В Цзиньлань-чжоу путники задерживаться не стали. Битва в Хуфэн-дун и так отняла слишком много времени, поэтому уже на следующее утро они, не переводя дух, устремились к границам Чжибу.
Путь на юг занял около восьми дней, прежде чем перед ними раскинулись земли Чжибу. Этот край, прикорнувший у самой воды под сенью гор, встретил их влажной жарой и непривычными нравами. Местный колорит во многом напоминал Ваньлин, но все же неуловимо отличался: люди здесь носили яркие одежды диковинного кроя, а их украшения звенели на каждом шагу, привлекая внимание. Когда Янь Хуайлин и Цзан Е, одетые по северной моде, въехали в город, прохожие то и дело замирали, провожая чужеземцев любопытными взглядами.
Чжибу славился своими круглыми бамбуковыми домами и обилием влаги — и действительно, едва герои успели добраться до города, как небеса разверзлись проливным дождем.
Отыскав приличный постоялый двор, они поднялись в комнату и устроились на плетеных стульях, наблюдая сквозь открытое окно за буйством стихии. На самом юге Чжибу лежал их путь — остров Лудао. Решено было переждать основной ливень и выдвигаться в путь.
Цзан Е, вглядываясь в серое, затянутое тучами небо, внезапно поднялся.
— У господина есть дела? — Янь Хуайлин с сомнением посмотрел на стену дождя.
— Здесь слишком влажно, — ровным голосом отозвался Цзан Е. — У меня заканчивается масло для мечей. Нужно пройтись по лавкам и пополнить запасы.
Янь азартно блеснул глазами:
— Для клинков Дракона и Феникса?
— Именно.
— А я-то гадал, — без тени смущения протянул Хуайлин, — что за дивный аромат исходит от господина. Теперь ясно: это все оружейное масло.
Цзан Е замер, явно не ожидая подобного замечания.
— Аромат?
Осознав, что сболтнул лишнего, Янь Хуайлин неловко рассмеялся и поспешил пойти на попятную:
— Э-э... должно быть, мне почудилось.
Он побоялся признаться, что едва сдерживается, чтобы не прильнуть к Цзан Е, впитывая его запах — иначе тот наверняка снова обвинил бы его в бесстыдстве. Заметив замешательство на лице спутника, Цзан Е лишь устало качнул головой, списав это на очередную легкомысленную выходку.
— Не возражаете, если я составлю компанию? — Янь Хуайлин пристроился рядом, не желая упускать ни минуты наедине.
Цзан Е искренне удивился. Обычно этот пройдоха не упускал возможности пофлиртовать с местными девицами, а тут вдруг вызвался помогать в делах.
— Ты уверен?
— Вполне, — Янь широко улыбнулся.
Цзан Е внимательно изучил его лицо, не нашел там подвоха и кивнул:
— Что ж, идем.
Они одолжили на постоялом дворе зонты и вышли на залитую дождем улицу. Поначалу Янь Хуайлин держался на приличном расстоянии — шагах в трех. Однако из-за узких улочек и размеров зонтов идти бок о бок было неудобно. Миновав пару кварталов, Цзан Е внезапно почувствовал, что кто-то бесцеремонно втиснулся в его личное пространство.
Янь Хуайлин, сложив свой зонт, юркнул под защиту его купола. Плечи их тут же соприкоснулись.
— Что ты творишь? — вздохнул Цзан Е.
— Нынче так зябко и тоскливо, — Янь Хуайлин нацепил на лицо самую невинную из своих улыбок. — Я совсем замерз, господин. Позвольте мне немного отогреться подле вас.
Цзан Е лишь молча терпел присутствие этого наглеца, который так и не пожелал уйти.
Они обошли несколько улиц в поисках кузницы или оружейной лавки, но поначалу удача им не улыбалась. Ливень тем временем усиливался, и старый зонт едва справлялся с потоками воды. Янь Хуайлин, который только что притворялся, теперь и впрямь продрог: левое плечо насквозь вымокло. Он непроизвольно съежился, обхватив себя руками, и втайне молился богам, чтобы лавка показалась за углом.
Внезапно он почувствовал крепкую хватку на плече — Цзан Е уверенным движением притянул его к себе, укрывая от дождя.
Янь Хуайлин замер, а затем поднял голову. Цзан Е все с тем же бесстрастным видом смотрел на дорогу, но его рука надежно обнимала спутника, прижимая к теплому боку. Ощутив эту заботу, Янь не выдержал — довольно и по-весеннему ярко улыбнулся.
Цзан Е искоса взглянул на него:
— Что такое?
— Ничего, — Янь Хуайлин так и лучился счастьем. — Просто мне очень хорошо.
— Как дитя малое, — пробормотал Цзан Е, не в силах сдержать ответной, почти незаметной усмешки.
Наконец они заприметили кузницу. Цзан Е вошел внутрь и спросил у хозяина масло с пика Лу. Услышав название, мастер удивленно вскинул брови:
— Господа прибыли из Ваньлин?
Спутники переглянулись.
— Верно, — подтвердил Цзан Е.
— Боюсь, подходящего товара у меня не найдется, — огорченно развел руками кузнец. Заметив четыре меча на поясе гостя, он добавил: — Но если господину нужно масло, могу предложить наше, местное — на основе листьев. Не знаю только, сгодится ли...
Цзан Е согласился взглянуть, и кузнец с готовностью вынес небольшой сосуд. Обнажив клинок Дракона, он принялся внимательно изучать состав. Янь Хуайлин завороженно наблюдал: он еще никогда не видел, чтобы этот человек смотрел на что-либо с таким благоговением.
— О, какой великолепный меч! — ахнул кузнец, завидев безупречную сталь, отливающую призрачно-голубым светом, характерным для клинков Цзюньту. — Господин явно ценит свое оружие превыше жизни.
Достав чистую ветошь, Цзан Е капнул на нее немного масла и принялся методично обрабатывать клинок. Янь Хуайлин, хоть и видел это раньше на постоялых дворах, только сейчас понял, сколько тонкостей кроется в этом процессе. В школе Тайянь мечи были не в почете, и сам Янь никогда не уделял им внимания, предпочитая иные виды оружия.
Завершив осмотр, Цзан Е купил несколько флаконов про запас. Кузнец, рассыпаясь в похвалах прозорливости гостя, уже собрался прощаться, но в последний момент помедлил:
— Господа ведь здесь проездом? Осматриваете красоты?
— Именно так, — отозвался Янь Хуайлин, легко соскользнув на привычную ложь. — Мы слышали, что виды на острове Лудао весьма живописны. Не подскажете, на что там стоит взглянуть?
Услышав про Лудао, мастер резко переменился в лице. Он мгновенно перестал улыбаться.
— Лудао? Вы собираетесь туда отправиться?
— Да, — лаконично подтвердил Цзан Е.
— Помилуйте, господа, нельзя туда соваться! — запричитал кузнец. — Не ищите смерти на этом проклятом острове!
— Смерти? — Янь Хуайлин с интересом прищурился. — Отчего же?
— Юг Чжибу — гиблое место! Горы там источают яд, а вода вокруг разъедает плоть. Обычный путник, коли попадет туда, живым не воротится.
— «Ядовитые воды и горы снадобий»? — усмехнулся Янь. — Расскажите подробнее.
— Воды вокруг Лудао коварны: стоит коснуться их — и кожа слезет до костей. Никто не смеет приближаться к берегу. В лесах рыщут диковинные звери, жаждущие крови, а на самих пиках живут дикари. Коли попадетесь им в лапы — пиши пропало.
Янь Хуайлин весело хмыкнул:
— Уважаемый, а на кого мы, по-вашему, похожи?
— Сударь, мне не до шуток, — взмолился мастер. — Жизнь человеческая хрупка, и я бы не стал попусту пугать почтенных господ.
— Благодарим за предостережение, — Янь Хуайлин сохранял беззаботный вид, — но нам в любом случае придется там побывать.
— Не тревожьтесь, — серьезно добавил Цзан Е. — Мы знаем, что делаем.
Подавленный спокойствием этого величественного воина, кузнец лишь тяжело вздохнул:
— В таком случае... берегите себя, господа.
— Спасибо.
Они вышли на улицу. Дождь почти стих. Янь Хуайлин уже по привычке потянулся под зонт Цзан Е, но тот вдруг спросил:
— Что, опять замерз?
Янь картинно чихнул и, приняв отсутствующий вид, посмотрел на спутника:
— А? Господин, вы что-то сказали?
Цзан Е, не проронив ни слова, раскрыл зонт и зашагал вперед, явно раздосадованный этой игрой.
— Эй, господин! Подождите! — Янь Хуайлин поспешил за ним, с довольным видом притираясь плечом. — Знаете, в следующий раз стоит взять зонт поменьше, чтобы нам было удобнее идти в ногу.
Цзан Е промолчал. У него не осталось сил взывать к разуму этого наглеца.
Когда они вернулись на постоялый двор, небо прояснилось. Передохнув, путники немедля отправились в путь и к вечеру достигли переправы.
Берег был пустынен, ни одного туриста вокруг. Старый лодочник, узнав цель их поездки, отреагировал точно так же, как кузнец: долго уговаривал повернуть назад, а когда понял, что те непоколебимы, обреченно умолк.
Высадив их на острове, старик посмотрел на них с такой скорбью, будто провожал в последний путь неприкаянные души.
Проводив взглядом лодку, Янь Хуайлин и Цзан Е повернулись к лесу. Им и самим стало любопытно, что же так пугает местных жителей.
Лес подступал к самой воде, окутывая все вокруг густой тенью. Они вошли в чащу, сохраняя предельную бдительность. Пение птиц, аромат цветов и буйство зелени — все здесь казалось мирным и прекрасным, ни капли не напоминая о страшилках, которыми их потчевали в городе.
Они шли долго, но так и не встретили ни единой живой души. Сгущались сумерки. Янь Хуайлин остановился, прислонившись к стволу дерева.
— Говорят, Чу Сюйцзюнь давно вознесся и стал бессмертным. Неудивительно, что Байлан-цзюнь не был уверен в его местонахождении. На этом острове даже птица не пролетит, не то что человек поселится. Если старик здесь и бывал, то наверняка сто лет как съехал.
— Слухи часто лгут, — возразил Цзан Е. — Вспомни Цянь Чэньцзюня — он живой пример того, что нельзя верить досужим сплетням. Не будем торопиться с выводами.
Едва он договорил, как в кустах неподалеку раздался шорох.
Цзан Е мгновенно положил руку на рукоять меча, пристально глядя в темнеющую чащу. Идти по незнакомому лесу днем было рискованно, а ночью — и вовсе безумие. Неизвестно, какие твари здесь рыщут: даже мастер боевых искусств может пасть жертвой яда.
Янь Хуайлин разделял его опасения. Он раскрыл веер, пытаясь на слух определить, кто скрывается в тенях.
Внезапно раздался пронзительный визг, и прямо на них из зарослей вылетела огромная черная тень. Янь Хуайлин среагировал мгновенно: техника Ело Ушэн — и несколько дротиков Яньюй-бяо вонзились точно в лоб нападавшему.
Цзан Е так и не обнажил клинка. Он спокойно посмотрел на рухнувшее тело и зажег огниво. Тусклый желтый свет озарил тушу убитого зверя — это оказался обычный лесной кабан.
— Жаль беднягу, — Янь Хуайлин сложил веер. — Если бы он не был таким безрассудным, сохранил бы жизнь.
Однако Цзан Е, осмотрев тушу, резко подобрался и вновь огляделся по сторонам.
— Господин? Что не так? — насторожился Янь.
— Боюсь, мы здесь не одни, — Цзан Е указал на шею кабана. Там была аккуратно повязана яркая лента.
Не успел Янь Хуайлин осознать, что зверь был домашним, как над головой свистнуло.
Он отпрянул в сторону, на лету раскрывая веер для защиты. Раздалось несколько звонких ударов — отравленные стрелы посыпались на землю. Цзан Е, обнажив меч Дракона, резким взмахом создал поток воздуха, отбросивший следующую порцию снарядов.
— Хм.
Из темноты над их головами раздался незнакомый мужской голос. Огниво на земле отбрасывало причудливые тени на тушу кабана, но тот, кто скрывался в ветвях, не спешил показываться.
— Кто посмел вторгнуться на мой Лудао?
Янь Хуайлин задрал голову, всматриваясь в черноту крон:
— Мы здесь проездом, любуемся видами и ищем одного человека. А хозяин острова, вместо того чтобы приветить гостей, встречает нас стрелами. Нехорошо.
Эта легкомысленная манера явно задела незнакомца.
— Получайте! — крикнул он, и новая порция стрел посыпалась на путников.
Янь Хуайлин закружился в танце, точными бросками сбивая все снаряды своими дротиками. Однако стоило пыли улечься, как нападавший заиграл на флейте. Мелодия была странной, тягучей и завораживающей, заставляя разум невольно туманиться.
— Шэхунь-чжи-цюй, — коротко бросил Цзан Е, предупреждая спутника. — Это кто-то из школы Чжибу. Будь осторожен.
Едва он договорил, как послышался шорох тысяч крохотных лапок. В неверном свете огнива они увидели мириады пауков, копошащихся массой, наползающих на них со всех сторон.
— Королевские пауки! — Янь Хуайлин еще на турнире в Янхуа видел, на что способна Цзи Мэнло из Чжибу, и с тех пор питал к этой школе стойкое отвращение.
Не то чтобы их техники были смертоносны, но сам вид призванных насекомых вызывал у него нервную дрожь. По коже поползли мурашки. Янь Хуайлин вскинул руку, применяя технику Гуйянь-шу, чтобы разогнать мерзких тварей. Лес озарился вспышкой огня, но пауки, казалось, вовсе не боялись магического пламени и продолжали свое неспешное наступление.
С дерева донесся издевательский хохот.
Пользуясь тем, что враг отвлекся, Цзан Е молнией метнулся вверх. Он взлетел на ветку и, прежде чем противник успел опомниться, схватил его за шкирку и рывком сбросил на землю.
Флейта смолкла, видения с пауками развеялись. Янь Хуайлин, обливаясь холодным потом, в ярости шагнул к виновнику их бед.
Однако стоило ему замахнуться веером, как «грозный враг» испуганно замахал руками:
— А-а-а! Стой! Перестань!
Голос оказался совсем детским. Янь Хуайлин опешил.
Перед ними стоял мальчишка, еще не достигший возраста совершеннолетия. Он был по-детски пухлым и сейчас выглядел обиженным и напуганным.
Янь Хуайлин разочарованно вздохнул:
— Малыш, ты кто такой?
— Это вы кто такие?! Как вы посмели явиться на наш остров?! Ой... — он пискнул, когда Цзан Е слегка встряхнул его за воротник.
— Я же сказал: мы ищем человека, — Янь Хуайлин решил, что после истории на горе Юэци-шань лучше сразу говорить правду.
Мальчик насупился:
— Человека? Какого еще человека?
— Сначала скажи, как тебя звать, — Янь Хуайлин сложил руки на груди.
— С какой стати?! — огрызнулся пацан. — Вы — захватчики!
— Мы ищем лекаря по имени Чу Сюйцзюнь, — вмешался Цзан Е. — Юный мастер слышал о нем?
Мальчишка на мгновение изменился в лице, он резко умолк. Спутники тут же поняли: он не просто слышал, он что-то знает.
— Э-э... Не знаю я никакого Чу... — замялся он, усиленно мотая головой.
Цзан Е решил действовать искренностью. Он отпустил воротник мальчишки и произнес со всей серьезностью:
— Перед тобой Цзан Е из Ваньлин, а это Янь Хуайлин из Тайянь. У нас есть крайне важное дело к Чу Сюйцзюню. Если юный мастер поможет нам, мы будем в вечном долгу.
Мальчишка поправил одежду и недоверчиво уставился на Цзан Е:
— Ты сказал — Цзан Е?
— Именно.
— Тот самый «Первый меч Поднебесной»?
— Это прозвище мне дали много лет назад. Сейчас в мире полно мастеров, и я вряд ли достоин столь высокого титула.
Мальчик задумался, а затем подозрительно прищурился:
— Если ты и впрямь такой великий мечник, зачем тебе старик Чу? Хоть я и мал, но кое-что о делах в Дау слышал! Хм! Небось явились за «Трактатом о медицине», да?
Яню Хуайлину это до боли напомнило пререкания с мелкими пакостниками на Юэци-шань. Он потерял терпение:
— Ну и что с того? Мы никого не грабим и не убиваем. Пришли просить книгу честно. В чем преступление?
— Хм, кто ж вам поверит! Злодеи ведь не пишут у себя на лбу, что они злодеи. Вдруг вы волки в овечьей шкуре? Как мне вас разгадать?
Янь Хуайлин едва не закатил глаза:
— Мелкий, ты до сих пор жив — это ли не доказательство? Если бы мы хотели пустить в ход силу, сколько бы ты продержался против нас?
— Вы меня не убили только потому, что думаете, будто я знаю, где Чу Сюйцзюнь!
Парнишка оказался не промах, что еще больше раздражало Яня. Цзан Е стоял рядом, наблюдая за этой перепалкой и не зная, как вклиниться.
— Ах ты, паршивец... То есть ты знаешь, где он, но говорить не хочешь?
Янь Хуайлин сделал шаг к мальчику, и тот в испуге потянулся за стрелами.
— Не подходи!
— Ладно, — выдохнул Янь. — Что нам сделать, чтобы ты рассказал о Чу Сюйцзюне?
Мальчишка, почувствовав, что инициатива перешла к нему, внимательно изучил лицо Яня Хуайлина, пытаясь понять, не шутит ли тот. Наконец он немного расслабился и хитро прищурился:
— У меня есть предложение.
— Какое? — спросил Янь.
— Если вы выполните два моих поручения, я так и быть, расскажу, где искать Чу Сюйцзюня!
Путники удивленно переглянулись. Мальчишка готов к сделке?
— И что же это за поручения?
http://bllate.org/book/17493/1713250
Готово:
