— И вовсе нет.
— Тогда что ты тут делаешь? — Чэн Сю буквально швырнул бутылку ему в руки.
Фэнчжоу качнул телефоном:
— В игрушки играю.
— Снаружи нельзя было?
— Э-э… ну, там солнце слепит, не люблю.
Он перевёл взгляд за спину Чэн Сю, собираясь добавить: «А здесь тени больше», но тут же осёкся. Здесь свет был едва ли не ярче, чем в павильоне.
Ложь рассыпалась в прах самым бессовестным образом.
Лицо Су Фэнчжоу в этот момент описать было трудно — оно просто «поплыло».
Чэн Сю холодно усмехнулся:
— Так и скажи, что видеть меня не хочешь. К чему эти прятки?
Постоянные допросы вывели Фэнчжоу из себя. Его вспыльчивый нрав взял верх; он резко вскочил, и в голосе зазвенела сталь:
— Чэн Сю, ты угомонишься когда-нибудь? Думаешь, у меня терпение резиновое? Я ещё с тобой за тот поцелуй без спроса не расплатился!
Чэн Сю перехватил его за запястье и рванул на себя.
— И как же ты собираешься рассчитываться? — вкрадчиво, с явной угрозой в голосе спросил он.
В порыве гнева люди часто совершают безрассудные поступки. Су Фэнчжоу был как раз в таком состоянии. Ярость затопила разум; он сделал решительный шаг вперёд, оказываясь почти вплотную к лицу Чэн Сю, и с вызовом задрал подбородок:
— А вот так: долг платежом красен!
С этими словами он вцепился в воротник Чэн Сю и, не раздумывая, прильнул к его губам. В голове билась одна-единственная мысль: «Ну всё, придурок, сейчас я из тебя всю душу выкушу».
Слово «выкушу» здесь было самым точным.
Фэнчжоу не щадил соперника и отстранился только тогда, когда почувствовал металлический привкус крови. Облизнув губы, он дерзко вскинул брови:
— Один-один. Мы в расчёте.
Чэн Сю коснулся пальцами уголка рта — на тыльной стороне ладони остались красные пятна. Он резко обхватил Су Фэнчжоу за затылок и, придавив его своим весом, прошептал прямо в губы:
— Мечтать не вредно.
Когда Су Фэнчжоу вышел к съёмочной группе, его тут же окружили. Все наперебой спрашивали:
— Мы ещё снимать не начали, а ты уже раненый? Откуда боевые шрамы?
Су Фэнчжоу беззаботно рассмеялся:
— Да это я просто в роль вживаюсь, готовлюсь к следующей сцене.
Следующей по плану была совместная сцена с главной героиней. После ночи, проведённой в одной постели, герой Су Фэнчжоу должен был разозлить девушку.
По сценарию героиня в порыве чувств кусает его прямо во время снегопада.
Что ж, актрисе даже не пришлось стараться — нужный эффект был достигнут заранее.
Присутствующие понимающе переглянулись и заулыбались с видом «врешь ты всё, парень, ну да ладно». Никто не стал выводить его на чистую воду — в шоу-бизнесе умение держать язык за зубами ценится превыше всего.
Су Фэнчжоу отыграл блестяще, идеально передав все нюансы эмоций. Режиссёр Лю похвалил его перед всей группой. Ду Фэн подскочил к нему с полотенцем и, легонько толкнув локтем в бок, прошептал:
— У меня для тебя сюрприз.
— Надеюсь, приятный, а не очередной повод для инфаркта, — отозвался Фэнчжоу, вытирая мокрые волосы.
Ду Фэн загадочно улыбнулся и кивнул в сторону входа:
— Глянь туда.
Су Фэнчжоу обернулся. У дверей стояли две девушки. Каждая прижимала к груди по букету цветов; их лица раскраснелись от холода, но улыбки были ярче любого солнца.
— Это кто? — не понял актёр.
— Твои фанаты, — гордо ответил Ду Фэн.
За все три года с момента дебюта к Су Фэнчжоу впервые приехали фанаты на съёмки. Степень его потрясения трудно было передать словами. Он бросил полотенце Ду Фэну и быстро скомандовал:
— Организуй две чашки горячего чая с молоком и какие-нибудь десерты.
— Уже всё готово, — улыбнулся менеджер. — Эти девчонки ждали тебя два часа. Иди скорее, пообщайся.
Кумир для фаната — это символ веры, источник вдохновения, тот самый луч света на пути к мечте.
Когда-то и у Су Фэнчжоу был свой ориентир, и он никак не ожидал, что однажды сам станет таким «лучом» для кого-то другого. Накинув пуховик прямо поверх сценического костюма, он размашисто зашагал к ним.
Девушки, для которых это был первый опыт общения со звездой, поначалу растерялись. Увидев кумира так близко, они густо покраснели:
— А можно… можно с вами сфотографироваться?
— Конечно! — улыбнулся Су Фэнчжоу. — Можем сделать столько снимков, сколько захотите.
Обычно кумиры кажутся далёкими звёздами на небосклоне, но их герой оказался простым и открытым, словно старший брат из соседнего двора — на любую просьбу он откликался с искренней готовностью.
Девушки были тронуты до глубины души; в их глазах светилось чистое, неподдельное счастье.
Когда пришло время прощаться, Су Фэнчжоу попросил Ду Фэна вызвать им машину, сам оплатил поездку и строго наказал водителю доставить их в целости и сохранности.
Сначала он думал, что это лишь приятный эпизод, маленькая радость, которая будет подпитывать его в тяжёлые съёмочные будни. Он и не подозревал, что этот день станет поворотным моментом в его жизни.
Через несколько дней официально открылась его Группа поддержки Синчжоу. Председателем стала одна из тех девушек, что приезжали на площадку. Фанаты выбрали себе общее имя — «Маленькие звёздочки».
Смысл был прост: «Пусть наш Брат сияет так же ярко, как небесные светила».
А те самые фотографии с кумиром мгновенно разлетелись по Вэйбо.
Ду Фэн, листая ленту новостей, весело спросил:
— Знаешь, сколько у тебя теперь подписчиков?
В этот момент Су Фэнчжоу усердно тренировал стойку на руках у стены. Кровь прилила к лицу, и он пропыхтел:
— И сколько же?
Ду Фэн подставил ноутбук прямо к его физиономии:
— Смотри сам.
Фэнчжоу покосился на экран, и удивлённо приподнял брови:
— Ты издеваешься надо мной, что ли?
Ду Фэн хлопнул себя по лбу:
— Виноват, забыл, что у тебя голова на триста шестьдесят градусов не вращается.
Су Фэнчжоу наградил его красноречивым взглядом.
— Уже сто тысяч, — объявил Ду Фэн.
— Сколько?! — Фэнчжоу округлил глаза.
— Сто тысяч.
Бам!
Су Фэнчжоу, не удержавшись, рухнул на пол. Потирая ушибленный зад, он выхватил ноутбук и впился взглядом в монитор:
— Охренеть… и правда!
Ду Фэн похлопал его по плечу:
— Завтра Новый год. Как отмечать планируешь?
Су Фэнчжоу, всё ещё пребывая в эйфории от нежданной популярности, бросил не глядя:
— Да как обычно. Что я, праздников не видел?
Ду Фэн понимающе кивнул, очевидно, вкладывая в это «как обычно» какой-то свой смысл, и тут же принялся за дело.
На следующий день, когда съёмки закончились, Су Фэнчжоу обнаружил в мессенджере сообщение от менеджера:
[Диван не железный, полегче там. Да, и не забудь задернуть шторы.]
Следом прилетело второе:
[Завтра снова съёмки, так что без фанатизма. Чисто символически.]
Су Фэнчжоу уставился на эти странные послания, ничего не понимая. Зевая на ходу, он толкнул дверь своего номера.
http://bllate.org/book/17526/1695279
Готово:
